Я рядом

      В субботнее утро в Большом зале царило сильное возбуждение. Все обсуждали сегодняшние отборочные в гриффиндорскую команду по квиддичу, на которые, как и в позапрошлом году, наверняка, придут все, кому не лень, и даже больше. Все-таки в прошлый раз Гарри был тем, кто оказался прав и сумел не умереть в битве против Волан-де-Морта, а сейчас он тот, кто победил его.       Джинни искоса взглянула на бывшего парня, которого окружили однокурсники, и в очередной раз за утро почувствовала узел в животе. Смотря на вкусную еду, она ощущала поднимающийся по пищеводу ком и тут же сглатывала его.       В последний раз взглянув на еду, девушка вышла из-за стола и проскочила мимо шумной компании, надеясь, что ее никто не заметит. Уже когда она была на самом выходе, ее плеча коснулась чужая рука, причем так неожиданно, что Уизли вздрогнула и резко обернулась. Выпуклые глаза смотрели на гриффиндорку с немалым удивлением, а светлые, с пепельным оттенком, волосы чуть всколыхнулись, чувствуя волнение хозяйки.       - Боишься чего-то? - замогильным голосом спросила Полумна.       - Ничего такого, - пробормотала еще не отошедшая от испуга Джинни. - Ты что хотела?       - Что я хотела? Не помню... - воскликнула девушка и тут же сникла.       - Ну ладно. Я тогда пойду к отборочным...       - Вспомнила! Не перебивай меня, - зашикала на подругу Лавгуд и начала формулировать предложение, будто заново все вспоминая: - Помнишь, я тебе говорила про мой разговор с профессором Трелони?       - Вроде бы...       - Не перебивай! Я хочу на тебе потренироваться. Погадаю на кофейной гуще или еще что-нибудь. Потом придумаю, только если вдруг предсказания окажутся успешными, говори мне. Поняла? - требовательно спросила Полумна. Младшей Уизли оставалось лишь кивнуть, после чего мисс Лавгуд ускакала в неизвестном направлении.       Она проследила за тем, чтобы подруга скрылась за поворотом, и пошла к полю, прижимая к себе свою метлу. С ней было как-то спокойней, пока снова кто-то не дотронулся до неё, толкнув в бок.       - Хей, Джинни, ты чего так медленно идешь? Отборочные же сейчас начнутся. - Это был всего лишь Вуди, но сердце чуть не остановилось. Кажется, девушка становилась излишне дерганной, что не очень радовало.       - Как раз туда и иду, - с улыбкой сказала Уизли и пошла чуть быстрее, надеясь, что от нее, наконец, все отстанут.       - Я тоже. Хочу по-пробоваться на охотника. Как думаешь, меня возьмут? - светился от счастья парень.       - Не знаю, но шансы есть, - задумавшись, ответила Джинни.       - Такая серьезная сразу стала, - рассмеялся Хармон и пошел вперед, обгоняя девушку. - Я уверен в своей победе, поэтому тебе придется постараться. Если займу твое место, то...       - Будто ты сможешь обойти меня! - нахмурилась девушка и слегка пробежалась, оказываясь впереди.       - Все может быть, - усмехнулся парень, ероша рыжие волосы Уизли. - Но если что, у вас от прошлой команды осталось только два охотника, поэтому одно место свободно, и его займу я. А если ты потеряла за лето форму, то скажи лучше сейчас, я тебе подыграю. - В его глазах сверкнули задорные огоньки.       - Да я тебя без всякой помощи одолею. Вот увидишь! Я в команде уже играла, и поэтому у меня большое перед тобой преимущество, - с азартом ответила Джинни и снова пробежалась вперед, улыбаясь, пока парень не видел.       Только Джинни вышла во внутренний двор, уголки её губ чуть опустились: небо заволокло хмурыми тучами. Она вдохнула свежий воздух, будто чувствуя приближающийся дождь. Он, должно быть, будет сильным, хотя, скорее всего, начнется лишь ночью.       - Так ты идешь? - воскликнул убежавший вперед Вуди, опять вытаскивая однокурсницу из пучины мыслей.       