Я рядом

      На улице стало совсем тепло, даже жарко, ведь подходил к концу апрель. Теперь солнышко светило чаще, облака не так часто наплывали на горизонт, а деревья и земля обрастали зеленью. Появлялись маленькие цветочки, журчали ручейки. И настроение Джинни странно не соответствовало погоде. Она веселилась вместе со всеми, но то была наигранность. Она каждый день со смехом наблюдала за тем, как однокурсники, чтобы показать себя, сыпят заклинаниями, заходят в холодную воду озера, а потом брызгают ледяными каплями на девушек. Все такие мелочи говорили о том, что пришло тепло и свет, которых она так ждала, но внутри все было не так радужно. Джинни не могла не думать о словах Малфоя; не могла не думать о своих словах. Он же, наверняка, понял, что она что-то к нему чувствует. Загоняя себя по поводу этого, девушка стала рассеянной и не заметила Забини в одном из коридоров школы. Тот сначала издал ругательство, а после понял, кто перед ним, и его губы расплылись в улыбке.       - Пошли за мной, Уизли, - слащаво приказал слизеринец и двинул в сторону колокольни. Она посмотрела по сторонам, поняла, что на нее посматривает пара человек, и уперто уставилась в спину Блейза. В ней боролись гордость и любопытство, и, конечно же, победило второе: смахнув волосы с лица, она бросилась за ним.       Двое оказались в пыльном помещении с высоким потолком, но тут их никто не мог увидеть. Парень взглянул на чуть запыхавшуюся девушку и прислонился к стене. У Джинни мелькнула в голове мысль, что так, видимо, делают все слизеринцы, и не удержалась от того, чтобы тоже не примкнуть к вертикальной поверхности.       - Чего ты хотел? - наигранно грубо спросила она. - Я вообще-то занята.       - Хотел спросить, что ты сделала с Драко, моя милая. Ответишь?       Она замерла на пару секунд, и потребовалось много усилий, чтобы хоть как-то отреагировать.       - Ты о чем?       - Что было на последнем патрулировании? - Его глаза сузились.       - Не твое дело! Можешь у Малфоя спросить.       - Этот гаденыш мне ничего не говорит, - пробормотал парень. - Ничего, забудь, - воскликнул он, заметив, что она на него уставилась. - Я знаю, что вы уже целовались и... - Джинни стремительно покраснела и набрала в легкие воздуха, чтобы устроить допрос. - Опа, значит, я правильно думал! Спасибо за ответ, Уизли! Но вы же еще не переспали?       - Что значит, «еще»?!.       - Так еще нет?... Прогадал я...       - Забини!       - Но Драко тебе нравится? Давай, не стесняйся, малышка, я ему ничего не скажу.       - Я тебя сейчас на тот свет отправлю! - еще больше краснея, воскликнула она.       - Ооо... Как мило.       - Забини, дементоры тебя дери, можешь ты нормально разговаривать или нет?       - Извиняй, моя милая. Никак нет. - Он вздохнул так, будто и правда сожалел. - С Драко же все сложнее... - задумчиво продолжил Блейз.       - Что с ним? - оживилась Джинни.       - Так тебе и скажи. Маленькая еще, чтобы такие вещи знать... Ой, за что?! - воскликнул парень после того, как она пнула его в колено.       - Я не маленькая, и не твоя милая, и не малышка! Упырь несчастный! И что в тебе нашла Полумна?!       - Я очень обаятельный... и красавчик, а еще я умею соблазнять. Твоя подружка неопытная, поэтому с ней все еще проще... Мерлинова борода! - еще истошнее воскликнул парень, когда она пнула его с новой силой.       - Только попробуй прикоснуться к ней! - кладя руку ему на плечо, прошипела Джинни.       - Тогда ты не трогай Драко, - кривясь, сказал Забини.       - Я и... Это он все начинает! Это вообще все он начал...       - Если бы...       - Что «если бы»? Этот слизеринский хорек заставлял меня рыдать, а потом просто взял и прекратил — выжидал, чтобы нанести новый удар. Он хотел сломать меня, а потом взял и поцеловал! Я-то тут причем? Да... и правда, - она улыбнулась сама себе, - я ни в чем не виновата. Это у него какие-то проблемы! Делает одно, а потом другое... Ненавижу его.       - Ну, не плачь, маленькая ты наша, - мягко проговорил Блейз, начиная поглаживать ее по голове и прижимая к себе.       - Отвали от меня, чертов притворщик! Все вы, слизеринцы, одинаковые, - шептала Джинни, не отталкивая его от себя.       Она не плакала, нет, но ей была нужна поддержка, которую она получила таким странным способом.       - Гриффиндорцы тоже.       - Что творится у него в голове?       - Даже не думай, - серьезно сказал Забини, отводя ее от себя. - Я серьезен насчет того, чтобы ты отстала от него.       Он не стал объяснять причину. Взял и ушел, еще немного постояв рядом с ней.

