Не по правилам

      - Как это кофе кончился? – я надула губки и удивленно взглянула на Уту. – У тебя кончился кофе? Такое бывает?       - Как раз собирался в магазин, – парень щёлкнул меня по носу и слабо улыбнулся. – А ты здесь посидишь. Я куда-то ключи от студии задевал, – Ута задумчиво почесал затылок, оглядывая свой рабочий стол. Стол был на удивление почти пустой. Порядок, который царил на рабочем месте масочника, меня пугал и радовал одновременно.       - А не боишься, что меня украдут злые гули? – я улыбнулась и подёргала его за край футболки, обращая на себя внимание снова.       - Можешь взять скелет, – он указал на тот самый скелет, который уже давно был обывателем этой студии и честно налоги не платил. Я нахмурилась, ничего не понимая. – Если очень хорошо попросить, то всех положит, – я хихикнула.       - У Кохане появился соперник?       - ИДИ СЮДА, ПАДЛА! – послышался снова крик из кухни, шедший «на бис» уже в пятый раз. Кохане, видимо, хотела эпично влететь и ударом ноги выбить Уте, к примеру, челюсть, но масочник просто сделал шаг назад, и девушка пролетела мимо. Ещё пять минут назад мы холили и лелеяли надежды, что Коха, влетев в кухню и затихнув, успокоилась и больше парня убить не хочет. – Я вчера долго думала, – она поднялась на ноги после неудачного полета и стала в боевую стойку. – Целых пять минут думала, что не так. Потом до меня, наконец, дошло. И так как я не конченая тугодумка, то ты сейчас огребёшь, Пугало! Руки держать при себе не умеешь, извращенец хренов?! Я тебе их сейчас оторву и запихаю в одно место! – рявкнула Кохане очень грозно, что мне стало вдруг необъяснимо страшно за обоих гулей и пришлось встать прямо между Утой, сохраняющим ледяное спокойствие, и Кохой, у которой прямо таки руки чесались врезать парню.       - Не-не-не! – я замахала руками перед соседкой. – Без убийств и насилия, пожалуйста!       - Детка, отойди и закрой глаза, слабонервным и несовершеннолетним на это смотреть нельзя, – гуль размяла кулаки.       - Коха, успокойся! Никого не надо убивать, все хорошие!       - Я готова надеть рясу, пойти в монастырь, поверить в бога и стать самым счастливым и добрым существом на земле, но это только после того, как я его убью! – спокойно выдохнула чуть ли не пар девушка. – Поговорим с тобой по дороге в магазин, Пугало. Я тебе устрою лекцию, что несовершеннолетних совращать нельзя, скотина, – она обошла меня так быстро, что я даже понять не успела, и с разворота ногой, видимо, снова захотела врезать в челюсть, но парень так же молниеносно поставил блок, после чего схватил её за ногу, вывернул её, переворачивая Коху, и отпустил, пуская девушку на встречу с полом. Я вскрикнула от мысли, что она что-то себе сломала, после чего, вспомнив один гулий нюанс, облегченно вздохнула, держась за сердце. Ну не лезть же мне туда, где меня могут случайно сломать, поэтому остаётся лишь наблюдать со стороны. Подурачатся, да и прекратят.       - Тебе же сказали, никакого насилия, – сказал Ута.       - А это что только что было?! – возмущенно воскликнула Коха, вставая с пола.       - Элементарная и безобидная самозащита, – поднял руки масочник, мол, я тут ни при чём. Я только закатила глаза и поняла, что скелет – это мой самый лучший друг в данной компании. Вдруг Кохане налетела уже с кулаками, но промахнулась, ибо Ута, как видно, мастер в сфере уклонений, и поэтому лишь толкнул девушку ногой, придавая ускорения на пути к двери. Коха, не растерявшись, гордо улетела на улицу. – Скоро вернусь, – парень потрепал мои волосы и вышел из студии, закрывая за собой дверь. Я покачала головой.       - И с кем я живу? – вдохнула и плюхнулась на стул, подпирая рукой подбородок я. Медленно обвела взглядом витрины с масками и тяжело вздохнула. – Ну и что я буду делать? Перечитала все книги, журналы всё пересмотрела по пять раз, везде пошарилась. Эх, беда-беда.       