Let's do it together?

- Чанель, я войду? – спрашивает Бэкхен, протягивая руку в попытке открыть дверцу душевой кабинки и войти внутрь, чтобы принять душ вместе со своим парнем. Но тут же одергивает ее, потому что громкий бас Пака запрещает ему это сделать. И так каждый раз, когда бы Бэк не делал попыток прорваться внутрь, его всегда останавливал сам Чанель, запрещая в такие моменты приближаться к нему ближе, чем на метр. И что такого в том, чтобы пара приняла вместе душ? Да Бэк ведь тоже парень, чего он там не видел? Но упрямый Чанель каждый раз встает в позу и под угрозой лишения какой-нибудь вещицы, или того же секса к примеру, заставляет расстроенного Бена покинуть ванну. Пак Чанель – успешный бизнесмен, который одним своим взглядом заставляет коленки конкурентов зайтись в нервной дрожи. Все это всегда забавляло его, смотреть на людей, которые даже вздохнуть в твоем присутствии боятся – одно из любимых занятий Пака. Не то, чтобы у него были какие-то садистские наклонности, нет, просто он любил пугать, доводить до икоты, заставлять слабое сердечко сжиматься. К счастью, убить таким образом он еще никого не успел, иначе ужасная женщина по имени Совесть не дала бы ему спокойно дожить остаток его прекрасной жизни. А жизнь действительно прекрасна: деньги, внимание, которым его одаривают девушки, ищущие наживы, дорогие безделушки, которые вызывают нескончаемую зависть окружающих. Но все это меркнет, стоит Паку вспомнить о том, кто ждет его дома. А дома у него любимая женушка. До ужаса вредная, в последнее время особо капризная, но до жути сексуальная, стоит Чанелю только подумать о том, что ждет его по приходу домой или о том, что было прошлой ночью, как брюки становятся ужасно неудобными. В такие моменты он очень хочет, чтобы его возлюбленная, а точнее возлюбленный, постоянно был рядом. Сейчас бы он разложил свою женушку на этом столе и хорошенько бы оттрахал, оставляя следы на самых видных местах, чтобы все видели, что этот парень только его, что любой, кто подойдет к нему ближе, чем на два метра, жестоко поплатится за такую оплошность. Бэкхен не имеет ничего против такого собственнического отношения к себе. С Паком уютно, с Паком он чувствует себя защищенным, боже, да когда он с Паком, то ощущает себя так, будто попал в рай. С первого взгляда их отношения кажутся лишь плотской привязанностью, наполненной нескончаемым потоком секса во всех мыслимых и немыслимых местах. Но все, кто так думают, глубоко заблуждаются. Ни один человек, будь то даже последний в мире глупец, не станет показывать кому-то того, как хорошо ему с тем человеком, в которого он влюблен, ради которого он отдал бы все. Вот и эти двое никогда никому не покажут, какими милыми они бывают друг с другом. Любая такая ситуация, запланированная или нет, вызывает у обоих широкие улыбки и чуть смущенный смех, осторожные, как в первый раз, прикосновения рук и легкие поцелуи, вызывающие тех самых бабочек в животе. Никто, даже самый глупый в мире человек, не станет рассказывать об этом кому-то постороннему. Но проблема остается проблемой, даже если Бэк пытается как-то ее разрешить путем разговоров, читай уговоров, или действий. Но если Пак что-то твердо решил, то переубедить его довольно сложно, почти невозможно. Совместное принятие душа не светит Бэкхену ни сегодня, ни завтра, никогда. Бэкхен расстроен, но виду старается не подавать, ведь беспокойный Чанель похож на курицу-наседку, носящуюся со своими яйцами. - Чанни, - неуверенно начинает Бен, ожидая очередного провала, еще не успев озвучить свое предложение. Он лениво касается своего живота, испачканного собственной спермой, и начинает выводить пальцем непонятный узор. Он боится даже взгляд поднять, либо в нем говорит неуверенность, либо стыд. Стыд из-за того, что он все еще не добился такого пустяка от своего парня. Стыд за то, что похож на тряпку, просящую внимания. – Может, ты поможешь мне? Ну, хоть раз, и я отстану. Он неуверенно поднимает взгляд и тут же опускает его, натыкаясь на устремленные на него карие глаза. Довольно неловко, когда Чанель вот так смотрит на него, будто предупреждая, что делать этого не стоит. Но, черт возьми, это же Бэкхен, и он должен добиться этой ерунды, чего бы ему это не стоило. - Как? – Чанель приподнимает в ожидании одну бровь и громко выдыхает, поворачиваясь на спину и вытягивая затекшие