Автомат судьбы

******

      Силуэт Стилински, топчущийся возле Камаро, Дерек узнал сразу же. Хейл остановился на крыльце, ухмыльнулся, наблюдая за ним, и тут же болезненно шикнул — запекшаяся ранка треснула на разбитой губе.       Придурок-Лейхи за свои необдуманные слова огрёб сполна. Но так же этим поступком Айзек оказал ему своего рода услугу: Дерек и сам хотел обо всем рассказать Стайлзу. Со временем это сделать пришлось бы в любом случае. Но как правильно стоило завести разговор и преподнести Стилински подобные новости — он не знал. Сейчас же хочешь-не хочешь, а сделать это придётся.       Стайлз перестал дергаться, заметив стоящего у выхода из университета Хейла. Он гордо вздернул подбородок и, демонстративно сложив руки на груди, нацепляя на себя свой самый серьезный вид, небрежно прислонился спиной к автомобилю Дерека. Камаро тут же заверещало жуткой сигнализацией, из-за чего Стилински испуганно отпрыгнул от машины, и вопросительно уставился на Хейла, сверля его огромными выпученными глазами. Дерек опустил голову, не прекращая ухмыляться и, нашарив в кармане пульт, отключил сигнализацию. Поднял глаза на настороженного парня и глубоко вздохнул, смиряясь с тем, что сейчас придётся выложить Стайлзу всю правду. Юлить нельзя было ни в коем случае, если он хотел продолжить с ним общение. А Дерек хотел.       Поднести факт их знакомства нужно было максимально тактично, чтобы не обидеть, и чтобы в будущем, проходя по коридорам университета, не ощущать спиной ненавидящий взгляд Стайлза. Успокоив себя тем, что ничего плохого он ему не сделал и делать не собирался, Дерек решительно двинулся в сторону Стилински. И чем ближе он подходил, тем яснее видел сверлящий, прожигающий его насквозь взгляд карих глаз. Радовало, что Стайлз был настроен враждебно и злобно, без всяких там слёз в глазах. Хорошо, что Стилински не из изнеженных парней.       — А ну-ка, Хейл, расскажи мне ещё раз, как ты просто так, ни с того, ни с сего решил начать со мной общаться.       Лучшая защита — нападение, и Стайлз сразу перешел в боевую готовность, чем вызвал едва слышный вздох облегчения у своего оппонента. Голос Стилински скрипел от плохо сдерживаемого негодования (а еще он чувствовал себя идиотом из-за запищавшей машины, и злился от этого ещё сильнее). Дерек встал рядом. Помолчал, выдержал направленный в его сторону тяжелый взгляд и придержал свой фирменный хмык. Так, на всякий случай, а не потому, что боялся усугубить ситуацию. Но всё же стоило признать, что он немного нервничал.       — Стайлз, история на самом деле очень глупая.       — Я готов выслушать, — Стилински упрямо сложил руки на груди и оперся бедром о Камаро.       Дерек вновь вздохнул, словно на его плечи свалилась самая сложная и нерешаемая задача в мире, а Стайлз взъярился сильнее: складывалось впечатление, что это Хейл тут унижен и обманут всем светом.       Старшекурсник подошел к Стайлзу вплотную. Он был рад, что Стилински готов его слушать, и надеялся, что после его рассказа тот останется таким же покладистым (насколько Стайлз вообще таковым мог быть) и не рванёт убивать своего отца. Под внимательным, следящим за каждым его движением взглядом Дерек так же, как и Стайлз, прислонился к машине, рядом с ним. И вдруг почувствовал себя неуютно, ясно понимая, что сейчас ему предстоит начать разговор: он не мог вспомнить, когда оправдывался перед кем-то в последний раз, но это точно были его родители, а не трещавший без умолку сопляк, из-за которого он во всё это влип. Ладно, не из-за него, а из-за своей лени и любопытства.       — Твой отец…       — При чем тут мой отец? — бесцеремонно перебил его Стайлз, не дав толком ничего сказать. Он подскочил как взвинченный и, встав перед Хейлом лицом к лицу, вперился в зелёные глаза яростным взглядом.       Дерек снова вздохнул. Мистер Стилински единственный, кто был у Стайлза, ровно, как и тот для отца, поэтому Хейл знал, что Стайлз своего родителя никому в обиду не даст. И все же после минутной игры в «гляделки» Дерек не смог сдержать ухмылки: еще пару дней назад он не сдерживал смех, глядя на измазанное в соусе лицо парня, а сейчас это самое лицо выражало настоящую, дикую ярость. Ему нравилось.       