Нет, безусловно, было ещё одно место, куда мой длинный нос не совался пока что, но что-то без разрешения туда не хотелось вообще ходить. Как-то Ута сказал, что в мастерскую меня точно не поведёт. Это, конечно, было до этой славной идиллии «Приятно познакомиться, я встречаюсь с гулем», но идти туда как-то страшно. Одной, по крайней мере. Самое страшное, что лезло мне в голову, – это полная мастерская трупов. А самое весёлое… Чёрт, а самого веселого даже нет. Там либо мастерская, либо кладовая с мертвецами. И почему я всегда думаю о самом худшем? Вот почему там, по моим представлениям, не может быть единорог? Домашний! Домашний единорог Уты. Теперь понятно, почему меня не хотели туда пускать. Хитрый Ута.       Но тут мои мысли прерывает нежданный – негаданный гость с такой я-яркой красной башкой и достаточно специфичным появлением. Дверь, чуть ли не выбитую с ноги, я оценила. Очень.       - Господи, опять ты, – я схватилась за сердце и отдышалась, будучи на грани инфаркта.       - Тебя ещё не съели? – спросил парень, присвистывая. – Санта-Барбара прям. Смотрела? А я смотрел. Это был единственный раз в жизни, когда у меня болел мозг, – он наглядно поёжился и закрыл за собой дверь.       - Уты нет, – хмыкаю я.       - Неужели сдох? – округлил невинные глаза Кэтсу, засовывая руки в карманы. – Кому вручать премию? Кто этот герой?       - Он в магазин пошёл, – я кашлянула в кулак, подавляя смех. – Кофе кончился.       - Нэ-э, не интересные вы, – отмахнулся он и начал расхаживать по студии, причудливо шагая и крутясь. – Людей не едят, гулей не убивают. Фу быть такими! Где экшн? Где повороты? Кто писал этот сюжет вообще?!       - Не поверишь, но Бог, – я вытащила из-под стопок бумаг карандаш.       - Пф, я не верю в Бога, лапочка, даже не пробуй заливать, – он резко остановился прямо за моей спиной и нагнулся. Покосилась на него и увидела заинтересованный взгляд, который наблюдал за тем, как я кручу в руках карандаш. Но как он неожиданно появился рядом, так и неожиданно исчез на другой конец студии, уже разглядывая скелет. – Сценарии чужих судеб пишут гении, живущие в этом мире. Никакого Бога. Лишь элементарное коварство и стремление владеть ближними. Говорю тебе, как сценарист, – гоготнул он, двигая челюстью скелета. – Но с твоим бойфрендом я не сравнюсь, – изменил голос, двигая челюстью, и улыбнулся мне. – Уж он-то в своё время отжигал! Ох, вернуть бы времена разрухи! Высокая преступность, деление гульих территорий и жестокость! Не хочу показаться старпёром, но, кажется, самое весёлое в этом мире я уже прожил, – он развёл руки и пожал плечами. – А ты, деточка? – наклонил голову на бок. – Чего весёлого на твоей памяти? – наклонился ко он мне, смотря глазами такими добрыми-добрыми.       - По твоим представлениям – ничего, – я нахмурилась, вжимаясь боком в край стола.       - Ничего? – гуль резко выпрямился. – Никаких боёв? – встал в боевую стойку и помахал кулаками. – Убийств? – приставил указательный и средний пальцы к виску, пародируя выстрел. – Даже интриг? – снова неожиданно наклонился, руками опираясь о колени. Я медленно мотнула головой. Воспоминания всё же всплывали. И интриги, и убийства, и их попытки. И тут парень рассмеялся, похлопав меня по голове. – Какая ты забавная. Выступаешь на сцене, а спектакля не замечаешь. Ну да ладно, я пошутил. У тебя ещё всё впе-ре-ди, – улыбнулся и, крутанувшись на месте, подошёл к соседней витрине с масками и стал водить пальцем, что-то шепча себе по нос. Потом вдруг посмотрел на стену и ткнул пальцем в ближайшую маску. – Знаешь, на кого она сделана?       