Я рядом

      Джинни злилась на Малфоя и сама не могла понять, в чем именно была причина. Казалось бы, все очевидно, но того, из-за чего слизеринца можно было ненавидеть, было так много, что она понятия не имела, в чем дело сейчас. Можно было бы списать все на поцелуй, на то, что он назвал ее куклой, которая улыбается по команде, на то, что он все прекратил после того, как она перестала быть ему нужна, но дело было не в этом. Девушка на подсознательном уровне чувствовала, что проблема не в этом, и это при том, что каждый из этих моментов являлся частью того, что ее раздражало. Частью чего-то большего, не похожего ни на что, что она испытывала прежде, потому что Джинни злилась, но и хотела снова повторить это. Ее, можно так сказать, унизили, а она хотела такого же вечера. Можно было собственноручно идти душить себя.       Ценой непередаваемых усилий ей удалось удержать себя от разговоров в следующую пятницу. Все было труднее, чем обычно, потому что Малфой опять решил идти сзади. Видимо, ему нравилось выводить ее из себя — он, наверняка, знал, что девушка раздражена и чувствует себя неуютно. Она ведь привыкла смотреть на его спину и повиноваться его ходу, а теперь, когда она всем руководила, ее это не устраивало. От чего-то.       А в субботу после их обхода школы было сообщено, что следующий матч по квиддичу будет не между слизерином и когтевраном, а между когтевраном и гриффиндором. И ладно то, что меньше чем за месяц нужно было подготовиться к тактике противников и составить план действий, так еще и это была третья игра из шести. Половина сезона еще не прошла, и, скорее всего, Джинни не будет позволено участвовать. Узнав об этом, она побежала искать Констебль, которую обнаружила только через час в учительской. Там она попивала чай с мадам Спраут и с милой улыбкой попросила девушку подождать в коридоре, пока она закончит свое «чаепитие». Уизли с такой же миной вышла за дверь и простояла посреди пустующего коридора с минуту, пытаясь прийти в себя и побороть желание разнести все к мерлиновой бабушке. Краем сознания она думала о том, что слишком уж часто в последнее время ей приходиться отгонять от себя подобные мысли.       Глубоко вздохнув и досчитав до десяти, она села на пол и прислонилась к стене. Ее руки легли на полусогнутые колени и безвольно повисли. Джинни медленно дышала, пытаясь прийти в себя. Она закрыла глаза и прислонилась затылком к стене. Она слышала за окном крики и смех ребят: скорее всего, играют в снежки. Ей бы тоже этого хотелось.       - Что, Уизли, не разрешат тебе выйти на поле в феврале? - с непонятным превосходством в голосе спросила Паркинсон. Откуда она тут появилась, оставалось загадкой, но только открыв глаза, Джинни поспешила снова зажмуриться, видя рядом со слизеринкой Малфоя и Забини. Главной проблемой был именно Малфой.       - Избавь меня от своего общества! - взмолилась девушка, закрывая лицо руками. Ей сейчас было не до глупой, недалекой слизеринки, у которой мозгов было не больше, чем у флоббера.       - А вот и нет! Ты мне за все когда-нибудь ответишь. И возвращаясь к главному вопросу дня: ты будешь участвовать в следующей игре? - прижимаясь ближе к Малфою, спросила она.       Джинни слабо подняла на нее глаза и увидела, что парень смотрит куда-то в сторону, явно ее игнорируя, а вот Забини на долю секунды задержал на ней взгляд. Что бы это значило? Она понятия не имела и не стала заострять на этом внимание.       - Буду! И обязательно прошибу тебе голову бланджером, чтоб уж точно убедиться, что твоя голова никогда не станет думать. Ну, это так, чтоб больше не надеяться, - язвительно ответила девушка и посмотрела прямо в болотные глаза Паркинсон, с удовольствием замечая, что та начинает заводиться. - И с чего же вдруг ваша бравая команда решила не участвовать в этом матче, а? Вы пока настолько слабы, что у когтеврана не сможете выиграть? - продолжила девушка, не забыв прикусить себе язык за то, что оскорбила факультет подруги.       - Попридержи язык, мелкая ты упыриха! К твоему сведению, Драко еще не оправился после потери брата, а его мать все еще находиться на лечении. Она в критическом состоянии! Понятно тебе, бестактная малолетка! - на повышенных тонах говорила Пэнси, поглаживая слизеринца по руке и надеясь утешить. Если бы она знала, что от ее слов он был готов запустить в нее непростительным сию же секунду, она бы так сочувственно на него не смотрела. Для Джинни же ее слова стали ведром ледяной воды, и она не сразу смогла прийти в себя. Пришлось сказать то, за что она была готова умертвить себя:       - Какие мы чувствительные! Этот ребенок даже не родился. С чего бы Малфою от этого горевать? А его отец, я уверена, может позволить себе потратить столько денег на лечение своей жены, сколько потребуется, поэтому не думаю, что стоит волноваться насчет состояния миссис Малфой.       - Наша семья хотя бы может себе это позволить, а вот семейка предателей крови может сгнить в собственном полуразрушенном доме от того, что денег не хватает. Я прав? - холодно спросил Малфой, будто и не обращаясь к ней. Опять спектакль, но его слова задели точно так же, как и ее слова ранили его.       - Мы, по крайней мере, счастливы. У нас ценят каждого и не... бросят на произвол судьбы! - Она хотела сказать «не будут искать замену». Не смогла, вовремя замолкла, но он понял, что она имела ввиду. Она использовала его слабость. Его слова, которые он доверил ей, когда был ослаблен. Она предала его. Она это понимала, но при Паркинсон и странно посматривающем на нее Забини девушка не могла вести себя иначе. Не мог и он.       - Будто можно быть счастливыми, живя в развалюхе! - вставила Пэнси, чуть сильнее сжимая плечо Драко. Джинни собиралась ответить, но тут открылась дверь и на пороге появилась Констебль, с подозрением взглянувшая на слизеринцев и гриффиндорку.       - Вы тут новую драку затеваете? - спросила она, готовая в любой миг отправить их к директриссе.       - Да нет, что вы! - воскликнула слизеринка, мгновенно просияв. - Мы просто размышляем, разрешат ли Уизли участвовать в предстоящей игре или... - протянула она.       - Естественно, не разрешат! Я отстранила ее от игры на половину сезона, а не на первый триместр, - раздраженно ответила женщина и скрылась в учительской, не позволяя Джинни хоть слово вставить.       - Кто там говорил, что бланджером мне по голове попадет? - смеясь, спросила Паркинсон. Не дожидаясь ответа, она повела Малфоя дальше по коридору. Он не обернулся и ничего не сказал в конце. И она не могла ничего ответить, потому что всепоглощающая вина наполнила ее изнутри. Что же она наделала? Это был удар ниже пояса. Непозволительно было так поступать с ним.       В голове вертелось, что он спокойно поступал с ней так раньше, но... это было раньше. Сейчас не то же самое. Она не имела права, не должна была это говорить.       Джинни стукнулась головой о колени и обвила ноги кольцом из рук, желая сжать себя до конца. Она тяжело дышала и думала, что делать дальше. Ничего нельзя было поделать. Малфой больше не примет помощи от нее.