Разъярённый проявленной в открытую наглостью, Стайлз впился взглядом в нахальные губы и только сейчас заметил кровоподтек. Он моргнул пару раз, не понимая, почему не заметил ранку раньше, и вспомнил искаженное гневом лицо Дерека, когда тот уволакивал светловолосого парня, Айзека, кажется, в сторону. Внутри что-то довольно шевельнулось, взвилось, но Стилински был всё еще слишком возмущен и зол, и приглушил в себе это чувство. Не факт же, что именно тот парень разбил Дереку губу, пока Хейл хотел вытрясти из него дерьмо. Стайлз заторможено поднял взгляд вверх, вновь встречаясь с зелеными глазами, и приостановил разбушевавшуюся фантазию: мысли о том, что возможно — только возможно — Дерек вступился за него — не должны быть такими приятными.       — Ты собираешься отвечать? — сконфуженно осведомился Стайлз. Он почувствовал себя полным идиотом под пристальным вниманием глаз Хейла. А когда тот насмешливо выгнул черную бровь, Стайлз еле сдержался чтобы не кинуться на него и не убить на месте прямо сейчас, как главного свидетеля — ему казалось, что Хейл знает о каждом слове, проскользнувшем в его голове.       Дерек отлип от Камаро, сделал шаг к парню и, взяв его за руку — Стилински с недоумением посмотрел на ладонь Дерека — подтолкнул обратно туда, где Стайлз стоял минутой ранее. Не хотелось признаваться в совместной с отцом парня авантюре, когда тот будет смотреть ему прямо в лицо. Стайлз послушно встал рядом, сложил руки на груди, продолжая демонстрировать недовольство, и гордым, как он считал, взглядом уставился в кеды.       — Твой отец переживал за тебя, Стайлз. Он хотел, чтобы ты снова стал собой и ради этого пошёл на крайнюю глупость, — Дерек осторожно подбирал слова. Так, чтобы Стайлз не разозлился на Джона и не испортил с ним отношения, обвиняя во всех грехах сразу. Хейл покосился в сторону Стилински, наблюдая за его реакцией — тот хмурился и задумчиво покусывал губы, и Дерек решил, что весь удар готов взять на себя. — О, я уверен, что ничего глупее в своей жизни твой отец не совершал, поэтому в последнее время он наверняка сам не свой, потому что не знает, что из всего этого выйдет. Ты же заметил? Возможно, он к тому же боится, что я причиню тебе вред.       — Так что он сделал? — тихо спросил Стайлз, не поднимая головы — теперь становилось ясно, что отец не просто так постоянно спрашивал, как у него обстоят дела.       — Во время зачета он предложил… — Дерек запнулся, а Стилински нетерпеливо выгнул брови, взглянув на него. — Любому, кто согласится пригласить тебя на свидание, поставить автомат.       Сказав это, Дерек тут же задержал дыхание.       — Что?! — взревел Стайлз. Он подорвался, вновь вставая напротив Хейла, и смотрел на него огромными глазами, судорожно хватая ртом воздух.       — Это правда, Стайлз. В таком же шоке находились все, когда твой отец озвучил свою… просьбу. Но я уверен, в тот момент он обращался исключительно к Мартин. Но согласился я.       — Да это же бред…       — Бред. Но я не готовился, поэтому решил воспользоваться шансом, — Дерек умолчал о своём любопытстве. — Твой отец сопротивлялся, пытался обернуть всё в шутку, но я умею быть настойчивым, — на последних словах Хейл самодовольно хмыкнул.       Стайлз беспомощно шевелил губами, краснея от стыда и гнева.       — Он не мог поступить так!..       — Он и не отправлял тебя на свидание со мной, успокойся, — угадав мысли Стилински, ответил Дерек. — Я сказал, что помогу тебе справиться с хандрой и на этом всё. Я и помог.       — В голове не укладывается.       — Я не вру, Стайлз.       — Если ты говоришь правду, теперь все считают меня педиком, которого любой придурок может пригласить на свидание взамен за зачёт… Замечательно.       Дерек как-то неуверенно хмыкнул и пожал плечами — он не смотрел на ситуацию под таким углом. А Стайлз вспомнил, что в последнее время многие действительно косились в его сторону больше, чем обычно. Теперь всё ясно.       — Я говорю правду.       Стайлз зарычал и, спрятав лицо в ладонях, невнятно простонал:       — Какой позо-о-ор.       