Одержима.

Секунда за секундой, час за часом, день за днем, но моя и Димина попочки приближались к окончанию школы, а вместе с окончанием приближались и экзамены, к которым меня взялся готовить Дима, Кисляк и Кира. Исключая последних двух, первый занялся моей подготовкой с небывалым упорством. Каждый вечер, после тренировок, я и Дима сидели в комнате братьев у Щукиных в доме и решали математику. За время, пока Дима пытался вдолбить в мою головку хоть немного знания, я успела сдружиться с Егором. Мы смеялись и веселились, пока Дима пытался что-то мне объяснить, а Егор пытался сделать конспект в физкультурный, где и учился. Вскоре после таких совместных посиделок мы делали исключительно конспекты Егора, при чем втроем. Дима по философии, которую зачем-то нужна в физкультурном, я по психологии, а Егор исключительно предметы, которые конктретно касались физкультурного. В один из вечеров, когда конспекты были сделаны, а мы бесились, кидая друг в друга подушками, а ещё я испытывала пытку щекоткой от Егора, домой раньше времени вернулась Елена Константиновна. До того вечера я даже не была знакома с этой женщиной. Меня не столько пугало знакомство с Еленой Константиновной, сколько то, в каком виде она нас нашла. Диму она нашла в комнате, лежащим на кровате в куче перьев, а все потому, что чисто случайно порвалась одна бедная подушка. Меня и Егора она обнаружила в своей комнате, как позже я узнала, Щукин старший щекотал меня сидя сверху и удерживая, что бы не сбежала и не оттолкнула его. В итоге, мне было ужасно стыдно, аж до красных ушей, перед Еленой Константиновной, а парни стояли и хохотали, когда выведали друг у друга все подробности. В принципе, это произошло только вчера. Слава Богу, что простили нам этот бордак быстро. Тортик и имбирный чай, что являлся любимым у женщины, сделали своё дело. Но настал тот день, когда наше веселье кончилось, а моя глубоко-уважаемая подруга Настя взялась за нашу с Димой подготовку к экзаменам. Теперь мы сидели в комнате Щукиных и слушали самую скучную лекцию по физике, но надо отдать должное: спать хоть и хотелось ужасно, но в таком состоянии в мой мозг поступала хоть какая-то полезная информация. И вот второй час нашего занятия, а Настя закончила читать только половину. Егор где-то задержался после тренировки и настоятельно просил меня и Димона его дождаться, что бы немного повеселится. - Генетический код триплетен... - все тараторила она. - Стой! Это не физика! Это биология! Я точно помню! - тут же сгоняя дремоту, воскликнула я. Дима захихикал. Черт бы тебя побрал. - Саш, я вот уже как полчаса читаю вам биологию 10 класса. - серьёзно проговорила Настя. Ну, вот похоже я заснула. Прикольно получается. Настя продолжила дальше читать лекции плавно переходя к химии, а я чуть-чуть прилегла на стол. Когда же кончиться это мучение? Я уже готова рвать и метать лишь бы уйти домой и лечь спать! И вот спасительный поворот ключа в двери и-и-и-и: - Мелкие! Я дома! - крикнул Егор. - Щука! - радостно воскликнула я и подскочила на месте, готовая кинуться другу в объятья, но осталась сидеть на месте под строгим взглядом Князевой. Сразу по приезду вышеупомянутая мисс успела мне прочитать лекцию, которую я благополучно прохлопала, о том, как надо вести себя с парнями. Первое правило: оставайся равнодушной на любое его проявление чувств. Остальные, после первого, я даже не воспроизведу так, как заткнув свои уши просила её замолчать, но она не отступилась. А по этому в моей голове все-таки осталось как минимум ещё пять похожих друг на друга бредней Анастасии. В общем и целом, теперь под её чутким руководством я училась правилам "этикета". Дверь в комнату открылась и туда с улыбкой заглянул Щукин. Гробовая тишина и даже Настя перестала читать. Каждый по своему осмысливал сложившуюся картину. Настя с ног до головы оценивающим взглядом бегала по фигуре Егора. Я недоуменно смотрела на неё. Обычно Князеву