В погоне за прошлым

      Вот и еще одна исписанная бумажка отправилась в урну. Освальд тяжело вздохнул, устало откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Глен Баскервиль уже который час безуспешно бился над коротеньким объявлением в газету. С некоторых пор, герцог решил всерьез заняться воспитанием племянниц, и что-то подсказывало ему, что девочкам просто необходима женская рука. Одна из них по-прежнему упорно выражалась как мальчишка и пропускала мимо ушей требования говорить так, как положено молодой леди, вторая, очевидно, недолюбливала своего дядю и поэтому попросту игнорировала его. Все попытки со стороны Освальда наладить дружеские отношения натыкались на ледяную стену безразличия, девочка неизменно замыкалась в себе, стоило только ему оказаться рядом. Честно говоря, глава Баскервилей с самого начала не чувствовал в себе особого педагогического таланта, да и вообще, имел довольно смутное представление о том, чему необходимо учить девушек из благородных семей. Насколько он помнил, сестре уроки давал его бывший хозяин – Леви, и то, как ему казалось, скорее ради приличия. Ни учитель, ни ученица особо не утруждались, вторая - в силу своего своенравного и взбалмошного характера, первый - потому что знал, что девушка все равно большую часть жизни проведет взаперти и потом будет сброшена в Бездну, а там ей не пригодятся ни уроки пения, ни умение вышивать крестиком, ни способность рассуждать о литературе.       Новый Глен же позволять себе такой небрежности не собирался. Раз он ничем не смог помочь Лэйси, то хотя бы позаботится о ее дочерях и проследит за тем, чтобы они ни в чем не нуждались, и у них было все, что есть у всех нормальных детей, в том числе и воспитание. Конечно, можно было бы обратиться за помощью к кому-нибудь из баскервильских девушек, но, как ни думал Глен, подходящей кандидатуры ему на ум не приходило. Лучше все-таки нанять специально обученную гувернантку. Хотя, приближать к Алисам невесть кого, чужого человека - шаг довольно рискованный.       Для осуществления своей цели глава Баскервилей выбрал самый безликий способ - объявление в газету. Только теперь это объявление нужно было еще как-то составить. Глен перепробовал уже несколько формулировок, но ни одна его не удовлетворила. «В благородную дворянскую семью требуется гувернантка для девочки», или «для двух девочек»? Или «для одной девочки, страдающей раздвоением личности»? Как намекнуть на особенности поведения воспитанницы, чтобы впоследствии избежать лишних вопросов? Джек бы на его месте уж точно давно уже что-нибудь придумал. Но обращаться за помощью к Джеку было стыдно. Подумать только, Глен Баскервиль настолько беспомощен, что без друга не может даже составить короткое объявление в газету! Так как никакие новые идеи ему в голову не приходили, Освальд решил прервать напряженный умственный труд и немного прогуляться. Кто знает, может на свежем воздухе его посетит вдохновение? Герцог Баскервиль довольно давно не выбирался из замка, поэтому он решил, что, возможно, вернется только к концу дня, в его планы входило не только доехать до Сабрии и обратно, но и побродить по окрестностям. Освальд надел простой костюм, чтобы никто не смог заподозрить в нем знатного человека, а тем более герцога, - он не хотел привлекать к себе лишнее внимание, отдал указание управляющему на время своего отсутствия, оседлал коня и отправился в путь. Для того, чтобы вернуться в Сабрию, Освальд решил не пользоваться привычной короткой дорогой, а вместо этого выбрал окружной путь, которым он обычно не следовал из-за нехватки времени. Эта дорога пролегала через красивый, густой лес, и Глен был совсем не прочь отдохнуть в его тени и побродить по извилистым тропинкам. Тишину, царившую в лесу, нарушали только шелест листьев да пение птиц. Не было слышно даже стука топора дровосека. Единственным человеческим существом, встретившимся Глену на пути, была молодая девушка в дорожном платье, сидевшая на поляне у большого замшелого валуна, однако герцог не обратил на нее внимания. Она же некоторое время с интересом смотрела ему вслед.