Он повторил это еще несколько десятков раз, вырывая на голове волосы и мечась из стороны в сторону, пока Хейлу не надоело стоять на стоянке и слушать это бормотание. Стилински отреагировал вполне адекватно, ругаться с отцом не спешил — всё прошло лучше, чем можно было представить. Дерек встряхнул его и Стайлз поднял на него ошалелый взгляд. Левый глаз парня нервно дергался, как и уголки губ. Но, несмотря на это, Стилински не выглядел так, словно собирается расплакаться, и Дерек облегченно расслабился. Скорее, Стайлз хотел вырыть себе могилу прямо тут, на асфальте.       Но внезапно раздался громкий, противный гудок, и парни тут же дёрнулись и обернулись на шум. Прифигевший, раздражённый Уиттмор стоял у своего Порше и недоуменно пялился на них. В основном на Дерека. Хейл мысленно дал себе затрещину: они с Джексоном после собирались вместе ехать в бар — очередная игра, фанатом которой был Уиттмор. Вот только день был насыщенным на события, и у него это совсем вылетело из головы.       Что-то простонав, Стайлз отпихнул от себя Хейла и метнулся в сторону — у Дерека ёкнуло сердце на миг — и, раздражённо открыв дверцу, забрался на своё место, рядом с водителем. Сгорая со стыда.       Хейл не смог сдержать широкой ухмылки, игнорируя в губе боль — действие Стилински было нагловатым, по-хозяйски обыденным, и от этого потеплело в груди. Переведя взгляд на Джексона с выпученными глазами, Дерек попытался мимикой лица ему передать «Прости, чувак, в следующий раз». Было жутко неловко за то, что Джексон, вроде как, наблюдал за ними с самого начала. Навыдумывает невесть что.       Уиттмор шумно выдохнул и закатил глаза. Затем тем же способом, что и Хейл, сообщил ему: «Ты идиот», и, сев в машину, быстро завёл её и укатил со стоянки.       Дерек почесал затылок. Джексон точно от него не отстанет потом. Обойдя авто, Хейл достал телефон из кармана джинсов и заказал на дом пиццу. На фоне его телефонного разговора Стайлз бормотал себе под нос что-то вроде «О мой Бог, меня купили за автомат». А потом внезапно обратился к Дереку, при этом на него не глядя.       — Ты в огромной заднице, Хейл. И будешь должен мне по гроб жизни.       Таким умиротворенным Дерек не чувствовал себя уже очень давно.

******

      — А я думал, ты живешь в огромном трехэтажном домине. Белый кирпич, большущий цветущий сад, садовник, за ним, собственно, и ухаживающий, и горничная. Или две горничные, — со смешком подмигнул Стайлз, свободно падая на диван. Он уже успел пройтись по большой холостяцкой квартире Хейла, завистливо присвистывая каждый раз, когда замечал очередную дорогую вещицу. Но больше всего Стайлза пленил огромный, просто здоровенный плазменный телевизор, на котором он уже планировал пересмотреть все «Звездные войны» и безумно мягкий светлый ковер, по которому он сначала тыкал носком, а затем водил руками, блаженно прикрыв глаза.       Дерек громко хмыкнул рядом и черной тенью склонился над Стилински, в руках удерживая теплую коробку с пиццей.       — Мне не понравилось выражение твоего и без того постоянно хитрого лица, которое у тебя было, пока ты крутился возле плазмы, — Дерек попытался одной ногой выкроить и себе кусочек места на диване, безрезультатно сдвигая ноги раскинувшегося на нём Стайлза.       — А мне не понравилась та история с автоматом, — в ответ пропыхтел Стилински, отталкивая настырную ногу.       — Так же мне не нравится, что ты занял мою личную территорию. И даже кусочком поделиться не хочешь, — Дерек чуть не выронил коробку из-за возни со Стайлзом и, возмущенно глянув на довольного парня, болезненно того пнул.       — А мне не понравилась твоя сделка с отцом!       — Ты на любое моё возражение будешь приводить этот аргумент? — поинтересовался Хейл.       — Конечно.       Дерек внимательно на него посмотрел, помолчал и, прищурив глаза, обещая что-то жуткое для нахала, отодвинулся от него. Стайлз заинтересованно приподнялся на локтях и увидел, как Дерек поставил коробку с пиццей на небольшой журнальный столик. Затем тот вернулся к нему, коварно ухмыльнулся и, склонившись, принялся щекотать.       Через несколько минут половина дивана принадлежала ему. Щекотка — страшное оружие.

