Будешь моей омегой

Прошло около полугода с того случая в кафетерии. Инцидент был забыт так же быстро, как и великая четвертая война, грянувшая на мир буквально меньше века назад. Брюнет еще долго ходил с мрачной мордой, распуская угрожающую ауру направо и налево. Его боялись. И все равно иногда, тихо, в маленьких кругах лишь с близко знакомыми друзьями посмеивались на выходку блондина в кулачок. Наруто стал легендой университета. Как выяснилось позже: Узумаки первый отказал этому парню и выставил посмешищем прилюдно. Блондин лишь хмыкнул на это заявление: брюнету просто не повезло с жертвой, вот и все. Будь на месте омеги какая-нибудь другая личность, уверен парень, ему бы не отказали. Хотя бы ради одной ночи. Ведь этот альфа внушал уважение. Хотя и был такой самоуверенной сволочью. Они учились на разных факультетах и поэтому не пересекались к великой радости блондина. Честно признаться, ему хотелось извиниться перед невольным знакомым. Все же он перегнул палку, вывалив на черную макушку клейкую кашу. Но, как и было сказано ранее — они не пересекались и шанса извиниться не представлялось. Возможно, судьба решила поиздеваться над блондином, или это какая-то очередная супер-философская фигня про «если думать, то воплотиться в жизнь», но факт оставался фактом. Общий предмет «экономика» преподавателем было решено объединить с разными группами, темы которых совпадали. Ни первая, ни вторая группы не были против — почему бы не сократить учебное время на одну пару? И Наруто впервые пожалел, что вообще пошел на экономический. Аудитория была достаточно большой, и пространства хватало с лихвой, чтобы каждый расселся по одному в значительной отдаленности от соседа. И тот самый брюнет сидел как раз на том месте, которое обычно занимал Наруто, подверженный меланхолическому настроению. Некоторые из класса с ухмылкой на лице проводили Узумаки взглядом до последней парты и с интересом пронаблюдали, как он занял место в метре от откинувшегося на спинку скамьи брюнета. — Прости за тот случай, я переборщил, — тихо, но достаточно, чтобы брюнет услышал, извинился Наруто. Брюнет вскинул на него взгляд и отвернулся, увлеченный начавшейся лекцией. Узумаки же приступил к конспектированию. Монотонное бормотание преподавателя доканывало в конец, но блондин, будучи упертым от природы, хотя и сдавал в некоторые моменты своей жизни, бездумно записывал все, что говорил Хатаке-сенсей. Иногда Какаши отвлекался, чтобы начертить на доске какой-то график и в эти моменты рукам блондина позволяли отдохнуть лишние пару секунд. Именно в такой момент на тетрадь Наруто прилетел небольшой скомканный шарик. Удивленно распахнув глаза на такую небылицу, парень заозирался, но никто не обращал на него внимания, усиленно стараясь понять, что конкретно пытается им объяснить препод. Оглянувшись на соседа, который тоже вроде как писал, блондин с удивлением поймал на себе метнувшийся взгляд темных глаз и слабую ухмылку на тонких губах. Ответ пришел быстро. Интерес пробирал до кончиков пальцев. Быстро, но так, чтобы учитель вдруг случайно не заподозрил странное копошение блондина, Узумаки развернул бумажку, вчитываясь в строчку: «Ты не омега, да? Поэтому ты отказался». Наруто фыркнул и с превосходством глянул на наблюдающего за ним брюнета. «Не омега». Это было обидно. Хотя отчасти и правдиво. Какая омега, если ни телом, ни функциями не задался. Печаль лишь на мгновение отпечаталась в голубых глазах, но тут же испарилась, когда под руки вновь прилетела записка: «Я Учиха Саске. Не хочешь пообщаться после пар?» Наруто в неверии повернулся к брюнету — тот смотрел на доску, но, видимо почувствовав на себе пронзительный взгляд, обернулся и усмехнулся, читая во взгляде блондина недоверие. И правда, всего пару месяцев назад их знакомство кончилось достаточно феерично, а теперь вот так по-новому начинать общение после того случая было как-то странно. Учиха кивнул, как бы подтверждая правдивость написанных на бумажке слов. Наруто всмотрелся