Непростая командировка

      Знаете, каково это - просыпаться в единственный выходной от резкого, немилосердного грохота перфоратора? Не просто один раз, случайно, а каждую субботу и воскресенье, ровно с восьми утра, будто по какому-то зловещему уговору всех соседей разом. Сначала я вскакивала в панике, думая, что это землетрясение или взрыв. Потом злилась, зарывалась с головой в подушку, пытаясь заглушить звук. А теперь… Теперь я почти привыкла.        Целый год. Ровно столько я живу в своей квартире в этом новом, пахнущем краской и надеждами доме. И ровно столько же мои ненаглядные соседи никак не могут угомониться. То у одних ремонт, то у других, то третьи вдруг решают, что им срочно нужно пробить стену именно в воскресное утро. Я уже начинаю подозревать, что это некий скрытый ритуал - посвящение в новоселы. Кажется, есть же какие-то правила по проведению ремонтных работ в жилых домах? Но мои соседи, очевидно, не в курсе таких мелочей.       Каждый человек мечтает о своем гнездышке, и я не исключение. Мечтала об этом с пеленок, если не раньше. В детстве рисовала домики на обоях, в подростковом возрасте клеила вырезки из журналов в тетрадку под названием «Моя будущая квартира». А в двадцать лет - бац! - и стала «счастливой» обладательницей ипотеки и однушки в строящемся доме. Счастье, конечно, сомнительное: банк выдает тебе ключи, а вместе с ними - долгосрочный кредит и осознание, что теперь ты прикован к работе, как каторжник к тачке.        Но когда через год я наконец заселилась, то разобралась с ремонтом за два месяца. Без шуток. Я не из тех, кто тянет годами, выбирая оттенок бежевого для кухонного фартука. Мне хватило недели, чтобы понять, что хочу серые стены и темный паркет, месяца - чтобы все это реализовать, и еще трех недель - чтобы осознать, что шторы я, скорее всего, перевешу. Но это уже мелочи.        Меня зовут Анастасия. Мне двадцать пять, и я живу в одном из самых красивых городов мира - Санкт-Петербурге. Да, я не объездила весь земной шар (пока что), но мой богатый опыт путешествий дает мне право так считать. Я видела Париж, но он слишком вылизанный. Бывала в Праге, но она как открытка - красивая, но без души. А Петербург… Он живой. Он дышит ветром с Невы, шепчет историями в переулках, стонет под тяжестью туманов. И даже вечные пробки на Невском не могут этого испортить.        У меня есть младшая сестра - Машка. Хотя иногда кажется, что она старше. Не по годам - по характеру. Мы с ней полные противоположности. Я - копия мамы: невысокая (ну ладно, 165 - это почти среднестатистически), светлые волосы до поясницы (которые вечно путаются в молнии куртки), голубые глаза (которые на фотографиях выглядят либо восторженно, либо как у маньяка).        А Маша - вылитый отец. Высокая, статная, с густыми темными волосами и карими глазами, в которые, кажется, можно провалиться. Отца мы потеряли из-за автокатастрофы, когда мне было десять. Машка, в силу возраста, его почти не помнит. А я…        Я помню.        Помню его смех, низкий и раскатистый, как гром. Помню, как он катал меня на плечах, а я кричала: «Выше! Еще выше!» Помню, как он учил меня завязывать шнурки, а у него самого всегда развязывались.        И еще я помню тот день.        Тот звонок.        Тихий голос бабушки: «Папы больше нет».        С тех пор я панически боюсь машин. Не просто опасаюсь - у меня сжимается желудок, когда я сажусь на пассажирское сиденье. Поэтому я - вынужденная поклонница общественного транспорта. Я знаю все маршруты автобусов, все переходы метро, все дешевые такси в городе (и несколько таких, о которых лучше не знать).        Но самое главное - я знаю, что даже в самом шумном доме, даже среди вечного ремонта и соседского перфоратора, можно найти свой уголок тишины.        Пытаюсь снова провалиться в сон, сквозь назойливую дрель перфоратора, которая вгрызается в стену ровно с той же частотой, с какой стучит моя утренняя головная боль. «Еще пять минут…» - мысленно умоляю я вселенную, зарываясь лицом в подушку.        И тут - звонок.        Черт возьми! Кому, какому безумцу, может понадобиться звонить в восемь утра в воскресенье?! Я вслепую шарю рукой по тумбочке, сбиваю книгу, нащупываю телефон и, даже не глядя на экран, подношу его к уху.        - Привет, сеструха!!! - в трубке раздается оглушительно-бодрый голос Машки, словно она не звонит, а врывается в комнату с воздушными шарами и фанфарами.        - Маша… - мой голос звучит как у человека, которого только что разбудили на допросе. - Вообще-то, по воскресеньям нормальные люди предпочитают высыпаться.        - Так у тебя уже восемь утра! - тараторит она, совершенно игнорируя мой недовольный, сонный тон и тот факт, что я, скорее всего, выгляжу как зомби после ночной смены. - Это я только из клуба вернулась! Представляешь, с таким красавчиком познакомилась…        Я мгновенно просыпаюсь.        - Эй, красотка! - в голосе появляются нотки старшей сестры, которые я сама в себе ненавижу, но ничего не могу поделать. - Тебе вообще-то семнадцать лет всего! Ты хоть вести себя прилично стараешься?        - Ой, вот только не надо мамочку из себя строить, - фыркает она, и я почти физически ощущаю, как она закатывает глаза. - Я ж тебе не для этого звоню…        Пауза. Драматическая.        - А вообще, Насть, выйди в Скайп. Так удобнее.        Я зажмуриваюсь.        - Маш… - вздыхаю я, перекатываясь на спину и уставившись в потолок. - Ну хоть на выходных я могу не сидеть перед компом?        - Ну Наааааастя! - нытье в ее голосе достигает таких частот, что, кажется, лопнут стекла.        Я закрываю глаза. Считаю до трех. Сдаюсь.        - Окей. Дай мне пять минут.        Как вообще могло случиться, что мы с ней сестры? В свои семнадцать у нее, кажется, было больше парней, чем у меня за всю жизнь. И ладно бы хоть качество, а то ведь количество - ее главный критерий. Мда, гордиться тут нечем.        Она уже два года живет и учится в Швеции, в каком-то модном колледже, где пытается постичь экономику. Пытается - ключевое слово. Потому что, если честно, не очень получается. Но кто будет учить скучные графики спроса и предложения, когда вокруг столько красивых шведских парней с голубыми глазами?               А я в ее возрасте уже устроилась на первую работу - официанткой в ночной клуб. Вечная музыка, полумрак, запах алкоголя и сигарет, чаевые в кармане джинсов. Днем - учеба, ночью - смена, сон - три часа, если повезет. Я выматывалась, но ловила кайф от того, что была независимой. От мамы, от обстоятельств, от всего.        Мама… Она у нас крутой архитектор, вечно в чертежах, в переговорах, в стройках. В этом я вся в нее. И горжусь ею безумно. Когда не стало папы, она не сломалась. Не зарылась в слезах, не искала утешения в другом мужчине. Просто взяла и вырастила нас сама, забив на свою личную жизнь.        А Машка? У нее в голове одни мальчики.        И…        Мальчики.        И вот теперь она опять заставляет меня включать ноут.        Терпеть не могу выходные за монитором"        А все потому, что я сейчас - начальник отдела продаж антиквариата и предметов искусства. Я занимаюсь организацией и проведением аукционов, включая формирование каталогов лотов, установление стартовых цен и контроль за процессом торгов. С недавних пор координирую работой экспертов по оценке и атрибуции предметов искусства, антикварных книг, живописи. Звучит сложно и не очень увлекательно? Потому что так и есть. Но прибыльно, после удачно сделки получаю неплохие комиссионные. Как оказалось, я в этом спец, иначе в двадцать пять меня бы не поставили руководить людьми старше меня на десять лет.               Но плата за это - вечные часы перед ноутбуком. Переписки, отчеты, звонки, графики. В выходные я ненавижу это еще больше. Хочется отключиться, забыть про экран, про цифры, про эту вечную гонку.        Но никак.        Сестра не отстанет же. Придется включаться.        С тяжелым вздохом поднимаюсь с кровати, шаркаю босыми ногами по полу и плюхаюсь за стол. Щелкаю ноутбуком. Загружается Skype.        «Маша_сестра», звонок.        - Привет, сестренка. Опять что-то срочное?        Я щурясь смотрю в камеру, все еще размытым от сна взглядом. На экране - сияющая Машка, будто она только что выпила литр энергетика и готова покорять мир.        - Насть, ну проснись ты уже! - ее голос звенит, как будто она не в шесть утра вернулась из клуба, а выспалась и медитировала под пение птиц.        - Повторить вопрос? - бубню, потирая виски.        - Вот ты зануда.        - А ты чего такая размалёванная? - фокусируюсь на ее изображении и впервые замечаю слой макияжа, который впору счищать шпателем.        Серьезно, столько тональника я за неделю не трачу.        - Я ж в клубе тусила! - закатывает глаза Машка. - Не будь офисной занудой.        Я вздыхаю, махнув рукой.        - Ладно, пофиг. Твое лицо, делай что хочешь, - потягиваюсь и сжимаю в руке кружку с остывшим кофе. - Так ты чего звонила?               - Насть, тут такое дело, - глаза у нее загораются, и я чувствую, как начинает болеть голова. - На Новый год мы с однокурсниками хотим в Норвегию! Лыжи, горы, сама понимаешь…        Пфф.        Да уж, понимаю.        Бывала там пару раз - страна потрясающая. Воздух, которым невозможно надышаться, фьорды, от которых перехватывает дыхание, и цены, от которых хочется плакать.        - Ну так а я тут при чем? - поднимаю бровь, уже догадываясь, к чему она клонит.        - В том-то и дело… - она кокетливо опускает ресницы, и я чувствую, как начинает закипать.        Так, стоп.        - Ты хочешь, чтобы я тебе на поездку денег дала? - перебиваю ее плохо скрываемым раздражением.        - Типо того…       - К маме обращайся со всеми вопросами, - отрезаю я. - Это она тебя во всем спонсирует, я-то тут при чем?        - Так она хочет, чтобы я домой приехала на каникулы! - нытье в ее голосе сразу становится натужным. - А тут такая поездка…        - А ты не думала, что мама просто соскучилась по своей младшенькой дочери? - саркастически замечаю я.        - Я потом приеду!        - Маш, это к ней.        - Ну Настя, ну пожалуйста! - она складывает ладошки и смотрит на меня глазами, как у грустного щенка.       - Маш, а ты не пробовала устроиться на работу? - спрашиваю я, чувствуя, как во мне закипает раздражение.        Она замирает, ее брови взлетают к потолку, а губы скривляются в презрительной гримасе.        - Кем? - фыркает она. - С грязными подносами бегать что ли перед всякими мудаками в баре?        Я чувствую, как горячая волна возмущения подкатывает к горлу.        - А что такого? - резко отвечаю, сжимая пальцы вокруг кружки. - Я, между прочим, не сразу стала начальником. И бегала ночами с подносами, и улыбалась тем самым «мудакам», и терпела их похабные шутки. И знаешь что? Это называется взрослая жизнь.        - Это не по мне, - отмахивается она, будто отгоняя надоедливую муху.        - Ну конечно, - язвительно замечаю. - Ты лучше попросишь у сестры или будешь клянчить деньги у мамы.        Она сразу меняет тактику. Глаза становятся большими-большими, губы дрожат, и она наклоняется ближе к камере.        - Ты же мне не откажешь? - сладким голосом лепечет она, пытаясь строить глазки.        Я закатываю глаза так сильно, что чувствую, как напрягаются мышцы лба.        - Если мама отпустит тебя, то так уж и быть.        - Ну ты там убеди ее! - оживляется Машка, будто я только что пообещала ей золотые горы.        - Вот мне делать нечего? - взрываюсь я. - Может, мне еще за тебя в Норвегию слетать?        Она задумывается на секунду, а потом оживленно кивает:        - Ну а что? Слетай, у тебя же есть возможность!        - Я там была, - сухо отвечаю. - И в новогодние я решила побыть дома. Для разнообразия.        Потому что мама и так не в восторге от моих периодических поездок галопом по Европам. А тут еще и младшее ее «недоразумение» хочет кинуть ее ради лыж и шведских парней. Хотя эти шведы… Боже, как я могу осуждать свою сестру, когда вспоминаю этих двухметровых голубоглазых красавцев со светлыми волосами и обворожительными улыбками. Сто процентов понимания, ноль процентов осуждения.       - Классно, Маш, молодец, - не сдерживаю сарказма.        Она надувает губы, как обиженный ребенок.        - Насть, ну я тоже хочу везде поездить!        - Так, Маш, работай! - почти кричу я, хотя прекрасно знаю, что все это лети мимо ее ушей. - Тебе вечно никто не будет все готовенькое на подносе преподносить!        Тишина.        Потом она вдруг говорит тихо, но язвительно:        - Ну простите, это ты у нас в семье Мисс Совершенство. Путешествия, квартиру купила, работа… А я, видимо, не вписываюсь в твои критерии.        Я вздыхаю.        - Маш, не все сразу. Учись, работай - успеешь. Тебе только 17.        Она заметно грустнеет, отводит взгляд.        - Ладно, забей. Я с мамой поговорю, - бормочет она. - А потом опять к тебе.        Я чувствую, как напряжение между нами постепенно спадает.        - Пока, Машунь.        - Пока, Анастейша.        Я откидываюсь на спинку кресла, выдыхаю и щелкаю крышкой ноутбука. Тишина. Наконец-то.        И снова эта мысль - как мы такие разные получились?        Ее мечты простые, как глянцевый журнал: после колледжа - найти богатенького хахаля (желательно, чтобы вилла в Швейцарии и яхта уже были в наличии), быстренько выйти замуж (пока юная и свежая), родить одного ребенка - не для счастья, а для укрепления положения, и дальше - жить припеваючи: спа, фитнес, салоны красоты, ланчи с подружками.        И так - всю жизнь.        Без стрессов, без гонки, без этой вечной борьбы.        Моя реальность другая. Всегда стараюсь добиться сама. И вполне успешно (квартира, карьера, независимость - чек, чек, чек). Но в любви… Тут я полный лох.        Любила ли я когда-нибудь?        Нет.        Были парни. Было влечение, симпатия, тупо секс… Ну, просто потому что надо. Как потребность.        Но любовь?        Нет.        В свои двадцать пять я до сих пор не знаю, что это.        Может, я слишком зациклена на работе, на саморазвитии, на этой вечной гонке за чем-то большим?        Может, это отталкивает?        Но… Я такая, какая есть.        