не интересуют мои друзья, она всегда говорила, что моя пятая точка ищет себе приключений, а потому нормальных друзей с такими характеристиками просто не может быть. Егор смотрел на мою подругу с высокомерием и неким отчуждением, именно этот взгляд я боялась увидеть в день интервью. Дима сидел и тоже внимательно наблюдал за сценой знакомства старшего брата с моей подругой. Надо было быть идиотом, чтобы незаметить как ревностно сейчас Дмитрий смотрел на Князеву. Запомним: Щукин-младший втюрился в мою подругу. Нет, запишем лучше в телефон, а то с моей памятью это не мудрено забыть. Я нетерпиливо поерзала на стуле. Молчание слишком затянулось. - Давайте я сейчас выйду, а потом зайду и вы как обычно подушками друг друга дубасьте! - прежложил Егор и собрался выходить. Я и Дима, схватившись за животы потому, что за прошедшую неделю они уже болели, засмеялись. - Егор, знакомься. Это Настя. Настя, Егор. - представила их друг другу, пока новая волна смеха не накрыла меня и Димку. Смеемся, а самим бы знать над чем. - Мелкие, хоре хохотать. Пошли чай пить, я торт принёс. - сказал Егор, пройдя в комнату и поставив сумку на свою кровать. Вот так и прошло их знакомство. Ни "приятно познакомится", ни "до свидания". Они друг друга не замечали. Весело. Знать бы что произошло между этими двумя за всего несколько секунд. Но пока весело бежим следом за Егором и делаем вид будто ни чего не произошло. - Что за тортик? - захожу на кухню и вижу Егора в несовсем собранном состоянии. Моська словно только, что Касаткину увидел, а плечи опущенны, будто только, что сообщили о проигрыше в игре. - Пошли гулять? - спрашивает Щукин. Ни чего себе, вот это поворот. - К-куда? - заикаясь спрашиваю я. - Гулять. - весело отвечает Егор и хватая меня за руку выводит из квартиры. - Настюх, дорогу домой найдешь! - лишь успела крикнуть я напоследок, как меня затолкнули в лифт и двери захлопнулись. Отлично, дороги назад уже точно нет. М-да, кто помотрит на нас офигеет. Я в джинсах и футболке, что сегодня совершенно случайно выхватила из шкафа, а Щукин в кофте и джинсах. Погода радует, может и не замерзну. Прогулка обещает быть долгой, учитывая настроение Егора, а, значит, будем наслаждаться его обществом, пока это возможно. Выйдя из подъезда, он поволок меня в сторону парка. При чем "поволок" в прямом смысле. Я просто не поспевала за ним, он так куда-то торопился, что я с ног сбивалась пока бежала за ним. И вот после пробежки, которая длилась целых пятнадцать минут, мы приземлились на лавочку впарке. - Ну, и? Я жду объяснений, Щукин. Что мы тут делаем? И к чему такая спешка, что нас чуть машина не сбила, а мы чуть собаку не задовили? - спросила я пытаясь дышать ровно. Не привыкла я к таким вот пробежкам по вечерам. - Ну, мне просто хотелось убраться подальше от этой... - он сделал что-то на подобие "кхе-кхе" и добавил: - Твоей подруги. - Ага, окей. - значит, неприязнь у них обоюдная. Становится все веселее. - Её здесь нет.- в подтверждение своим словам оглянулась по сторонам. - В чем проблема? - приходится действовать, словно психолог. Сначала успокаиваем пациента, потом спрашиваем. - Ну, не знаю. Просто грозная она у тебя. - Щукин виновато улыбнулся и потянув меня за руку посадил рядом с собой. Мы сидели в молчании. От Егора исходило приятное тепло так, что замерзнуть я не смогу. Меня окутал приятный аромат какого-то парфюма. Было так приятно. Потом его руки обвили меня, словно путы, и стало ещё теплее. Его щека коснулась моей макушки и мы так просидели около пяти минут. Я тихонько поглаживала его руку указательным пальцем вырисовывая разные символы и рисунки. - Ты ведь знаешь, что ничего не изменится, но почему-то все равно продолжаешь ждать. - тихо проговорил Егор. Я впала в ступор. Неожидала сейчас ни каких слов, поэтому тихонько продолжила своё занятие. - Что? О чём ты? - чуть прокашлевшись, спросила я. - Не знаю. Просто на ум пришла фраза какого-то философа, а, может быть, и учёного. Где-то её почитал. - ответил Егор. - Мы выбираем не случайно друг друга... «Сначала мы рисуем человека в своём воображении и только потом встречаем его в реальной жизни.