Маска была похожа на мозаику. Разноцветные кусочки были аккуратно сшиты и расположены так, что общая картина не казалась абсурдной. Все цвета яркие и тёплые. У маски так же были то ли уши, то ли рога. Такие же цветные. На половину всего этого шедевра красовалась ярко-красная улыбка. И только глаза были черными.       - На карнавальную похожа, – подпёрла рукой щеку, наблюдая за парнем, который полыхал с чего-то азартом.       - Ой, да брось! – хохотнул Кэтсу. – Всеми известный мастер делает маски не по простым выдумкам! Они становятся второй личиной гуля, лапочка. Вроде бы как маска, но раскрывает сущность лучше всяких слов. Проще говоря, каждая маска подходит только одному клиенту. И если бы только глупые следователи были философами или хотя бы аналитиками получше, то маски бы почти не спасали нас. Знаешь, когда правда раскрыта полностью, – её никто не видит, и в неё никто не верит. Поэтому Уту зовут великим мастером. Он видит тебя насквозь, – парень расплылся в довольной улыбке. – И меня. И прохожих. Он все-ви-дя-щий, – указал пальцем на глаз. – Поэтому и страшный. Нет, конечно, с лету так не скажет, где и с кем ты был ночью. Но кто знает, что у него творится в голове. Собственно, по сравнению с ним, я просто ребенок, играющий в свои игрушки, – пожал плечами он. – Так как думаешь, на кого она сделана?       - На кого-то… как ты? – я смотрела и даже не понимала, кому может подходить такая маска. Яркой личности, это точно. Но если верить этому парню, то ни одна деталь не присутствует на масках просто так.       - Она сделана на мертвеца, – тяжело вздохнул гуль. – Ты не понимаешь даже элементарного, женщина…       - Где тут элементарное?! – возмутилась я, надув щёки. – И какая я тебе женщина?! Я девушка, нахал!       - Ух ты, такие лапоньки и кричать умеют? – снисходительно улыбнулся Кэтсу, чуть ли не сюсюкая. – А я думал, что ты спокойнее камня, если живешь с этим чудиком.       - С Утой жить – одна радость, а вот тебя бы я даже не вытерпела, – поставила руки в бока. – Кохане вытерпела, а тебя бы не вытерпела! – громко хмыкнула и отвернулась.       - Кохане? – удивленно переспросил парень. Я покосилась на него, наблюдая, как удивление на лице сменяется радостью. Неужели он её знает? – Ты действительно её вытерпишь?       - Я её уже давно терплю. Даже не так, я её не терплю. Я к ней привыкла. В моей жизни вообще такие харизматичные и необычные личности – ничего удивительного!       - Неужели она ещё может быть доброй? – он наклонил голову и печально так посмотрел. Именно такое лицо бывает у людей, когда они вспоминают что-то грустное. Видимо, они, и правда, знакомы.       - Не знаю, почему ты считаешь, что она не должна быть доброй, но уверяю тебя, что она самый заботливый и радостный гуль на моей памяти. Она как одуванчик. Немного жестокий одуванчик.       - Тогда я рад, – он вдруг снял маску со стены. – Как думаешь, какая из них твоя? Свою любимицу Ута не оставил бы без маски, будь она даже обычным человеком. Но ты, как видно, не знаешь об этом.       - Платить сам будешь, – сразу же предупредила я парня, пропуская его вопрос мимо ушей.       - Я на время одолжу, – надел он её и посмотрел на свое отражение в витрине. – Приду в следующий раз тогда. Обязательно её верну, так что не вели мастеру меня казнить за сей поступок, – издал тихий смешок. – До встречи, лапочка. В следующий раз мы увидимся при достаточно интересных обстоятельствах! Ты же сама сказала, что в твоей жизни не было ничего интересного, – и плавной походкой исчез из студии. Я лишь с пару секунд удивленно пялилась на дверь.       - Интересные обстоятельства? – фыркнула я и повернулась к столу, укладывая голову на руки. – Ну и что за чудик мне попался на этот раз? – я лениво обвела взглядом убранное рабочее место и вдруг заметила на закрытой альбомом полке смятую бумагу. Отодвинула альбом, и передо мной появилась та самая родная картина разбросанных карандашей, ручек и святых бумаг. Я улыбнулась, убеждаясь, что всё на своих местах, и прикрыла это альбомом обратно.       