Иногда ночью, когда город за окном затихает, я думаю:        А вдруг Машка права? А вдруг я просто боюсь отпустить контроль, боюсь позволить себе быть слабой?        Но потом утро, звонок будильника, очередной рабочий день - и все эти мысли растворяются в потоке дел.        Потому что легче быть сильной, чем признать, что тебе тоже чего-то не хватает.        Я шлепаюсь лицом в подушку, вдыхая запах свежего белья и мечтая хотя бы о десяти минутах тишины. Но нет - опять этот проклятый телефон. Господи, ну почему именно сегодня, в мой единственный выходной, все вдруг решили, что я - центр вселенной?!       - Настя! - в трубке звенит жизнерадостный голос Виты. - В Скайпе тебя не успела поймать, ты куда опять пропала? На сегодня всё в силе?       Я стону, переворачиваясь на спину и прикрывая глаза ладонью.        - Да сестра разбудила… - бубню, всё ещё не приходя в себя. - Угу, Вит, идём.        Вита - мой якорь и одновременно ураган, она моя лучшая подруга. Так уж вышло, что мы с ней ещё со школы, и сейчас даже работаем вместе. Она у меня в отделе - очень ответственное лицо, хотя со стороны никогда не скажешь.        С виду - вечный ураган: рыжие кудри, которые никогда не лежат как надо, веснушки, смех, от которого звенит в ушах, и привычка опаздывать везде, кроме работы.        Но в деле - железная логика, острый ум и способность вытащить наш отдел из любой передряги.        - Тогда я за тобой в два заеду! - предупреждает она. - Не опаздывай!        Я фыркаю.        - Это не мне тебе говорить.        Вызов принят. Теперь главное - не уснуть снова.               Я фыркаю, отбрасывая телефон в сторону. Серьёзно? Это Вита - вечно несущаяся куда-то с разлетающимися рыжими кудрями - говорит мне, самому пунктуальному человеку во Вселенной «не опаздывай»?        Я?!        Тот, кто никогда не опаздывает.        Тот, кто приходит за десять минут до назначенного времени.        Тот, кто терпеть не может людей, заставляющих себя ждать.        Да уж, смешно.        Так… До двух ещё целая вечность. Можно побегать.        Ага, сейчас вы подумали, что я такая молодец - любительница утренних пробежек по декабрьским питерским паркам.        Как бы не так!        У меня беговая дорожка на балконе. Идеальное решение для такой ленивой задницы, как я.        Интересно, у кого-нибудь ещё есть беговая дорожка на балконе? Или это только я так отличилась?        Одеваюсь (спортивные штаны, растянутая кофта, носки вразнобой - комфорт прежде всего!) и плетусь на балкон.        Декабрь.        С балкона открывается вид на уже оживлённую дорогу - Питер, похоже, никогда не спит. Хоть на часах девять утра, но за окном всё ещё темно, снег, лёгкий морозец.        Я ненавижу холод.        Для меня -10 - это уже смертельно. И я всегда буду мёрзнуть, что бы ни надела.        Побегала (ну ладно, прошла быстрым шагом под пару треков) - можно и телик глянуть.        О.        По телевизору показывают «Дикий ангел»? Да ладно?! Сериал моего детства. И вот я уже залипла в экран, прям как в двенадцать лет. Иво и Милагрес. Страсти. Драмы. Эта дурацкая музыка из заставки, при которой невозможно не подпевать.        Боже, как же это было важно тогда. И как странно - что сейчас, в двадцать пять, я всё ещё не могу оторваться.        Звонок в дверь. Точно, Вита.       Открываю - и вот она, моя рыжая катастрофа: в кожаной куртке (которую, кажется, не снимает с октября), с разлетающимися кудрями и торопливым взглядом.        - Ну что, оделась уже? - бросает она, оценивающе оглядывая меня.        - Угу, - бормочу, на ходу завязывая шарф.        - Да не укутывайся ты так! В машине-то тепло!        - Вит, до машины ещё дойти надо! - поднимаю на неё возмущённый взгляд.        Она смеётся, тыча пальцем в моё закутанное подбородком лицо:        - Мерзлячка!        - Есть немного… - сдаюсь, хватаю сумку. - Всё, готова. Гоу.        А поехали мы, конечно, в торговый центр. Предновогодние распродажи уже начались, и мы, как заядлые шопоголики, просто не можем пройти мимо.        Тёплый воздух, гирлянды, запах кофе и искушение на каждом шагу - мой идеальный ад. Вита вдруг отвлекает меня от разглядывания витрины с кожаными сумками:        - Завтра у нас какое-то важное собрание, помнишь?        - Да, конечно, - машу рукой. - Игорь Петрович в пятницу всех «обрадовал».        И правда.        Наш начальник, Игорь Петрович, обычно доверяет все новости секретарше, а та уже рассылает нам уведомления. Но если новость суперважная - он лично каждому сообщает.        И в этот понедельник, судя по всему, нас ждёт именно такое собрание.        - Интересно, что он нам скажет… - задумывается Вита.        - Завтра узнаем! - улыбаюсь я и показываю ей симпатичное тёмно-синее платье из трикотажа. - Как тебе?        