Я рядом

      За завтраком в понедельник Джинни искоса поглядывала на Малфоя, что парня неимоверно нервировало, но он не подал вида. Сидел и поглощал себе яичницу с беконом, с ненужной жесткостью прокусывая белок. Он делал вид, что слушает Забини, а она делала вид, что разговаривает с Полумной. Хотя они и в самом деле разговаривали, но едва ли это можно было назвать настоящим общением. В пол уха слушали и кивали, иногда что-то бормоча себе под нос.       Девушка думала лишь о том, чтобы высказать самоуверенному слизеринцу все, что она о нем думает. Опять. Она не знала для чего хочет это сделать, зачем ей это вообще нужно. Наверное, для самой себя. Джинни не могла осознать то, что кто-то пользуется горем, которое произошло, в своих целях. Это было почти аморально. Она ведь его успокаивала, как никто другой видела, насколько сильно ему больно, и не понимала, почему он решил воспользоваться этим. Будто Малфой притворялся потерянным ребенком, которому необходима поддержка, а на самом деле в очередной раз издевался над ней.       Она едва заметно вздрогнула, когда парень с силой поставил стакан с тыквенным соком обратно на стол. Она покосилась на него и увидела, как он встал из за стола и пошел в сторону выхода. За ним побежала Паркинсон, до этого времени болтавшая с Дафной. Джинни опустила голову и принялась доедать свой завтрак, после чего отправилась на историю магии.

***

      Девушка стала вылавливать слизеринца взглядом в коридорах. Он намеренно не смотрел в ее сторону, и за пару дней, как бы она ни старалась, парень ни разу не пересекся с ней глазами. Она хотела, чтобы Малфой почувствовал ее злость. Она будто заранее говорила ему, что на патрулировании устроит ему взбучку, и он испытывал раздражение от этого. Его выносил тот факт, что какая-то мелкая назойливая девчонка собирается прочитать ему лекцию. Еще это злило Паркинсон, только не совсем в том смысле, в котором это злило Драко. Ей просто не нравилось то, что Джинни постоянно смотрит на парня.       - Хватит уже! Иди к своему Поттеру, а Драко не трогай! - в один из дней не выдержала слизеринка и начала причитать на девушку.       - Словно он мне нужен, - хмыкнула она, почувствовав, что стало не по себе от ее слов. От того, что Пэнси упомянула Гарри.       - Тогда не смотри на него каждую свободную секунду! Если ты еще не поняла, это его раздражает.       - Так пусть сам скажет, - отмахнулась от нее Джинни, а потом сообразила, что сказала, и метнула насмешливый взгляд в сторону слизеринца, который устроился на скамейке вместе с Забини во внутреннем дворе школы. - Или он не может самостоятельно решать проблемы?       - Да пожалуйста! - она схватила девушку за руку и повела в сторону парней. Младшая Уизли расширила глаза и на ватных ногах пошла за слизеринкой. Благо вокруг почти никого не было, благодаря тому, что у них сейчас было окно в расписании, а у остальных уроки. - Драко, скажи этой мелочи, что она тебя раздражает!       Он перевел взгляд от Забини и внимательно посмотрел на Паркинсон, лишь слегка задев глазами гриффиндорку. Джинни узнала в этом взгляде скрытую угрозу, а вот девушка ничего не поняла и продолжила испытующе смотреть на него.       - Ты для этого привела ее сюда? - тихо спросил он.       - Да! Уизли не верит мне, поэтому сам скажи ей, что она тебя не интересует, а то подумает еще, что может бегать за тобой хвостиком.       Джинни подавила в себе порыв ответить слизеринке наиболее язвительным образом и только вырвала свою руку из ее когтей, взглянув на Малфоя. Она ждала, что он скажет, ведь раньше он никогда не обращался к ней напрямую. Все его фразы, сказанные ранее, могли быть предназначены кому-нибудь другому, там не было указано ее имени, но сейчас слизеринец не сможет обойти это правило.       - Уизли, ты меня не интересуешь, - словно прочитал предложение из учебника Малфой, смотря куда-то выше ее головы. Он повернулся к Пэнси: - Довольна?       - Более чем! Слышала, малявка? А теперь уходи отсюда, - шикнула она на гриффиндорку, но та продолжила стоять. Она пару секунд смотрела на парня, потом усмехнулась сама себе и медленно пошла в сторону общей гостиной. Ей вслед послышались угрозы Паркинсон, но Джинни не ответила ни на одну, идя в нужном направлении и плотно сжав губы. «Слизеринский хорек!» - повторяла она у себя в голове, пока не оказалась в комнате.