Через некоторое время Ута вернулся. И что самое странное – вернулся только он. В мою голову уже начали закрадываться все возможные развития событий, которые, почему-то, заставляли меня тихо хихикать, прикрыв рот ладонью. Что-то из разряда «Сам пошутил – сам посмеялся».       - Где Кохане? – наконец спросила я.       - Потерялась, – спокойно отвечает парень, разглядывая пустое место, на котором до его ухода ещё была маска. – Ты убрала куда-то? – спускает на нос очки.       - Приходил тот красноволосый, не нашёл тебя, наплел мне всяких странностей и ушёл, сказав, что маску вернёт при встрече, – я пожала плечами.       - В следующий раз посыплю порог солью, – вздохнул парень. – А ты выучи изгоняющую дьявола молитву.       - Может мне ему просто арматуру запихать глубоко в душу в этот самый следующий раз? – Ута вскинул бровь. – Это Китамура-сенсей!       - Хороший учитель, – снял очки и положил на витрину гуль, рядом с пакетом, направляясь в мою сторону.       - Лучший в мире, – я улыбнулась. – Так где Коха?       - Когда я вышел из магазина, её не увидел, – парень наклонился ко мне, опираясь рукой на стол.       - Она, конечно, гуль, но я что-то за неё волнуюсь.       - Она надерёт зад всем, если от этого будет зависеть то, посмотрит она сегодня аниме или нет, – слабо улыбнулся масочник, ещё ближе наклоняясь, но вдруг остановился и покосился на дверь, шмыгнув носом.       - Только не говори, что ты чуешь запах клиентов за километр, – довольно хмыкнула я.       - На расстоянии ста метров чую точно. Но тут не столько запах, сколько звуки перебранки, – Ута снова посмотрел на меня. – Именно поэтому я просто обязан спрятаться, – или коротко о том, как детство живёт всегда.       - В этом я участвовать больше не буду, – я подняла руки и улыбнулась. – Мне прошлого раза хватило. Вдруг снова заявится кто-нибудь такой, как Кэтсу. И ладно бы знакомства со странными людьми, но знакомства со странными гулями – это слишком, – я чмокнула его в щёку и медленно покинула зал, направляясь к любимому диванчику, на котором, ко всеобщему удивлению, я давно не засыпала.       В итоге, я самым удобнейшим образом устроилась на диване. Иногда мне кажется, что Ута – мастер в выборе мебели. Наверняка в своё время вот так же заваливался, как я, и дрых на своё здоровье. Ибо такой удобный диван, как этот, ещё поискать надо. А подушка! Подушка-то какая! Боже, как же я скучала по своему родному месту. Ведь этот диван давно не был мной пролежан! Красота, в общем. И, наверное, я бы с легкостью заснула, если бы со звоном дверного колокольчика не услышала голос Тоуки. Сразу же в голове пролетели мысли, что надо поздороваться со знакомым человеком или не очень, который ещё не подавал виды на моё уничтожение, хотя взгляд, правду говорю, мог убить на моральном уровне кого угодно. И только я захотела встать, как услышала ругань девушки и незнакомый голос какого-то парня. Тоука и парень. Парень и Тоука?       - Серьезно? – я прикрыла рот рукой и тихо захихикала, воображая своей исключительной женской фантазией много чего. Но когда до моих ушей долетело «Че пялишься?» и вежливо-боязливое «Ничего-ничего, Тоука-сан», я поняла, что чёрта-с два буду наблюдать в своей жизни хоть что-то романтичное, окромя Нишио и Кими. Хотя как раз Нишики под «романтичный» никаким образом не попадает.       