- вспомнив фразу Зигмунда Фрейда, проговорила я. - Кто это сказал? - спросил Егор. - Зигмунд Фрейд. - ответила я. - Знаешь, вообще у Зигмунда очень жизненные фразы. - заметила я. - Не отрицаю. - я кожей чувствовала как он улыбнулся, а потом его губы тихонечко коснулись моей макушки. Его руки погладили мои плечи. Кожа вспыхнула, словно от ожога. Такими были мои ощущения от его прикосновений. - Интересно, что подумает Елена Константиновна, увидев Настю и Димку? - засмеялась я. Егор усмехнулся. - Наверно, то же, что и, когда увидела нас с тобой в своей спальне. - засмеялся Щукин. Я не выдержала и захохотала в голос. Смех получился нервным и веселым одновременно. Вот же влипла. - Мне наоборот интересно, как Димон будет выпутываться! - теперь захохотал Егор. - Может вернемся и посмотрим? - в шутку предложила я, хихикнув. Но тут же замолкла. Его губы, непривычно горячие и влажные, коснулись области уха. Потом он поцеловал мочку и стал продвигаться к шее. Я не столько была поглощенна чувствами , сколько удивленна и шокированна. Значит две недели назад: "Саша, мы с тобой не пара!", а сейчас вот так просто целует. Единственный вопрос: зачем? Но этот вопрос испарился, как только я резко развернулась и наши губы встретились. Такой поцелуй по началу трепетный и нежный перерастал в страсный. И вот минуту спустя я уже сижу на коленях Щукина. Его руки разгуливают по моей спине, а я держусь за его шею, но мне этого мало и руки сначала перемещаются на его плечи, а после на талию. - Саш... - хрипит Егор и мягко отстраняется от меня. Сердце колотиться, а воздуха жутко не хватает, но я тоже отстраняюсь и возвращаюсь в первоначальное положение. Меня не понятно от чего начинает потрясывать. Такая реакция для мня не свойственна.- Ты, что, плачешь? - сказать, что капитан удивился? Нет. Скорее всего испуган. - Нет. - отвечаю я и желаю поскорее унять дрожь во всем теле. - Тогда чего трясешься? - он поворачивает меня лицом к себе и смотрит прямо в глаза. - Мне непонятно, а спросить - боюсь. - созналась я. - Спрашивай. - его голос дрожит и я не понимаю почему. - Что это сейчас было? - мой голос тоже дрожит, боюсь, что сейчас у него сдадут нервы и он просто уйдет, оставив меня в гордом одиночестве. - Поцелуй. - отвечает Егор. Будь у меня настроение чуть лучше, я бы сказала: "Да ты Колумб! Прямо Америку мне открыл!", но настроения не было, а он говорил правду. - Ну, для начала, я не так глупа, чтобы не заметить, что меня поцеловали. Во-вторых, я не про это. - молчание угнетало, а слова заводили ещё в больший тупик. Я вернулась в то положение в которо была ещё вначале прогулки. - А про что? - спросил Щукин. - Ну, зачем это было? - назвать тот выплеск эмоций поцелуем язык не поворачивался. Мы будто хотели завладеть друг другом. Я ощутила как он пожал плечами, мол, не знаю, и снова коснулся своей щекой моей макушки. - Просто. - да офигеть блин как у тебя все просто! Я вновь разозлилась. Губы сами собой сжались в тонкую полоску и только сейчас я заметила, что нижняя губа чуть наткусана. Вот же гаденыш! Взял и укусил Щукин сын, блин! Но, кажется, проблема с губой меня отвлекла достаточно, чтобы я могла успокоится. Мы вновь сидели в молчании. - Что тебя связывает с Кисляком, Саш? - ого, вот это вопросик. А с чего это ему интресно? И я разве ему уже не говорила. - Мы друзья, Егор. - немного раздраженно ответила я. Со мной уже несколько раз беседовал на эту тему Кирилл, но почему-то не верил, и сейчас я могла предположить, что и капитан поведет себя так же, но не знала, что это будет на самом деле. - Слишком много врешь! - раздраженно ответил Щукин и оттолкнул меня. Неожиданно стало холодно и меня пробрал до костей холодный вечерний воздух. Я