Письмо в темноту

Про нашу весну и про каждый закат если спросят меня, я совру, промолчу и ни за что, знаешь, не вернусь я назад не вернусь, а ведь очень хочу В. Понкин

«Себастьян» Я не верил своим глазам: мой Сиэль сейчас стоит напротив меня, в Аду, держится за руку с моим братом, который по совместительству еще и принц Ада, и надменно вещает о каких-то желаниях?! Я почувствовал, как мои глаза застилает пелена гнева. Ну уж нет: тебе не сойдет с рук эта выходка! – На протяжении долгого времени я только и делал, что исполнял твои желания, Сиэль! И что в итоге? Я остался ни с чем, навечно привязанный к капризному мальчишке, которому не свойственна благодарность, а гордыня и вовсе не знает границ. И теперь ты думаешь, что сможешь вот так, просто, решить всё своим побегом? Не надейся, малыш. Глаза Себастьяна пылали гневом и все его лицо выражало ярость и недовольство, в отличии от Сиэля, который прекрасно справлялся со своими эмоциями и ни на секунду не потерял контроль над ними. – Я не заметил того момента, когда мы успели перейти на «ты». И прошу, не называйте меня так: мое имя – Аим. Что касается моей неблагодарности, то я не смог заплатить вам не по своей вине. Это ваша оплошность, господин Белиал, и не мне объяснять, почему. Никакого побега не было. Я разорвал нашу связь, тем самым подарив вам полную свободу. Теперь я волен сам распоряжаться своей судьбой, впрочем, как и вы. Впредь попрошу выбирать выражения, прежде чем обратиться ко мне, господин Белиал, – произнес холодным, ничего не выражающим тоном Сиэль. – Я рад, что вы все выяснили, – прервал Лерайе уже открывшего рот Себастьяна, – Думаю, на этом разговор окончен. А теперь, прошу прощения, но я хотел бы представить Аима своим братьям, ибо они уже ожидают нас. Поэтому мы спешим откланяться. Белиал, надеюсь, что ты отлично проведешь время, – сказав это, блондин слегка склонил голову и, подав знак Сиэлю направляться за ним, устремился в сторону дожидающихся окончания их разговора Руби и Рика. – Ваше высочество, господин Левиафан* и Асмодей* уже дожидаются вас в рубиновой ложе. К сожалению, господин Астарот* не нашел возможности прибыть, так как находится в отъезде вместе с вашим отцом, но он передает вам свои искренние извинения. Так же, чтобы лично поздравить вас с успехами, прибыла его жена, госпожа Наама*, – на одном дыхании выпалил склонившийся в поклоне красноволосый демон. – Спасибо, Рик. Мы уже идем, – произнес улыбающийся Лерайе и, подмигнув Сиэлю, увлек того за собой. Парочка демонов, кажется, совершенно не замечала прожигающего их спины гневного взгляда алых глаз. «Сиэль» Все-таки эти знакомства меня утомили, и я решил выйти в сад, чтобы в очередной раз полюбоваться прекрасными розами и вдохнуть глоток горячего и тяжелого воздуха Лимба. Я очень сильно волновался при знакомстве с братьями Лэра, однако все прошло гладко. Постараюсь вкратце описать их: Левиафан – второй коронованный принц Ада, его стихия вода, он Властелин моря и Запада. Особенно близок с Лерайе. За все время нашего разговора его лицо ни разу не сменило своего выражения, оставаясь холодным и спокойным, как океан во время полного штиля. Асмодей – первый принц и Властелин огня и Юга. Вечно ухмыляющийся и поигрывающий огненной пентаграммой в руках. Демон с пепельными волосами и глазами цвета адского пламени. Не внушает доверия. Третьим принцем Ада является Астарот, но он не смог сегодня присутствовать. Его стихия земля и властвует он на Востоке. Зато, я имел честь познакомиться с его супругой – Наамой. У нее длинные, ниже поясницы, вьющиеся волосы и глаза цвета спелой вишни. Ее цепкий взгляд то и дело скользил по мне на протяжении всего нашего разговора, отчего по моей спине пробежала не одна стайка мурашек. Властная женщина, способная одним взмахом ресниц совратить как человека, так и демона. Задумавшись, я не сразу заметил мелькнувшую за деревом черную тень, и спустя секунду передо мной стоял пылающий гневом Себастьян. Полы его длинного фрака слегка взметнулись, и он оказался на расстоянии вытянутой руки от меня. – Сиэль, там, в зале, я хотел поговорить не об этом. Прошу, выслушай меня. Я наговорил много лишнего, и сейчас хотел бы извиниться. Сердце пропустило удар. Отойдя на несколько шагов назад, я уперся спиной в шершавую каменную стену фасада. Выхода нет, придется разговаривать. – Сиэля больше нет, сколько раз мне нужно повторить это, чтобы ты, демон, бывший некогда Себастьяном Михаэлисом, это запомнил? Тебе не за что извиняться: те мои слова о любви были просто бредом умирающего человеческого сознания. Я никогда не ждал от тебя взаимных чувств. Сколько