в записку. Красивые ровные буквы выводили приятные для сердца слова. Друзей у Наруто было немного. В частности двое осталось. Со школы. Оба альфы. И было как-то непривычно переходить на новый уровень знакомства с очередным альфой. В университете у Узумаки нет друзей. Однокурсники, соседи, знакомые… но не друзья. Бумажка смялась в плотно схвативших ее пальцах. Чего плохого в том, чтобы найти еще одного друга? Он уже вполне точно дал понять Учихе, что не желает с ним настолько близких отношений, поэтому вполне возможно, что намерения брюнета не несут в себе какой-либо извращенный умысел. Наруто хотел поверить в это. Наруто хотел поддаться уговорам собственного сознания. Но память услужливо подставляла Хидана. И пробирала дрожь. Нет, надо начинать с чего-то. Пора прекращать жить прошлым, надо забыть. Или не обращать внимания. Наруто скоро начиркал на помятой бумаге с обратной стороны строчки: «Если не боишься насмешек. Узумаки Наруто. Рад знакомству». И кинул в сторону брюнета, едва сдерживая улыбку. Будоражило. Переписываться так, без стеснения, на паре самого строгого препода всего университета — это заводило. Узумаки все-таки не сдержался, и одними кончиками губ выдал свое поднявшееся настроение невольно засмотревшемуся Учихе. Но он уже не видел, какими глазами на него смотрел брюнет, потому что возобновил запись лекции.

***

— Рассказывай, — без каких-либо прелюдий начал Учиха, дождавшись Узумаки у двери аудитории. Удивленные взгляды одногруппников сопроводили исчезнувших парней с повисшим в воздухе вопросом: «Учиха-таки прибрал к рукам Узумаки?» Но Наруто было плевать, что могли подумать люди, мнение которых его заботило чуть ли не в последнюю очередь. — Что именно? — шагая размашисто, на пару сантиметров опережая брюнета, поинтересовался Наруто. — Почему отказался? — ускорив шаг, Учиха чуть вышел вперед, поглядывая из-под челки на занимательного блондина. — А я должен был согласиться? — усмехнулся Наруто и поправил сумку. — Давай глянем расписание. Куренай-сенсей вроде как заболела, а у нас с ней завтра должна быть пара. Брюнет кивнул, и они вместе поднялись на второй этаж к доске расписаний. Наруто быстро сфотографировал вывешенные изменения и предложил брюнету перекусить где-нибудь. — Только не в кафетерии, — усмехнулся Учиха, направляясь к выходу из университета. Наруто хмыкнул и последовал за брюнетом, все же задавая вопрос, на который уже знал ответ: — И почему же? — С того случая у меня стойкая ненависть к тому месту. — Ох, как все запущено, — улыбнулся Наруто. Впервые за последние месяцы учебы в университете ему было так же легко, как и с близкими. Сравнение конечно не выдержит критики, но все равно Узумаки чувствовал именно это — легкость и слабую эйфорию непонятно от чего. Но ему это нравилось, и лишать себя подобного он не хотел, мысленно заметив для себя, что все-таки риск был оправдан. — Тут недалеко есть кафе, зайдем? Я угощаю, — Учиха кивнул головой в сторону предполагаемого кафе и выжидательно глянул на Узумаки. Наруто думал не долго. — А почему бы и нет. Халява — она и в Африке халява! Ай-да, надеюсь, там есть рамен, — Узумаки был неприлично громким, и новый знакомый уже хотел об этом сообщить самому нарушителю спокойствия, но так и замер, всматриваясь в растянувшееся в блаженстве лицо. Предстоящий бесплатный обед явно радовал Узумаки посильнее всяких там новых знакомых. Учиха очнулся лишь, когда Наруто недвусмысленно потеребил парня за плечо: — Веди, кошелек. Общение с блондином оказалось на удивление легким. Узумаки говорил то, что думал, совершенно не обращая внимание, что некоторые фразы можно было и не произносить. Донельзя громкий голос раскатами смеха и радостных воплей разносился над улицей, пока они шли к кафе, но давнишняя история, приключившаяся с Наруто, поглотила его настолько, что он совершенно не замечал, сколько внимания привлекает. А Учихе было не привыкать. Поэтому он слушал, изредка задавая вопросы или вставляя свои каверзные фразочки, которые