руки. - Отнеси меня в душ? – Бэк в который раз кусает свою нижнюю губу, которая уже ноет от такого количества укусов, но какая разница? - Только если ты снова не начнешь упрашивать меня остаться, - серьезным тоном выдает Чанель. Бэкхена это раздражает, раздражает и то, что этот вредный Пак уже знает о его планах наперед. - Хорошо, - он прикрывает глаза и тут же чувствует, как сильные руки подхватывают его под колени и за плечи. В паковских руках удобнее, чем в постели, и он бы с удовольствием остался в них до конца. Он бы обнимал руками его манящую шею, без конца бы вдыхал аромат, исходящий от тела Чанеля, прикасался бы руками к бархатистой коже и целовал бы его пухлые губы до тех пор, пока они вновь не покраснеют. Но это всего лишь мечты Бен Бэкхена, а реальность встречает его холодным кафелем душа, на который его опустил Чанель. Множество тоненьких струек горячей воды потекли по его коже, ведь заботливый Пак не уйдет, пока не создаст все условия для комфорта своего малыша. И порой Бэку казалось, что он действительно живет с любящим его отцом, вот только отношения их вовсе не были похожи на это. - Может… - не успевает Бэкхен окончить фразу, как Чанель прерывает его легким поцелуем. Он чуть улыбается и покидает ванную комнату, тихонько прикрывая за собой дверь, оставляя паренька одного в компании мыслей и непонятных догадок, роящихся в голове. Сотни вопросов и ни единого ответа. Пак Чанель слишком сложный для понимания. Следующий день вновь не приносит ничего хорошего для Бэкхена в том самом плане. Ему остается лишь грезить о том, как он увидит стремительно стекающие по коже дорожки воды, как он прикоснется губами к его мокрому плечу, а затем слизнет с любимой шеи капельки влаги. От таких мыслей пареньку вновь становится дурно, ведь внизу живота уже сладко потянуло. Ему нужен новый план и как можно скорее. Бэкхен тяжело вздыхает и выдирает из блокнота очередную изрисованную какими-то непонятными каракулями страничку, комкает ее в ладонях и отбрасывает куда-то за спину. Все тщетно, фантазия отказывается так просто помогать ему, но он не знает, каким образом можно ее подкупить, ведь это не секретарша Чанеля и даже не курьер из магазина цветов. Если бы только все было так просто. В свою очередь Чанель тоже не сидит на месте и уже делает необходимые покупки, передав список с необходимым своей секретарше. Все просто, пусть она думает, что Чанель задумал что-то этакое прямо в своем кабинете и только для нее. Пак ухмыляется и постукивает пальцами по крепкому дубовому столу, ожидая наступления вечера. Но есть одно но, которое нужно устранить как можно скорее, ведь вечером ему нужна пустая квартира, пустая и даже без Бэкхена. Кому: Бэкхен. Эй, Бэкки, ты не против сегодня вечером сходить куда-нибудь? Помнишь, как в старые времена, сначала кино, потом каток, а после этого уютное кафе, которое находится недалеко от нашего дома? Да-да, то самое, мы так давно не были там. Я буду ждать тебя в четыре около кинотеатра, не опаздывай, пожалуйста. CY Получив в ответ «Ну, разумеется, Пак Чанель, я буду вовремя», он убрал свой телефон подальше в карман, чтобы больше не отвлекаться на него и постараться побыстрее разобраться с навалившимися на него делами, которые не терпят откладываний на потом. 4:15 на часах, Пак уверен, что квартира абсолютно пуста, а в его распоряжении есть еще как минимум минут 40, ведь кинотеатр он выбрал почти самый дальний. Легко усмехнувшись, Чанель сжимает ручки пакетов, которые он держит в руках, и переминается с ноги на ногу, вводя код на входной двери, чтобы попасть в теплый подъезд. Он быстро поднимается наверх и так же быстро заталкивает неподатливый ключ в замочную скважину. Ключ нехотя поворачивается в замке и пропускает хозяина в его обитель. Уловив тишину и полный мрак, царящий внутри их жилища, парень улыбается и быстрым движением скидывает пакеты на пол, стаскивает пальто и отправляет его в шкаф, как и зимние ботинки, которые отправляются на полочку для обуви. Он потирает замерзшие ладони друг о друга и даже усиленно дышит на них, чтобы поскорее их согреть. Зима не щадит никого, даже такого человека, как Пак Чанель. Он быстрыми шагами меряет комнату, размышляя, с чего начать лучше, ведь рассчитать приход Бэкхена нужно минута в минуту, иначе ничего не выйдет. Решив начать с коридора, он достает из одного из пакетов