С небес на землю

- Я бы и без тебя справился, - себе под нос пробубнил Сашка и тяжело вздохнул, словно пытаясь с себя снять напряжение неизбежного разговора. Сначала я не придал этому должного значения. Но потом я посмотрел на Цесарского, который сгорбился в этот момент и, видимо, подбирал слова. Казалось, на кухне сгустились сумерки, хотя темнеть начало только совсем недавно, и лампа не была для них преградой. Они оседали, как пепел после атомного взрыва. Только в нашем случае он ещё не произошёл. И я очень надеялся, что Сашка сейчас вскочит и скажет, что Денис пошутил, и никакого серьезного разговора не будет. Так хочется всегда, и зачастую это действительно оказывается каким-то глупым розыгрышем, после которого вы с другом смеетесь над нелепостью ситуации. - Хочешь мне признаться, что на самом деле был влюблён в меня все эти годы, а ваша стычка с Сергеем произошла, потому что вы не могли меня поделить? - попытался пошутить я и свести на нет эту отяжеляющую своей мрачностью атмосферу. Сашка поднял голову и долгим взглядом посмотрел на меня. Я стушевался от неловкости своего предположения. Но это лучше, чем терпеть затянувшееся молчание. - Мы возвращаемся в Москву, - тихо сказал Сашка. - Что? - не понял я. Нет, у меня не ушла земля из-под ног, я не был удивлён этому, скорее, я не мог сообразить, как это произошло. Но новость, конечно, меня мало обрадовала. - Почему? Зачем? - Отца повышают в должности, и ему необходимо вернуться обратно, - Сашка выглядел так убито, будто это я уезжаю, а не он. Я чувствовал, как во мне медленно закипала злость, готовая запечь Цесарского на гриле и подать к столу. Но в то же время я видел, как моему другу было тяжело, и хотелось как-то его приободрить, сказать, что всё будет хорошо и что ему не стоит расстраиваться так. Но ни тому, ни другому чувству я решил пока не поддаваться. - А как же квартира? Мы переехали только потому, что в этом городе вам дали квартиру? И как же твой универ? - у меня уже было чуть ли не миллион вопросов. А самый главный - как давно Сашка об этом знал. - Нам позволили её продать и купить в ипотеку в Москве. Мы с мамой как раз остались, чтобы довести дела до ума, а папа с Максимом занимаются покупкой квартиры, - рассказал Сашка и не смел поднимать глаза. Конечно, не смел! Он ведь прекрасно понимал, какую волну бешенства и негодования это может вызвать во мне. - А из универа я отчислюсь на этой неделе, потом переведусь в какой-нибудь Московский, а этот год пока поработаю, ну или не знаю что. - Он пожал плечами так, будто это было самое меньшее, что его волновало. - Погоди, почему твои родители так легко решили переехать? А как же твоя учёба? А как же учёба Дениса? Вы оба учитесь в университете, вашим родителям плевать на это? - я даже встал с табуретки от возмущения и, казалось, что каждым своим вопросом я вешал тяжелый кирпич вины на шею своего друга. - Вы же потеряете целый год! Тебе совсем не жалко своего времени? Однако эти слова в душе Цесарского отозвались не отрезвляющей ясностью ошибок своих родителей, а гневом в мой адрес. - То есть это единственное, что тебя волнует в этой ситуации? Потерянное время? - Сашка, всё ещё горбясь, вскинул голову и посмотрел с какой-то долей обиды на меня. - Тебя не волнует, что ты останешься здесь, а я опять буду в Москве? Честно говоря, я в действительности не задумывался о том, что мы расстанемся, и только сейчас осознал, что я не еду с ними. Для меня это в некотором роде трудно было осознать. На перепутье своей жизни я не знал, что мне с ней делать, и решил, что поплыву по течению: в тот год семья Сашки как раз перебралась в этот город, а Сашка со всей страстью к книгам решил подать документы на филфак. Мне на тот момент не хотелось ничего. Не уверен, что я вообще чувствовал себя живым тогда. А сейчас всё было по-другому. Я уже привык к размеренной жизни, к нудным занятиям в университете и полнейшему непониманию, что мне делать дальше. Единственное, наверное, что я знал, это то, что университет закончить необходимо и следует это сделать как можно скорее, потому что потом не захочется. - Я... - я на несколько секунд