Жёлтый свет

После исчезновения Санджи парню ничего не оставалось, кроме как вернуться домой. Но он не спешил в свою квартиру, как всегда делал до этого. Ророноа решил осмотреть город, окончательно убеждаясь в его картонности. Пройдя несколько улиц, обследовав пару кварталов, он увидел, что место, в котором он всё это время жил, никогда не было настоящим. Прохожие, стоило только подойти к ним на близкое расстояние, рассеивались в воздухе, словно видение или мираж. В большинство домов города оказалось невозможно попасть: некоторые двери были наглухо заперты, а где-то таких и вовсе не оказалось за ненадобностью. После небольшой прогулки Зоро не знал, куда ему податься и что делать. Вновь вернуться к былой жизни он не мог. Если все эти серость, скука и одиночество поглотят его, то парень окончательно затеряется среди безликих теней, сольётся с ними, утратив ту уникальность, которая и позволила ему встать на голову выше всех остальных. Возможно забвение стало бы для него самым безболезненным решением проблемы, но Ророноа не пожелал сдаваться. После того, как он смог обрести индивидуальность, он ни за что не потеряет её только для того, чтобы уйти из чьей-то жизни. Долго блуждая по заснеженным улицам, Зоро рассуждал о своих дальнейших действиях. Парень начал ловить себя на мысли, что ему было бы неплохо встретиться с Санджи. После всего произошедшего он вновь стал искать встречи с ним. Ему нужно было ещё раз переговорить с Винсмоком насчёт как его, так и своей судьбы. По словам Санджи, вылечить его планировали к зиме. В этом городе, несмотря на царивший холод, царствовала поздняя осень. Нельзя было утверждать, что и в реальности листья давно опали, а земля застыла – Зоро не знал, с какой скоростью текло время тут, а с какой там. Не имея понятия, сколько ему осталось, парень стал искать способ попасть в мир Санджи. Он должен был сделать это прежде, чем исчезнет раз и навсегда. Ророноа замедлил шаг. План действий казался предельно простым, однако проблема настигла ещё на первом пункте: как ему просочиться в реальность? Обычно Санджи сам находил его. Возможно, только ему было под силу преодолевать невидимую грань между двумя мирами. Или же и у Ророноа была такая способность? Парень никогда не пробовал сделать это, да, по правде говоря, откровенно не знал, как всё происходит. Но другого пути не было: Зоро должен был попробовать. Хоть раз галлюцинация посетит своего сумасшедшего. Парень остановился у дороги. Он всегда останавливался у неё, озираясь по сторонам. В этот раз Ророноа в первую очередь обратил внимание не на машины, а на светофор, в надежде увидеть мигающий жёлтый свет. К счастью для него, как раз загорелся именно он и, прогорев несколько минут, начал непрерывно мигать. Сначала замигал один светофор, за ним второй, стоящий неподалёку, а затем и третий, четвёртый… Вскоре горящие светофоры образовали мигающую жёлтым светом цепочку, петляющую и ведущую куда-то за городскую черту. Что было там, впереди, Зоро не мог разглядеть из-за поглотившего всё густого тумана. Парень, вступив на опустевшую проезжую часть, медленно пошёл по дороге, не оглядываясь назад. Если бы он не знал о своей истинной природе, то наверняка бы задумался, прежде чем так легко ступить на этот путь. Но теперь зная, что самое худшее с ним уже произошло, он бесстрашно шагал вперёд, покидая один мир и переходя в другой. Вскоре и силуэт Зоро растворился в тумане, как и дорога, по которой он шагал. Как только парень исчез, откуда ни возьмись появились машины, заполняя проезжую часть. Они быстрым потоком мчались вперёд, совершенно не обращая внимания на то, что светофор был неисправен. Он мигал, остановившись на жёлтом цвете. Вскоре туман рассеялся. Как только он растворился в воздухе, стало возможно разглядеть то, что он так усердно старался скрыть. Но за туманом ничего не оказалось. Пустота. Где-то вдали мерцал жёлтый свет. Слышались шаги. Спустя время тишина поглотила все звуки, а темнота встала непроницаемой стеной, не позволяя разглядеть что-либо. Всё потухло, всё стихло. Ранним утром во дворе одной психлечебницы было довольно оживлённо: всех больных выпустили на прогулку подышать свежим воздухом и отдохнуть от постоянных процедур. Кто-то радовался первому выпавшему в этой осени снегу, кто-то тихо сидел у стены лечебницы, не желая контактировать с внешним миром, а кто-то как сомнамбула бродил по ограждённой забором территории. Возле особо буйных пациентов находились санитары, готовые оказать помощь при первом же приступе. Некоторые же пациенты могли наслаждаться одиночеством. Зачастую это были те, кто принял свою болезнь и сам пришёл в клинику, желая избавиться от навязчивых галлюцинаций. Среди таких пациентов был и Санджи Винсмок. Некогда живший шумной жизнью, работая официантом в одном небольшом кафе и проводя каждые выходные с друзьями, узнав о своём недуге, парень не стала впадать в отчаяние, а сразу обратился за помощью. Он не хотел провести остаток жизни в четырёх стенах, обитых войлоком. Пока было не поздно, Санджи начал действовать. На его счастье, с галлюцинациями