Я рядом

      В воскресенье на пиру Макгонагалл произнесла длинную речь в честь победы. Когда она замолчала, послышались слабые аплодисменты, потому что мало у кого было сил хотя бы на то, чтобы поднять голову от стола. Многие девушки плакали, прислонившись к своим парням или подругам, а представители мужского пола только поджимали губы и хранили молчание. Джинни вела себя, как они, и лишь обнимала совсем еще детей. Ей и самой было больно, но слезы уже высохли на ее щеках. Она поглядывала на Малфоя на другом конце Большого зала (в этот день можно было сидеть рядом со своими) и тут же отворачивалась, поглаживая по голове первогодку.       Еще некоторое время в школе царило мрачное настроение, но вскоре все вернулись к прежней жизни: радовались свету, веселились, смеялись. И это было нормально! Так и нужно. Вместе с этим девушка не могла не думать о том, что произошло в пятницу. Ей хотелось снова с ним поговорить, но приходилось ждать. К тому же ее напрягал предстоящий матч между Слизерином и Когтевраном. Она чувствовала, что должна что-то сделать, но тут же всплывали поцелуи с ним, и лицо заливалось краской, хотелось съежиться и свернуться клубочком в темном уголочке. Все было так нереально, словно сон, иллюзия, но мятный запах, плотно засевший на ее кофте, говорил об обратном. Джинни ее даже не стирала, чтобы запах не давал сомнениям прокрасться в ее душу.       И наступила пятница, от которой начинали дрожать коленки. Она стояла в коридоре в его излюбленной позе и считала секунды до его появления. Она хотела снова его поцеловать, но перед этим... Девушка не могла так легко поверить в то, что Малфой способен на нежность, заботу. Ей было нужно именно это, или хотя бы чувствовать свою нужность, что все это не обман.       Его шаги она услышала сразу, и сердце ушло в пятки, тут же подскочив к горлу. Она сделала шаг вперед и неуверенно посмотрела на его высокую и стройную фигуру, страшась взглянуть в глаза. Джинни не видела его лица, но увидела, как он приближается к ней, почувствовала, как его руки властно ложатся ей на талию и притягивают ее тело к себе. Она подняла голову и осмелилась посмотреть в стальные глаза — его губы тут же накрыли ее. Мягко и нежно. Не успел он стать настойчивым и страстным, как девушка уперлась руками ему в грудь и отодвинулась от него. Они все еще стояли обнявшись.       - Что опять не так? - со скрытой угрозой спросил парень, чуть сильнее сжимая ее талию.       - Почему вдруг ты решил начать все это? - вяло спросила Джинни.       - Я этого хочу и поэтому начинаю. - Малфой потянулся к ее губам, но она не позволила, и он с яростью отступил, убрал от нее руки. Между ними дистанция длиной в метр.       - Но... Да я же тебя раздражаю! Это видно невооруженным взглядом. Как я могу поверить в то, что... - она хотела сказать «нравлюсь», - интересую тебя в таком плане?       Он тяжело вздохнул и прикрыл рот ладонью, сдерживая ругательство. Его злило, что у нее всегда все так просто, а сейчас ее не устраивает такая мелочь. Все было очевидно, а она не желала этого понимать.       - Ты же не издеваешься надо мной? - робко спросила она, подходя к нему чуть ближе.       - Это ты надо мной издеваешься!       - Что?..       - Я просто решил забить на все: на семью, отца, а раньше не мог. Я позволил себе то, что не мог позволить раньше. Ничего более, - выговаривал парень, смотря куда-то в сторону.       Она зацепилась за слова «не мог позволить раньше». Словно он хотел быть с ней еще до этого, но Джинни не стала задавать вопрос, касаемо этого. Она задела более щекотливую тему:       - А Гермиона?       - А Поттер? - передразнил он.       - Я...       - По тебе видно, что ты не забыла его. Первая любовь и все такое... Девушки очень сентиментально это воспринимают, - саркастично сказал он и посмотрел ей прямо в глаза.       Она замолчала и сжала подол юбки, смаргивая накатившие слезинки. Она хотела перевести тему. Такое направление разговора ей не нравилось.       - Завтра будет матч. - Его брови дрогнули. - Твоя команда собирается применить ту же тактику?       - Да.       Девушка поморщилась.       - Вы же можете выиграть и без этого!       - Все ради психологического давления на Поттера. Понимаю, почему тебя так это беспокоит, но...       - Ничего ты не понимаешь!       - Отлично.       - Замечательно.       - Прекрасно.       - Просто великолепно!       Они молчали и не хотели разговаривать друг с другом. Джинни злилась, Драко злился тоже. Они были слишком разными, и это была их первая ссора... Хотя не факт, что они все же встречаются. Так что, может, это была обычная ссора. Малфой усмехнулся и пошел обратно в подземелья, не желая находится с ней рядом. Она тупо смотрела ему вслед, после чего пнула стену и побежала в свою спальню, где не сомкнула глаз до утра. Она сидела на кровати и била кулаками подушку, пока с рассветом из нее не полетели белоснежные перышки.

