Будешь моей омегой

Выпустили Учиху не сразу. Сначала удостоверились, что тот в более-менее относительном порядке и не набросится с рыками на пациента, которого сам же и притащил на собственном горбу. — Что с ним? — хриплым голосом все-таки нашел в себе силы спросить Учиха. — Все в порядке. Неожиданно начавшаяся течка, не более, — протянул доктор. — Ему двадцать четыре, и это первая течка за все время нашего с ним знакомства. Разве это нормально? — прохрипел брюнет, услужливо следуя за врачом. — Думаю, это лучше вам спросить у вашего друга, — коротко кивнул врач на дверь палаты, где и находился предположительно Узумаки. — Можно? — Да, неожиданные приступы длятся недолго, их нужно лишь перетерпеть, с чем вы успешно справились, не доставив вашему другу неприятностей, — одарил слабой улыбкой врач студента. — Неприятностей? — Учиха побелел еще больше, став сравнимым с меловым оттенком. — Угу, я так понял, у него это первая течка вообще, поэтому то, что рядом с ним находились именно вы, стало для него шансом. Если бы другой альфа встретил его, не думаю, что сдержался бы. — Что было бы, если бы я не сдержался? — еле шевеля губами, спросил Саске. — М? — врач обратил внимание на внимательно изучающие запуганные глаза, в которых плескалась паника напополам с облегчением. — Парень не смог бы забеременеть. Проникновение во время стресса организма нанесло бы ему непоправимый вред: как психический, так и физический. Вы молодец. Он уже должен прийти в сознание. Можете его проведать. Удачи. Я зайду позже. Нужно поднять его карту из архива. И да, мы уже набрали родственникам, поэтому у вас не так много времени. Учиха кивнул и, не дожидаясь, пока врач уйдет по своим делам, зашел в палату. Практически белая комната освещалась солнцем, что пробивалось сквозь плотно закрытые окна. Она была небольшой, но вполне уютной, особенно кактус, что удачно поместили на подоконнике. На кушетке лежал знакомый блондин и выглядел он гораздо лучше, чем пару часов назад. А сильно сощуренные глаза вмиг распахнулись, когда дверь была тихо прикрыта. — Саске? — Наруто откашлялся, почему-то голос был ему не подвластен. Учиха приблизился к небольшому табурету, что стоял рядом с кушеткой и присел на него, наблюдая за попытками Узумаки сесть в постели. — Что ты тут делаешь? Что я тут делаю? Это больница? — Тебе стало плохо в университете, — сообщил брюнет. Голос слушался гораздо лучше, чем у его товарища, но витающий в комнате сладкий аромат заставлял судорожно сводить ноги и мысленно скрипеть зубами. Нельзя. Не время. Не место. Нельзя. — Черт, — блондин в ужасе подскочил с постели. Его же Цунаде прибьет, если узнает, что он в больнице! Как же?! Народная медицина самая действенная! Все физические недуги лечатся народными средствами! — Мне надо валить! — А ну лег обратно, — прорычал поднявшийся с места вслед за блондином парень. — Ты чего? — удивленно возмутился Наруто, но все же присел на край койки. Чувствовал он себя более чем хорошо, даже отлично. Хотя голова несколько кружилась, и в носу свербело, из-за чего то и дело смуглые пальцы теребили кончик, избавляясь от зуда на несколько минут. — Почему умолчал, что ты омега? — в темных глазах читалась детская обида, и Наруто под этим взглядом съежился, комкая пальцами кусок тонкого одеяла. Почему? Самому бы знать. Узумаки неловко закусил губу. Было непривычно оправдываться. Да и перед кем?! Это же Учиха! Саске Учиха! Альфа, который так нагло в первое их знакомство заявил свои права на блондина! Тихо усмехнувшись, Узумаки вперил взгляд голубых глаз в черные напротив. — Какая из меня омега, если я бесплоден? А то