***

      Все отрицательные эмоции она выпустила на тренировке под проливным дождем. В конце Рон был на грани от того, что в него летели такие броски, а охотники отбили себе руки, перехватывая квофл с ее стороны. Только Гарри не стал наговаривать на нее, а похвалил за усердие. Видимо, его глазами это выглядело примерно так, но за это пришлось вытерпеть скривленное лицо Демельзы. Она не стала дожидаться остальную часть команды, а сразу побежала в свою комнату за нужной обувью. После Джинни высушила волшебной палочкой волосы, сделала небрежный хвост и поспешила в вестибюль.       Пока дожидалась парня, чуть на тот свет не отправилась от волнения, но вот он появился, и звук его шагов заполнил пустоту. Она сделала шаг вперед, а он стремительно обогнал ее и пошел впереди, быстрее обычного. Девушка пробежалась и набрала в грудь побольше воздуха, но Малфой не дал ей ничего сказать:       - Не начинай.       - Я могу говорить то, что хочу, - с легким высокомерием ответила она. - И я хочу высказать свое мнение...       - Уизли, хватит быть такой раздражающей, - пытаясь от нее отделаться, сказал парень. За последние дни он множество раз успел пожалеть о том, что открыл рот на первом их патрулировании. Если бы промолчал тогда, не пришлось выслушивать ничего сейчас.       Джинни почувствовала легкий стыд от того, что она была слишком навязчива, и, как сказала Паркинсон, буквально бегала за слизеринцем. Она подавила это в себе, чувствуя себя на месте Малфоя, когда в начале года он заставлял ее плакать. Его ничего не смущало, а теперь...       «Я же не наслаждаюсь этим?».       Она не хотела уподобляться ему. Она просто должна была сказать ему, что он не прав, но кто она такая, чтобы учить его жизни. Просто надоедливая малолетка, которая лезет не в свое дело. Девушка хотела сказать то, что думает, но... Было неправильно это делать. От чего-то.       - Прости. - Она перестала спешить за ним и замедлилась.       Он тоже стал идти более спокойно, не пытаясь убежать от нее.       Он не мог поверить в то, что она сказала.       Она не должна была это говорить.       Она должна была надавить на него своими словами.       Малфой ничего не ответил. Они шли в молчании, слушая звуки шагов. И это было правильно. Нормально. Так все должно было быть, если бы он ничего не сказал в первый день патрулирования. Только на деле все было не так. Эти двое помнили начало всего этого, не могли забыть, но так было бы правильнее.       Послышались шорохи. Потом вздохи и поцелуи.       «Забини» - подумали двое.       Малфой шел впереди, а парочка должна была находиться в пустующем кабинете в следующем коридоре. Была открыта дверь, и ему пришлось пройти мимо. За ним шла девушка, не имевшая сил как-то возмущаться. Да и какая разница? Все равно она не снимет баллов с Забини, так что не было смысла в споре.       Звуки становились все громче. Дверь в кабинет совсем рядом. Малфой прошел мимо и не смог не заглянуть. Все дело в природном человеческом любопытстве. Он застыл. Застыла и она. Она ничего не увидела, а он увидел все.       - Что там? - спросила Джинни, попытавшись выглянуть из-за его плеча.       - Ничего.       Парень развернулся и заставил ее идти в другом направлении, и она слабо последовала за ним. Потом проснулось и ее любопытство.       - Так что?       Он ничего не ответил, и девушка вывернулась из его хватки и проскользнула мимо него. Парень успел только дотронуться до рыжих прядей, а она уже осторожно подкрадывалась к занятому кабинету. Малфой не остановил ее больше никак, наблюдая за мелкой болтушкой, которая неосознанно ссутулилась и выглянула из-за двери. Ее пальцы сжали ручку так, что побелели костяшки.       Она увидела, как девушка с пепельными волосами в форме когтеврана сидела на столе и притягивала к себе лицо Забини, который водил руками по ее талии. Они целовались. К лицу приливала кровь.       Джинни отступила назад. Потом еще шаг. Она обернулась на Малфоя и посмотрела на него круглыми глазами, надеясь на то, что он скажет, что она спит, или это глюки или... Она не знала, что «или», просто он должен был сказать то, что могло принести с собой облегчение, но слизеринец ничего не сказал. Он тоже был удивлен, но не показывал этого. Ему хватало и ее шокированного лица.       - Ты тоже это видел?       Парень кивнул.       - Но это же не правда?       - Правда.       Она посмотрела ему в глаза, и впервые за долгое время он не отвернулся от нее. Он лишь смотрел в ее теплые глаза и не мог понять, как человек мог настолько его раздражать, но при этом притягивать. Она была глупой, легкомысленной, маленькой, постоянно болтающей и смеющейся, никому не показывающей свои чувства, а при нем она была настоящей. Хотя, может, и рядом с ним она притворялась.       Они пошли дальше, обходя школу, как и было положено, а Малфой думал об этой девушке, пытаясь осознать то, кем она была. Увиденное он решил задвинуть в дальний ящик, а вот Джинни не могла сделать все так просто. Она плелась где-то сзади, все еще не веря своим глазам. Полумна и Забини! Как такое могло произойти?       Слизеринец едва заметно обернулся и раздраженно посмотрела на девушку, которая сильно отставала. Пришлось ускориться, и она, наконец, заметила, что идет далеко позади. Она пробежалась и оказалась прямо за ним. Джинни посмотрела на широкие плечи, на высокую фигуру, и вспомнила, чего хотела всю эту неделю.       - Почему твоя команда перенесла матч?       - Ты знаешь, - нехотя ответил Малфой.       - Но... - она глубоко вздохнула, - ты не тот человек, который так легко показывает свои чувства.       - Ты меня не знаешь. - Он был на удивление спокоен. Почти.       - Того, что знаю, достаточно, чтобы сказать, что это так. С чего вдруг Драко Малфой решил открыться всей школе? - Тишина. - Ты же не притворялся?       - Уизли... - В голосе сквозило раздражение, и Джинни его прервала:       - Можешь не отвечать.       - Для этого мне не нужно твое разрешение, Уизли. Если не хочу отвечать, то не буду, - прошипел он и ускорился. Ей пришлось периодически устраивать небольшие пробежки, чтобы не отставать от него.

