Телефон доверия

      Хосок работает, упорно работает, чтобы иметь хоть какие-то деньги. И пусть сейчас ему везёт с работой и зарплатой, но он понимает, что всё может закончиться также быстро, как и началось. Но и учиться приходится тоже. С прогулами, недосыпами и прочими прелестями, поскольку успевать всё сложно, но пока ещё возможно, хоть и уже очень трудно совмещать работу и редкое посещение пар. Это всё сложно, утомительно и тяжело, но другого выбора у Хоупа просто нет и не предвидится. Если только бросать академию. Но делать этого парень не хочет, слишком тяжелым трудом досталось ему это место.       Но хуже становится только, когда младший братишка звонит среди его рабочего дня и говорит сквозь слёзы, что мама с папой разводятся. Это ещё больше усугубляет положение дел, потому что Хосок чересчур переживает за всех. Да, он знает, да и видел сам, что родители часто ругались последние лет пять, постоянно ссорились, казалось бы, из-за мелочей, устраивали скандалы. «Но ведь не вот так вот же?» — думает про себя Чон, едва ли сосредотачиваясь на работе. И хоть парень с родителями практически не общается, да и вообще, они его, можно сказать, бросили, но ведь он их любит, какими бы они ни были. «Родителей не выбирают», — уверен Хосок и ценит то, что они ему дали по факту.       Так что эта новость для него как гром среди ясного неба. И теперь к расстройствам парня прибавляется ещё и это. Он беспокоится за маму, которая вообще-то слабая женщина, и как та подняла на ноги его, а теперь и поднимает младшего, до сих пор не понимает. Он переживает за брата, который просто ещё мал, чтобы самостоятельно справиться с подобным, справиться с обидой на родителей, на брата, на весь мир. Хосок надеется, что ему удастся отпроситься, чтобы съездить домой и как-то повидаться, помочь им, и не важно, что они оставили его одного на произвол судьбы. Но начальство категорически против его отгулов, так что приходится ограничиться парой звонков, сухими фразами отцу и обещанием брату, что он обязательно приедет.       Такие события постепенно вгоняют Чона в депрессию: он разрывается между работой, университетом и желанием просто собрать вещи и уехать домой, ведь он там сейчас явно нужнее. Но обстоятельства не отпускают его, усталость берёт своё.       Просто Хосок слишком устал от всего происходящего. А в его жизни слишком много событий за последнее время, чтобы хоть как-то иметь возможность разобраться во всём этом и смочь выплыть на поверхность, дабы глотнуть свежего воздуха. Но парня всё больше и больше затягивает вглубь, топит нестабильность и тяготит навалившееся. Так что новость об возможном отчислении – это последнее, что он хотел бы услышать в своей жизни.