Девушка услышала его голос и быстро побежала за парнем, который уже сбегал по склону. Его ноги едва ли держались ровно из-за грязи, и Джинни, заметив это, шла преувеличенно осторожно, ведь ей совсем не хотелось покрыться коричневой жижей. С метлой спуск представлялся трудноватым, но все продвигалось очень даже не плохо.       Поверхность начала выравниваться, и у самого края ее поджидал Хармон, со смехом наблюдая за передвижениями девушки. Уизли в это время строила планы мести, как кто-то толкнул ее в спину.       Она не удержалась и сделала пару огромных шагов вперед, пытаясь сохранить равновесие, но в последнюю секунду оступилась на грязи и полетела вниз. Чудом ее успел подхватить Вуди. Парень помог девушке подняться, прожигая взглядом кого-то за ее спиной.       - Проблемы? - язвительно спросила Паркинсон, и Джинни резко обернулась, едва ли снова не полетев на землю.       - Ты... - начала было она, но замолчала, заметив позади нее Малфоя. Там была еще пара слизеринцев, но это Уизли никоим образом не волновало.       Она помнила его вчерашние слова, и невидимый электрический заряд прошелся по ее позвоночнику. Драко Малфой был тут, как и говорил, а значит, вторая часть его речи тоже будет исполнена. Девушка с силой сжала метлу в своих руках и развернулась, направляясь в сторону стадиона.       - Испугалась? Мелкая предательница крови!       «Не обращать внимания. Это меня совсем не волнует», - твердила себе Джинни, уверенно ступая по влажной земле. Хармон шел рядом и обеспокоено смотрел на выражение лица однокурсницы, порываясь что-нибудь ответить, но она быстро схватила его за рукав и потащила к полю.       - И ты серьезно с этой метлой хочешь выиграть Кубок школы? - со смешком спросила слизеринка, а Джинни услышала еще и усмешки ее однокурсников. - Мне тебя даже жалко. Может, тебе денег на новую одолжить, а то твоя семья и так еле концы с концами сводит. Правда же? - с притворным сочувствием спросила Паркинсон.       Младшая Уизли сначала замедлилась на середине фразы, а потом и вовсе остановилась, все сильнее сжимая свою метлу, ту, которую ей подарили на день рождения родители. Они считали каждый кнат, чтобы не голодать, но при этом хотели порадовать свою единственную дочь. В тот день она расплакалась и так и не смогла понять, от чего: то ли от радости, то ли от грусти. Скорее всего, там было все вместе.       Носок ее кроссовка чуть дернулся; она впихнула в руки Хармона метлу, и в ту же секунду развернулась всем телом и кинулась к слизеринке, на лице которой сияла широкая улыбка. Она тут же спала, когда Пэнси увидела сверкающие яростью глаза, но времени на реагирование уже не осталось. Недооценила она маленькую гриффиндорку.       Джинни бросилась на Паркинсон и повалила её на склизкую землю, слыша хлюпающие звуки жидкости, чувствуя, как намокают кончики пальцев ног, и колени опускаются прямо в грязь. Она услышала возмущенный возглас слизеринки, которая испытывала отвращение от того, что ее мантия покрывается коричневыми пятнами, и какая-то малявка сидит на ней верхом, но Джинни этого было мало.       Девушка схватила темно-каштановые волосы в свои пальцы, ощущая, как земля забирается под ногти, как дергается под ней тело, но это не имело значения. Она потянула волосы на себя и собиралась ударить другой рукой слизеринку по щеке, уже предвкушая оглушительный шлепок, как в одно мгновение ее оттащили от Пэнси за подмышки.       Она брыкнулась, но сильные руки встряхнули ее пару раз и поставили на землю, заставляя смотреть на то, как Паркинсон измождено поднимается, как скользят ее ноги по жиже. В душе она желала еще раз голыми руками впечатать лицо, похожее на морду мопса, в грязь, но здравый смысл все-таки решил взять верх, хотя большую роль сыграли удерживающие ее руки.       Дернувшись последний раз, когда Блейз помог Паркинсон встать, Джинни обмякла, чувствуя подступившую усталость.       - Малфой, отпусти ее! - послышался злой крик Рона, который приближался к собравшейся компании; за ним бежала пара гриффиндорцев, в том числе и Гермиона с Гарри.       Она слабо приподняла голову, наблюдая за обеспокоенным Поттером, а в следующее мгновение до нее дошло, что сказал брат. Тут же чужие руки ослабли, и младшая Уизли резво обернулась, слыша противное хлюпанье в кроссовках.       Позади нее стоял именно Малфой, и даже после того, как девушка протерла глаза, ничего не изменилось. Она со страхом смотрела на его лицо, которое ничего не выражало, и сделала шаг назад, а потом еще раз, пока не очутилась рядом с братом.       - Что здесь произошло?! - разрушила наступившую тишину Гермиона, превращаясь в строгую старосту школы.       - Ваша подружка набросилась на меня с кулаками! - страдальчески взвыла Паркинсон, хлюпая носом и подходя ближе к Малфою, который кривил губы. Все-таки слизеринка была измазана в грязи.       - Она не могла...       - Посмотри на меня и на нее, мисс Справедливость. Кто по-твоему тут выглядит жертвой? - завизжала Пэнси так, что захотелось живо стукнуть ее чем-нибудь по голове. - Пусть идет к вашему декану, и если она отделается лишь снятием баллов, я...       - Будто я поверю, что моя сестра просто так на тебя набросилась! И что Малфой с ней собирался сделать, а? Вы не сможете просто так отделаться, - закричал Рон, заводя Джинни за спину. Девушка ему повиновалась, не желая больше ни с чем разбираться.       - Какие речи, Уизли! Сам-то веришь в то, что говоришь? - издевательски спросил блондин, растягивая слова.       Рыжеволосый парень весь побагровел и потянулся за волшебной палочкой. Малфой последовал его примеру, и парни приблизились друг другу, скаля зубы.       - Прекратите! Вы же старосты и должны подавлять конфликты, а не развивать их, - встала между противниками Гермиона, переводя взгляд то на одного, то на другого.       - Прячешься за подружкой, Уизли? - иронически спросил Малфой, оглядывая эту слабую преграду.       Реакция на слова последовала незамедлительно: Рон ринулся вперед, отодвигая свою девушку в сторону, но тут его перехватила Джинни, до этого стоящая спокойно. Непонятно откуда взялись силы, и она судорожно вцепилась в рукав брата.       - Остановись, - пробормотала Уизли.       - Да этот хорек...       - Рон, я сказала прекратить, и если ты меня не собираешься слушать, то услышь хотя бы Джинни, - строго смотря в глаза парню, сказала Грейнджер.       Он некоторое время боролся с собой, пока разум не взял над ним верх. Брат Джинни тяжело дышал и все еще был напряжен, готовый в любую секунду снова броситься на Малфоя, который стоял на месте с издевательской улыбкой.       - Что я только о тебе не думал, Уизли, но никак не мог предположить, что ты подкаблучник. - Незамедлительно последовал смех от слизеринцев, и даже грязная Пэнси улыбнулась, пытаясь с помощью волшебства убрать грязь и думая, что так Драко мстит за нее. Как же она ошибалась.       - Заткнись, Малфой! - сказал Гарри, заставляя замолчать не столько блондина, сколько своего друга, который порывался бросится в бой. - Нам нужно провести отборочные, а вы только мешаете.       - Смотрите, кто заговорил! - в изумлении воскликнул слизеринец. - Я уж подумал, что все, Герой волшебного мира больше и рта никогда не раскроет. - Поттер собирался ответить что-нибудь злое, но Малфой ему не дал: - И мы тоже спешим на ваши отборочные. Не хотим пропускать это великое зрелище!       После этого он проскользнул через толпу, минуя младшую Уизли и совсем не смотря на нее, будто шел мимо незнакомого человека. За ним последовали все остальные, а капитан команды по квиддичу был немного в шоке.       - Никому отсюда не уходить! - послышался возмущенный голос декана гриффиндора, когда компания слизеринцев не успела пройти еще и пары метров. По лицу этой женщины было видно, что она на грани срыва, и теперь никому, кто участвовал в этой потасовке, не поздоровится.       - Всем живо в кабинет директора! И только там мы будем во всем этом разбираться! - рявкнула на всех профессор Констебль, и первое впечатление о ней, как о человеке, который много улыбается, куда-то испарилось.       - Профессор, но у нас сейчас отборочные в команду, и на стадионе собралось много людей, - почти спокойно возразил Гарри, и он не боялся, а слегка раздражался. Ему и так предстояло вышвыривать с поля первокурсников и учеников из других факультетов, а тут еще и это.       - К вам и претензий нет, мистер Поттер. Я имела в виду только тех, кто участвовал в этой драке, то есть мистера Малфоя, мистера Уизли, мисс Паркинсон, мисс Уизли и мисс Грейнджер, - с натянутой улыбкой сказала декан и развернулась, видимо, ожидая, что больше вопросов нет.       - Рон и Джинни были членами команды в прошлом году, и, надеюсь, в этом году также ими станут, поэтому мне они нужны на отборочных, а Гермиона лишь пыталась прервать драку, что и должна была делать староста в данной ситуации...       - Мистер Поттер, позвольте мне самой решать, кто прерывает драку, а кто дерется! - с плохо скрываемым раздражением ответила профессор Констебль. - Те, кто вам нужны, могут остаться, а остальные последуют за мной.       - А почему мы не можем пойти все вместе? - прикидываясь одиннадцатилетним, спросил Драко.       - Мистер Малфой...       - Я просто подумал, что будет не очень хорошо, если мы побеспокоим директора два раза на дню по одному и тому же поводу. Они же должны будут после отборочных к ней зайти?       - Естественно должны... - очень эмоционально начала и вяло закончила профессор Констебль такую короткую фразу.       Все замолчали и смотрели кто куда, но только не в глаза декану гриффиндора, надеясь, что она сама придет к правильному решению, а то еще одной поправки от ученика она не выдержит. Так думали абсолютно все и поэтому не проронили и звука.       - Пойдете к профессору Макгонагалл после этих ваших отборочных, но я сама за этим прослежу, - поддалась им женщина, при этом делая все так, будто она все еще держит ситуацию в руках.       Гриффиндорцы переглянулись с гриффиндорцами, а слизеринцы - со слизеринцами, и все были немного счастливы. Некоторым из них, конечно, все равно придется идти в кабинет к директору, но зато они смогли это отсрочить.       К стадиону все шли под присмотром профессора Констебль, но это никого не смущало. Все были такими радостными, что внутреннее состояние Джинни сильно выделялось из общей массы.       Когда она вспоминала про то, что Гарри в какой-то степени защитил ее от злого декана и назвал ее имя, девушке становилось приятно, и она бросала на него любопытный взгляд. С другой стороны, не могло не настораживать то, что парень изменился. Конечно, все меняются, но тут было другое. Гарри никогда не разговаривал с преподавателями в таком раздражении и никогда не оказывался выше их. В этом диалоге было всем ясно, что Поттер доминировал, как бы не пыталась это скрыть женщина.       Еще ее пугал Малфой, который прикоснулся к ней, пусть и для того, чтобы оттащить от своей однокурсницы, но обычно он не то, что не прикасался, - не смотрел на нее, - а сегодня так легко удерживал. Плюсом к этому, он шел на стадион смотреть на отборочные и там должен был наблюдать за ней и Гарри, а потом высказать все ей в пятницу.       Сглаживала ситуацию только их декан, при которой ни он, ни кто-либо из слизеринцев не посмеет что-нибудь сказать, но и она была раздражающим элементом во всей этой картине.       