И всё же ради приличия надо поздороваться. Знакомые же. И именно поэтому я встала с дивана и потянулась. Вдруг из зала послышался пронзительный крик. Парня. Ута, собственно, в своем репертуаре, чему я удивляться не стала, и просто выглянула в зал, оставшись в небольшой суматохе незамеченной ни Тоукой, ни напрочь испуганным и побледневшим парнем. Паренек, кстати, выглядел где-то на шестнадцать-восемнадцать. Лицо такое детское, телосложение обычное, волосы темно-русые. И всего лишь одна примечательная вещь – повязка на глазу.       - Тоука, привет, – я заулыбалась и помахала удивленной девушке рукой. Она медленно перевела взгляд на Уту, потом снова на меня.       - Эм… Привет, – неуверенно ответила девушка.       - Здравствуйте, – парень, секунду назад ещё испуганный до чертиков, начал мило и радостно улыбаться, сверкая таким добрым-добрым глазом. Тут в ответ ну никак не улыбнёшься. Я посмотрела на Уту, не переставая улыбаться, и красноречиво так покосилась на паренька, мол, смотри, какой забавный. Ута лишь едва заметно хмыкнул, соглашаясь.       - Ладно, не буду мешать, – и скрылась в комнате отдыха. Интересно, а эта улыбка спадёт с лица за сутки? А то парень какой-то уж слишком лучезарный. Аж на сердце тепло стало. И ведь не подумаешь, что он гуль, раз нормально реагирует на какуган Уты.       Спустя некоторое время, когда гости покинули студию, я сосчитала все книги на полках, а Ута скромно поиздевался надо мной из-за маленького роста, при котором я не могу достать до верхних полок, явилось чудо природы, именуемое Кохане. Она быстро явилась в комнату отдыха, посмотрела на меня, сидящую на руках у Уты и пересчитывающую книги, с красноречивым взглядом сняла меня с рук и громко так, с чувством, хмыкнула.       - Беспредел, товарищи! – начала она с интонацией моей заправской соседки. – Вы только представьте, гули на своих уже посреди дня нападают! – вдруг девушка, не сдержав каменное и серьезно лицо, засмеялась. – В общем, одна особа попутала гору. Подходит, главное, такой, мол, помощь нужна и прочее. Ну я чё, согласилась. Ты всё равно, Пугало, в магазине был. А список добрых дел, между прочим, понадобится мне на том свете. Собственно, этот дегенерат такой шмыгает в переулок спустя где-то два района. Я такая за ним. А он такой с дружками на меня. А я такая с боевым кличем пересчитала им всем косточки. И, между прочим, у кого-то было на одну кость больше, чем нужно, – Кохане уставилась с задумчивым видом на меня. – Именно сегодня я усомнилась в своём знании анатомии. В общем, такие вот дела. Беспредел кругом.       - Насколько я понимаю болтовню Итори, то в последнее время каннибализм охватил где-то семьдесят процентов всех гулей, – прокомментировал сей замечательный рассказ Ута. – Так что это неудивительно, что тебя хотели сначала убить, а потом съесть. Или просто съесть.       - Если бы я не была такой доброй, то сегодня бы стало на пятнадцать гулей в мире меньше, – хмыкнула девушка. – А так, стало меньше всего на пять. И то они были слишком настырными.       - Стоп, а почему ты в шортах? – я сверлила взглядом ноги Кохи. Обычный, вроде, вопрос, но не при тех обстоятельствах, в которых она отправилась в магазин. – Ты же была в джинсах. Моих джинсах, Коха, – девушка поджала губы и отвела взгляд.       - Да тебе ка-ажется, – протянула гуль. Я тяжело вздохнула. Впрочем, ничего удивительного, что те, кто напал на неё, не пожалели одежду. Было бы странно, если они вели себя так: «Ребят, стойте, смотрите, какие джинсы! Их нельзя испортить! Они же стоят дорого!». Идиотизм был бы. – И вообще, я пока сюда топала, по дороге увидела Эту Женщину.       - «Эту Женщину»? – одновременно с Утой переспросили мы.       - Которая с собой носит два арбуза, – мы с парнем переглянулись, но так и не поняли, какую женщину имела в виду Кохане. – Итори, в общем, – до нас моментально дошло. – Быстренько цокала каблуками в сторону студии, – вдруг в зале зазвенел колокольчик. – Собственно, вот и она, – улыбнулась девушка. Ута пошёл встречать Итори, я за Утой, Кохане за мной.       