******

      Стайлз жевал громко. Он чавкал прямо Дереку в ухо и ехидно комментировал происходящее в фильме, норовя при этом выплюнуть из набитого рта всю еду. Хейл же постоянно косился на него, чувствуя при этом, как его практически распирает от острого желания придвинуться поближе.       И только когда Стайлз, дожевав последний кусок пиццы, развалился на диване и положил руки на надутый от переедания живот, Дерек с удивлением отметил, что уже успел придвинуться к нему. Достаточно близко, ведь изначально они занимали разные стороны. Стайлз продолжал пялиться в экран, уже без энтузиазма обсмеивая фильм, и лишь изредка лениво вставляя короткие фразочки, а Дерек в открытую смотрел на его ладони, лежащие поверх футболки. И отчаянно отдергивал себя, не разрешая к нему прикоснуться. Ему не может нравиться парень, его не должно привлекать тело с той же физиологией, что и у него самого. Это неправильно. И, о черт, как ему хочется дотронуться до этого неуёмного.       Мученически простонав, Хейл схватился за переносицу.       — Ты чего? — лениво повернув к нему голову, непонимающе поинтересовался Стайлз. Дерек сидел идеально ровно.       На другом конце дивана.       Он буркнул что-то невразумительное в ответ на пытливый взгляд Стилински и уставился в экран. За сюжетом фильма он перестал следить с того момента, когда Стайлз, сбросив клетчатую рубашку, оставаясь в просторной футболке, расселся рядом, заграбастав коробку пиццы себе на колени. И так и манил, чёрт, себя приобнять.       Стилински, помедлив, вернулся к просмотру фильма, а Дерек, вдохнув и выдохнув, возвращая своё героическое самообладание, понял — тщетно. Глаза всё так же упрямо косились в сторону Стайлза, а тело само придвигалось ближе. Решившись, Дерек с абсолютно нечитаемым лицом (направленным все на тот же экран) протянул руку как раз так, чтобы как бы невзначай приобнять Стайлза — на спинку дивана, позади паренька. Хейл мученически медленно продвигал её вперед, чтобы не дай бог Стилински не уловил вибрации воздуха. И чем дольше длился этот процесс, тем сильнее сходились на переносице черные брови, и учащался пульс.       Дело подходило к концу, рука почти оказалась у цели, когда Дерек понял — лет с тринадцати он не пугался чего-либо внезапного так сильно — из кармана Стайлза донесся громкий, извещающий о новом сообщении, звук.       Дерек снова сидел на другом конце дивана, так ровно, словно кол проглотил. Стайлз его дерганий рядом с собой не заметил, но и без этого снова испугал Хейла до чёртиков: прочитав смс, Стилински судорожно перевел дыхание и подскочил с места, опрокинув с колен пустую коробку, и рванул в прихожую. Недоумевая, Дерек подскочил следом за ним.       — В чем дело? — спросил он, всерьез начиная беспокоиться, видя, что Стилински не может зашнуровать кеды — так тряслись его руки.       — Папа, — прохрипел Стайлз рассеяно. — В больнице.       Психанув, Стилински запихал шнурки внутрь. Не уточняя подробностей, которых Стайлз и так не знал, Хейл просто схватил с вешалки кожаную куртку и, взяв ключи, вылетел следом за покинувшим его квартиру парнем.       Уже на лестнице, чуть не навернувшись на ступеньках, прижимая к уху телефон, и нервно кусая губы, Стайлз бросил на него немой вопросительный взгляд. Дерек коротко пояснил:       — Подвезу.       Стилински ничего не ответил, просто побежал дальше вниз по лестнице, безуспешно пытаясь дозвониться до отца.