была шокирована его недоверием. - Что?! - прищурив глаза, я не могла поверить то, что он не зная всей картины в чем-то меня обвиняет. - Я и Кисляк всего лишь друзья! И это правда, а если тебя она не устраивает, то скатертью дорожка! - зло выкрикнула я и сорвавшись с места побежала, пока ноги ещё могут идти в обратную сторону от него. Но как бы я не хотела пойти сейчас домой, завалится спать или забыть обо всем, но в дом Щукиных мне пришлось вернуться. Побродив около часа по парку и соседним улицам, встретив Касаткину и Плотникову и вдоволь выместив свою злость на бедном мусорном баке, который был совершенно не виноват в колких замечаниях Марины, моя задница плелась по уже до боли знакомой маленькой улочке, что вела к дому Егора и Димы. Боялась ли я нарваться на Елену Константиновну? Очень, поскольку женщина наровила меня сосватать кому угодно, но только не своим сыновьям. При первой же встрече я и мама Щукиных понравились друг другу, но по её мнению я подросток, да и сыновья её ещё совсем дети, хотя я бы так не отозвалась об этих громилах, зная всю картину, но это была их мама и ей было простительно не знать мелких деталей биографии братьев Щукиных. В общем и целом, пока мой мозг сосредоточенно придумывал уважительную причину своего появления в логове капитана, руки поправляли растрепавшуюся косу, а ноги так и наровили отплясать чечетку, поскольку замерзла я, ну, просто в снегурочки можно идти. И вот раз звонок, два звонок, три звонок. Дверь мне открывает сам Егор. Сейчас он в домашней футболке и шортах. Сейчас он такой, каким я его привыкла видеть в обычные вечера. Вот только улыбки не было, только лукавая ухмылка. Моё внимание отвлек неожиданно раздавшийся смех Князевой в дуете с гоготом Димона. Правая бровь самопроизвольно поползла вверх, а взгляд вернулся в капитану, будто спрашивая "Это правда она?". В итоге дальше моему взору предстала Анастасия с подушкой в руках и выбегающий из спальни Дима с покрывалом. - Это они вместе спать собрались? - у меня было тысяча и один вопрос, но этот я посчитала самым важным на данный момент. Но при созерцании данной картины из головы вылетели все обиды и волновавшие меня до этого проблемы. Щукин засмеялся, хотя его глаза так же оставались грустными, и, закрыв за собой дверь, вышел на лестничную клетку ко мне. Наступило молчание. Я говорить не хотела и не собиралась. Щукин тоже молчал по неизвестным мне причинам. Мы оба смотрели на грязный бетонный пол и собирались с мыслями. Я уже успела пожалеть о своем приходе. Этот разговор стоило отложить на завтра и не трогать пошатнувшуюся психику ещё недели три, а точнее не общаться с Егором. Хотя главная моя задача была забрать свои вещи, ну, и Настю по возможности; ни какой разговор в мои планы не входил, значит, его и вправду можно отложить на потом. - Я забыла сумку в твоей квартире. Принеси, пожалуйста. - так же смотря в пол, промолвила я. - Ни какой сумки, пока мы не поговорим! - уверенно произносит парень. Я поднимаю на него удивленный взгляд и пытаюсь угадать зачем он это делает. Разговор сам по себе не важен. Так по мне. Ну, поцеловались, ну, поругались. Ну, не верит он мне. Что мне теперь повеситься? - О чем ты хочешь поговорить? - спокойно спрашиваю я. Видимо, спустя несколько лет у меня начали проявляться черты характера отца. - О том, что случилось на лавке в парке. - у парня тоже поубавилось пылкости, он отвечал спокойно и без прежнего напряжения в голосе. - Внимательно слушаю. - принимая более удобную позу и безопасную дистанцию для разговора, ответила я. Щукин пару минут помолчал, потоптался на месте. - Не обижайся по мелочам... - это были его первые слова и тут же я нашла что ответить. - Я уже слишком взрослая, чтобы обижаться по мелочам! - почти вскрикнула я. - И твоё недоверие- не мелочи. - уже тише с вернувшемся спокойствием, предупредила я. - Ну, просто бесит меня это " мы просто друзья". Маринка тоже была с ним "просто друзья", а в итоге забеременела, сделала аборт и наврала мне в три короба! - капитан явно не хотел говорить последние предложение, но ему пришлось. В его глазах закипала ярость. - Знаешь, тебе пора понять одну простую вещь! Не все девушки такие как твоя Марина!