2012. Хеталия. Перезагрузка

Ну давай, попробуй, подними его. Ты же можешь. Ты сильнее боли. В отличие от меня. Если честно, раньше никогда не чувствовала всей тяжести ответственности за чужие судьбы. А сейчас... жить ему или нет? – Не надо меня поднимать, идиот! *** Пока Варгасы возились в сторонке, я незаметно переместилась к погибшей части Оси. Подошла к... впрочем, я предсказуема. – Ты ведь согласен? – шёпот мой унёс лёгкий ветер. Солнце выплыло из-за тучки. ...Да. – Сайленс! Иди сюда! Что ж, я вернулась к ним. – Silenzio, ты же сохранишь Романо жизнь? Сама наивность, ты, Фели... – Ну...ладно. ...но всё же тебе невозможно отказать. – Это... Спасибо, – попытался поблагодарить грубый Ловино. – Благодаришь убийцу? Смешно, – дальше последовал немного сумасшедший и больше нервный смех, которого испугался даже Веня. – Сай...ленс... – Что Сайленс? Да, это моё имя, представляешь? – я развела руки, будто приглашая обняться. Впрочем, такие объятья не выдержал бы, наверное, даже Брагинский. Да и жертвы не прижимаются к охотнику, напротив, они стараются убежать. Чисто по-итальянски смыться. – Silenzio. – Ich. С каких это пор я начала говорить по-немецки? – Не злись, пожалуйста, мне и так было страшно в особняке, а теперь ты меня пугаешь. Примолкший Южный прятался за разговорившимся Северным. – Вам надо домой. – Но я хочу вернуть моих друзей! – Ха-ха, а ведь посмотри, у тебя прогресс! Ведь в этот раз ты смог выбраться с братом! Да и потом, тебе не надоело, дурак? – Я не сдамся, пока… – Не утруждай себя объяснениями, я ж тебя понимаю. Хотя нет, ведь я одиночка! – я ядовито улыбнулась. – Так, всё, пошли, пока живы. *** В самолёте. Подлетая к Италии. Варгасы, так и не решив, кто будет сидеть у окна, благородно уступили единственной девушке в нашей компании. Возле меня устроился Фели, у прохода сел хмурый как всегда Лови. Первую половину полёта Венециано доставал Романо, но когда тот уснул (ведь притворился, гадёныш), младший переключился на меня. И ладно бы, разговоры про пасту и всякую подобную ерунду завёл, так нет! Решил выяснить, что же я такое творю, а самое главное, на кой чёрт! Стоило ему затянуть «Силе-е-енцио», столь подозрительно похожее на «До-о-ойцу», как я его лениво прервала: – Чего тебе, пастофил? – А почему ты такая жесто-окая? – А ты мне запрещаешь? – фальшивая улыбка на секунду. – Быть жестокой – это… плохо. – Да ну?! – не сдержалась я. – Никогда б и не подумала! – Ну правда, Сайленс, почему? Правду говорят, что итальянцы заразны. Вот и сейчас его внезапный приступ серьёзности передался и мне. (Хотя, насколько я помню, приступы не передаются, ведь они не вирус, но мне это можно простить, ведь я простой филолог и обычный писатель а не какой-то там медик, а это был всего лишь невинный… фух, я выдохлась, так что проехали с объяснениями, лучше читайте дальше.) – Ну, просто вы – олицетворения своих стран – настолько испортились, обозлились друг на друга… Нет, я не про тебя конкретно сейчас. Но ведь вспомни, как они ненавидят, вернее ненавидели: Франция и Англия (и это у них навечно), Америка, Англия и Россия… Да Кёркленд всех вас недолюбливал! – я сделала паузу и продолжила. – Неужели ты сам никогда не хотел обновить этот мир? – Да, конечно, хотел, кто ж не хотел, но… – Вечное «но»! Оно всегда останавливает! – Но я против убийств. – Ты предсказуем. Но без этого на нашей чёртовой планетке, видимо, никак! – А разве мы не бессмертны? – В том доме нет. В нём даже Бог становится смертным. И неважно, бог смерти это или чего-то другого. Даже сама Смерть заходит туда с опаской и лишь затем, чтобы забрать новые души с собой. – Говоришь загадками, киллер, – послышалась усмешка уже не притворявшегося Южного. – А почему бы и нет, ведь Италии не против? – тот редкий случай, когда я улыбаюсь искренне и добро. Нет, сейчас просто весело. Счастье – это совсем другое… – А с виду ангелочек, да, – Лови осматривал меня как мог, ведь Феличиано очень хорошо закрывал ему обзор. – А крылья не покажешь, ангел с топором? – А жирно тебе не будет? – по направлению его взгляда можно было догадаться, какие «крылья» третьего размера он имел в виду. – Не-а! – Козёл! – воскликнула я, закрыла руками то место, которое итальянец откровенно изучал, и отвернулась. – Бе! – послышался его ответ. Понятно, он показал моему затылку язык. Хорошо, что затылку, а то получил бы промеж глаз головой братика. Почему именно его? Во-первых, Фели ближе, а во-вторых больше нечем, пришлось бы его толкать. Ничего, побыл бы немножечко моим оружием. А сейчас можно заняться привычным для меня делом… *** – Дания, ты не видел моего братика? Кроме как к человеку, который считал его своим лучшим другом, Норвегия не мог обратиться в данный момент. Исландия пропал, причём бесследно и ещё с утра. Но поиски в одиночку были тщетны. Возможно, Денмарк помог бы ему. – Нет. Э, что с тобой? В глазах парня читался, типа, тотальный страх, как выразился бы Польша на моём месте, но я – не он, да и Феликс – бездарность, так что скажу одно: Нор действительно боялся. – Ты его везде искал? – спросил хронический алкоголик у пофигиста со стажем (чёрт, я опять не удержалась, ха-ха!). – Угу. Даже побывал там, где обычно гуляет он. А в это время трупик Иса преспокойно покачивался на волнах близ берегов государства своего брата и ждал оного. Который, впрочем, недолго того и искал благодаря Хенрику. Датчанин послал норвежца обследовать берега на предмет… хм, внезапно выплывающих из моря тел различных островитян, а сам решил проверить город и окрестности. На какой-то момент Норвегия подумал, что его друг – прорицатель. Обещанный братик в мёртвом виде! И от этого всего блондин сделал вид того самого удивлённого смайлика с одним глазом больше второго. Очень похоже получилось, кстати! У Дании зазвонил телефон. Высветился номер Нора. – Норвегия? – ответил он. – Нашёл что ли? Но в трубке зазвучал определённо не тот голос, который ожидался…