В неистовом смятении перемен

Она, в ответ на нежный шёпот, Немой восторг спеша сокрыть, Невинной дружбы тяжкий опыт Ему решилась предложить. М.Ю.Лермонтов

– Вы так нетерпеливы, Лорд, – Гермиона усмехнулась, наблюдая, как он дёргается в своих путах, прожигая её яростным взглядом. Минуту назад она лёгким движением вжикнула молнией платья, и оно воздушным облаком упало к её ногам. Вместе с этим девушка сняла Силенцио, готовясь услышать поток проклятий. – Что вы себе позволяете, Грейнджер? Если вы хотели показать мне себя во всей красе, то могли и не привязывать. Я никогда не откажусь оценить формы с виду невинной девушки, готовой наброситься на меня, – голос мужчины сочился ядом. – Развяжите меня немедленно. Я не просто так являюсь величайшим тёмным магом. Вам мало не покажется, ослабь я сейчас контроль. – Ну что вы, сэр, всё в рамках приличия, – Гермиона казалась оскорблённой. – Вы же сами говорили мне доказать свои разработки. – Ну, тогда вы выбрали самый странный способ своего доказательства. Как ваша нагота будет способствовать возвращению памяти? Гермиона лишь улыбнулась и скользнула к постели. Внешне она казалась абсолютно спокойной, но внутри бушевало пламя. Она содрогалась от мысли, что ей придётся совершить сейчас. Девушка бы ни за что не пошла на такое, но… целительница убедила её в пробелах в памяти, а проверить свое предположение, казавшееся теперь полным бредом, можно было только так. Поэтому Гермиона решительно сделала ещё , пересилила себя и оказалась на постели, мягко седлая бёдра мужчины. Волдеморт заметил минутную заминку девушки и понял, что она колеблется. Однако последующие решительные шаги насторожили мужчину. Он был готов ко всему, но не к тому, что эта волшебница спокойно оседлает его и воззрится с триумфальным видом. Наглости ей явно не занимать. – На ком же из нас двоих вы тестируете свою теорию? Уверены ли вы, что кто-то из нас не помнит ключевых моментов жизни? – Волдеморт прищурился, стараясь не смотреть ниже подбородка Гермионы. – Тестируем на мне, Лорд, – фыркнула девушка. – Я соединила обычное восстанавливающее зелье и простое зелье, устраняющее возрастную амнезию. Результат мы с вами сможем увидеть через небольшой отрезок времени. И, прошу вас, полежите спокойно. – Вы будете использовать меня, как подопытного кролика, а я буду лежать спокойно?! – возмущённо начал Волдеморт. Гермиона нахмурилась и склонилась к нему, решительно накрывая тонкие презрительные губы мужчины своими. Содрогаясь от собственных действий, девушка мягко раздвинула его губы язычком и задохнулась, застигнутая врасплох его голодным поцелуем. Властно сминая её губы своими, Лорд глубоко целовал её, исследуя глубины девичьего рта, переплетаясь с её язычком. Прерывисто выдыхая, Гермиона вцепилась пальцами в его плечи, мягко потираясь грудью о мужчину. – Я сомневаюсь, что это даст какой-то результат, грязнокровочка, – Лорд ухмыльнулся, приподнимаясь и прижимаясь к девушке вплотную. Гермиона промолчала, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Выравнивая дыхание, девушка принялась высвобождать мужчину из одежды. Рубашка, брюки… Нервно сглотнув, Гермиона наконец стянула последнюю деталь его одежды и тут же отвела взгляд. – Что же вы покраснели, как маков цвет, и взгляд прячете? – заботливо поинтересовался Волдеморт, сдерживая смех. – Неужто никогда не видели обнажённого мужчину? Бросив на мужчину хмурый взгляд, девушка опустила голову. Она не могла. Не могла переступить через свои принципы, не могла взять его. Какой прок от этого секса, если она не хочет его? Волдеморт терпеливо ждал, понимая, что девушка не может решиться. Ему было смешно. Вот, насколько хватило её наглости. Она не смогла пойти до конца. С другой стороны, он чувствовал приятное волнение, ощущая её на себе. И просто так он её отпускать не собирался. Поэтому, закрыв глаза и сосредоточившись, мужчина почувствовал, как его обволакивают волны магии. Гермиона, погружённая в свои мрачные размышления, не сразу заметила, что мужчина освободился и теперь мягко потирает запястья. – Не хватило силы воли всё закончить? Зачем же было начинать, если это не имело никакого смысла? – насмешливо спросил Волдеморт, рывком подминая девушку под себя и грубо сжимая её плечи. – Отпустите меня! Вы мне противны, – с презрением выплюнула Гермиона, вырываясь из его цепких пальцев. Глаза мужчины холодно сверкнули. Она слишком многое себе позволила, а потому… дальнейшие свои действия он не контролировал. Прижимая запястья девушки над её головой к постели, Волдеморт склонился к её груди и мягко сжал губами её сосок, нежно покусывая. Гермиона выгнулась, сдавленно выдыхая. Она хотела прекратить это, чувствуя стыд, презирая свою слабость и детское желание стать первой, лучшей, показать себя во всей красе. Что ж, теперь она могла собой гордиться. Сейчас она лежала под своим врагом обнажённой, во всей красе. – Перестаньте сопротивляться, Грейнджер. Я даю вам то, чего вы так жаждали, – хмыкнув, мужчина обвёл язычком ореол соска и повёл дорожку поцелуев к пупку, с лёгкостью удерживая сопротивляющуюся под ним девушку. В какой-то момент она обмякла, и он, воспользовавшись её слабостью, приник губами к её клитору, мягко лаская