***

      На следующий день прошел матч по квиддичу.       Малфой равнодушно летал по полю, не обращая внимания на золотистый шарик, и лишь после сигнала капитана поймал его за пару секунд. Когда пролетал мимо гриффиндорцев, насмешливо улыбнулся им и тут же схватил снитч, показывая его Поттеру.       Игра Гриффиндора, финальный матч, должна была пройти через две недели. Вся школа думала о том, как поступит капитан красной команды, и их волновал вопрос: как они узнают его решение. Получается, все ложится на совесть Гарри и его моральные принципы. Ему предстоял сложный выбор, и слизеринцы не могли нарадоваться тому, то поставили его в такое положение.

***

      Началась чреда бесконечных тренировок. Гарри срывался на каждом, и хоть никто и не был уверен в том, что в этом есть смысл, никто ему не перечил. Один раз он даже накричал на Демельзу, и девушка убежала со стадиона в слезах. И Джинни не знала, рада она такому повороту событий или нет. Она не могла понять, кого в ее мыслях больше: Гарри или Малфоя. Она чувствовала себя ужасно. Она сама себе была отвратительна из-за этих метаний, но ничего не могла с этим поделать. С приближением пятницы девушка все больше хотела просто забыть про то, что произошло, и наслаждаться мгновениями рядом с ним. Она не могла так просто это сделать и устроила допрос Полумне:       - Ты же говоришь с Забини на счет меня и Малфоя?       - Немного, - буркнула когтевранка, подумав о чем-то не том, если судить по ее чуть покрасневшим щекам.       - Он не говорил тебе, почему не хочет, чтобы я подходила к Малфою? - не обращая внимания на состояние подруги, спросила Джинни.       - Говорил.       - И что?       - Не скажу. - Она посмотрела на свои ладони. - Ты знала, что по линиям на руке можно предсказать свою жизнь?       - Почему не скажешь?!       - То, что должно произойти, произойдет, а то, что нет, не произойдет. Я не имею право вмешиваться в твою судьбу, - загробным голосом ответила Лавгуд.       - Но ты же не будущее мне предсказываешь, а...       - Молчи, смертная! - взвыла она и убежала в неизвестном направлении.       Девушке оставалось только смотреть ей вслед и недоумевать. По-другому с Полумной было невозможно, но из-за этого она так и не узнала, что имел в виду Забини. В итоге она всю ночь ворочалась в постели, была рассеяна весь день и постоянно проваливалась в свои мысли, не понимая, как оказалась в Большом зале или на трансфигурации. Так же она не заметила, как оказалась уже в вестибюле. Раз-два - и она уже заворачивает за угол, видит его лицо. Он не смотрит на нее. Он отчего-то не в себе — он видит ее.       Джинни подошла к нему, неуверенно взглянула на его лицо и слабо вздохнула, набирая в легкие воздуха, чтобы произнести пару фраз. Каких? Она не знала, что должна сказать или хотя бы что хотела сказать. Она сомкнула губы и опустила голову, снова прячась под завесой волос. Его это возмутило. Ему хотелось услышать ее чертов голос!       - И что ты надумала? - жестко спросил парень, схватив ее за подбородок и заставив смотреть на себя. Девушка всхлипнула и попробовала вывернуться, но только стиснула пальцами его предплечье, не причиняя ему особого неудобства. Ей стало страшно. Она видела его глаза — это был тот же самый взгляд, которым он мог одаривать ее в начале. - Ты можешь ответить? - Она мотнула головой и зажмурила глаза. Малфой выпустил ее и резко отвернулся, чтобы не видеть ее покрасневшие щеки. Его выводило то, что она молчала тогда, когда ему был нужен ее ответ, и постоянно балаболила, когда он хотел, чтобы она заткнулась.       - Ты меня будто ненавидишь, но целуешь. Ведешь себя вот так, но хочешь, чтобы я тебе отвечала. Ты еще и ждешь, что я отреагирую на это положительно, - заставила себя сказать Джинни, потирая челюсть. Ей с большим трудом удалось не дрогнуть в голосе.       - Мне уже надоело делать первые шаги.       - Это не первые шаги, Малфой! Ты просто... Ты хочешь, чтобы я подчинялась каждому твоему слову. Хочешь полного повиновения. Чтобы я была рядом, когда тебе того хочется, и катилась к дементорам, когда ты хочешь побыть один. Хочешь, чтобы я говорила лишь то, что ты желаешь. От меня ты никогда такого не дождешься!       