Она критически осматривает его, прищурившись, а потом одобрительно кивает:        - Думаю, на твоей фигуре будет круто смотреться.        - Надо мерить!        - Однозначно.        Я поплелась в примерочную, недоверчиво оглядывая платье. Но Вита, как всегда, оказалась права - ткань идеально облегала фигуру, подчёркивая узкую талию, округлые бёдра и вполне приличный вырез. Эх…        Беру.        Время за шоппингом пролетает молниеносно - вот мы разглядываем витрины, вот спорим о фасонах, а вот уже сидим в уютном суши-баре, разгребая палочками роллы и смеясь над какими-то глупостями.        Вита подвозит меня домой на своей вечно неубранной машине (в салоне валяется пара кофейных стаканчиков и одинокий носок - как он тут оказался?).        - До завтра, Насть.        - До завтра, Вит, - захлопываю дверь и иду к подъезду, шурша пакетами.        Дома аккуратно раскладываю покупки - новое платье, пару блузок, подходящих под дресс-код, туфли (нужно же в чём-то приходить на встречи с богатыми клиентами, а еще встречать Новый год). Иду в душ, смываю с себя остатки выходного дня и ложусь в постель.        Темно. Тишина.       Мысли сами собой возвращаются к завтрашнему собранию.        Что там такого важного?        Повышение? (Ха, вряд ли.)        Реорганизация? (Ох, только не это…)        Может, премию дадут? (Ну хоть что-то хорошее.)        Ладно…        Усну - проснусь - и вот он, понедельник.        Унылые трудовые будни, бесконечные проверки различных лотов для исключения попадания на рынок краденых или нелегально вывезенных предметов, встречи с клиентами…        Скорей бы новогодние каникулы.        Скорей бы…        Утро понедельника: между сном и реальностью        Чёртов будильник.        Я шлёпаю ладонью по тумбочке, глушу его, зажмуриваюсь и пять секунд лежу без движения. Но сегодня - не так плохо. Настроение бодрое (ну, по меркам утра понедельника - точно).        Собираю волосы в высокий хвост - резко, почти болезненно, чтобы ни один волосок не выбился. Чёрная тушь на ресницы, лёгкий тон, чуть-чуть помады - никакого «я не выспалась». Узкие чёрные джинсы (удобно, но строго), белая рубашка (постараться не заляпать во время завтрака), чёрный пиджак (чтобы не выглядеть как студентка на подработке).        Готова. Типичный офисный работник.        Накидываю зимнее пальто, заматываюсь в синий павлопосадский платок (подарок мамы ) и выхожу.        Брр…        Минус десять. Ветер. Снег.        Хорошо, что метро - прямо под боком. Я ныряю в подземку, едва успев почувствовать холод. Две станции (и пять смешных видео в Instagram) - и вот я уже выхожу.        Мой бизнес-центр - сразу через дорогу. В этом плане я люблю свою работу. Никаких часовых пробок, никаких пересадок.        Захожу, стряхиваю снег с сапог, переобуваюсь в классические чёрные лодочки, ибо офисный дресс-код священен.        Включаю компьютер.        Так…        Что тут у нас? Пара документов - отправить в «нужные» компании (читай: тем, кто ещё не начал ненавидеть понедельник). Какие-то проблемы с заявкой на участие в антикварной ярмарке в Москве (конечно, именно сегодня). Письма (куда без них?).        И как они любят грузить меня прям с утра понедельника…        Вздох. Глоток кофе. Поехали       - Настя, готова!?       Дверь моего кабинета распахивается без стука, и врывается Вита - рыжий ураган в слишком узком пиджаке (наверное, опять взяла на размер меньше, чтобы подчеркнуть фигуру).        - Уже что ли? - отрываюсь от монитора и начинаю крутиться в кресле, закинув ногу на ногу.        - Через 15 минут все у него, - бросает она, шлёпаясь в кресло напротив. - И эта сучка Кристина уже вовсю носится по офису со счастливым лицом, как будто её там что-то ожидает.        Я улыбаюсь, почесывая ручкой кожу головы, которая уже устала от собранного высокого хвоста.        - Да ладно тебе, - машу рукой. - Эта Кристина наша просто довольна уже тем, что она - приближённое лицо к ширинке нашего Игоря Петровича. Причём в буквальном смысле, что лицом.               Вита закатывает глаза, но смех уже прорывается сквозь натянутую деловую маску.        - Ахаха, Насть! - фыркает она, прикрывая рот ладонью (чтобы не слышали в коридоре). - Каждый сам выбирает, каким способом продвигаться по карьерной лестнице.        Тут Вита безусловно права.        Кристина - та самая куколка из соседнего отдела. Блондинистая (с подкраской каждые две недели, если судить по корням), в платьях на размер меньше (чтобы случайно эффектно задевать Игоря Петровича при наклоне за бумагами), с голосом, от которого сахар в крови подскакивает за секунду.        Устраивалась она, конечно, секретаршей.        Ну, знаете, типичная из тех анекдотов. Видимо, очень старалась.        