две упаковки небольших свечей и расставляет их в рандомном порядке, но зажигать не торопится, ведь они расплавятся раньше, чем злой Бэкхен успеет осознать, что его обманули. Вслед за этим из пакета виднеется пакет с непонятным цветастым содержимым, которое Чанель одним ловким движением откладывает в сторону. Здесь он больше ничего сделать не может, иначе ему придется вызывать еще и пожарных, за компанию со скорой. Ведь если он устроит в их квартире пожар, то в первую очередь он знатно отхватит от своего хрупкого парня за все хорошие дела, совершенные за этот вечер. Все готово и Чанель нервно переминается с ноги на ногу, прожигая взглядом часы и мысленно отсчитывая секунды. Еще чуть-чуть, интуиция Пака еще ни разу не подводила. Пять. Чанель еще раз обводит глазами все то, что он успел сделать и облегченно выдыхает. Их квартира в полной сохранности. Четыре. Он развязывает галстук, позволяя ему висеть на шее, и расстегивает две верхние пуговицы, невольно сглатывая. Волнуется. Три. Чанель выключает свет, вновь погружая квартиру во мрак, а сам встает рядом с дверью, которая ведет в их с Бэком спальню. Он никогда раньше так не боялся. Два. Он слышит глухой удар в дверь, но с места не двигается, ждет. Ждет, когда с той стороны вставят ключ и резко повернут замок. Один. Он слышит целый поток ругательств, направленных именно на него, когда входная дверь раскрывается и являет взору Чанеля покрасневшего Бэкхена, сжимающего ладони в кулаки. - Ты! – он тут же начинает свою гневную тираду, прожигая спокойно стоящего Чанеля взглядом и резко расстегивая молнию на своей куртке. – Какого хрена… - решительно продолжает он, но тут же осекается, замечая нечто необычное, совсем не свойственное их гнездышку. – Ты тут устроил? – негромко заканчивает свое предложение, но смотрит на Чанеля уже растерянным взглядом, совсем не понимая того, что здесь происходит. Чанель отталкивается от стены и неспешно подходит к Бэкхену, несмело протянув руки, чтобы осторожными движениями развязать шарф на его шее. Он ничего не говорит, в то время как Бэк то открывает, то вновь закрывает рот, не решаясь что-то произнести. Внутри него кипят эмоции, но шок от увиденного действует как пробка, запечатывая их внутри. - Пойдем, - негромко произносит Пак и уводит уже раздетого парня в сторону их комнаты, а затем и в ванную. Бэкхен готов оставить свою челюсть еще в коридоре, ведь то, что он видит в самой ванне, поражает. Только сейчас он замечает, что все это время в квартире не был включен свет. Пол в ванной уставлен небольшими свечами, чье пламя, чуть подрагивая и потрескивая, мягко освещает помещение, отбрасывая на стены причудливые тени. Но все дело даже не в свечах, а в наполненной ванной, которая мало того, что так и манит теплом, так еще и в розовых лепестках. - То есть, это то, о чем я думаю? – Бэкхен подозрительно косится в сторону Чанеля, отказываясь верить своим глазам. Нет, вы представьте, человек, который столько времени буквально выставлял его за порог, когда принимал душ, вдруг сам предлагает принять ванну вместе, да еще и все украсив при этом. Чанель утвердительно кивает и поворачивается в сторону Бэкхена, чтобы помочь ему с одеждой. - И когда ты стал таким романтиком? – усмехается Бэк и опускает ладонь на ремень Пака, чтобы так же помочь ему поскорей избавиться от такой ненужной сейчас одежды. Чанель ничего не говорит, а лишь пожимает плечами и легко улыбается. Пока Бэкхен доволен. И он очень надеется, что так будет до самого конца. Вообще, по всем правилам, им следовало медленно раздеть друг друга, приправляя все это щедрой порцией ласк, легких поцелуев и осторожных поглаживаний, но Бэк просто не в силах терпеть, в его голову закрадывается мысль о том, что Чанель обязательно передумает, если он будет медлить и отвлекаться на всякую чушь. Первым в ванну забирается виновник всего этого цирка. Чанель, придерживая паренька за руку, помогает ему переступить через край и погрузиться в расслабляющую мышцы теплую воду. Размеры их ванны позволяют и самому Паку без каких-либо проблем устроиться позади Бена. Странно, что до самого Бэкхена не дошло предложить такой вариант своему парню, возможно, он бы согласился. Все гениальное – просто, подмечает он, откидываясь на грудь Чанеля, который тут же сцепляет свои большие ладони на животе Бена. Бэкхен счастливо выдыхает и улыбается