Кажется, он ошибся — она молчала не тогда, когда ему нужен был ответ — когда она молчала, ему нужен был ее ответ, а когда она говорила, ему хотелось, чтобы она не произносила ни звука. И сейчас. Как же ему хотелось, чтобы она прекратила свою речь, перестала смотреть с укором и досадой. Она любила его отчитывать, но Малфой терпеть не мог подобного.       - Тебе лишь нужно решить, хочешь ты близости со мной или нет, - четко выговорил он и обернулся, запустив руки в карманы брюк. - Я жду положительного ответа, - зачем-то добавил парень, припоминая ее слова.       - После всей той боли, которую ты мне принес, ты хочешь, чтобы я согласилась, даже не зная, очередная это издевка или нет?       - Я всего лишь говорил о Поттере, Уизли, а мог надавить на более слабые точки...       - Ты говорил про брата! И тот год в Хогвартсе! Заставил меня снова все переживать, - прервала его Джинни.       - Если бы кто-то все так эмоционально не воспринимал, то не было бы никаких проблем. - Он был холоден.       - Так это я, получается, виновата?!       - Не ори.       Девушка сжала кулаки и прикусила губу, чувствуя, как изнутри поднимается желание ударить слизеринца. Со всей силы. Ее злил его спокойный, равнодушный, тягучий голос. Ее злило все его существо, но в той же мере ей хотелось той самой близости с ним... Было невыносимо осознавать это! Хотелось драть и метать, но в данный момент Джинни могла только молчать и стоять на одном месте.       - Я знаю, что ты хочешь того же, что хочется мне. - Его нос чуть сморщился от противности того, что ему приходилось говорить ради нужного ему ответа.       - Не будь так самоуверен, - скрестив руки на груди, фыркнула она.       - Это не самоуверенность, Уизли. Это факт. - Она приоткрыла рот. - Думаешь, я не смогу понять, что девушка меня хочет? - Парень оказался рядом с ней и чуть пригнулся, чтобы видеть ее лицо вблизи, рассмотреть каждое мимическое движение.       - Да, думаю, - заявила она и сделала шаг назад. Он последовал за ней. - У нас патрулирование. Мы должны обойти всю школу, - попыталась сбежать Джинни.       «Как же бесит!»       - Сначала ответь, - прохрипел Малфой, почти прислоняясь к ее губам. Слишком нужна, чтобы отпускать сейчас.       Девушка дернула головой, отказываясь что-либо произносить.       - Откуда в тебе столько упрямства?! - не выдержал парень и поцеловал ее, удерживая ладонями за голову. Она что-то промычала, уперлась руками ему в грудь, попятилась назад, но не смогла разъединить поцелуй. Снова тепло. Слишком тепло и хорошо.       Малфой прижал ее к себе за талию, провел рукой по телу, чуть задирая край кофты. В голове стало мутно от цветочного запаха с примесью меда. Этот запах был везде, пронизывая воздух, смешиваясь с мятой и морозом. Лето и зима соединились во что-то одно, и она приоткрыла рот, пропуская его внутрь. Она не могла поступить иначе. Она понимала, что ей это нужно. Для чего-то Малфой был ей нужен, как и она ему. Не как кислород, еда или сон, как что-то другое. Без чего нельзя нормально существовать, хотя не так... Они не знали, почему нуждались друг в друге, но это было так. Остальное не важно.       - Ты говорила, что не хочешь меня, - прервавшись на секунду, сказал парень.       Джинни лишь нахмурилась и заткнула ему рот новым поцелуем. Она прижалась к сильному телу, ощутила еще более сильный жар, исходящий от его кожи и от своей. Она чувствовала, как кровь бежит по венам, разгоняется все быстрее. Становилось невыносимо жарко. Дышать нечем, но они продолжали пытаться прижаться плотнее.       Малфой будто сошел с ума, сжимая ее бока, водя руками по спине. Ей было почти больно, но в этом порыве она едва ли это ощущала. Он тоже не придавал этому особого значения, припадая к ее губам, как к глотку холодной воды в пустыне. Она была рядом и молчала. То, что нужно. Он бы спятил, если бы девушка решила воспротивиться. Парень не знал, что сделал бы тогда. Не важно. Главное, что ее тело буквально прилипло к нему, что он слышит ее тихие стоны, что тепло накрывает его с головой. Нет больше холода каменных стен, нет одинокого ребенка, ведь она рядом.