***

      На следующий день прошел матч по квиддичу между Когтевраном и Гриффиндором. Красная команда победила со счетом двести тридцать — сто, а вечером они устроили праздник у себя в гостиной, пока не пришла Констебль и не уложила детей спать. Естественно, после того, как женщина ушла, праздник продолжился, но в более тихом русле. Этой же ночью Джинни приснился кошмар, и она проснулась в холодном поту, тяжело дыша. Она видела, как Забини бросает ее в озеро, а Полумна стоит рядом и смеется так же, как смеется Паркинсон. Она чувствовала, как леденеют конечности, и даже после того, как проснулась, не утратила этого, а в ушах все еще звенел смех подруги, которая бросилась обнимать слизеринца, когда Джинни погружалась в воду.       Ей было необходимо поговорить с Лавгуд. Она думала, что не имеет на это права, ведь сама молчала так о многом. Она не могла обвинять в чем-то подругу, но девушка должна была это сделать. Для самой себя она поступит эгоистично, но... о Полумне Джинни тоже беспокоиться. Ей нужно знать, как произошло то, что произошло, как когтевранка могла полюбить похотливого слизеринца. И самое главное: как давно они встречаются? Она любила его тогда, когда он собирался бросить ее в озеро? Если девушка правильно помнила, странности у Полумны начались уже тогда. От этого становилось... обидно. Словно ее предали.