Девушка волновалась о походе к директору, ведь как и сказала Гермиона, они были старостами и не должны были устраивать драку. Пугало то, что драку устроила она, Джинни. Да, ее вывела из себя Паркинсон, но никто не мешал ей сдержать себя, она была обязана это сделать, а вместо этого Уизли бросилась на слизеринку и повалила ту в грязь. Непростительное поведение для старосты. Наверняка, за это ей достанется хуже всех. Это будет не просто отработка.       Остановившись, она втянула в легкие больше воздуха и прикрыла глаза. Нужно успокоиться и выбросить хоть часть мыслей из головы, иначе она просто взорвется и уж точно не пройдет отборочные. «Все будет замечательно!» - сказала она себе и открыла глаза.       - Джинни, - кто-то позвал ее, и девушка обернулась. Это был Вуди Хармон с ее метлой в руках. - Прости, что не удержал тебя и сам не ответил что-нибудь ей. Я...       - Вуди, ты ни в чем не виноват. Мне нужно было просто уйти, как я и собиралась, просто...       Они замолчали, и девушка первый раз в жизни увидела на лице однокурсника выражение печали и сожаления. Он чувствовал себя виноватым, и нужно было что-то сказать, но слов не было. Она просто не хотела их подбирать, поэтому забрала метлу и пошла на поле за всеми.       Там профессор Констебль взялась за дело и вместо Гарри удалила с поля первокурсников и учеников других факультетов, что с одной стороны упростило парню жизнь, а с другой выводило его из себя. Он был капитаном и мог самостоятельно со всем разобраться, тем более эти отборочные проводил он, и никто не должен был вмешиваться.       Джинни наблюдала за ним, и если некоторые не поняли, что семикурсник злится, то она поняла. Это казалось настолько очевидным, что непонятливые волшебники были ей напоминанием того, что когда-то она была с ним близка.       Первыми Поттер стал отбирать охотников и через полчаса остановил свой выбор на Джинни, Демельзе, которая с особой веселостью побежала к подругам, и Вуди, который показал младшой Уизли большой палец — мол, я же говорил, что все получится. После он вспомнил недавнюю ситуацию и поник, но девушка по-доброму улыбнулась и села на скамью, приглашая парня сесть рядом с ней. Тут же подбежали и их однокурсники, которые начали их поздравлять и говорить о соревнованиях по квиддичу.       Девушка с улыбкой кивала товарищам, бросая взгляды то на Гарри, который устало отбирал вратаря, хоть и было очевидно, что им будет Рон, то на Малфоя, который развалился на скамейке, как король, слушая щебетания Паркинсон.       Время тянулось и медленно, и быстро одновременно, поэтому, когда Рон был выбран вратарем, она внутренне вздрогнула. Посмотрев на декана, она увидела, как женщина поднялась со скамьи и подозвала к себе нарушителей.       Ноги у Джинни подгибались, но рядом шедший брат обнял ее за плечо и повел прямо. Раньше бы девушка разозлилась из-за такого проявления заботы, но сейчас ей это было нужно. Она прикрыла глаза и шла так, полностью доверяясь Рону, который злобно посматривал на Малфоя и Паркинсон.       Гермиона плелась рядом и выглядела до безобразия спокойной. Ей, конечно, не должно было достаться, ведь профессор Макгонагалл была адекватной, но хоть каплю волнения можно было и показать. Буквально два года назад она, если и не тряслась бы от страха, то хотя бы начала быстро говорить, пытаясь скрыть беспокойство.       По дороге были слышны лишь причитания слизеринки, которая не могла добиться от Драко никакого участия, но она будто не замечала этого и продолжала жаловаться на то, что у нее болит плечо. Джинни от ее слов скривилась и уткнулась носом в свитер брата, вдыхая запах дома.       Идя так, она и не заметила, как они подошли к коридору, а вскоре каменная горгулья сдвинулась, давая ступить на винтовую лестницу, которая и вела в кабинет. Там младшая Уизли отступила от брата и поднялась сама, сжимая в руках метлу. Кожей рук она ощущала неровную поверхность древка и мелкие зацепки, из-за которых можно было получить занозу. Все было так привычно и потому дарило тепло.       