***

      С началом новой недели количество межфакультетских стычек снова увеличилось. Если на первых неделях слизеринцы сдерживали свое негодование по поводу семьи Малфоя, то после перенесения их матча, уже ученики других факультетов стали нападать первыми из-за угла. Пока все было на нижнем уровне, но это только от того, что старшие курсы были более благоразумны. Когда они снова начнут отбрасывать моральные принципы, в школе станет шумно и опасно.       Об этих проблемах приходилось беспокоиться старостам, поэтому Джинни очень уставала. Опять начались сумасшедшие тренировки на жутком холоде. Под конец члены команды мелко дрожали и спешили обратно в замок с красными носами, чтобы погреться у камина. Им сочувственно уступали место. Девушка в такие минуты боковым зрением наблюдала за тем, как Демельза располагалась в ногах Гарри и как парень перебирал ее рыжие волосы, рассказывая какой-то анекдот. Потом ее отвлекал Вуди, что-то говоря про тактику. Его глаза так и сверкали.       Вся эта суматоха утомила ее, и в один день Джинни вытащила Полумну на мирную прогулку по окрестностям школы. Уже на подходе к озеру она пожалела об этом, утопая в снегу и жалобно смотря на подругу, которая с легкостью пробиралась через сугробы. Та же упорно шла вперед, иногда подгоняя девушку и хмуря брови. Она всем своим видом пыталась показать, что все еще не простила Джинни за молчание. Когда Лавгуд была уже у кромки льда, девушка находилась за пару метров до местонахождения подруги.       - Ты скоро? - равнодушно спросила когтевранка.       - Конечно! Еще пара сугробов и я на месте, - крикнула она с сарказмом и чуть не погребла себя под снегом. - Все в порядке, - отплевываясь от снежинок, пробормотала девушка и оказалась рядом с подругой. - Эх, какой прекрасный день!       - Ой... Малфой идет, - с широко распахнутыми глазами произнесла Полумна, приоткрыв рот и смотря за спину Джинни.       - Где? - тут же воскликнула она и быстро обернулась. Последовал незамедлительный толчок, и ее тело бухнулось в сугроб. - За что? - спросила она и снова обернулась, проверяя местность на предмет людей. Там никого не оказалось.       - И ты мне сообщаешь, что ничего к нему не чувствуешь! - взмахнув руками, сказала Лавгуд и с укором посмотрела на младшую Уизли.       - Чувствую. - Лавгуд распахнула и без того огромные глаза. - Нормальные человек к каждому знакомому что-нибудь да чувствует, и Малфой не исключение. - В нее полетел снежок. Потом еще один. Кажется, когтевранка собралась совершить снежное погребение.       - Я тебе!.. Мерлин, и правда Малфой, - пробормотала Полумна, опять уставившись вдаль. - Похоже, я действительно могу предсказывать будущее. - Ее лицо просветлело. - Кстати об этом, помнишь... Джинни, хватит его высматривать!       - Я просто... - Глаза Лавгуд сверкнули недобрым огоньком, и она зачерпнула новую порцию снега. - В субботу я сказала при нем, что он не должен горевать из-за того, что произошло в рождественские каникулы, - быстро прошептала девушка, действительно заметив на горизонте слизеринца. С ним рядом шел Забини, и они о чем-то разговаривали. Двух девушек они пока не заметили. - Я не должна была этого говорить...       - Джинн, это похвально с твоей стороны, что ты волнуешься о его чувствах, но все-таки надо же знать меру.       - Понимаю, но я вспоминаю брата и не могу не сопереживать ему. То, что я сказала, было непозволительным. - Полумна хотела начать говорить, но Джинни перевела тему: - Что ты там говорила до этого?       - На счет чего? - поддалась на уловку подруга.       - Про... про предсказания, наверное.       - Точно! - воскликнула она, и ее возглас услышали слизеринцы. Полумна закрыла рот ладошкой и дико заозиралась по сторонам, а девушка захотела провалиться сквозь землю и со всей силы вжалась в сугроб. Когтевранка примостилась рядом с ней. - Они, кажется, идут сюда! Прячься! - не сбавляя громкости говорила она, пытаясь зарыться в снег.       - Полумна!..       - Кто тут у нас? - спросил мерзким голосом Забини, который заглянул в своеобразное убежище подруг.       Малфой стоял поодаль, не смотря в ее сторону.       - Уйди отсюда, мерзкий слизеринец! - махнув ногой и кидая в него комки снега, сказала Джинни и с раздражением посмотрела на парня.       - И не подумаю, малютка-Уизли, - слащаво произнес он. Блейз оглянулся на Малфоя, и его лицо приняло странное выражение: он что-то задумал. Слизеринец быстрыми и уверенными движениями подхватил девушку за талию и закинул себе на плечо. Шапка слетела с ее головы, и копна рыжих волос взметнулась в воздухе, после чего безвольно повисла. Джинни сдавленно закричала в тот момент, когда ее ребра легли на широкие плечи, и выдохнула поток воздуха. - Драко, давай посмотрим, умеет ли эта предательница крови плавать! - предложил он и уверенно пошел в сторону деревянной дорожки.       - Ты совсем свихнулся! - болтая ногами и извиваясь всем телом, кричала девушка. Подступал панический ужас, когда она поняла, что до палочки не дотянуться.       - Забини, отпусти ее, а то я нашлю на тебя нарглов! - завопила Полумна и очертя голову бросилась на слизеринца, но тот взмахом палочки отправил ее в полет. Следующим движением он забрал у нее ее волшебную палочку, тем самым полностью обезоруживая. - Это уже слишком! Прекрати! - кричала она, переведя взгляд на Малфоя. Ее трясло от того, что происходило.       - Я тебя с собой вместе утоплю, упырь ты дементровский! Слышишь меня, Забини? Я...       - Молчи, малявка! Мне абсолютно нет до тебя никакого дела, - чуть подкинув ее, сказал слизеринец и тоже искоса взглянул на Малфоя. - Хочешь, можешь сам это сделать! Она же недавно оскорбила тебя, Драко.       - Мне все равно, - холодно сказал парень и развернулся в другую сторону, чтобы пойти обратно в замок.       Джинни прикусила губу и совсем ослабла на плечах Забини. Чувствуя, что заслужила то, что может последовать за его уходом. Она зажмурила глаза, ощутив, что Блейз сильнее сжал ее ноги.       - Хватит! - воскликнула Полумна, поднимаясь на ноги и подбегая к парню. Она не успела подойти на достаточно близкое расстояние, как слизеринц скинул со своего плеча Джинни и пошел за другом. Девушка упала на землю, как куль с мешком, и слабо захрипела, больно ударившись.       - Ты в порядке?       - Я это заслужила, - просипела Уизли, радуясь тому, что ничего не произошло. У нее мороз пробегал по коже, когда она представляла, что могла оказаться в ледяной воде, не имея возможности выбраться.

***

      На этой же неделе прошло собрание старост в пустующем кабинете на первом этаже. Там как всегда было пыльно, мало света и холодно. Вокруг были нагромождены парты и стулья, а, облокотившись на самый большой стол, вещала Гермиона. Рядом примостился Малфой и со скучающим видом смотрел в стену. Джинни старалась не обращать на него внимания. Все еще поглощенная чувством вины она собиралась этим вечером попытаться все исправить без надежды на успех.       В это время Гермиона говорила про уже всем известное перенесение матча Слизерина и Гриффиндора, стычки в коридорах. Она призывала всех старост следить за дисциплиной учеников, которые в последнее время совсем от рук отбились. В самом конце она упомянула, что четырнадцатого февраля будет совершен поход в Хогсмид, и эльфы будут разносить любовные послания.       Тут мимо нее прошел Малфой, продвигаясь к выходу. За ним последовали старосты Слизерина, и большинство последовали их примеру, а Джинни на пару секунд задержалась, застыв на месте. Никто не заметил ее промедления, поэтому она со спокойной душой пошла вместе с Гермионой и Роном в башню Гриффиндора. Парочка снова принялась о чем-то спорить.       Девушка прошла вперед них и зашла в гостиную первой. Она по привычке посмотрела на Демельзу с Гарри и убежала к себе в комнату, чтобы морально подготовиться к патрулированию. Она хотела извиниться и решила, что должна заставить себя выдавить нужные слова, ведь реакция Малфоя была непредсказуема, хотя, скорее всего, он ее проигнорирует.       