куда-то в пустоту, ведь это даже лучше, чем какой-то там душ. Он, по сравнению с этой ванной, просто до ужаса вульгарный, он бы даже сравнил его со шлюхой, но это было бы слишком даже для Бэка. - Как бы ты сейчас не старался, я все еще злюсь на тебя, Пак Чанель, - выдыхает он, когда чувствует, как пальцы старшего заскользили по внутренней стороне его бедра. Чанель принимает это и легко усмехается, продолжая так же ненавязчиво поглаживать нежную молочную кожу, на которой очень хотелось оставить парочку засосов, которые сначала будут алеть, словно розы, а потом станут такими же темными, как ночное небо. Действительно, когда он стал таким романтиком? - Прости меня, - почти шепотом произносит он куда-то в макушку своего парня, ведь стоит повысить голос, как эта интимная атмосфера просто растворится в воздухе, оставляя звенящее напряжение. Чуть склонившись, он целует его шею, проводя губами по чуть выступающим позвонкам. Бэк слегка прикусывает губу, пытаясь игнорировать мурашки, которые побежали вниз по его спине, переходя на живот и ниже. Он закрывает глаза, стараясь игнорировать подступающее возбуждение. Слишком быстро, слишком хорошо Пак знает его тело, знает, как и куда надавить. - Я стоял там и мерз, на меня смотрели, как на последнего идиота. И ладно, если бы это был кинотеатр неподалеку, но это, черт возьми, другой конец города. Ты даже не представляешь, на что ты попал, - он откидывает назад голову, укладывая ее на плечо парня, и влажными пальцами проводит по его скуле, оставляя блестящий от воды след на его щеке. Бэкхен облизывает губы и одновременно с этим запускает свою ладонь в волосы Пака, заставляя его еще сильнее наклониться вперед. Он не видит смысла медлить и продолжать эту нелепость дальше, он ведь не какая-то там девчонка, которая не понимает явного намека. Бэкхен наклоняется чуть вперед и касается губ старшего своими, втягивая его отнюдь не в нежный поцелуй. И плевать, что он рушит такими действиями всю романтику и прочее. Какая к черту разница? Чанель тут же отвечает, несильно прикусывая губу Бэкхена, напоминая ему о том, кто по праву должен лидировать. Пак имеет слишком много принципов, но Бэкхену плевать, он позволит этому парню все. Чанель разрывает поцелуй и отталкивает парня от себя, младший совершенно ничего не успевает понять, как чужие руки разворачивают его ровно на сто восемьдесят градусов. Бэкхен смотрит в горящие глаза Пака и усмехается, а затем развратно прогибается в спине и словно кошка, играясь и дразня, придвигается к старшему, сначала кусая его за шею, затем за щеку и только потом за губу. Чанель шипит от боли и притягивает Бена ближе к себе так, что его ключицы оказываются на уровне глаз старшего. Он проводит языком по выступающим ребрышкам и дублирует движение мокрыми пальцами, заставляя небольшие капельки воды скатываться вниз по груди и бокам парня. Бэкхен выгибается в спине, сильнее подставляясь под незамысловатые ласки и чувствуя, как член наливается кровью. Пак вновь ухмыляется, так же чувствуя возбужденный орган младшего своим животом, он и сам возбужден, но всему свое время. Бэкхену нравится все, что делает Чанель, он просто в восторге от укусов и следов от его зубов, разбросанных по всему телу, словно звезды на небе, но не так часто. Для Бена новый укус равен нескольким процентам счастья в крови, ведь так приятно проводить по ним пальцами, мысленно вспоминая, как его и только его Пак недавно касался губами этого места, как проводил по нему пальцами и зализывал, будто принося извинения. Но они не нужны, как и какие-то правила приличия между ними. Если бы он только мог, то попросил бы Чанеля оставить ему засос на лбу, но это слишком абсурдно и выглядело бы так, будто его избивают. У Бэкхена нет намерений портить славу Чанеля своими дурацкими прихотями, своими дурацкими желаниями. Он и так пропитан им, он пахнет им, он принадлежит ему, осталось только слиться воедино. Бэкхен был бы счастлив, если бы только мог заменить Паку кровь собой. Бэкхен – безумец, но его это устраивает, как устраивает и Чанеля, раз за разом терзающего такое податливое тельце, принося им обоим удовольствие в чистом виде и без каких-либо примесей. Чанель ставит младшего на колени прямо в ванной, заставляя опереться руками об бортик, что Бэк и делает, цепляясь длинными пальцами за холодные края. Пак так же стоит на