И вот в жизни бы не поверила, что у Итори может быть хоть капельку серьёзное лицо. Нет, гуль, конечно, привычно улыбалась, но как-то напряженно. Я подметила про себя, что этот случай нужно занести в список самых-самых редких, и поздоровалась.       - Давно не виделись, У-чан! – воскликнула тоненьким голоском Итори. – Ко-чан, ты как всегда милей котенка! – я изогнула бровь. Милей котенка? Это комплимент такой? – Я бы, наверное, повеселилась с вами, но у меня плохая новость, требующая огромного внимания от всех. Даже от тебя, Ко-чан, – улыбнулась гуль. – Так как ситуация за вашими спинами, – она указала пальцем на нашу троицу. – Складывается не ахти, то это плавно переходит на меня. Дружная компания повстанцев а-ля «Я против масочника!» дала о себе знать спустя такое сладкое затишье. Эти мелкие недоумки решили меня подставить, – Итори фыркнула, делая недовольное лицо. – И я не знаю, какая тварь там главная, но мозги у нее явно есть.       - Так что случилось? – спросил Ута, скрещивая руки. Итори начала что-то искать в сумке.       - Вот он, – перед нашими носами возникла фотография. – Уже на половине пути к тому, чтобы спалить всё на ближайшие пять лет назад. И тебя, У-чан, – она посмотрела парню в глаза. – И меня, – я, конечно, не в праве судить по всего лишь одной интонации голоса и взгляду, но Итори явно пытается на что-то намекнуть Уте. Масочник прищурился. – И даже их, – посмотрела на нас с Кохане. – Ты же знаешь, что бывает, когда дураков из CCG подтолкнуть на верный путь, не так ли? – Коха кивнула, сверля в ответ взглядом «эту женщину». – Насколько позволили мне узнать, то он бывший…       - Следователь по гулям, – закончила я за неё – Я знаю. Это мой учитель физики, Итори. И он же тот, кто почти отвёл от меня взгляд остальных, когда меня подозревали в том, что я сдаю людей на обед гулям. И он бы сам не полез разбираться в это.       - С чего ты взяла, Ко-чан? – издала тихий смешок Итори. – Людям только дай возможность прославиться и получить побольше денег.       - Ему не нравится его работа, – я скрестила руки под грудью. – Сам бы он даже не полез разбираться в элементарное дело.       - Может, и так. Но твои бывшие собратья, Кохане, постарались, – гуль убрала фотографию в сумку. – А сам паренёк-то умный. Ему на раз-два теперь послать к нам наряды и убить. Именно поэтому нам нужно его устранить, – девушка развела руки.       - Нет.       - Ко-чан, не будь букой, одним человеком меньше и всего-то!       - Нет, – повторила я. – Если проблема настолько велика, то я как-то сама улажу ситуацию с сенсеем. Он как-никак всё же мой учитель, – Ута посмотрел на меня.       - Если у тебя не получится, то я его убью, – неожиданно и холодно заявил парень. По мне от его слов даже стадо мурашек пробежало.       - Ну ладно, тогда будет ещё веселее – заулыбалась Итори. – А если ты сможешь переманить его на нашу сторону, то вообще будешь умничка! – она неожиданно начала душить меня в объятьях. Глаза мигом полезли на лоб, а позвоночник издал предсмертный хруст. – У нас всё равно есть еще куча времени. Ибо я не дам какому-то там неудачнику подставить меня просто так.       - Месть Итори? – задумалась Коха. – Звучит как боевой приём.       - Он душит человека, – еле как выдавила я, будучи всё ещё сжатой в стальных объятьях.       - Вообще любого душит, – усмехнулся Ута.       - Ой, мистер Айсберг начал таять, – съязвила Коха.       - Доязвишься и пойдёшь драить студию.       - Чё вякнул? – девушка засучила рукава. – Иди сюда, я тебе набью морду.       - Слишком косая и медленная, – фыркнул парень, уклоняясь от удара. А Итори лишь начала непонимающе хлопать глазами.       - Боже, и когда это прекратиться? – смогла наконец-то вздохнуть я.