***

      На собрании в конце апреля Гермиона счастливо вещала о том, что ученики разных факультетов стали терпимее к друг друг относиться, хотя четвертые и пятые курсы еще бунтовали. Также она сообщила, что на первое мая назначен поход в Хогсмид, а второго мая будет год, как они победили. В честь этого в Большом зале будет устроен пир. Закончилось все на горько-веселой ноте.       Джинни не могла не думать о том, что прошел уже год... Целый год! Целый дементоров год! С его смерти прошел год... Казалось, что только вчера она обезумела от счастья, когда увидела Гарри живым, когда поняла, что он победил, а потом она увидела тело, укрытое простыней. На мгновение ей захотелось, чтобы не было никакой победы, только бы брат был жив. Всего на мгновение, но девушка запомнила тот осадок. Она чувствовала его в груди на патрулировании. Даже не придала значения тому, что Малфой идет рядом. Не улыбалась, не смеялась - грустила. При нем не было смысла притворяться.       Когда зашла в общую гостиную, увидела Гарри, сидящего у камина и смотрящего на потрескивающее пламя. Парень не сразу заметил ее, а как заметил, лишь слегка кивнул в знак приветствия и снова устремил взор на тлеющие поленья. Его глаза, казалось, были черного цвета, а в них мелькали блики.       - Думаешь о нем? - Она спросила про Сириуса. Она знала, что Гарри связывался с крестным через этот камин.       - Обо всех. О Тонкс, Люпине, Грозном Глазе, Фреде... Сириусе... Если бы не я, они были бы живы, - хрипло ответил Поттер, не моргая — за все то время, что они были одни, он ни разу не сомкнул глаз.       - Если бы не ты, в живых не осталось бы никого.       - Вы должны были сдаться... Он бы вас пощадил... Вы должны были сдать меня, а не надеяться! Жилось бы не сладко, но никто бы не умер. Если бы вы с самого начала...       - Замолчи!       - Но...       - Не говори таких вещей! Не смей... Мы бы не сдались, ни один из нас! Слышишь? Мы должны были погибнуть, но ты спас нас.       - Вы должны были сдаться и выжить.       - Мы и так живы...       - Но другие...       - Ты не имеешь права так говорить о моем брате! Он бы не сдался! Никогда. Никто из погибших тоже. Ты оскорбляешь их всех, говоря такие вещи. Ты оскорбляешь Сириуса!..       Гарри замолчал. Теперь они находились в полной тишине, и только трещали деревяшки в камине. Он больше не позволил себе подобных слов или просто не смог ничего произнести. Это приближалась годовщина победы. В такие памятные дни вы не можете не вспоминать того, что произошло. В такие дни вы позволяете воспоминаниям снова обрушиться. С новой силой.

***

      Началась траурная неделя. Все выглядели веселыми и хмурыми одновременно. Было непозволительно грустить в такой день, ведь это праздник, но улыбки то и дело сползали с лиц каждого, порываясь и вовсе сбежать на несколько дней. В эти дни даже погода была такой — солнце выглядывало из-за облаков. Солнце — улыбка, облака — уныние. И так на протяжении всей недели. Хотелось встряхнуть себя и заставить голову и мысли собраться в кучу, разложиться по полочкам, но не получалось.