что? Воспользовался бы? И правда, такой шанс, — Наруто нервно поднялся с постели, отходя от молчащего брюнета на пару шагов к окну, где сиротливо стоял кактус. Учиха ведь друг. Друг, с которым Наруто прекратил общаться. Друг, с которым он поступил не самым лучшим образом. Которого избегал. Не слушал. Игнорировал. А друг ли он для Учихи после всего этого? — Ты идиот? — веский вопрос. Узумаки начал задумываться над этим еще в тот момент, когда слова «мы больше не сможем общаться» слетели с его губ. Глупость, не правда ли? Осматривая прилежащие территории здания, что виднелись из окна на третьем этаже, Наруто смог понять в какой именно он больнице. Память услужливо прорисовала ему путь до университета. Он часто гулял по этой улице вместе с Учихой. На другой стороне дороги было то самое кафе, с которого и началась их дружба. Как же все символично. По небу плыли крупные кучевые облака, и Наруто с грустью отметил в одном из них детскую мордочку. Так и видел, как то небольшое облако, что столь удачно отбрасывало тень на нижние, вырисовывало маленький аккуратный носик. А охватывающие вокруг пушистые перины, казалось, укутали маленькое тельце покрывалом. Какого черта Учиха ему напомнил об этом? — Это с какой стороны посмотреть, — тихим голосом протянул Узумаки, приложив ладонь к стеклу. Там внизу шла какая-то парочка с двойной коляской. Близнецы? Или двойняшки? Кучерявый парень легко прижимал к себе рыжую девушку, а та, хоть Наруто и не слышал, наверняка заливисто смеялась, приобнимая в ответ. Резко развернувшись, не желая наблюдать за чужой идиллией, Узумаки удивился, что Учиха стоял достаточно близко к нему. Всю спесь как рукой сняло. А ведь он столько ему хотел выговорить… — Ты не понимаешь, — бросил, собираясь с мыслями блондин. — Посмотри на меня. На кого я похож? На Альфу! Плюс, я бесплоден! По всем критериям! Уже как восемь лет! Да у меня даже течки ни разу не было! Какая я к чертям омега?! Не выводи меня!.. — Ты в универе свалился, потому что у тебя течка началась, добе, — приблизившись еще на шаг, перекрывая с каждым словом нарастающий голос, выпалил Учиха. Наруто сразу побледнел. Это было видно. Полоски четко выделились на смуглых щеках. Голубые глаза в неверии глядели на брюнета. Течка? У него?! Первая течка у него?! И Учиха был рядом? — Не верю, — прохрипел в раз осипший голос. Какой бы неправильной он не был омегой, если у него действительно была течка, шансы того, что Учиха, будучи альфой, смог сдержаться, резко скатывались к нулю. Где это видано, чтобы альфа сдержался перед течной омегой? А следовательно, вывод напрашивался сам: врет. — Бред, или ты не альфа? Брюнет искренне хотел хлопнуть себя ладонью по лбу. Только этот блондин мог усомниться в его принадлежности к сильному полу. Учиха упрямо глядел в потемневшие голубые глаза, пытаясь найти в них ответ, почему Узумаки не верит. Они столько времени провели вместе, Учиха мог спокойно довериться этому идиоту, просто потому, что с ним было легко, с ним казалось — весь мир подождет. И вот сейчас такой спектакль. Саске подошел вплотную, заставил Наруто больно удариться о выступ поясницей, отрезал все пути к отступлению, опершись руками о белую гладь подоконника, и внимательно всмотрелся в лицо пунцовеющего друга. Потянул носом воздух, вдыхая полной грудью аромат апельсинов, которые странным образом вновь обернулись в цедровую кожуру. Настолько плотную, что, до недавнего сильный аромат, который до сих пор блуждает по комнате, едва ли сравним с этим. — Ты сомневаешься? — спросил прямо Учиха, приблизившись настолько, что едва не касался носом чужого, а губы ласково