Волчий забег

Белые и жёлтые блики беспорядочно мелькали из стороны в сторону с бешеной скоростью. Длинные чёрные тени расходились и сливались друг с другом, как в калейдоскопе. Изредка тени сплывались в одну и проглатывали всё пространство целиком, не оставляя ничего вокруг, как будто автомобиль со свистом заехал в длинный туннель без света. Внутри была тишина: ни единого звука, ни одного шороха, как в помещении со звукоизоляцией. Не чувствовалось никакого движения, ничего не осязалось... Сплошной вакуум. А через неопределенное, тягучее время, он разрывался, лопался, как шарик с водой, по неосторожности проткнутый иглой. Вместо воды выплескивались те же яркие, поначалу слепящие, пятна, а темнота с негромким хлопком разрывалась на множество новых теней, в страхе разбегающихся в стороны. Весь мир превратился в сплошные, цветастые разводы, словно кто-то неаккуратно и лихорадочно разбрызгивал краску поверх всего, второпях меняя одну абстракцию за другой. Всё замерло настолько неожиданно, что перед глазами ещё вертелись яркие неразборчивые картинки. На темном фоне бледнело светлое расплывчатое пятнышко. Оно не двигалось, замерев в самом низу, видимо, на полу этого творческого безумия. Оно медленно расползалось, обретая форму и очертания... Дилан пришёл в себя только после того, как смог сфокусировать взгляд на том, что лежало на земле, в метрах десяти от него. Человек, полусидевший в какой-то неестественной позе посреди тротуара. –Томас? – беззвучно позвал брюнет. Блондин, подобрав под себя ноги и обхватив бока руками, словно от рези в животе, сидел, уткнувшись лбом в мокрый асфальт. Он глубоко дышал, спина поднималась и опускалась в такт тяжёлым и медленным вдохам и выдохам. Дилану показалось, что он услышал тихий измученный стон. –Томас?.. – снова прошептал О'Брайен. Парень никак не отреагировал, даже не шевельнулся. На его белоснежной рубашке темнела грязь, руки тоже перепачкались. Дилан вынырнул из холодящего оцепенения и рванул через дорогу, прямиком к, беспомощно лежащему, телу друга. На перекрёсток со скрипом вылетел старенький, ободранный джип. Его фары слабо мигали в потёмках. Водитель, не сбавляя скорости, пронесся на, мигающий жёлтым цветом, светофор. Краем глаза Дилан заметил стремительно несущийся автомобиль, но не успел во время среагировать и увернуться. Удар пришёлся в бок, сбив парня с ног. Он подлетел вверх, как тряпичная кукла и перелетел через машину, прокатившись по крыше джипа, цепляясь когтями за гладкую поверхность, в попытках удержаться. Брюнет соскользнул и упал на асфальт, перекатившись через две полосы, к противоположной стороне перекрестка. Джип унесся дальше по улице, не затормозив и не остановившись. Видимо человек, сидевший за рулём, даже не понял, что кого-то сбил в этой непроглядной темноте. Приподнявшись на трясущихся руках, Дилану понадобилась пара секунд, чтобы точки, пляшущие перед глазами, исчезли. Встав на ноги, он неровной походкой направился к соседнему тротуару. Дилан оглянулся - Сангстер оставался на том же месте. Перейдя через опустевшую дорогу, О'Брайен подбежал к Тому и присел рядом, вглядываясь в напряженную, выгнутую дугой, спину блондина. Через натянутую рубашку виднелись выпирающие позвонки. Эта картина наводила на Дилана ужас. В районе сердца защемило. –Томас, что произошло? – Дилан осторожно наклонился к парню и нерешительно коснулся его плеча. – Том? Это из-за полнолуния? Ты меня слышишь? Почувствовав что-то липкое под ладонью, брюнет в испуге одернул руку: на плече Томаса, где находились пальцы Дилана, появилась кровь. Пять струек под одеждой медленно стекали вниз, оставляя за собой темные дорожки. В голове несильно бухнуло, по коже прошёл холодок: Дилан не рассчитал и слишком крепко схватился за Томаса, впившись когтями в кожу. Вид крови помутнил сознание, как во время первой тренировки. Воспоминания снова не давали покоя, напоминая о самой неприятной части его новой жизни. "Нет, нет, я его не трону, как в прошлый раз. Нельзя," – О'Брайен зажмурился и глубоко вдохнул. Открыв глаза, он старался лишний раз не натыкаться взглядом на расцарапанное плечо. –Прости, – вслух произнёс брюнет, в надежде, что Сангстер всё-таки ответит. Но Томас замер и теперь ещё больше походил на каменное изваяние - такой же бледный и недвижимый. Его спина перестала подниматься в такт дыханию. Испуг накрыл Дилана очередной волной. Главное, чтобы его опасения не подтвердились. Бережно положив два пальца на левое запястье блондина, Дилан прощупал пульс. Почувствовался один слабый удар. Секунда, две... Удары не повторялись. О'Брайен затаил дыхание. Обострившийся слух уловил гулкий звук чего-то, что было отдалённо похоже на сердцебиение. Но амплитуда ударов была запредельной, какой-то космической. Человеческий слух не смог бы это услышать, просто приняв за отсутствие пульса. Биение нарастало, гремя по барабанным перепонкам, но Дилан завороженно слушал и не отпускал запястье Томаса. Запах, который его сюда привёл, появился вновь. –Да что с тобой такое... Томас отмер и затрясся мелкой дрожью. Гул в ушах становился всё громче. Дил вцепился в ладонь блондина крепче, сделал попытку приподнять его с земли, обхватив и взявшись за другое плечо. Томас вышел из транса и внезапно дёрнулся, едва не опрокинув и себя, и Дилана навзничь, но брюнет смог удержать равновесие. Крик парня окончательно оглушил О'Брайена. Нечеловеческий крик, от которого внутри всё похолодело ещё больше. Люди так не кричат. Сангстер железной хваткой вцепился в локоть Дилана, впиваясь в него ногтями. Он жадно хватал ртом воздух, болтаясь в руках брюнета. Вопль Томаса сошёл на хрип. –Всё в порядке! Это я! Это я - Дилан! Блондин не слушал его, теперь осознанно пытаясь вырваться. В окнах ближайших домов начал загораться свет. Кто угодно мог выйти в любую минуту или случайно пройти мимо. –Пойдём, прошу тебя!.. Томасу удалось извернуться и ударить Дилана с силой наотмашь. Дикий огонёк в глазах Сангстера разгорелся до предела, взгляд потерял уже привычную теплоту. Том отступился и шагнул в сторону. Что-то изменилось в его фигуре, в его движениях. О'Брайен рухнул спиной на асфальт. В затылке неприятно заныло от столкновения с твёрдой поверхностью. Дилан поднял отяжелевшую голову - Томаса рядом не оказалось.