Теперь она у нас «старший эксперт» (хотя все знают, что её главный навык - ловко открывать не только файлы).        Сам Игорь Петрович - типичный босс: лет 50 (но ведёт себя на 35), животик (который он гордо называет брутальным), вечный весельчак (особенно в командировках).        Ко мне он почему-то относится по-отечески - никогда не приставал, не шутил похабно, даже премии даёт без намёков. Может я не настолько привлекательна, чтобы привлечь внимание босса? Не думала об этом.       Может, потому что я - как дочь, которую он не завёл?        Или потому что я слишком резко отвечаю на намёки. И совершенно не умею флиртовать и пытаться как-то привлечь внимание.       Но нам работается нормально.        А его личная жизнь...               Ну, знаете.        Чем он занимается в этих внезапных командировках (куда почти всегда берёт Кристиночку)...        Меня не колышет.        - Ладно, Вит, - вздыхаю, вставая из-за стола. - Пойдём уже.        Пора узнать, какую радостную новость приготовил нам шеф. А может не радостную? Может кто-то (или даже я) сильно накосячили продал краденную вещь за много-много денег? Ох, был у нас такой случай… куча штрафов, долгие суды. Страшно вспомнить       Мы с Витой выходим из кабинета и направляемся в переговорку.        Заходим - а там уже почти все в сборе. Начальники отделов (один щёлкает ручкой, другой листает документы), бухгалтер (с вечно уставшим лицом), технические специалисты (все в однотипных худи).        Нет только Игоря Петровича.        И, конечно же, Кристины.        Но вот и они - врываются с опозданием в пять минут (видимо, докладывали что-то срочное).        Кристина садится напротив меня, и даже через расстояние я чувствую её мерзкий сладкий парфюм - дешёвый, приторный, как её улыбка.        И как Игорю Петровичу это нравится?..        Буэ.        - Итак, - начинает наш босс, потирая руки. - Год подходит к концу. Уже и Новый год не за горами.        Все расслабленно улыбаются - никаких внезапных увольнений, никаких криков.        - Могу с уверенностью сказать, что год получился продуктивным. Все молодцы. Кем я не доволен, уже давно уволены.        Все облегчённо выдыхают.        Но тут его тон меняется.        - Но у меня к вам новость, - он сдвигает брови, становится серьёзным. - Как известно, новогодние каникулы у вас продлятся до 11 января.        Пауза.        - Но не у всех.        Тишина.        Все уставились на него вопросительно.        - Да, да. И не смотрите на меня так, - смеётся, глядя на наши остолбеневшие лица. - Просто в январе у нас запланирована командировка к зарубежным коллегам, которые, в отличие от вас, выходят на работу уже 3-го числа.        Я не выдерживаю:        - И куда в этот раз?        Он ухмыляется, глядя прямо на меня:        - Лондон!        Вита пинает меня под столом. Кристина сияет, будто её уже выбрали в эту поездку.        А я сижу и думаю: не может быть! Лондон!!!        Мои пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки от волнения. Это же моя любовь! Я фанат Лондона, да что там - всей Англии! Эти узкие улочки, красные телефонные будки, вечный запах дождя и старого дерева в пабах... Я обязана туда поехать! Хоть на год! Готова хоть первого января уже лететь!        Фуф.        Спокойно, Настя. Сейчас он тебя обрадует.        - И кто едет туда? - опережает меня коллега Женя, перебивая мои бурлящие мысли.        Игорь Петрович задумчиво почесывает подбородок:        - А вот это я ещё не окончательно решил. Проблема в визе. Нам вышлют официальный запрос, но у кого уже есть британская виза - тому преимущество.        Он оглядывает зал:        - Была у кого?        Я вскакиваю, чуть не опрокидывая стул:        - Да! У меня! - выпаливаю слишком громко, забыв про офисный этикет.        Все оборачиваются ко мне. Вита прикрывает лицо ладонью, но я вижу, как её губы дрожат от смеха.        - Я уже четыре раза была в Англии, - торопливо поясняю. - И визу мне всегда давали без проблем.        Игорь Петрович кивает, одобрительно улыбаясь:        - Это хорошо, Анастасия.        Но тут раздаётся противный голос:        - А почему Настя всегда в Европу в командировки ездит? - Кристина надувает губы, бросая на меня колючий взгляд. - В прошлый раз в Германию тоже её отправляли!        Тишина.        Все замирают, ожидая развязки.        Кристина. Опять. Обязательно надо свои пять копеек вставить! Тупая секретарша, тебя вообще тут не должно быть! Иди лучше кофе или чай нам принеси!!! Бесит!!! Если бы можно было убить взглядом, она бы уже была мертва.        Германия.        Я и сама не в восторге была от той командировки.        А почему меня отправили?        