его язычком. Он хотел заставить её сгорать от желания, вторить его имя, подниматься на вершину наслаждения вновь и вновь, падая вниз и увлекая его за собой. Она мечтала лишь закончить эту пытку. Забывшись под ним, Гермиона раскрылась, желая получить больше ласки. Волдеморт мягко касался губами её влажных складочек, тихо шепча: – Ты уже готова для меня, грязнокровочка… Скажи, что хочешь, чтобы я имел тебя. Скажи, - его голос очаровывал, погружая её во тьму. Метаясь по постели, девушка кусала губы, сдерживая стоны. Но, когда он проник в неё язычком, она распахнула изумлённые глаза, стыдливо сводя ноги. – Нет, - было её тихим ответом. Волдеморт лишь усмехнулся и, с силой разводя её ноги, вновь припал губами к сосредоточию её женственности, сладко имея её язычком. – Скажи же! Скажи, что хочешь, чтобы я овладел тобой! – его хриплый голос и потемневшие красные глаза гипнотизировали сходящую с ума от удовольствия девушку. Она уже готова была кончить, незаметно подаваясь бёдрами ему навстречу, но он остановился. Всхлипнув, Гермиона тихо выдавила: – Я… хочу, чтобы вы… овладели мной. – Громче, мисс Грейнджер, я ничего не разобрал! – Я хочу, чтобы вы взяли и поимели меня! – вымученно выдала девушка, пытаясь прижаться к его бёдрам. С тихим рычанием Волдеморт накрыл её своим телом, отточенным движением раздвинул её ноги и вошёл. Гермиона задохнулась, теряясь в ощущениях. Он сразу задал быстрый ритм, двигаясь резко и глубоко, сильно сжимая её плечи. Она затуманенным взором смотрела на его лицо, преобразившееся от неописуемого удовольствия. В какой-то миг Лорд приподнял её и прижал к своей груди, проникая в неё ещё глубже, не оставляя между ними ни миллиметра расстояния и заставляя её издать хриплый стон. Гермиона наконец отпустила себя и принялась подаваться ему навстречу, резко двигая бёдрами и лихорадочно скользя пальцами по его лопаткам. Она таяла в его объятьях, изгибаясь и выстанывая его подлое имя. Он сосредоточился на своих ощущениях, желая получить только одно – разрядку. Выплеснуться в неё и с триумфом сделать своей. Показать, кто здесь главный. Показать, чего она стоит. Показать, кто она рядом с ним. А потому мужчина увеличил темп движений, склонился к её плечу и прикусил нежную кожу: Гермиона вскрикнула и захлебнулась в удовольствии, достигая своего желанного апогея и утягивая его за собой. Делая последние резкие толчки, он кончал в неё с рычанием, такую желанную и греховную, свою грязнокровочку. Кончив, Волдеморт зарылся носом в её спутанные кудри, мягко опуская её на постель и замечая, что она смотрит остекленевшим взором. Достигнув высшей точки своего наслаждения, Гермиона дёрнулась и замерла. Перед глазами возникла его спальня и два сплетённых тела на постели. Она будто смотрела со стороны, как Волдеморт нежно ласкает её пальцами, как нежен он с ней. Она ощутила волну давнего удовлетворения и изумлённо вздрогнула, когда он достал палочку. Только что они сплетались в нежном танце соития, а вот уже он спокойно говорит: «Обливейт!». Вот он. Недостающий маленький кусочек мозаики. Маленькая деталь их греховного падения, что гложила её. Гермиона открывает глаза и сталкивается с его изучающим взглядом. Он знает, что она вспомнила. И ждёт. Вспышка гнева зажигает её, но она всё ещё разнежена свершившимся половым актом. Ей всё равно, что она оказалась права: соединение простых заклинаний и потрясение любовным соитием возвращает память. – Это ничего не меняет, грязнокровочка, – наконец прерывает тишину Волдеморт. – В конце концов, это просто секс, вспышка эмоций. Это то, чего жаждали так наши тела: наше греховное падение. Ты с Пожирателем Смерти. Я с грязнокровкой. – Я ненавижу Вас, – потрясённо шепчет Гермиона. – Вы дважды воспользовались мной. Вы ласкали меня с таким восторгом и вдруг заявляете… – Что это просто секс, – с усмешкой закончил мужчина, приятно потягиваясь. – А вы не боитесь, что я всем расскажу о произошедшем? Что я сделаю новое открытие, и многие вспомнят всё? – сухо спросила девушка, отстранённо глядя на тонкую белую струйку на внутренней стороне бёдер. – О, совершенно нет, – коротко рассмеялся Волдеморт. – Интересно, почему? Снова Обливейт? – Ну, нет. Это было бы скучно и предсказуемо. Я предлагаю заключить сделку, грязнокровочка. Гермиона лишь хмыкнула. – Твоя новая разработка действительно имеет место быть. Разумеется, я потребую от тебя отчёт и внимательно проверю расчёты. Но, прежде чем позволить тебя стать разрушителем общественного спокойствия, я желаю сделать ещё одну практическую проверку. Ты и я. Но на этот раз, – мужчина усмехнулась, пронзительно глядя в её глаза. – Тестировать будем меня. – Но… это же нелогично! Сомневаюсь, что вы когда-либо подвергались Обливейту, – воскликнула уязвлённая девушка. – Я был молод. И эта оскомина осталась у меня с Хогвартса. Я уверен, что упустил некую деталь, возможно незначительную. И хочу восполнить этот пробел, – Волдеморт неопределённо повёл плечами, рассеянно глядя в потолок. – Я не собираюсь… – Это будет честная сделка. Больше никаких Обливейтов. И ты сможешь провести некие опыты, пользуясь моей лабораторией, чтобы выяснить более доступные способы. Ты согласна? – На сделку с самим дьяволом? Разумеется.