Желание.

В ресторане "Claude Monet" недавно прошел очередной банкет, который, как ни странно, оказался вполне удачным, без всяких неожиданностей и косяков со стороны поваров и официантов. Даже начальство в лице Виктора Петровича и Виктории Сергеевны в конце концов оказалось довольно. А раз банкет удался, то почему бы ему не стать прекрасным поводом напиться, а в добавок к этому как следует поразвлечься? Вот и команда поваров и официантов "Claude Monet" размышляла именно таким образом. Шеф-повар, к счастью или к несчастью, напился еще задолго до начала торжества и уехал домой на такси вместе с дочерью, но по счастливой случайности кабинет с выпивкой он забыл закрыть. Не из бара же им коньяк воровать, ведь за это может хорошенько влететь от Виктории Сергеевны, и несколько купюр определенно вылетели бы из их кошельков, а шеф вряд-ли удивится, куда пропало несколько бутылок, ведь можно было вполне подумать, что он сам расправился с ним. — Сень, ты что там так долго возишься? — нетерпеливо произнес Федя, стоявший за дверью и внимательно прислушиваясь к каждому звуку, доносящемуся из кабинета начальства, где вот уже несколько минут "орудовал" его напарник. Камеры были предусмотрительно выключены ими, а потому можно было и не бояться разоблачения, — ты и у плиты так же долго копаешься, а толку от этого… — В этом бардаке фиг что найдешь, — недовольно отозвался Сеня, и вскоре из кабинета послышался грохот, который лишь в очередной раз подтвердил догадку Юрченко о том, что не следовало отправлять на поиски алкоголя Чуганина, —кто бы говорил. На меня хотя бы клиенты не жалуются, — он сразу нашелся, что ответить — Слушай ты, слон в посудной лавке, — с едва уловимыми нотками веселья в голосе произнес Федя, — хватит греметь, лучше посмотри в правом нижнем ящике стола. В ответ мужчина лишь промычал что-то непонятное, однако Юрченко догадался, что это относилось к нецензурной лексике, но как ни странно решил воспользоваться дружеским советом. Со скрипом выдвинув ящик, Сеня немного порылся в нем и вскоре с довольной ухмылкой и тремя еще закрытыми бутылками виски покидал кабинета. — Колись, недоповар, — продолжая нагло ухмыляться, заявил мужчина, — откуда ты узнал? Федя с охотой пропустил вопрос друга мимо ушей, тем самым наведя того на мысль, что была на удивление правильна для такого непроницательного человека как Сеня, что Юрченко далеко не впервые грабил эту "посудную лавку". Однако, как ни странно, Чуганин предпочел не высказывать свои мысли вслух, то ли не желая тратить козыри, то ли из-за того, что во время его мыслительного процесса Федя успел покинуть кухню, не взирая на то, что весь алкоголь был у Сени. Вновь пробормотав себе под нос что-то неразборчивое, мужчина полетел в зал на крыльях виски.