Она вздрогнула, когда профессор Констебль постучалась в кабинет директора, и дверь отворилась. Девушка сглотнула и прошла внутрь за всеми, осматриваясь по сторонам.       В целом, это помещение особо не изменилось. Разве что на стене за директорским столом теперь висел огромный портрет Альбуса Дамблдора, который приветливо махал с него своим ученикам. Малфой даже не посмотрел на него, опуская голову как можно ниже, а все остальные кисло улыбнулись в ответ, представляя, что их ждет.       Профессор Макгонагалл смерила взглядом нарушителей, а декан гриффиндора, опираясь на собственные домыслы, начала расписывать всю ситуацию, хотя едва ли смогла что-либо приметить. После этого директриса расспросила каждого учащегося о случившемся, чтобы составить полную картину. Паркинсон во время рассказа делала такой отвратительный голос, косясь на Джинни, что та пожалела о том, что не смогла отправить ее в больничное крыло. Малфой говорил хладнокровно, но когда по мере рассказа упомянул имя Рона, интонация чуть изменилась, хоть и не понятно, в чем именно было дело. Джинни говорила, запинаясь, чувствуя подступающую к щекам кровь, а Рон с Гермионой почти спокойно рассказали то, что видели уже они, хотя Уизли замялся на том моменте, где он выхватывает волшебную палочку.       - Надеюсь, вы понимаете, что всех, кроме мисс Грейнджер, ждет наказание, - после длительного разговора начала профессор Макгонагалл. - Минус двадцать баллов с мисс Уизли, минус десять баллов с мисс Паркинсон, и минус пять баллов с мистера Уизли и мистера Малфоя.       - И это все? - почти не скрывая возмущения, спросила профессор Макгонагалл, а Джинни хотелось воскликнуть: «Разве двадцать баллов - мало?» - но слушать ее явно никто не собирался.       - Думаю, они еще помогут Хагриду в выращивании овощей для Хэллоуина. Ему как раз нужна была помощь - акромантулы стали подходить слишком близко к границе Запретного леса, - не нуждаясь в возражениях, сказала директриса, а Рон звучно сглотнул, вспоминая гигантских пауков. - Думаю, вы понимаете, что это слишком мелкое наказание, учитывая, что вы все старосты школы и должны пресекать всякие драки и нарушения, а не устраивать их сами. Если подобное еще раз повторится, то мне придется снять вас с этих должностей. А теперь можете идти, - строго закончила директриса и начала листать бумаги.       - Подождите минуточку, - снова воскликнула профессор Констебль. - Как декан гриффиндора, я могу сама назначать наказания?       Рон и Джинни раздраженно посмотрели на нее, но ничего не сказали, понимая, что находятся не в том положении, чтобы перечить.       - Можете, - несколько удивленно ответила пожилая женщина.       - Насколько я знаю, мисс Уизли на сегодняшний момент является охотницей гриффиндорской команды. - Сердце девушки остановилось. - Я запрещаю ей участвовать в первой половине матчей.       - Но профессор...       - Никаких возражений, - отрезала декан и вышла за дверь.       Метла с шумом выпала из рук Джинни, и уже привычный комок образовался в горле. Все закрутилось, как в калейдоскопе: Рон держал ее за руку, директриса попыталась ее успокоить, Гермиона приобняла ее, а слизеринцы вышли за дверь, потом вышла и она, после чего бросилась бежать.       В голове не укладывалось, как такое возможно. Это было выше ее сил. Джинни не представляла, как все это выдержит. Из ее жизни ушел Гарри, появился Малфой, а теперь, когда она уже не может думать о патрулированиях без страха, отбирают квиддич. Это было невыносимо. Как ей выдержать все это, если единственное место, где у нее была возможность стать на время счастливой, испарилось?