***

      На следующий день и через пару суток девушка не могла поверить в то, что происходило между ней и Малфоем. Это было какое-то сумасшествие.       До вечера пятницы она ломала голову, беспокоилась, а сейчас не могла поверить, но решила выкинуть такие мысли. Они не имели значения, ведь Джинни сама решилась, сама приняла решение, а значит, не было никакого смысла в размышлениях о том, правильно она поступает или нет. Все не важно. Ведь все такое сумасшедшее, что в этом и не должно быть логики. Она просто поддалась стечению обстоятельств и своим желаниям. Она ведь беспечная и легкомысленная. Теперь Джинни стала еще чаще посматривать в сторону парня, хотя куда уж чаще. Кажется, раньше ей удавалась скрывать взгляды, если она не хотела показать того, что смотрит.       - Ты глядишь на него, - не поворачиваясь в сторону подруги и продолжая завтрак, сказала Лавгуд. Кто-то непонимающе дернул подбородком в ее сторону, а девушка неосознанно снова метнула глаза на слизеринца и заметила на губах усмешку. Она тут же пнула Полумну под столом и стыдливо посмотрела на свою остывающую овсянку. Полумна не стала экономить силы для ответной реакции.

***

      Думать о Малфое, как о человеке, с которым ее связывают некие отношения, было необычно, даже дико. Видеть его в коридоре и знать, что на следующем патрулировании она сможет прикоснуться к нему. Хотеть наступления вечера пятницы, чтобы увидеть его. И правда, было дико, ведь Малфой — это Малфой!Это же ненормально! И в итоге она начала читать любовный роман, который давно ей советовала Астра. Подруга была в восторге, когда Джинни попросила книгу, и приняла себе за привычку каждую секунду спрашивать у младшей Уизли, на каком она месте. Вместе с чтивом под названием «Бегущие от грозы» Мериэл Кливз девушка по вечерам укладывалась на диванчике и узнавала историю любви молодой девушки-сироты и статного чистокровного аристократа, которые спасались от последствий своей связи и начинающейся войны. Она уже была на том моменте, когда Энии и Ривалю пришлось расстаться из-за атаки вражеской армии, как к ней подошел брат и втянул ее в мир реальности, чем сразу же поставил себя в невыгодное положение — девушка стала раздраженно настроенной по отношению к нему.       - Ты чего-то хотел? - пока спокойно спросила Джинни.       - Есть разговор, - произнес Рон, и, скинув ноги сестры с диванчика, сел на освобожденное место, заслужив грозный взгляд. - Что читаешь? - Девушка показала ему обложку. - Слезливая история? - поморщившись, спросил он. Она не ответила, только нахмурилась. - Хотел поговорить с тобой о твоей личной жизни... Мама беспокоится: все-таки раньше от поклонников отбоя не было. - Брат слегка покраснел — ему было неудобно говорить с сестрой на такую тему. Ссорится с ней из-за ее выбора — всегда пожалуйста, но не подталкивать ее к этому самому выбору.       - У меня есть парень, - с вызовом сказала девушка.       «Не то, чтобы парень, но сойдет».       - Кто? - напрягся Рон, уже готовый осуждать избранника Джинни. - Когда вы начали встречаться?       - Не скажу и недавно.       - Какой факультет? С какого курса? Я его знаю? - Если бы знал имя, человека уже не было бы в живых.       - Я не буду отвечать на твои вопросы, а теперь пойди напиши маме, что ей нечего беспокоиться, - еще как есть, - и не мешай мне читать!       - Ах, вот как!       - Именно так!       - Тогда я сообщу матери, что это... да хоть Малфой, и посмотрим, как она отреагирует.       - Очень смешно. Правда думаешь, что она поверит? - Джинни изогнула бровь, а лицо брата потеряло свою былую уверенность.       - Может и не поверит. - Пауза. - Я могу выбрать кого-нибудь другого, так что лучше бы тебе самой сказать. Я ведь могу выбрать кого и похуже, - пригрозил брат.       - Кто может быть хуже? А теперь проваливай к Гермионе, - рассмеялась девушка и столкнула его с диванчика. Рон только сердито посмотрела на нее, но все же пошагал к старосте девочек, играющей со своим котом, который, к слову, так и не смог простить Джинни того, что она об него споткнулась. После этого девушка скатилась головой по подлокотнику вниз и прикрыла лицо романом, чувствуя неимоверное облегчение.       - А сейчас ты на каком месте? - кулем упала на предмет мебели Астра.