Мой начальник решил, что раз я на четверть немка (спасибо, мама), то само собой справлюсь. Да, у меня дедушка в Мюнхене живёт. Да, мама наполовину немка. Но!        Я и двух слов связать на немецком не могу.        Английский? Пожалуйста.        Французский? Легко.        Но немецкий? Нет.        Всё же я справилась - презентация прошла на ура.        Но это не значит, что я хочу повторять этот ад.        Я медленно поворачиваюсь к ней, приподнимая бровь:        - Потому что, Кристиночка, я - одна из немногих здесь, кто знает разницу между «there», «their» и «they're».        Вита фыркает, подавляя смех.        Игорь Петрович кашляет в кулак, пряча улыбку.        Кристина краснеет, но не сдаётся:        - Ну и что? Я тоже английский учу!        Я улыбаюсь сладко, как её парфюм:        - Тогда, может, начнёшь с алфавита?       Игорь Петрович хлопает ладонью по столу:               - Так, хватит!        Все замолкают.        - Анастасия, подготовь документы на визу. Кристина... - он закатывает глаза. - Поможешь с бронированием билетов и жильем.        Я победоносно оглядываю зал.               Лондон, я еду!       Собрание закончилось, а я всё ещё в состоянии эйфории, последней покидаю переговорку.        Кристина поджидает меня у моего кабинета, сладковато улыбаясь:        - Ну что, довольна?        Я поворачиваюсь к ней, расплываясь в самой искренней улыбке:        - Вполне.        - Да ты там из офиса выходить не будешь! - ядовито бросает она.        Я пожимаю плечами, нарочито спокойно:        - Как-нибудь разберусь, Кристин. Не стоит беспокоиться.        Она задерживает на мне взгляд, сжав губы:        - Беспокоиться… хм.        Разворачивается на каблуках и уходит, оставив за собой шлейф дешёвого парфюма. Я захожу в кабинет, закрываю дверь и прижимаю ладони к горящим щекам.        Лондон.        Я еду в Лондон.        И плевать на всех Кристин этого мира.        Я быстро открываю почту, прокручиваю письмо от Игоря Петровича.        - Анастасия, срочно вышлите данные паспорта для оформления документов.       Класс!               Рывком открываю папку с документами на рабочем столе - вот же он, сканированный паспорт, аккуратно сохранённый после прошлой командировки. Прикрепляю, отправляю, улыбаюсь сама себе.        Дело сделано.        Вечернее метро. Давка. Духота. Чьи-то локти в моих рёбрах.        Но сегодня мне всё нипочём. Я прижалась к стеклу вагона, улыбаясь своему отражению. Мысли уже там - в Лондоне: прогулки по Тауэрскому мосту, аромат свежеиспечённых булочек в кафе, шумные пабы с их тёмным элем.        Скорей бы Новый год...        Дома разбрасываю сумку, включаю ноутбук. Окей, гугл. Что посмотреть в Лондоне зимой? Лучшие пабы в Сохо? Как не замёрзнуть в английскую погоду?       Сначала виза.       Потом билеты.        А дальше...        Лондон, я еду!        Полтора-два месяца в Лондоне! Обучение, посещение выставок, встречи с клиентами, мечта, а не командировка.        Что ещё для счастья надо?        Меня обрадовали и насчёт проживания. У каждого - своя небольшая квартира. Игорь Петрович, Женя и Дима (мои счастливые коллеги) поселятся прям у бизнес-центра, в одном доме (но, конечно, в разных апартаментах - не детский сад же). А я - в 20 минутах ходьбы от работы.        И знаете что? Я даже рада.        Утренние и вечерние прогулки по лондонским улицам? Да пожалуйста! Можно заглянуть в уютное кафе по пути. Можно слушать подкасты и любоваться старинными фасадами. Можно просто дышать этим городом - дождливым, шумным, совершенным.        Я раскрываю блокнот и записываю:        Купить: удобные ботинки для ходьбы (никаких каблуков!), зонт покрепче (это же Лондон, тут без вариантов), проездной на метро (на всякий случай).        Добавляю звёздочки, смайлики, восклицательные знаки - как школьница перед первой поездкой.        Я счастлива.        Я еду в Лондон.        И это - начало чего-то большого.       2 января. В ожидании взлёта        Новый год отгремел фейерверками, шампанским и обещаниями «начать новую жизнь». Но у меня и так всё идёт по плану - 2015-й начинается с Лондона!        Завтра самолёт.        Вещи собраны уже два дня назад (я не из тех, кто копит чемоданы в последнюю ночь). Да и как тут терпеть? Готова была хоть 1 января рвануть в аэропорт!        - Насть… - Вита крутится на барном стуле у меня на кухне, подпирая щёку ладонью. - Тебе повезло. Жаль, что я не поеду. Я ведь давно мечтала о Лондоне.        Глаза у неё грустные, но я знаю, как её подбодрить:        - Я еду работать. А отдыхать мы с тобой махнём туда вместе, как и договаривались. Обещаю.        - Ты только звони чаще! - тычет в меня пальцем.        - Обязательно!        