***

      В какой-то вечер Джинни села на диванчик рядом с Гермионой и сладко зевнула. Ее сморил весь этот день и атмосфера. Хотелось спать, бегать, прыгать в ледяную воду и повеситься одновременно. Что-то такое странное преследовало ее уже несколько дней, не позволяя расслабиться.       - Помнишь тот день? - спросила Гермиона, посматривая на первокурсников.       Джинни вздрогнула и кивнула. Ее пальцы сжали красную обивку дивана, когда она поняла, что зря подсела к старосте девочек.       - Мы тогда победили, но этот день принес столько горечи... Не представляю, как чувствовали себя те, кто все это время находился в школе, ведь...       - Живя вместе в таких условиях, мы стали по-другому к друг другу относиться, - немного изменила тему Джинни. - Похоже на нерушимую и прочную связь, ведь каждый практически вручал свою жизнь другому. Каждый мог сдать, но мы все равно доверяли. Это не тоже самое, что дружить... Намного сильнее. Смерть кого-то из наших намного хуже, чем смерть друга или знакомого... - девушка вернулась к тому, с чего начала Гермиона. - Ужасно говорить такое, но это так. Мы были... Это словно предательство! Они доверили нам свои жизни, но все равно погибли, а я даже не была с ними до конца. Пришлось уехать домой, чтобы выжить...       - Нам троим было легче! Мы надеялись только на себя. И наша жизнь зависела только от нас, а не висела на волоске из-за товарищей...       - Они бы не предали!       - Я знаю, Джинн... но...       - Не предали бы никогда. Ребята и мысли не допускали о подобном. Мы стали больше, чем семьей в тот год, поэтому не стали бы сдавать. Мы доверились друг другу!       - Это прекрасное чувство, - вздохнула Гермиона, теребя край мантии. Она вспоминала свое путешествие в тот год, но она действительно не понимала того, какого было ученикам в Хогвартсе. Макмиллан был прав — она не знала ничего. Ей было сложно, но... Ей было даже сложнее, чем многим, но... Она не должна так говорить о их жизни в тот год. Не должна!