******

      — Всё будет хорошо, — пообещал Дерек, неумело нарушая напряженную тишину. Стайлз издал невнятный звук, похожий на «угу», даже не взглянув на него. Хейл крепче сжал руль.       Пока они стояли на светофоре и до смерти издёрганный Стайлз грыз ногти, Дерек, стараясь утешить, показать ему, что со своей проблемой он сейчас не один, набрался смелости, которой не хватило у себя дома, и, затаив дыхание, положил свободную руку парню на плечо. Стилински вздрогнул и поднял на него повлажневшие глаза. Хейл осторожно проскользил ладонью по его руке и вновь вернувшись на плечо, сжал его, рассеяно отметив, что клетчатую рубашку Стайлз забыл у него дома.       — Твой отец сильный, он выкарабкается.       Стайлз закивал.       — Сообщение мне прислал папа. Значит, он в сознании, — нервно затараторил Стилински, пытаясь найти объяснение, почему его отец молчит и убеждая себя, что с ним всё в порядке.       Дерек нехотя убрал руку, возвращая её на руль, и автомобиль резко дернулся вперед, обгоняя плетущиеся впереди машины.       — А что именно он написал? — осторожно уточнил Хейл.       — Что находится в больнице. И всё.       — Может, всё и не плохо. Он смог сам тебе набрать сообщение.       — Но он мог позвонить! Или ответить на звонок, а он молчит! Дерек, отец единственный, кто у меня есть. Он... Он не может... О, черт, забей!       Дерек нахмурился.       — Если с твоим отцом случилось что-то серьезное, Стайлз, ему обеспечат лучшее лечение, мы найдём хорошего врача, я помогу, и, если нужно… — он замолк, удивляясь своему порыву, потому что он говорил и переживал так, словно это с его отцом, возможно, случилась беда. Стайлз тоже это заметил и перевел на него огорошенный взгляд, не понимая рвения сидящего рядом старшекурсника.       — Спасибо, — прохрипел он, внимательно глядя на сосредоточенного Хейла, затем снова схватился за телефон.       Влетев в больницу и узнав у опешившей медсестры, где находится его отец, Стайлз рванул по коридору, не слушая что-то кричащую ему вслед женщину. И проскользил кедами мимо нужной ему палаты, пытаясь затормозить. Вернувшись, он распахнул дверь и вбежал внутрь. Хейл следовал за ним, так же игнорируя медсестру, и, когда оказался рядом, с облегчением выдохнул: с отцом Стайлза всё было в порядке, только на руке красовался белоснежный гипс. Дерек видел, как Стайлз крепко обнял отца, уткнувшись носом ему в шею, а затем отстранился и начал громко отчитывать, схватив за плечи и слегка потряхивая. Хейл улыбнулся, когда Джон стал виновато оправдываться, изредка кривясь от боли при наиболее сильных «тормошениях» сына.       — Почему ты не отвечал на звонки?! Ты хоть знаешь, что я уже успел напридумывать? — доносились до Дерека громкие вопли Стилински. Он покачал головой, не прекращая тепло улыбаться, когда Стайлз снова стал обнимать отца. И быстренько отошёл в сторону, когда в палату влетела разъярённая медсестра и начала отчитывать уже Стайлза за шумное поведение в больнице.