Тут её лицо оживляется хитрой ухмылкой:        - Может, найдёшь там симпатичного британца… - напевает она мечтательно.        - Вит, - прерываю я её пение, прищурившись. - Я туда еду работать, а не личную жизнь налаживать.        Но Вита - неумолима:        - Ну а кто знает? Может, в компании там встретишь кого… Или просто на улице. Ты ведь целых 20 минут будешь красиво топать по лондонским улочкам до работы. Кого-нибудь да встретишь!        - Ты как всегда… - качаю головой, но улыбаюсь.        - Ну а что? - пожимает плечами. - Тебе вечно с парнями не везёт.        - C’est la vie, - философски замечаю я.         Так, держи свой французский при себе! - смеётся она. - Я не парле франсэ! И вообще, лучше английский попрактикуй!        - У меня с ним никогда проблем не было.        - И то верно, - передразнивает она меня, складывая руки «молитвой». - Я ж говорю с Мисс Совершенство.        - Да ладно тебе, - машу рукой. - Чай будешь?        - Давай.        Пока чайник закипает, я смотрю в окно.        Лондон. Улицы, по которым шагала только в фильмах. Воздух, который пахнет дождём и историей. Люди, которые говорят на том самом языке, который я обожаю.        И…        Может, правда, кто-то ждёт меня там?        Нет, Настя, нет. Ты едешь работать.        Но…        Кто знает?        Я наливаю нам чай - себе с молоком, как привыкла делать в последнее время.        - Ты уже и чай пьёшь, как англичанка, - ухмыляется Вита, прихлёбывая из своей кружки. - Только у нас сейчас не пять часов, как положено, а девять. Ну ничего, это по-нашему.        Я улыбаюсь, глядя в окно. Темно. Мороз. Гололёд.        - Слушай, может, останешься сегодня у меня? - предлагаю, поднимая брови. - А то там… не самая приятная погода для прогулок.        - А давай! - сразу соглашается она, оживляясь. - А то ты скоро вообще уедешь. Скучать же буду.               - Вторая половина кровати в твоём распоряжении, - торжественно объявляю я, изображая строгий вид.               - Мда… она у тебя в последнее время пустует, - не упускает случая подколоть она, игриво прищурившись.        - Не, ну хочешь, я тебе диван разложу тут? - парирую, делая вид, что обижена.        А я ведь и правда могу. Да, квартира у меня однокомнатная, но кухня - большая, наполовину обставлена как гостиная. По-другому её можно назвать евро-двушкой.        - Не-е, на кроватке хочу поспать.        - То-то же! - смеюсь, зная, что спорить с ней бесполезно       Машина подкатывает к терминалу Пулково. Я лихорадочно проверяю прогноз погоды в телефоне:        +5°C, облачно, возможен дождь.        Идеально.        - Ну всё, подруга, прилетишь - звони, - крепко обнимает меня Вита.        - Обязательно, - улыбаюсь, вытаскивая сумку из багажника. - Надеюсь, вай-фай в квартире будет. А то без интернета даже в Лондоне будет грустно.        Вита вдруг хватает меня за рукав:        - Так… Ты своё самое секси бельё не забыла?! - хитро сверкает глазами.        - Ви-и-ит, - закатываю глаза, но уголки губ предательски дёргаются. - Оно мне там не понадобится.        - Кто знает… - подмигивает она, будто только что выиграла в лотерею.        - Всё, я пошла.        Последнее объятие - и вот я уже иду к стойке регистрации, где уже стоят Игорь Петрович, Женя и Дима.        Дима отделяется от группы и подходит ко мне:        - Настя, если хочешь… - нервно поправляет очки. - Я могу поменяться с тобой жильём. Чтобы тебе не ходить одной эти 20 минут.        Сердце на секунду замирает.        Как же мило.        Я всегда знала, что нравлюсь ему. Но…        - Спасибо, Дим, но не стоит, - улыбаюсь, чуть наклоняя голову. - Я с удовольствием буду гулять по Лондону утром и вечером.        Он кивает, пряча разочарование за деловым видом.        Правило есть правило: никаких романов с коллегами, никаких намёков, только работа.        Остаётся ему быть другом, коллегой - но не более.        Чемоданы сданы, посадочный на руках. Остаётся только последний взгляд на заснеженный Петербург…        И - вперёд.        В Лондон.        В новую главу.        Самолёт отрывается от взлётной полосы, и я прижимаюсь лбом к холодному иллюминатору. Петербург под нами уменьшается, превращаясь в скопление огоньков, а потом и вовсе исчезает в облаках.        Через несколько часов - Лондон.        Я закрываю глаза, вслушиваясь в гул двигателей.        Что меня там ждёт? Рабочие будни в незнакомом офисе, дожди, от которых не спрятаться даже под зонтом, одиночные прогулки по вечерним улицам.        Но что-то шепчет мне, что эта командировка - не просто командировка.        Что-то, что заставит меня смотреть на привычные вещи иначе.        Что-то, после чего я уже не смогу быть прежней.        Я открываю глаза.        Впереди - только небо.        А за ним - моя новая история.