растерялся и не смог понять, что мне нужно сказать. - Я поеду за тобой. Поразительно то, насколько легко мне далось это решение. Казалось ли оно правильным? Нет. Казалось ли оно неправильным? Нет. Поспешным? Определённо. Но я не мог по-другому. Оставаться здесь без Сашки для меня уму непостижимо. Мы почти с нашего знакомства были вместе, и он был единственным дорогим мне человеком, терять которого я был не намерен. Вероятно, поэтому мне показалось это нормальным. - Что? - на этот раз пришла очередь удивляться Сашке, но сообразил он что к чему гораздо быстрее меня: - Но тебя отец убьёт, если узнает, что ты вернулся в Москву. - А он узнает? - с ехидством спросил я, надеясь, что это сможет усыпить бдительность Сашки. Но не получилось.. - Ты забыл, кто твой отец? - не унимался Цесарский. И я закатил глаза. Да, я был в курсе, кто мой отец. И я был в курсе об этом всю мою чёртову жизнь и не забывал ни на секунду. - И что он сделает? - я прекрасно знал, что ничего. Максимум организует слежку, чтобы я не совался к Ксюше, если он ещё её не разлюбил. А стоило бы, она уже замужем. Что самое ироничное, Ксюша познакомились со своим мужем как раз на каком-то семейном празднике Цесарских, где были все, кому не лень было переться за МКАД. Мама Саши тогда подумала, что Ксюша моя близкая родственница, а друг его отца подумал, что она замечательная женщина. И оба, конечно, ошиблись. Сашка не знал ответ на этот вопрос, единственное, на что ему хватило фантазии, это на убийство или пытки. Но мой отец не будет поступать так с единственным сыном. Слишком плохо может сказаться на репутации. - Ты сам говорил, что терять время - это глупо, - начал Сашка. - Да, я считаю это глупо, поэтому изучу всю информацию по этому вопросу и постараюсь максимально безболезненно перевестись в другой университет, - сказал я тоном, не терпящим возражений. - Так что прекрати беспокоиться обо мне, я всё равно здесь не останусь. Сашка тяжело вздохнул. Да, Денис был прав, Сашка очень любил всех спасать, и сейчас он явно был недоволен тем, что подвергает меня существующей только у него в голове опасности. Куда более опасно находиться здесь без Сашки. Вдруг Нельнову что-то взбредет в голову, и он меня прибьет прямо в школьном туалете. А уж от кого-кого, а от Нельнова я хочу сбежать в первую очередь как можно дальше. Все эти мысли даже помогли мне немного успокоиться и взбодриться. Перемены в жизни всегда застигают врасплох, но я даже не против сменить место жительства и вернуться в родной, пусть и нелюбимый город. Главное, чтобы Ксюша не узнала, а то... На миг все мои мысли резко остановились, они как будто заледенели, и это самое страшное, что может произойти в твоей голове, где мысли текут, подобно ручью. Это был всепоглощающий ужас только от одной мысли о встрече. Нет, это не главное. Список людей, которые не должны знать о моём возвращении, возглавляла не она. - Дим, пожалуйста, приди в себя. Именно этого я и боялся, - Саша потряс меня за плечи, сев передо мной на корточки. - Чего? - не понял я и потёр костяшкой ладони свой глаз. Не знаю, от усталости или от резко накатившей на меня тревоги. - ПТСР, - ответил Сашка, и я фыркнул. - О господи, Цесарский, у вас уже есть один психолог, и это не ты. Сашка рассмеялся и после выдохнул с облегчением. - Так-то лучше, а то я уже видел в твоих глазах вьетнамские флэшбеки, - Сашка встал и с теплотой посмотрел на меня. Любое проявление хоть каких-то эмоций, кроме дружеского рукопожатия при встрече, для мужчин зачастую приравняется к проявлению слабости. Но сейчас у меня было достаточно сил, чтобы заглушить в себе точащий меня изо дня в день тонкий голосок маленького, но очень живучего червя. Я испытал успокаивающую меня дружескую нежность к Сашке, и я поднялся с табуретки и крепко-крепко обнял моего единственного лучшего друга, стоя на цыпочках. - Я тебя люблю, - честно признался я и сам не заметил, как улыбнулся. Сашка поначалу опешил. Уверен, он был несколько секунд был в смятении, поэтому сказал: - Эй, ну хватит этих ваших гейских нежностей, - и погодя несколько секунд, он приобнял меня за талию и прижал к себе. - Я тебя тоже.