******

      — Сейчас открою! — лениво плетясь по лестнице, проорал Стайлз. И резко проснулся, увидев за дверью Хейла.       — О, — всё, что смог сказать он.       Дерек обворожительно улыбнулся, скрывая волнение, и впихнул Стилински в руки забытую у него дома рубашку, которую использовал только как повод, чтобы прийти.       Стайлз кивнул и, поблагодарив его, впустил в дом.       — Как Джон? — чувствуя неловкость, поинтересовался Дерек и кивнул, когда Стилински предложил сделать ему бутерброд.       — Хорошо, — Стайлз направился на кухню, а Хейл за ним. — Тот идиот заплатит деньги за ремонт машины. Видел бы ты, как извинялся этот сопляк, — скривившись, выплюнул Стайлз и Дерек решил умолчать, что Стилински и сам тот ещё сопляк.       Они помолчали, пока Стайлз, пряча взгляд, не заговорил вновь:       — Я повёл себя немного истерично в тот раз…       — Не надо, Стайлз, ты переживал за своего отца. В этом нет ничего постыдного.       Стилински отложил нож и поднял глаза на Дерека.       — А еще наверняка выпачкал твой прелестный ковёр коробкой из-под пиццы.       — Радушно приглашаю на чистку, — шутливо произнёс Хейл.       — Ты… — начал Стайлз, пытаясь подобрать слова. — Ты такой же, как и я.       — Что? — не понял Дерек.       — Просто парень, — пожав плечами, ответил он и неуверенно сделал к нему шаг.       Дерек сглотнул, глядя на несмело улыбающегося парнишку. Как так вышло? Прошло ведь совсем мало времени, они практически ничего не знают друг о друге. И как же так случилось, что этот-идиот-Стилински-не-из-его-круга, как говорит Джексон, стал ему так важен?       Но вместо того, чтобы попытаться найти ответ на этот вопрос, Дерек смотрел в его медовые глаза, на потрескавшиеся губы, на рассыпанные по лицу родинки, и не знал, куда деть свои, казавшиеся длинными и чужими, руки. И себя всего в принципе тоже.       Хейл учащенно задышал, когда Стайлз сделал еще один шаг, и мысленно припомнил матерные слова, которые знал, потому что сам он застыл каменным изваянием и не мог пошевелить своими чертовыми конечностями, чтобы преодолеть уже, наконец, это минимальное между ними расстояние. Но когда светлые карие глаза чуть расширились, а улыбка медленно сползла с губ, потому что Стайлз не почувствовал никакого ответного отклика, Дерек рискнул и, обхватив непослушными руками затылок парня, прикоснулся к его губам. Сухим, тонким, растерянно раскрывшимся, потому что и сейчас Стилински хотел вставить своё слово. Дерек тут же оторвался от них и, виновато взглянув в смеющиеся глаза, улыбнулся и снова прижался к губам, мягко обхватывая парня за плечи и чувствуя такие же вздрагивающие руки у себя на спине.       — Хейл! Стайлз! Вы… Что вы…?!       Парни шуганулись и отпрыгнули в разные стороны, оказываясь друг от друга в нескольких метрах.       Ошарашенный Джон смотрел на них несколько секунд, застыв на месте и раскрыв рот. Пока не схватился за лежащую на столике переносную лампу, притащенную в дом из гаража.       — Ой, — испуганно произнёс пунцовый Стайлз, облизывая губы. Дерек стоял столбом и молчал, прожигаемый яростным взглядом мужчины.       Находиться после случившегося с отцом в одной комнате было больше, чем неловко, но Стайлз, как и расхаживающий туда-сюда Джон, знал, что им стоит поговорить. Стилински-старший оттягивал разговор, набираясь смелости, чтобы его начать, а младший подыскивал слова, чтобы всё правильно ему объяснить.       Наконец Джон перестал мельтешить и встал перед сыном, заслонив весь свет.       — Стайлз… неудавшиеся отношения с девушкой ещё не означают, что у тебя больше ни с одной из них ничего не получится. Дерек… Это… Это же неправильно!       — Пап, я ничего такого и не думаю. Мне не нравятся парни — мне нравится Дерек, — выпалил Стилински и отвёл взгляд, покраснев, потому что только сейчас он впервые озвучил это, даже для себя.       — Стайлз! — в отчаянии выкрикнул Джон и снова начал расхаживать по комнате, нервно пройдясь ладонью по ежику волос. — Ты ничего не знаешь о Хейле! Он воспользовался ситуацией и… Дерек не просто так появился в твоей жизни!       — Я всё знаю, — признался Стайлз, уверенно глядя в ответ на виноватый взгляд. — Дерек все рассказал мне. И… я не злюсь на тебя.       — Но… — Джон растерянно покачал головой, его плечи опустились. — Стайлз, он — парень. Ты – парень. Вы мужчины. У вас не может быть никакого будущего! Он ветреный! Ему ничего не стоит поиграть твоими чувствами и…       — Пап! — останавливая отца, выкрикнул Стайлз, уязвлено хмурясь от его слов — он не был с ними согласен. Да, Дерек мужчина и надеяться на что-то глупо, но почему бы не попробовать, если всего лишь от присутствия этого человека ему так хорошо. Да, Дерек мужчина, но ни за что не поступил бы с ним так, как говорит отец. — Я же не собираюсь лететь в Голландию и венчаться с ним на веки вечные! — Джон мысленно схватился за голову. — Просто, он нравится мне, а я, кажется, ему. И почему бы не попро…       — Потому что он парень, Стайлз! Парень! О Боже, это я виноват во всем!       Джон приземлился на кресло и расстроено закрыл ладонями лицо. А Стайлз, неожиданно тепло улыбающийся, сел ближе к нему и успокаивающе погладил по спине.       — Па, то, что ты сказал тогда на зачёте, обращаясь к Лидии, ради меня… Пусть это и дикая идея, но… Она принесла с собой то, за что я благодарен тебе, — Джон поднял на него непроницаемый взгляд. — Даже на слухи по универу мне теперь побоку, — нервно засмеявшись, заверил мужчину сын и заговорил уже серьезно. — Но тебе не стоит вмешиваться в происходящее. Это моя жизнь и я сам разберусь, что для меня лучше. Если так нужно — то на собственных ошибках. Просто… главное будь рядом со мной, не отворачивайся, — закончил Стайлз и когда Джон медленно кивнул, быстренько смылся к себе в комнату. Залез через ноутбук на свою страничку и увидел несколько непрочитанных сообщений от Дерека.       «Дерек Хейл: Стайлз??»       «Дерек Хейл: Все в порядке?»       «Дерек Хейл: Что сказал твой отец?»       «Дерек Хейл: Не молчи, Стайлз!»       «Дерек Хейл: Если ты не ответишь мне через пять минут, я еду к тебе!»       Стайлз взял валяющийся на кровати телефон и на нём тоже увидел непринятые от Дерека вызовы и смски, смысл которых был тем же самым. Широко улыбнувшись, Стайлз принялся строчить ответ.       Почему бы и не попробовать? П о с л е с л о в и е       Начались титры и Стайлз печально выдохнул. Он-таки посмотрел «звездные войны» на большом экране у Дерека и самого Хейла заставил смотреть вместе с ним. Тому даже вроде понравилось. Атмосфера была уютной, обнимающая сзади рука приятно грела.       Стайлз хитро усмехнулся и бросил быстрый взгляд на Хейла. Дерек заметил его и внутренне напрягся.       — Я хотел кое-что обсудить. Просто, чтобы уточнить детали и знать.       — И что же?       Стайлз выпутался с объятий и, повернувшись к парню, лукаво прищурил глаза.       — Дерек, ты… ты когда-нибудь был с парнем?       Хейл вперился в него непроницаемым взглядом. И молчал — глазами силился донести до Стайлза, какой тот идиот.       — О, я понял, — Стилински широко улыбнулся и мягко коснулся его щеки, словно успокаивая.       Дерек иронично выгнул бровь.       — Когда у нас дойдет до «этого», я буду очень осторожен, Дерек. И не причиню тебе боли, — спокойно улыбаясь, пообещал Стилински.       Хейл выпал в осадок, а темные брови взлетели на лоб.       Что?       — Стайлз, — вкрадчиво начал он, приближаясь к нему в плотную. Стайлз продолжал мягко улыбаться. — Ты же не подумал, что я буду… не подумал же ведь?       Стайлз непонимающе моргнул.       — Но… а как тогда? — хмурясь, спросил он.       Дерек оскалился, слепя своей голливудской улыбкой. Теперь напрягся Стайлз.       Его быстро опрокинули спиной на диван, давая понять «как». Нависнув над ним, Хейл погладил парня по щеке и, наклонившись, чмокнул в лоб.       — Я буду с тобой осторожен, Стайлз, — заверил его Дерек со смехом, потому что Стилински пришёл в себя и начал протестующее вырываться.       К о н е ц :)