коленях, ведь так гораздо удобнее, он проводит пальцами меж влажных половинок и касается губами посиневшей отметины, которую он оставил в прошлый раз. Втягивая кожу в рот, он делает Бэку больно, но чуть-чуть, совсем чуть-чуть, младший от такого без ума. Он громко выдыхает, и этот звук, похожий на заглушенный стон, отражается от кафельных стен эхом. Парень закатывает глаза, когда Чанель ведет языком между ягодиц и касается им колечка мышц. Помогая себе рукой, он проталкивает язык внутрь, касаясь им теплых стенок входа, он слышит тихий стон, больше похожий на скулеж щенка. Бэкхену нравится, так нравится, что он подается бедрами назад, навстречу языку и пальцам. Мокрая челка падает на глаза, застилая обзор, который совсем не важен парню, чувствующему горячий язык внутри себя. Чанель буквально трахает его своим собственным языком, и руки младшего начинают мелко подрагивать, желание прикоснуться к себе и кончить в этот момент растет с каждой секундой этой сладкой пытки. Бэкхен вряд ли продержится долго, но стоит одной из рук дернуться чуть в сторону, как язык исчезает. Парень разочарованно стонет, прося продолжить, но Чанель настаивает на своем, вновь проникая в своего парня, но на этот раз сразу двумя пальцами. Он не считает нужным, что Бену нужно время, чтобы привыкнуть, поэтому тут же начинает размашисто двигать рукой, погружая пальцы внутрь и вновь вынимая, он не задает какой-то конкретный темп для этого, подчиняясь порыву. Чанель слишком непостоянный, и Бэк не успевает привыкнуть к пальцам и сбившемуся от напора дыханию, как они тут же исчезают, оставляя парня в легком недоумении. В следующий момент он чувствует, как Чанель проводит по его ягодицам своим членом, а крупная головка прижимается ко входу. Старший кладет свои ладони на худые бока парнишки и притягивает к себе, одновременно с этим медленно проникая в тело Бэка, который кусает губы и смешно щурится от легкой боли. Чуть помедлив, Пак начинает размеренно двигаться, совершая глубокие и сильные толчки, спешить ему некуда, а помучить Бэкхена он любил. Бэкхен и сам бы начал двигаться, но сильные руки старшего просто не позволяют ему это сделать. - Чанель, пожалуйста, быстрее, - на выдохе произносит он, когда Чанель задевает простату головкой своего члена. Такая простая фраза вызывает на лице Пака ухмылку и резкие толчки, сопровождающиеся сдавленными стонами младшего. Он не останавливается даже тогда, когда Бэк откровенно говоря хнычет от желания кончить, но ведь прикасаться к себе никто не позволял. Ладонь Чанеля спускается с его бока на бедро и касается везде, но не члена. Да он просто издевается, ему так нравится. Все же сжалившись, указательным пальцем он проводит по всей длине, начиная головкой и заканчивая мошонкой, а затем вновь к головке. Обхватив небольшой член Бэкхена плотным кольцом из пальцев, он вновь спускается вниз до основания, желая сжать его и еще помучить своего парня, но совесть этого просто не простит, как и сам позже Бэкхен. Слишком много он сегодня страдает по вине Пака, поэтому без лишних сомнений позволяет младшему кончить в его руку. Бэкхен стонет, громко, как он любит, плотно обхватывая член Чанеля мышцами, заставляя его прошипеть и кончить, совершив еще несколько толчков. Старший проводит ладонью вниз по спине Бена, касается бедра и осторожно выходит, наблюдая за тем, как сперма белой струйкой вытекает из пульсирующего ануса. Он касается ее пальцем и размазывает по бедрам, пачкая посиневшие отметины белыми разводами. Хватка Бэкхена ослабевает, и он оседает в воду, которая уже успела остыть. Но так даже лучше, вода чуть остужает разгоряченное тело, отчего парень вновь расслабленно выдыхает. Он не хочет говорить, все слова куда-то пропали, да они и не нужны, когда сильные руки Пака обхватывают его талию и придвигают ближе к себе. Чанель заботливый, он постепенно изменяет температуру воды, но не позволяет Бэкхену окончательно расслабиться. Глаза младшего слипаются, он ничего не может с этим поделать. И пусть Чанель будет потом ворчать о том, какой он все-таки тяжелый, но все равно подхватит его под коленки и плечи и отнесет его на кровать. Укроет одеялом и легко поцелует в лоб, бросая в темноту уже ненужные пожелания хороших снов. А Бэкхен все равно услышит это сквозь сон и чуть улыбнется уголками губ, ведь даже во сне Пак Чанель не покидает его мысли.