Пять течений

Что делает с нами власть? Она одурманивает своим манящим ароматом, своим сладким вкусом... Ради власти люди идут на многие ужасные поступки. Они предают идеалы, которым были верны, убивают. Они держат в страхе тех, кто тоже к ней стремится. Но ведь не все такие, можете подумать вы. И отнюдь не окажетесь неправы. И правда, есть множество примеров, когда этот дурман не менял кардинально людей. И таких можно считать героями. Героями, что не поддаются соблазну. Но власть сладка, и к одурманенному типу относился Свеин. Кто же это? Тот, кого можно назвать родителем красной реки. Или, быть может, надо быть точнее и сказать "кровавой"? Кто знает, кто знает... Только вам его судить, друзья мои, а я лишь рассказчик, который повествует историю без каких-либо прекрас. Свеин жил отнюдь не в самой бедной семейке. Отец - обычный мельник, добрый душой и сердцем, никогда в помощи ни единой душе не откажет. Мать же являлась женщиной отнюдь не глупой, обладала чувством юмора, талантливая певица. Работала она в городской библиотеке, что располагалась неподалеку от дома семейства Свеина. Казалось бы, идеальная семья, все, как у людей, жизнь налажена, а городок находился на достаточном расстоянии от опасных лесов, где жили и вели свою войну не на жизнь, а на смерть фиаламы. Сложно сказать, касалась ли этого поселения кровавая бойня, ведь жители всегда отличались веселым нравом, и говорить о горестях и тяготах не имеет смысла. Да и по тем правилам вспоминать о войне являлось чем-то из ряда вон выходящим. Те путники, которым приходилось проводить какое-то время в данном городе, не решатся назвать это место ужасным, но и раем нельзя посчитать. В то время, как все остальные познают тягости битв с жестокими тварями, жители этой местности веселятся и ведут спокойный образ жизни, не задумываясь об ужасах, что творятся вне их домов. Но, как вы сами способны понять, не так уж долго длилась эта размеренная жизнь. Фиаламы в итоге и сюда добрались. Случилось это на шестом году жизни Свеина, где-то в ноябре, когда весь город готовился к зиме. Ничего не предвещало беды, сияло солнце, которое хоть и не грело, но могло еще порадовать своими бледными и не особо сильными лучами. Горожане готовились к своему празднику - дню ноябрьского веселья. Глупо, не правда ли? Но дело в том, что праздники для этих людей - первостепенная задача, вот они и придумали каждый месяц праздновать день веселья. Ноябрьский, декабрьский и так далее. Свеин же, как и все дети, просто ждал вечера, когда можно вдоволь наиграться и навеселиться. Но когда оставалось всего несколько часов до празднования, мальчик находился рядом с матерью, в библиотеке, чтобы как-то скоротать время и услышать какие-нибудь интересные истории. Однако та рассказала сыну все, что знала об этом городе. Разумеется, существовало и множество других легенд и сказаний, но не было ни одного, который не затрагивал бы войну. А женщина не хотела травмировать собственного ребенка рассказами о зарождении расы фиаламов, появлении этого мира, о войне и исчезновении Амалора. Справедливости ради, все вышеперечисленные легенды знали лишь единицы, среди которых и была мать Свеина. По большей части, горожане жили во лжи. Рассказывали им в детстве всякие небылицы. Например, что слово "война" придумали те, кому скучно жить в веселье. Люди в легендах необразованных никогда не умирают, если веселиться, что смерть известна лишь воинствующим. Но сами посудите, это полная белиберда, и в ней выгодно жить и считать, что вокруг все такое милое, белое и пушистое. - Мам, ну ты же умная! Расскажи что-нибудь! - умолял маленький Свеин мать, с надеждой смотря на нее, но ответа не следовало. Самой женщине было тяжко держать всю правду в себе, она страшилась того, что сын либо не поймет, либо расскажет кому-то еще, и тогда цепная реакция не заставит себя ждать. Этот страх не позволял рассказать все, поэтому мать молчала. - Мама! Ну расскажи! - уже начал кричать мальчишка, надеясь, что та смилуется. И эти крики делали ей только хуже. Нервы на пределе, она хочет рассказать правду, но нельзя! - Прости, Свеин... Но я не знаю ничего другого. - ответила мать, сжавжись. Женщина едва сдержалась, и если бы не вошедший в библиотеку мужчина, то мальчик бы услышал истинную сущность