***

      В непонятных чувствах пришла пятница, а вместе с ней и патрулирование. Джинни было совсем не до него, но сердце предательски замерло, когда услышало чистые шаги. Она лихорадочно поправила волосы и опустила голову, из-под ресниц посматривая на появившегося в проходе слизеринца. Он оказался рядом с ней, и они пошли наравне. Он держал руки в карманах и хмурился, а она не хотела смотреть на Малфоя, думать о нем, когда каждую секунду бросала мимолётные взгляды. Джинни пришла в себя только тогда, когда заметила, что они находятся на астрономической башне, и парень явно не собирается уходить так быстро: он сел на прохладный каменный пол и откинул голову назад.       - Что происходит? - почти неслышно спросила девушка, вдруг ощутив прилив страха. Малфой поморщился и скривил губы, не желая что-то комментировать. - Эй!       - Я устал.       - Так иди в свои подземелья. Тут-то зачем сидеть? - сипло спросила она, опять даже не поднимая головы. Он был странным. Что-то в нем не так, а значит, ожидать можно чего угодно. Джинни знала, что он больше не сможет повлиять на нее так, как в начале, но... это было делом привычки.       Он не ответил, вновь зажмурив глаза. Ему хотелось, чтобы она села рядом, и через минуту она села. Осторожно, посматривая на него и ожидая выпада, но ничего не происходило. Было тихо и прохладно из-за вечернего воздуха. На горизонте пропадали последние светлые полоски. Малфой открыл глаза и повернул голову. Увидел ее вблизи, и она пожалела, что села так близко, попыталась сдвинуться, но парень удержал ее, пододвигаясь к ней.       - Что происходит?       - Ничего, - выдохнул он и прильнул к ее губам.       Стало мокро и мягко, а еще невероятно тепло. Она чувствовала, как жар растекается по всему телу. Она ответила ему, а потом осознала, что происходит, и оттолкнула его.       - Ты издеваешься?!       - Нет. - Он снова потянулся к ней, а в глаза плясали бесенята. Ему не нравилось, когда его прерывали.       - Только попробуй! - Она ударила его кулаком в грудь.       - Что тебе опять не нравится? - Он был раздражен.       - Ты сказал, что между нами ничего не происходит, а теперь лезешь с поцелуями.       - Ты сама этого хочешь.       - Объяснись.       - Я беру свои слова назад, - прошипел парень и потянулся к ней, а она снова оттолкнула, что начинало жутко злить.       - … И что? - Сердце остановилось.       - Это значит, что теперь на твой вопрос я отвечаю «да».       - И что? - Она жаждала продолжения и боялась его одновременно.       - Это значит, что между нами что-то есть... - Она была почти уверена, что в конце он хотел добавить «идиотка».       - Ты поспорил с Забини? Или сам решил пошутить? - глупо хлопая глазами и чувствуя дрожь в руках, спросила Джинни.       - Я ни с кем не спорил!       - Тогда что происходит?       - Я просто хочу тебя поцеловать, - снова прошипел Малфой и поцеловал ее, врываясь языком в ее рот. Его сорвало с катушек. Он решил забить на все. Просто делать то, что хочется, а на данный момент ему хотелось, чтобы эта малолетка извивалась под его телом, и парень перенес вес своего тела вперед, укладывая ее на пол.       - Но ты не спросил, чего хочу я, - слабо сказала девушка, едва ли понимая то, что происходит. Кажется, мечты сбывались, но... было в этом что-то странное, а если точнее, то все. В голове всплывали слова Забини о том, чтобы она держалась от Драко подальше. Может, он беспокоился о ней, как о подруге его девушки? Странно, конечно, но более понятно, чем поведение Малфоя, от которого уносило в невиданные прежде дали.       - И так понятно.       Парень снова вцепился в ее губы, переместил руки на талию, чуть задирая кофту, слегка касаясь оголенной кожи. Ей становилось невыносимо жарко, и это тепло контрастировало с холодом пола. Она чувствовала каменную прохладную поверхность спиной, и мускулистое разгоряченное тело над собой. Ее пальчики снова водили по его затылку, а кофта уже полностью открывала живот. Стало страшно от такого напора, но остановиться было невозможно. Она столько дней сдерживала себя и свои желания, а теперь...       Драко перенес лицо чуть ниже и коснулся губами ее тонкой хрупкой шеи, которую так часто хотелось свернуть. Она тяжело задышала, но воздуха все равно не хватало. Было отчего-то больно и жарко, холодно и приятно. Он провел языком по тонкой шее, чуть прикусил кожу, и тут она издала смешок и слегка толкнула его грудь.       - Уизли... - Малфой был способен в этот миг на убийство.       - Мне щекотно, - выдавила девушка, скрывая очередную порцию смеха.       - Уизли... - начал парень.       - Что? А вообще и правда слезай-ка ты с меня, а то пристроился тут. - Она скрывала красное лицо и мурашки на коже от холода, который обволакивал ее. Она не знала, что происходит, чувствовала, будто вот-вот проснется. Разве такое может быть? Парень настойчиво потянулся к ней, притягивая к себе за талию. - Ты же не думаешь, что я тебе сейчас отдамся? - усмехнувшись, спросила девушка и щелкнула его пальцем по носу. Он не понимал такого ее поведения: сначала боязливая, теперь такая смелая — никто раньше с такой наивностью не отказывал ему. А Джинни чувствовала себя так, будто кто-то напоил ее чем-то крепким — так сильно он вскружил ей голову. - Во-первых, ты не предложил мне встречаться. Во-вторых, я без понятия насчет твоих намерений, а эти внезапные нападки не способствуют поднятию моей уверенности в том, что ты не хочешь сделать гадость, - протянула она и отодвинулась от Малфоя подальше. На всякий случай.       - Я считаю, что все и так понятно. - Он снова поцеловал ее. Еще больше страсти. Еще больше напора. Она снова оттолкнула, и ему едва ли хватило силы воли, чтобы позволить себе оторваться от нее.       - А мне ничего не понятно.       - Я слишком долго сдерживал себя, чтобы сейчас тратить время на объяснения! - рявкнул он, и ей стало страшно. На миг. Он увидел взгляд забившегося кролика и смягчился. Коснулся ее губ легко, почти невесомо, без языка, без страсти. Нежно и приятно. Совсем не страшно. Она не стала отвечать, но через пару секунд все же обвила руками его шею, притягиваясь к Малфою ближе.       Странное чувство овладевало ей. Она ощущала некоторую власть над ним, некоторую связь с ним. Он был ее, хотя так и не предложил встречаться. Можно обойтись и без этого, если парень продолжит так ее целовать.       Где-то на краю сознания теснилась мысль о том, что все это обман. Что Драко решил поиздеваться над ней, но... Было не до этого. Она получила то, что хотела: могла целовать его до упаду, гладить его по затылку, прижиматься к его телу. Дементоры их дери, она могла чувствовать все это! Если бы не ощущение того, что спит, она была бы счастлива.