***

      Несколько дней Джинни собиралась с мыслями, чтобы начать разговор. Она изводила себя в одиночестве, а на людях старалась ничего не показывать. Пару раз девушка была готова, но Полумна не замечала того, что подруга хочет что-то сказать, и пользовалась повисшей паузой, чтобы обсудить очередную статью из «Придиры». Тогда Джинни замолкала и делала вид, что вслушивается в ее слова. Лишь в среду она смогла заставить себя выдавить хоть слово, просто начать:       - Так не скажешь мне, с кем встречаешься?       Подруга оторвала голову от своего сочинения по трансфигурации и с удивлением посмотрела на младшую Уизли, которая тратила все силы на то, чтобы поддерживать равнодушное выражение лица.       - С чего так внезапно?       - Меня давно волнует этот вопрос.       Лавгуд что-то промычала себе под нос и снова начала писать.       - Мы видели вас в том кабинете, - выдавила Джинни и внимательно посмотрела на Полумну. Она хотела увидеть те изменения, которые произойдут с ней, но ни один мускул не дрогнул. Она только поправила выбившуюся прядь и подняла голову.       - Кто «мы»?       - Я и Малфой. На патрулировании.       - Опять он?       - Да.       Девушка легкомысленно вздохнула и снова начала писать, старательно выводя заковыристые слова. Джинни стиснула кулаки и сглотнула комок в горле.       - Давно вы вместе?       - Не знаю. - Гриффиндорка выдохнула. - Правда не знаю. У нас все сложно, а теперь, если хочешь поговорить, то я могу рассказать про новое папино открытие. Представляешь...       - Я не хочу слушать про открытие.       Полумна прервалась, кивнула самой себе и снова начала писать.       - Ты любишь его?       - Не знаю.       - А он тебя?       - Тоже не знаю.       - Тогда почему вы были вместе?       - Не знаю.       - Полумна...       - Я же сказала, что все сложно.       Джинни замолчала. Она не знала, что еще спросить, что говорить. Ей столько всего хотелось узнать, но было так трудно говорить, особенно с Полумной. Если бы это была Астра, или в крайнем случае Бетани, но Полумна... Тут все совсем по-другому.       - Ты чувствовала к нему хоть что-то, кода он чуть не бросил меня в озеро? - сипло спросила девушка.       - Блейз бы этого не сделал.       «Уже называет его по имени».       - По тебе это было трудно сказать.       - Ну... - протянула Лагвуд, - я и сама не могу понять, о чем он думает. Тогда я правда испугалась за тебя, но сейчас я его знаю чуть лучше, и он бы этого не сделал.       - И к чему было тогда то представление?       - Блейз хотел увидеть реакцию Малфоя, - спокойно ответила подруга, не смотря на Джинни.       - Что?..       - Его тоже беспокоит то, что между вами происходит.       - Странный способ у него беспокоиться.       - Знаю, - вздохнула Полумна, - но вот такой он.       Через пару секунд Джинни спросила:       - Что ты к нему чувствуешь?       - Я же сказала, что...       - Я не про любовь. Просто... ты же не могла дойти до такого с ним, не чувствуя совсем ничего.       - Думаю, Блейз просто вскружил мне голову! - мечтательно воскликнула Лавгуд, подняв голову от сочинения. На них тут же шикнула мадам Пинс.       - Странно слышать это от тебя.       - Больше ничего не скажу. Даже не пытайся!       Джинни выдавила улыбку и закрыла себе рот на невидимый замочек, выбросив еще и ключик. Она все еще беспокоилась, не могла поверить, но дальше не было смысла спрашивать. Полумна не скажет, а значит, придется искать информацию из других источников:       - Малфой? - позвала девушка, когда они обходили школу. Пришлось ждать несколько дней, пока наступит пятница. В другое время было невозможно с ним разговаривать.       Он ничего не ответил и не замедлился.       - Ты говорил с Забини?       - Я с ним каждый день разговариваю, - грубовато ответил он.       - Как мило, - в тон ему ответила Джинни, вдруг почувствовав, что начинает злиться. - Про Полумну ты с ним не говорил?       - Не привык общаться с ним на тему его девушек. Слишком уж часто они меняются. - Второе предложение было для того, чтобы задеть ее.       Она нахмурилась. Она чувствовала себя идиоткой рядом с ним, но было нужно узнать все.       - Он ее любит?       - Решила со мной посплетничать? За этим иди к своим подружкам, - язвительно ответил Малфой, чуть дернув подбородком в ее сторону.       - От них я не узнаю то, что меня интересует, - холодно сказала Джинни и чуть ускорилась, чтобы оказаться на одном уровне с парнем. Он тут же снова оказался впереди.       - От меня этого ты тоже не узнаешь.       - Будто ты у Забини не спрашивал. Так я и поверила.       - Я не сплетник. Все дело в этом.       - И именно поэтому ты сегодня такой раздраженный, - фыркнула девушка, закатив глаза.       - Уизли...       - Да?       - Молчи. Это не так трудно. Поверь.       - Для меня это непосильная задача, Малфой! - воодушевленно сказала она, но все же прервала свой допрос. От парня было не получить ответов. Придется додумывать все самой, хотя за неделю наблюдательности она так ничего и не смогла заметить. В Большом зале когтевранка и слизеринец никак не показывали того, что между ними что-то происходит. Придется пересилить себя и спросить у самого Забини.       Легко сказать.