Еще немного поворочавшись в постели, Джинни переобулась, а через минуту оказалась за портретом с Полной дамой. Показалось ей или нет, но, кажется, Гарри проводил ее взглядом. Подумав об этом, она неуверенно пошла в вестибюль. Девушка оказалась там раньше Малфоя и устало прислонилась к стене. Тут же она услышала звук его шагов. Она приготовилась идти впереди, но, только показавшись за поворотом, парень за пару секунд оказался перед ней и сам повел ее за собой. И точно обиделся. Она бы, наверное, улыбнулась такому его поведению, если бы не то, что он был вправе злиться на нее.       - Малфой? - позвала она его, когда была пройдена большая часть Хогвартса. Так долго Джинни собиралась с мыслями, а он как обычно не отреагировал. - Ты меня слышишь? Эй! - Он махнул рукой, приказывая ей замолчать, и девушка почувствовала укол в груди — к ней относились, как к бельму на глазу. Примерно так и было. Пусть она была нужна Малфою, она его раздражала. Всем своим существом он ненавидел черты ее характера. Болтушка. Оптимистка. Лицемерка. - Малфой... я хотела извиниться за то, что сказала тогда, - пробормотала она, стараясь не терять надежды. В конце концов, он был не глухим и все слышал. - Правда! Мне очень жаль. Я не должна была говорить того, что сказала, просто... Скажи хоть что-нибудь! - взмолилась она, остановившись. Он продолжил путь — пришлось догонять его. Джинни почти решилась остановить его, дернув за рукав пиджака, как послышались чужие грязные шаги. Точнее пара. Опять Забини. Она почувствовала волну страха, припоминая недавние события. Они еще были живы в ее памяти, и она прижала к груди руки, надеясь, что это отгородит ее от слизеринца.       Тот шел по коридору с новой девушкой, которая была не такой симпатичной, как предыдущие. Совсем серая мышка.       Забини подошел к другу, пожал ему руку и продолжил свой путь. Он посмотрел на Джинни и издевательски усмехнулся, окидывая ее взглядом. Он на мгновение притормозил, а потом заулыбался пуще прежнего.       - Эй, Драко, а чего вы с Уизли одинаково ходите? Это такой новый способ поразвлечься? - Девушка залилась краской и опустила голову. Рыжие пряди волос спрятали ее лицо, но она почувствовала, как Малфой буквально прожег в ней дыру. Потом он снова посмотрел на друга:       - Ммм, не знаю. Раньше не замечал подобного, - равнодушно ответил слизеринец, но Джинни-то поняла, что он врет, да и Блейз, наверняка, тоже. Не зря же он его друг.       - Правда? Может, мне показалось... Не пройдете пару метров вместе? Я хочу послушать, - наслаждаясь происходящим, предложил Забини. Его новая подружка прижималась к нему и явно хотела уйти как можно быстрее.       - Блейз!..       - Я всего лишь шучу, - рассмеялся слизеринец. - Не нервничай ты так, а то морщинки раньше времени появятся. К тебе тоже относится, малютка-Уизли. Не хмурь свое милое личико, - саркастично продолжал он.       - Ты закончил? - изогнув бровь, спросил Малфой. В его голосе послышалась угроза.       - Да, уже все. Можете наслаждаться совместным времяпрепровождением, - коварно улыбнулся парень, тут же уходя от своего раздраженного друга. Тот едва ли сдерживал себя от того, чтобы не подорвать товарища мощным заклинанием.       Джинни все это время стояла с опущенной головой, боясь взглянуть на слизеринца. Тот и вовсе не смотрел на нее, но когда Забини отошел, все же бросил на нее косой взгляд. Она и правда его раздражала. Вечно ей что-то нужно. Будто нельзя просто помолчать и не лезть со своими словами.       - Еще есть желание поговорить? - уточнил Малфой, смотря в потолок. Девушка помотала головой. - Я не слышу!       - Нет.       - Прекрасно.       После он отвернулся от нее и пошел дальше по коридорам. Джинни только плелась следом, чувствуя себя отвратительно. Ей хотелось провалиться сквозь землю, и она бы это сделала, если бы была возможность.