вещей. - Мадам Эрин... - произнес он с некой опаской в голосе. Это весьма нетипично для любого человека данного города. Никогда в их жизни не появлчлось и доли беспокойства, но этот тон не на шутку перепугал бедную библиотекаршу. - Что-то не так. - О чем вы? - в ответ полное непонимание со стороны Эрин. Что случилось? Неужели нечто страшное произошло? Но не успел мужчина ответить, как с улиц послышались громкие крики, такие душераздирающие и полные страха. Женщина хоть и испугалась этого шума, но все же подошла к окну, чтобы посмотреть, что же происходит. И то, что она увидела, повергло в самый настоящий ужас. По улицам бежали фиаламы, вооруженные копьями, камнями, мечами... Они выглядели так устрашающе, так грозно... Но это еще полбеды. Эти монстры начали атаковать все, что могло двигаться. Они разбивали беззащитным горожанам головы, протыкали насквозь копьями, а при виде молодых девушек хватали за волосы и тащили в неизвестном направлении. Бедные люди... Они же не могут ничего противопоставить этой свирепой расе. Да что тут говорить, оружия не было никакого. Ох, какая же кровавая была эта ночь. Библиотеку, где находились Эрин со Свеином, участь тех, кому не удалось спастись, не обошла стороной. Но женщине досталась очень мучительная смерть. Один из фиаламов, разбив стекло, навалился всем своим телом не бедняжку и проводил острием осколка по лицу, шее, рукам... Ран было столь много, что выжить невозможно. Мать умерла на глазах у Свеина. Казалось, что и бедного мальца ждет та же участь... Но нет. Неизвестно, что в тот момент остановило Фремула, полуволка, но он только схватил ребенка и потащил туда, откуда пришли его собратья, в сторону леса. *** - Зачем ты пощадил его, Фремул? - рычал на своего солдата Воланс. Естественно, предводитель был в бешенстве, ведь, в конце концов, раса никогда не оставляла в живых кого-то, кроме женщин, которые все же погибали спустя несколько месяцев после пыток, насилований, голода. - Из-за этого могут поползти дурные слухи! - Предводитель, это еще совсем ребенок... - хотел что-то сказать полуволк, но Воланс перебил его. - С каких это пор ты стал таким мягкосердечным?! Я слыхал, что ты убиваешь с особой жестокостью. - раздраженно процедил он. - Нет, предводитель, я не об этом. Это совсем ребенок, и он может быть для нас особо полезным. Я заметил, что мальчишка крепкий, почти ровня нам. Если его воспитать так же, как нас всегда воспитывали, то... - Как нам может помочь мальчишка человеческий?! Фремул, ты же понимаешь, что этот план глуп. - на этот раз более спокойно отозвался Воланс. - Предводитель, магистр Асджер пустил слух, что есть Посвященные. Те, что унаследовали силу того, что избавил наш мир от разрушения. Этот мальчишка может стать для нас полезным. - немного запыхавшись, объяснял фиалам. Воланс же сел на свой трон и посмотрел на собеседника. - Продолжай. - Один из Посвященных получит власть над страной. И этого мальчишку можно выдать за Посвященного. Тогда власть будет в наших руках, ведь он перебьет всех остальных. И фиаламы окончательно выйдут из тени. Мы сможем управлять людишками. Власть по праву принадлежит нам! Наш предок - принц, предводитель! - с каждым словом Фремул говорил все более и более воодушевленно. - Знаешь... А ты прав. - произнес в ответ Воланс, задумавшись. - Мальчишка и впрямь может стать нашим ключом к власти. - он резко встал со своего трона и отправился к своим войскам. - Необходимо сделать объявление, чтобы мальчишку не убивали. *** Так и прошло двадцать лет. Свеин уже не тот, что был раньше. Теперь это не тот мальчуган, что так рвался узнать что-то новое, теперь он стал одним из них. Этот человек, что считался одним из фиаламов, убивал любого, кто стоял на пути к осуществлению его целей. Иногда даже сами полузвери изумлялись свирепости, мощи и силе этого Свеина. Те, кто ставил, под сомнения могущественность молодого мужчины, просто не ходили по земле. Этот монстр убивал любого, кто хоть слово скажет против. Да что тут говорить, он держал в страхе всех, кроме Воланса. Предводитель - единственный, чьи взгляды уважал Свеин. Почему же все так? А все очень просто: Воланс был еще более жестокий, нежели человек, что вырос в окружении этой расы. Однажды Свеин ослушался руководителя, и тот на его