обдувало горячее дыхание. Наруто сглотнул. Вообще, ему ни разу не доводилось «нюхать» брюнета. И знал он, что тот альфа лишь благодаря слухам в университете, в котором Учиха имел особую популярность. Но, чего греха таить, Узумаки, как не старался, а все же хотел узнать, как воняет этот парень. Блондин непроизвольно глубоко вдохнул, тут же задерживая дыхание. Ничего. Спасибо таблеткам. — Я все равно не чувствую твоего запаха, — сообщил блондин на выдохе. Черные брови взметнулись вверх в удивлении. — Глушители? — Наруто кивнул. А брюнет повел носом по смуглой щеке, вдыхая аромат у висков. Там он был сильнее всего, и хоть капельку, но напоминал о том, что обещал незабываемое наслаждение. Учиху пробрал тихий смех: — Ты точно придурок. Я из-за тебя чуть в линео* не подался. — В смысле? — не понял Узумаки практически совсем складываясь пополам в обратную сторону. В итоге пришлось забраться бедрами на пластиковый выступ. И брюнет воспользовался возможностью, встав меж разведенных коленей. — Я действительно считал тебя альфой, — усмехнулся он. Обида все еще слышалась в его голосе. — А я причем? — Наруто усиленно попытался оттолкнуть от себя прижимающегося брюнета, но тот, словно бульдозер, напирал так, что скорее руки сломаешь. — Идиот, — шикнул Саске, впиваясь поцелуем, слизывая с податливых губ апельсиновые искорки былого запаха. Наруто опешил. Саске его целует. И это не сон. И не больная фантазия. Учиха правда целует его… Черт, и кусается! Наруто неловко промычал в чужие губы, как только почувствовал отрезвляющую боль. Ладони, до этого момента сдерживающие напор, начали беспрестанно хлопать по плечам, требуя остановиться. И Учиха остановился. Но не отошел. Внимательно изучал реакцию парня. А посмотреть было на что. Таким красным Узумаки не был уже давно. Помидоры бы точно обзавидовались. Саске засмеялся, ткнувшись головой смущенному блондину в плечо. — Чего смеешься? Ты вообще в курсе, что это домогательство? — начал бухтеть Узумаки где-то над ухом, пока брюнет успокаивался. Ситуация была сильно смущающей. Наруто не то, чтобы был не рад, что Учиха проявляет к нему такое внимание, особенно с тех пор, как сам начал испытывать к нему нечто схожее с тем чувством, что обычные люди называют влюбленностью. Просто… Именно из-за того, что они были друзьями, Узумаки не хотел таким образом ради одного перепиха терять налаженную связь. — Вот поэтому я и сказал, что нам не стоит больше общаться, — нахмурился блондин, смещая руки с плеч альфы на шею, обнимая. — Я не хотел портить нашу дружбу мимолетными чувствами. Если бы ты знал, что я омега, к чертям бы ты меня послал с моей дружбой. Я не хотел, чтобы ты разочаровался во мне. — Будешь моей омегой? — спросили в плечо. Именно спросили. Не заявили. Не потребовали. Спросили. И в этом вопросе можно было услышать толику надежды. — Теме, на кой черт тебе омега с замашками альфы? — горько хмыкнул Наруто, зарываясь пальцами в темные волосы, очень короткие на затылке. Локоны были удивительно жесткие. Вот почему они постоянно торчали. — Потому что люблю, — сказал, подняв голову. Настолько уверенно. Честно. — Да? — с сомнением спросил Узумаки. Сердце в груди заходилось от одной лишь мысли о возможном будущем. Брюнет кивнул головой. Наруто притянул Саске к себе, склонившись прямо над его ухом: — Тогда сделай меня омегой. — Значит, решено, — усмехнулся Учиха, от чего Наруто нервно вздрогнул, не совсем поняв его намерений, и в тот же момент застонал от боли, пронзившей левую сторону шеи. Саске, не раздумывая ни секунды, поставил ему метку. Теперь они точно повязаны. До конца. Как альфа и омега.