вводили блондина в краску, и, уж поверьте, точно не смущения. Брюнет выбешивал Узумаки, как никто. И это нравилось. Нравилось злиться. Нравилось не замечать, как повышается голос. Нравилось чуть толкать в плечо оборзевшего знакомого. Это все до колких иголочек в пальцах нравилось блондину, и он не мог сдержать улыбки, которая только и делала, что не сходила с лица. — Тебя заело? — вдруг спросил брюнет. Наруто даже остановился. — Я много говорю? — Наруто как-то резко переменился, словно разозлился на себя и сейчас занимался самобичеванием, поэтому брюнет решил поскорее продолжить: — Да, но я не про то. Ты редко улыбаешься в универе, — заметил Учиха, чуть склонив голову вбок, что челка покачнулась, открывая высокий бледный лоб. Учиха вообще сам по себе был бледным донельзя, но это, как не странно, ничуть не портило его, даже, скорее подчеркивало. Да. Брюнет, с удивительно темными глазами и бледной кожей. Наруто засмотрелся, забыв про вопрос. — Мне хорошо, вот и улыбаюсь. Тебе не нравится? — опомнившись, Узумаки на пятках развернулся и зашагал к уже виднеющемуся на границе улицы кафе. Ответ он явно слышать не очень-то хотел — сделал вывод Учиха, наблюдая, с какой скоростью ломанулся блондин к дверям кафе. — Да нет, мне нравится, — усмехнулся брюнет себе под нос, заходя за Узумаки в кафе. Место присмотрели самое отдаленное, в углу рядом с окном. Официант явился быстро. Приняв заказ от студентов, испарился, пообещав все сделать. А Наруто огорченно глядел вслед исчезнувшему парню. Рамена в меню не было. — Так значит, ты не омега, — начал тихо Учиха, перекатывая в пальцах поданый стакан с водой. Наруто в раз напрягся, прошелся взглядом по сосредоточенному лицу брюнета, и, тяжело вздохнув, решил ответить. Нельзя начинать дружбу на вранье — это главное правило, которое Узумаки вбил в себя еще в школе. — То, кем я являюсь, нельзя назвать омегой, — расплывчато произнес Наруто. Ему не нравилась тема, которую выбрал Учиха, но если тому интересно, то стоит ответить. Доверие. Доверие превыше всего. Если Наруто немного раскроется, возможно, они станут действительно настоящими друзьями. — Для беты, ты слишком приторный, — поморщился брюнет, криво усмехаясь своим словам. Наруто, заинтересованный рассуждениями Учихи, вступил в борьбу взглядов, про себя отмечая, что радужка соседа практически сливается со зрачком. Это же насколько надо иметь темные глаза? — Но для гаммы ты недостаточно резкий. Я не понимаю. Я наблюдал за тобой несколько месяцев и ни разу не видел, чтобы ты брал больничный, и это не смотря на то, что у омег течка раз в три месяца обязательно. Мне сложно поверить, что ты альфа. Но и другое не подходит. — Поверь, то, кем я являюсь, точно не омега и не бета, — усмехнулся грустно блондин, повторяя ранее сказанные слова. — Будь я среднестатистической омегой или бетой, уже давно бы детей завел и все проблемы на задний план. Учиха следил, не отрываясь. Реакция блондина ему не нравилась. Слишком понурый взгляд: тема не располагала к продолжению. Официант принес их заказы, и разговор ладно перетек на более житейские проблемы по типу загруженности в университете, несправедливости преподавателей и сложности материала. Расстались парни лишь к вечеру, в парке, от которого Наруто буквально десять минут ходьбы до дома. Махнув на прощание брюнету, Узумаки развернулся в нужную сторону и легким бегом направился домой. Цунаде уже звонила несколько раз, явно обеспокоенная отсутствием блондинистого чуда дома. Слишком она привыкла к постоянному нахождению Наруто у себя под теплым крылышком, а как птенец не вернулся на зов мамочки, закудахтала похлеще обеспокоенной курицы. Наруто оставалось лишь тихо посмеиваться, рысцой пробегая калитку и взбираясь на крыльцо. Настроение было на высшей планке и ничто не могло сбить его. А Учиха, простояв немного на месте расставания, медленной походкой двинулся к автобусной остановке, намереваясь поймать такси, ведь в районе, в котором он живет, нет автобусных остановок.