глазах вырвал рядом стоящему с ним фиаламу сердце, причем голыми руками. Это настолько поразило и напугало Свеина, что тот поклялся никогда не перечить Волансу. Пребывание среди не своих сородичей могло продолжаться долго, если бы не план Фремула, что стал советником предаодителя. - Мы должны поговорить с тобой, Свеин. - произнес полулев, сидя на своем троне. - О чем, предводитель? - спросил юноша, сев напротив Воланса и смотря ему прямо в глаза, пусть и с некоторой опаской. - Мы тогда не просто так пощадили тебя, Свеин. - произнес собеседник. - Услуга за услугу, мой друг. Теперь ты должен пощадить нас. - Я не понимаю, о чем Вы. - недоумевал тот, ведь нельзя иногда было понять, о чем говорит Воланс. Очень уж любил он говорить иногда загадками. - Все просто, дорогой товарищ. - хмыкнул фиалам и поднялся с трона. - Когда-то давно власть принадлежала нам, фиаламам. Наш предок должен был стать королем, но из-за противоестественности его природы никто не воспринимал всерьез нового правителя. Нас считали жалкими, нас не воспринимали, нас ненавидели. Теперь нас боятся, и правильно делают. Но мы все еще ведем не тот образ жизни, который нам нужен. Власть должна вернуться в наши руки. - закончил свое изъяснение полулев, однако у Свеина оставались вопросы. - Но при чем тут я? - все еще недоумевал юноша. - Как я могу помочь заполучить власть? - Ах да, я же рассказал не все. Помнишь ту легенду о Посвященном? - тот кивнул в ответ. - Один магистр, Асджер, хочет вернуть власть, чтобы закончилась кровавая эра. И этот старик верит, что Посвященный не умер тогда, что у него есть наследники. И один из наследников должен взять власть в свои руки, начать правление и покончить с кровопролитием. И ты можешь выдать себя за одного из наследников. Затем ты убьешь остальных, кто встанет на твоем пути. И мы, фиаламы, придем к власти и займем свое место! - Я все сделаю ради своих спасителей, предводитель. - произнес Свеин и опустился на одно колено перед Волансом, показывая тем самым свою верность расе до самого конца. *** Так и наступило время так называемой Кровавой реки. Свеин смог убедить Асджера, что он является одним из наследников первого Посвященного, выдавая в качестве аргумента свою немалую силу, коей мог гордиться герой. И на несчастье многим, магистр и правда считал, что это возможно. После смерти Клеменса и Илвы весна стала "красной". Свеин будто совсем обезумел. Он запугал всех остальных Посвященных, и в его сторону не могли сказать ничего плохого. Юноша уже ощущал этот сладостный вкус победы над соперниками, хотя ничего не было решено окончательно. Асджер же, видя все это, был взволнован происходящим. В его голове даже появлялась мысль, что зря все это затеял, ведь стало только хуже. Он издали наблюдал за поведением Свеина и видел, что за малейшую провинность любой человек уже становился мертвым. Весь город окрасился кровавыми пятнами, все жители теперь жили в страхе и думали "О Создатель, за что ты с нами так?". *** - Ты все делаешь, как надо, мой друг. - произнес Воланс, едва завидев Свеина, скачущего к нему навстречу. - Я не думал, что все начнут бояться тебя настолько сильно. Если, конечно, правдивы слухи. - Слухи верны, Воланс. - произнес юноша, подойдя к нему поближе. Какой же Асджер все-таки болван. Думал, что своими силами сможет вернуть то время, когда в этом мире царствовал закон. Ха. - Да, Асджер глуп и не дальновиден. - согласился полулев и посмотрел на Свеина несколько укоризненно. - Ты же помнишь про наш уговор? Власть должна быть наша. - Воланс. Я не могу вот так взять и отдать вам всем свою власть. - с ухмылкой ответил юноша. - Этот вкус власти так сладок... Зачем мне делиться ею с вами? - и, схватив свой острый нож, Свеин подбежал к собеседнику, и тот даже среагировать не успел! Юноша проткнул фиалама в самое сердце! - Ни за что. Ни за что я не отдам свою власть! И Воланс упал замертво. Его глаза широко раскрыты, из раны течет небольшими струйками кровь, постепенно подступая к ручью, что находился рядом с телом, и вода постепенно окрашивалась в алый цвет. Потекла кровавая река... Видимо, именно это развеселило Свеина, и он громогласно рассмеялся, что казалось, будто весь мир слышал этот рев, перемешанный с безумным смехом. Этот рев настоящего медведя.