* * *

      Сегодня Хосок выглядит как дважды умерший зомбяк: он вялый, уставший, не выспавшийся и едва ли переставляющий ноги. Парень постепенно осознает, что больше так не может. Ему хочется просто лечь и сдохнуть, желательно немедленно, быстро и безболезненно, потому что мучиться он и так мучается. Ему хватает такого. Всё случившееся на него слишком давит, он просто-напросто не справляется с поставленными задачами, он запутался. Запутался в себе, в своей жизни, в своих целях и желаниях.       К тому же пару месяцев назад с Тэхёном они всё-таки расстались. Этот разрыв оказался чересчур болезненным для Хосока на фоне всего остального. Хоть парень и понимал, что к этому всё и идёт, но надеялся, что они смогут преодолеть это. Только вот его надежды не сбылись: бесконечные ссоры и начинающееся недоверие всё ухудшали и ухудшали их отношения. И в конце концов, Ким просто не вытерпел, честно признался, что он больше не любит Хосока, что ему нравится другой. Но при этом он верит, что Чон хороший человек, яркий и запоминающийся, поэтому совсем ругаться он не хочет. Хоуп был расстроен, ведь ему Тэхён до сих пор нравился, но вот не судьба как-то оказалось, видимо. Он согласился, что да, им стоит обоим идти вперёд, не стоять на месте и не зацикливаться. Он отпустил Тэхёна, дал ему возможность уйти, оставшись хотя бы неплохими друзьями.       Хосок это тоже вспоминает, лежа на кровати и едва ли имея возможность заснуть. В его голове слишком много мыслей, хоть и спать хочется неимоверно. Но память играет с ним в кошки-мышки, подсовывая всё новые и новые воспоминания, делая странные акценты на каких-то смутных словах и фразах. Хоуп хочет, наверное, рассказать кому-нибудь, поделиться своими проблемами, как это делают все. Но ведь это не в его правилах, так? Именно поэтому этот вариант откидывается ещё изначально, даже толком не сформировавшись в его голове.       Да и кому рассказывать? Сейчас Хоуп чётко осознаёт, что ему и рассказать-то о наболевшем некому даже. Нет таких людей, кому бы он полностью доверял, с кем бы он хотел делиться происходящим в его жизни. Это парня огорчает, заставляя противный ком вставать поперёк горла и не давать спокойно вздохнуть.       Если думать об относительно близких ему людях, то на ум Хосоку приходит буквально пара человек. Чонгук? Он ещё по сути ребёнок, ему всего лишь девятнадцать, и он учится на первом курсе. Он не то чтобы не поймёт, просто Гукки никогда не бывал в подобных ситуациях, так что тяготить его Хосок своими проблемами не хочет. «Пусть ребёнок ещё поживёт в мире сказок и единорогов», — думает Чон, переворачиваясь на другой бок и устало прикрывая глаза. Тэхён? Бывший. И в этом слове так много всего заключено, что Хоуп даже не может определиться, с чего начать. Они, конечно, сохранили дружеские отношения, но вот былого доверия уже как-то давно нет. Так что нет, не вариант. И ко всему прочему они-то с Тэхёном расстались из-за Чонгука, как потом оказалось. Но Хосок как-то не держит на мелкого зла, ведь изначально это были именно их с Тэ проблемы, и Чонгук к ним имел самое опосредованное отношение. Это уже потом так получилось, что Гук стал причиной, но изначально – нет.       Вот и получается у Хосока, что у него всего пара вариантов в данной ситуации: либо покончить жизнь самоубийством, потому что он неимоверно устал, он не справляется, он просто не видит уже света в конце туннеля; либо пытаться как-то найти выход из всего случившегося своими силами, которых, к слову, совсем не осталось. И как бы получается здесь, что третьего варианта совершенно не дано. Не выходит у него сложить два плюс два и получить в итоге пять, как бы он ни старался этого сделать. Да и просто уже бездействовать и плыть по течению у него тоже не получается.       «Хватит! Надоело! Задолбало!» — отчаянно вопит сознание Хоупа, когда в очередной раз всё из рук валится. Когда от недосыпания и хронической усталости в глазах темнеет, а голова кружится, и его ведёт. И теперь Хосок ясно осознает, что так больше продолжаться не может. Нужно что-то с этим делать, и желательно немедленно. С этого дня проходит ещё совсем немного времени, и парень готов на стенку лезть и выть на луну в приступе отчаяния. Его уже не спасает ничто: ни попытки мотивации себя, ни чай с ромашкой, ни уговоры.       Хосок отчаянно ищет какие-нибудь выходы, но сил остаётся лишь на то, чтобы заснуть кое-как, проспать несколько часов и бежать дальше, спотыкаясь на каждом шагу. Он уже подумывает и тщательно размышляет о том, чтобы напиться снотворного: просто уснуть и не проснуться в конце концов. Этот вариант кажется ему почти идеальным: ни тебе мучений, ни боли, ничего. Стоит просто выпить определенное количество таблеток и всё, потом будь, что будет. Он даже покупает снотворное, которое отпускается без рецепта врача. Правда, Хоуп хотел бы что-нибудь посерьёзнее, но вариантов больше нет, так что приходится довольствоваться тем, что есть.       И всё равно он откладывает исполнение задуманного. Как будто надеется ещё, что, может быть, пронесёт; что, может быть, как-то всё решится. Но нет, всё только ещё больше наваливается, как снежный ком.       Поэтому, когда в очередной раз Хоуп приходит домой, то смотрит жалостливо на валяющиеся таблетки на журнальном столике и решительно берёт их в руки. Таблеток не так уж и много, но ему будет достаточно: организм уже не выдерживает, он сильно похудел, осунулся и даже как-то посерел что ли. Так что Хосок уверен, хватит и этого количества, чтобы исполнить задуманное. Он идёт на маленькую кухоньку и набирает большую кружку воды, возвращается в комнату и садится на диван.       На столе лежит с десяток белых таблеток. Не очень больших. Круглых. Хосок нервно сглатывает и выдыхает, как перед прыжком в воду. Он действительно нервничает, потому что уходить из этой жизни всё-таки страшно. Он выпивает несколько таблеток, случайно задевает локтём стопку скопившейся макулатуры на столике и цепляет взглядом неприметную визитку среди другой почты. Хоуп замирает со стаканом в руке, так и не донеся его до рта, смотрит на выпавший квадратик глянцевой бумаги и, кажется, готов Богу молиться. Это всего лишь визитка телефона доверия, но Хосоку видится в этом какое-то провидение. И он хватается за эту возможность.       Чон думает, что, наверное, стоит позвонить туда, как-то выговориться авось и полегчает. Да и совершать суицид действительно страшно: всё-таки Хоупа многое связывает с жизнью, но сейчас его останавливает возможно даже не это. Он отставляет стакан и берёт в чуть дрожащие руки прямоугольный картон, который как-то тускло поблескивает в полутемной комнате. Хосок думает, что он всегда был оптимистом, по жизни смотрел на мир широко открытыми глазами и везде искал плюсы. Но вот как-то сейчас эта его защитная оболочка надломилась, треснула, дала сбой и сдулась. Парень мечтает вернуться на пару лет назад, будь у него машина времени, чтобы предупредить себя прошлого о будущих проблемах, чтобы он, тот из прошлого, был во всеоружии и готов ко всему. Но такое нереализуемо, поэтому Чон горько усмехается и тупо пялится на телефон, что лежит также рядом на журнальном столике.       В голове сейчас пусто, и Хосоку кажется, что там перекати-поле как раз подходит под обстановку. Он пытается собраться с мыслями, чтобы хотя бы иметь представление, что именно ему говорить, если он позвонит в эту службу психологической поддержки. Но как назло всё то, что он хотел бы сказать, куда-то исчезло с завидной скоростью, оставляя после себя только пустоту, уныние и усталость. Чон прикрывает глаза на несколько секунд, чтобы собраться с силами. А после всё же берёт в руки сотовый, чтобы набрать указанный на визитке номер.