можно говорить об этом? Я не желаю тебя видеть. – Ты врешь сам себе, малыш. Я видел тебя насквозь, и все твои слова были правдой. Ты не изменился: как был слабым тщедушным юным демоном с человеческой душой, так и остался. Поэтому не зазнавайся: разрыв контракта не означает разрыв всех тех уз, что связывали нас. Я могу забрать тебя отсюда, как только пожелаю, ибо ты принадлежишь мне, и я не позволю никому касаться тебя. – Я слаб? – у Сиэля от злости задрожали губы, и он уже из последних сил держал себя в руках, – Ты просто жалок, Михаэлис, жалок в своей непоколебимой, ни на чем не основанной уверенности в своем могуществе. Да, не спорю, чувства были. Но ты и не представляешь, с каким трудом я выкорчевал их из своей души. Я не позволю тебе портить мое существование. Ты умеешь только разрушать, поэтому я хочу, чтоб ты оставил меня в покое! Разве я многого прошу? Исчезни, демон, я приказываю! – Время отдавать приказы прошло, мой господин. И я заберу тебя отсюда, хочешь ты этого, или нет. С хищной улыбкой Себастьян сделал шаг вперед, окутывая свой аурой маленького демона, а тот стоял, вжавшись в стену, и отчаянно сжимая кулаки, желая только одного: чтоб этот кошмар закончился раз и навсегда. Он уже приготовился к самому худшему, как вдруг его слуха достиг звук чьего-то легкого приземления и гневное шипение Себастьяна. – Прошу меня простить за задержку, мой господин, – произнесла Руби, стоящая между ним и державшимся за кровоточащую щёку Себастьяном. – Р-руби?, – не веря своему счастью, прошептал Сиэль. Она поправила слегка сбившееся платье и, поудобней перехватив копьё, замерла в боевой стойке. Спустя мгновение рядом с ней материализовался взъерошенный Рик: – Я не опоздал, сестренка? Отлично! Тогда, может, потанцуем? – обратился он к Себастьяну игриво покручивая копье. Себастьян, видя эту картину, манерно прикрыл глаза рукой и произнес: – Максимум, что вы сможете сделать – это слегка задержать меня. А я очень этого не люблю. Поэтому даю вам последний шанс… – Не стоит, – разнесся по саду тихий, чуть уставший голос. Лепестки росших поблизости растений покрылись инеем и закачались, как будто кланяясь выходящему к собравшимся демонам Лерайе, – Рик, Руби, вы свободны. – Но, господин! – начал было Рик, но был быстро остановлен закрывшей ему рот сестрой. – Как пожелаете, Ваше Величество, – произнесла она, и спустя мгновение ничего не напоминало об их присутствии. Лерайе не спеша подошел к Сиэлю и, убедившись, что с ним все в порядке, приобнял за плечи. «Все будет хорошо», - тихо прошептал он ему и затем развернулся к брату. – Прошу простить меня за мою бестактность, но я стал свидетелем вашего разговора. Изначально я не хотел вмешиваться, но и у моего терпения есть границы, – тоном, не предвещающим ничего хорошего, сказал он, – Может в чём-то ты и прав, но в одном – точно нет. Это больше не тот глупый, слабый мальчик, который боготворил своего дворецкого и не мог без него и шагу ступить. Он больше не подчиняется никому и обладает силой, с которой сам может распоряжаться жизнями людей, да и, к слову сказать, демонов тоже. Я не хочу ссориться с тобой, брат, но он покинет это место только тогда, когда захочет сам. Я его не держу. – Лэр, не надо. Я сам во всем разберусь, – Сиэль наконец-то отошел от шока и включился в происходящее. – Аим, сейчас ты мой ученик и никто не смеет угрожать тебе прямо в моем доме. Это уже слишком. Пошел едва ощутимый снег. – Мне надоела ваша болтовня. Либо ты отпускаешь его, либо я применю силу, – Себастьян начинал потихоньку выходить из себя. – Силу? – улыбаясь, переспросил Лерайе, – И ты готов будешь потом понести наказание четырьмя стихиями?* Ведь никто не смеет безнаказанно применять силу к стоящим у власти, и тем самым гневить отца нашего. – Мне плевать! И не забывай, кому по праву принадлежит твой трон, братик. Если понадобится, я не оставлю от этого места и пепла, но добьюсь своего. – Ах, мой милый Белиал. Неужели, ты думаешь, что я мог забыть, кому он должен принадлежать? Я не забывал об этом ни на миг, и каждый день стараюсь оправдать возложенные на меня надежды. Но причина твоего отказа, согласись, не из благородных: уход от ответственности, страх обязательств. И знаешь, в случае с Аимом все точно так же. Ты в очередной раз испугался обязательств. Испугался сказать себе самому правду и хоть ненадолго снять свою лицемерную маску перед любимым человеком. И не смей говорить мне, что это не так. А что насчет наказания, так ты только представь, как долго ждали остальные своего часа поквитаться с тобой за твои выходки. Их все время останавливал отец, ну и я. Так что прошу, не