- таким же тоном, что и он, ответила я ему. - Не моя! - зло рявкнул Егор. - Ну, вот и отлично! - пожала плечами я. Других слов не было. Парень немного успокоился и я решила ему все объяснить. - Прими, как факт: с Кисляком можно общаться по-дружески. И я не Марина! Я не буду спать с этим недоразвитым енотом! Тем более встречаться! Про целоваться я даже говорить не буду! - мягко говорила я, пытаясь переубедить его. Потом потянулась за объятьями и , к счастью, это чучело соизволило по человечески обнять. Положил руки на талию и крепко обнял. - Ну, вот, молодец! - похвалила я. - А то распсиховался! - прижимая его к себе, говорила я. - Почему недоразвитый енот? - из всей моей речи его заинтересовало именно это? - Потому что моя мать мартышка. - ответила я и меня тут же перестали обнимать. Щукин смотрел с верху вниз на меня с недоумением. - Это дружеская шутка. Он - енотовидный друг. Я - приматовидная подруга. - с некой гордостью произнесла я. Егор расхохотался. - М-да, похоже вы и вправду друзья. Такую нелепицу только лучшие друзья и несут. - хохотнул капитан, сделав умозаключения. Мы несколько минут простояли на лестничной площадке в объятьях друг друга. Так было приятно. Меня окутал аромат совсем не похожий на другие запахи. Красная футболка пахла порошком, шея отдавала ароматом лаванды и черноплода. Это был его собственный запах. Такой сладкий и притягивающий. Одновременно отталкивающий потому, что я понимала сегодня была лишь слабость, которую он не проявит завтра или после завтра. Слабость, которую он попытается больше не повторить. Лестничная клетка погрузилась в потемки, я едва ли могла видеть собственные руки. Щукин зарылся своим носом в мои волосы. Сегодня был тот день, когда мы позволили друг другу дать слабину и выйти из колеи обычных будней, но в будущем эта слабость откликнется серьёзными последствиями. Слабость было тем чувством, которое не поддавалось описанию с чьей либо стороны. Мы просто знали, что это слабость, которая не оставит себя без последствий. Неожиданно на лестничную клетку пролился луч света. Скрипнула дверь и на нас упала чья-то тень. Мы на несколько секунд отстранились друг от друга, посмотрели на побеспокоившего нас человека. Настя. Князева неодобрительно помахала нам указательным пальцем. Я улыбнулась. У Насти ни когда не было проблем, решение которых она не находила сразу. Подруга всегда решала проблемы на месте, как только данный неприятный аспект появится в жизни. Она не затягивала с решениями и всегда выходила сухой из самой ужасной передряги. Она всегда списывала это на везение, я же видела в этом отличительную особенность её характера. - Пойдемте домой. Дима картошку на ужин пожарил. - сказала она. - Придем через пять минут, Настюш. - ответила я. Настя закрыла дверь, а мы вернулись в прерванному занятию. Сгребли друг друга в объятья и в последний раз на сегодняшний день вдохнули аромат друг друга. Мы обнимаемся ещё около пяти минут. Этих объятий мне будет не хватать. Возможно, он когда-то ещё обнимет меня, но только не так , как сейчас. Следующие объятия будут дружескими. В этом я уверенна. Егор не тот человек, который повторит свои ошибки. Он не доверится человеку после всего произошедшего между ним и Мариной, пока не будет уверен на все сто процентов. Это огорчает и радует. Огорчает потому, что я знаю что вхожу в это число людей, которым Щукин пока не готов доверить свои чувства, эмоции, которым он не может открыться. Радует потому, что любая другая девушка, любой другой человек находится на равных условиях со мной. Отстраняемся друг от друга. Вместе идём к двери, открываем. Вот и конец нашей общей слабости…