ещё можно было справиться, благо случай оказался не запущенным. Парень согласился лечь в больницу, проведя там несколько месяцев в ожидании зимы. Врачи пообещали, что выпишут его к декабрю, если не возникнет никаких осложнений. Состояние Винсмока улучшалось с каждым днём, пока ситуация резко не ухудшилась: именно в этот момент парень впервые повстречался с Ророноа лицом к лицу. После того случая он начал отказываться от принятия необходимых препаратов, выкидывал таблетки, пока санитары не видели этого. Делал всё, чтобы не утратить связи с новым знакомым. И пусть он нереален, Санджи не видел в этом проблемы. Ророноа оказался единственным, кто согласился не бросить его. Галлюцинация не захотела отставать от сумасшедшего. Поначалу парню это показалось смешным, но после того, как он узнала, что все реальные люди давно отвернулись от него, впал в ещё большее отчаяние. Он не считал себя сумасшедшим. Винсмок всего лишь видел того, чего не было. Это не являлось таким уж большим отклонением. А воображаемый друг был у каждого второго в детстве. Но окружение решило иначе. Из-за этого перспектива провести остаток своей жизни с выдуманным приятелем перестала казаться ужасной. Он вновь начал сбегать от реальности. Врачи быстро прознали про это. Теперь, сидя на скамейке и наблюдая за медленно плывущими облаками, Санджи видел только их и ничего кроме. Его вновь заставили принимать лекарства. Образ Зоро расплывался каждый раз, стоило парню начать вспоминать о нём. "Они догнали меня" – думал он, вздыхая и прикрывая глаза. Действительно, врачи продолжали спасать воспалённое сознание, в то время как пациент давно сдался. К Винсмоку кто-то подсел. Он не видел его, а только почувствовал чьё-то присутствие. Открывать глаза и обращать внимание на соседа по скамейке парень не спешил. Санджи было неважно, кто из больных или санитаров решил присесть рядом. Он окончательно потеряла интерес к тому, что происходило вокруг. Реальность перестала интересовать, а скрывавшееся за чертой бытиё было недоступно. - Непривычно видеть тебя одетым по погоде, – слова донеслись до ушей Санджи, заставляя его распахнуть большие глаза. Он резко обернулся, желая убедиться, что ему не послышалось. Рядом с Винсмоком сидел Ророноа. Он, также глядя на синеющее небо, с грустной улыбкой провожал взглядом облака. Потом, переведя его на парня, произнёс: - Я пришёл попрощаться, – начал Зоро. – Тут уже лежит снег, как я погляжу? Значит, твоему лечению со дня на день придёт конец. Получается, моё время скоро настанет. Будет лучше, если я попрощаюсь сейчас, пока ещё могу это сделать. - Ты уходишь? – поначалу обрадованный Санджи теперь с непониманием глядела на Ророноа. Куда он собирался уходить? Зачем прощался? Но вскоре до парня дошёл смысл его слов. Он, отвернувшись, произнёс: "Так значит решил сам покинуть меня? А как же данное обещание? Я его не забыл". - Уверен, что покинув тебя, я всё равно останусь, – проговорил Зоро. – Как воспоминание я вряд ли смогу покинуть тебя. А вот как галлюцинация мне лучше уйти, – парень не хотел отравлять жизнь тому, кто создал его. И пусть его существование было коротким и невзрачным – за то, что оно было, Ророноа уже премного благодарен. - Закрой глаза, – попросил Зоро. Винсмок удивился такой просьбе, но, заметив серьёзность на лице Ророноа, повиновался. Как только Санджи выполнила просьбу, парень склонился к его уху и прошептав "Спасибо", еле коснулся губ. Винсмок тут же распахнул глаза, но никого рядом уже не оказалось. Зоро исчез сразу после того, как поблагодарил его. Санджи отказывался в это верить. Он не мог уйти, оставив его здесь одного. - Зоро!.. – голос дрогнул. Подскочив на месте, Санджи ринулся вперёд. Ему казалось, что он ещё видел удаляющуюся широкую спину. Но это оказался пациент клиники. Самого Ророноа давно не было здесь. - Ты не мог уйти! Не мог так просто бросить меня здесь, ведь так?! – принялся кричать парень, оседая на землю. Холод пробирал тело, но Санджи в очередной раз не чувствовал его. Сидя в снегу, пациент клиники продолжал выкрикивать разные ругательства и проклятья в сторону не существовавшего человека. Больные с ужасом глядели на припадок. Санитары застыли, не зная, позволить ему прокричаться или же кинуться успокаивать. - Будь ты проклят, – голос ослаб, и Винсмок, вскинув голову к верху, расплылся в дрожащей улыбке. В глазах блестели слёзы, но парень не рыдал, а продолжал шептать себе под нос очередные ругательства, награждая ими Ророноа. Он действительно покинул его, когда Санджи расхотел прощаться с ним. Винсмок наконец отпустил его, раз и навсегда разорвав последнюю связь с извечно холодным городом из своих снов. Только когда пациент перестал рвать на себе волосы, к нему подбежали санитары. Они, взяв Винсмока под руки, повели обратно в здание лечебницы. На сегодня ему достаточно свежего воздуха. Парень больше не сопротивлялся. Он молча провожал взглядом улицу. Вдруг взгляд зацепился за светофор. Его можно было разглядеть сквозь высокий чугунный забор. Жёлтый свет всё ещё мигал. Но в следующую секунду всё прекратилось.

Конец.