спеши с выводами, – с этими словами он взял за руку Сиэля и, развернувшись уже хотел уйти, как вдруг, не оборачиваясь, произнес: – Рик! Повернув голову, Сиэль увидел стоящего за их спиной Рика, зажимающего в руках по паре ножей. Его глаза расширились: Себастьян чуть не попал в Лэра. «А что было бы, если бы он его убил?» До боли прикусив губу, юный демон посмотрел на Лерайе. Он был спокоен, но стремительно понижающаяся температура вокруг говорила об обратном. – Это была последняя капля, Белиал. Прости меня, но наказания тебе не избежать. Забрав ножи у Рика, Лерайе сложил их вместе и в мгновение ока они покрылись тонкой коркой льда, а через секунду и вовсе потрескались и осыпались с его рук градом маленьких осколков. Затем, встав напротив Себастьяна, он скрестил пальцы и прошептал несколько слов. Между его ладонями образовался пульсирующий сгусток ярко-голубого света. – Стой! Подожди, – Сиэль подбежал к Лэру и, опустив его руки, тихо сказал: – Я сам. – Это будет смешно, – хмыкнул Себастьян. Лерайе удивленно посмотрел на Сиэля, а затем молча встал позади него, положив руки на плечи: «Я в тебя верю», – тихо сказал он, склонившись над его ухом. «Я ни капельки не сомневаюсь в этом», – мысленно ответил ему Сиэль, нараспев произнося первые руны ангельского заклятья: – Забытое волшебство: Барьер, – выкрикнул он и, проведя ребром ладони черту между собой и Себастьяном, добавил еще пару слов на незнакомом языке. Себастьян, не веря своим глазам, смотрел на Сиэля: – Это просто невозможно! Как тебе это удалось? – Все благодаря тебе, Себастьян. Ну, и еще у меня прекрасный учитель. Чтобы ты знал – этот барьер – сплетение забытого волшебства первых ангелов и льда девятого круга ада*. Ты не сможешь шевелиться, и твои силы будут постепенно покидать тебя. Когда ты ослабнешь полностью, то будешь автоматически перенесен обратно на Землю. Для этого я наложил дополнительную печать. Но не беспокойся: тебе никто не сможет причинить вреда, кроме, разумеется, меня. Этим поступком я ставлю окончательную точку в наших отношениях. Надеюсь больше никогда не возвращаться к этому разговору, – с этими словами он развернулся и направился во дворец. – Мне жаль, что все так закончилось, Белиал, – произнес Лерайе, – Ты выбрал не самый лучший способ признаться в своих чувствах. Но я могу сказать одно: Он все еще тот самый Сиэль, которого ты бросил тонуть в чувствах, у которых нет берегов. Задумайся над этим. Сказав это, Лерайе поспешил вслед за Сиэлем, прихватив с собой Рика, который уже пытался корчить рожи застывшему Себастьяну.

***

«Сиэль» Я стоял у распахнутого окна, подставив ледяному ветру свое лицо. От этого становилось легче, жаль, что я не могу сделать точно так же с душой. Во мне сейчас бушевало целое море самых разных чувств: от обиды и боли до чувства удовлетворения и спокойствия. Я все еще не понимал, за что он так со мной? Неужели я так ему ненавистен? А ветер пробирает до дрожи даже мою демоническую сущность. Видимо, Лэр не на шутку разозлился: переживает за меня. Стоило только об этом подумать, как на мои плечи опустился мягкий, согревающий плащ цвета зимней хвои. – Я, конечно, знаю, что ты не простудишься, и все же не стоит мерзнуть. Кстати, прошу прощения за ветер. Он улыбнулся и, прикрыв окно, встал рядом, наблюдая за тем, как я с удовольствием укутываюсь в принесенную вещь. – Спасибо. Ты как всегда вовремя, Лэр. Я прикрыл глаза и положил голову ему на плечо. Исходящее от него тепло и забота укутали меня, и я полностью расслабился, позволяя ему придержать меня за плечи. – Знаешь, у меня есть для тебя подарок. Я слышал, что в мире людей сейчас праздники, поэтому предлагаю тебе на недельку подняться наверх и отметить их вместе, как это делают люди. Познакомишь меня со всеми традициями, мы вместе выберем подарки. Что скажешь? Я знаю, что ты не очень их любишь, но я все же решился и купил нам небольшой дом глубоко в лесу. Его построили специально для нас, а я постарался учесть все твои предпочтения. С нами отправится Рик с сестрой, если ты, конечно, не против. Ну, Аим, что думаешь? Я, не скрывая радости, неверяще смотрел в его изумрудные глаза. – А как же твои дела? – Я сегодня поговорил с Левиафаном, и он согласился присмотреть за моими владениями ненадолго. – Лэр, конечно же, я согласен! Это будет чудесно. Я так соскучился по небу. – Ну, тогда я подготовлю все к приезду Леви и можем отправляться. И да, совсем забыл: во время наложения печатей я заметил пару ошибок, так что отдохни и спускайся в библиотеку. Тебе придется серьезно потрудиться, если ты хочешь успеть к Рождеству. – Только не это! Ну Лэ-э-э-р!