Our Solemn Hour

Пришлось налить ему воды и заботливо похлопать по спине. Кашель не желал прекращаться. Лишь после трех стаканов Питер, наконец, перевел дыхание и кашлянул в последний раз. – Довольно показательная реакция на упоминание жены, – хмыкнула Лидия, забирая у него пустой стакан. – Бывшей жены, – автоматически уточнил Питер, массируя шею. Неприятные ощущения кома в горле не покидали. – Без разницы, – пожала плечами девушка, заново наполняя стакан водой. Она уже хотела отпить, как Питер требовательно выставил руку. Лидия отдала стакан и вернулась на свое место. – Что ты ей сказала? – На самом деле мы почти не говорили. Она лишь подозрительно на меня смотрела и пыталась выяснить в каких мы отношениях. – Ну, разумеется, – тихо отозвался Питер, делая еще один большой глоток. Зуд в горле проходил. Стало легче. Лидия задумчиво провела пальцем по поверхности стола и неожиданно для себя зевнула. Сразу накатила усталость. Девушка бросила взгляд на часы и удивилась. Всего лишь десять вечера. Уборка хоть была и продуктивной, но выматывающей. Мысль о теплой и мягкой кровати маячили в сознании. – Уже поздно, – деликатно начала девушка, но Питер прервал ее, резко замотав головой. – Ну уж нет, я не уйду, пока мы четко не расставим границы твоей дозволенности. – Что? – опешила Лидия. Сон отступил. – Моей дозволенности? Я ведь уже сказала, что не буду ничего от тебя требовать, что не собираюсь использовать тебя как щит. И я не намерена повторять это каждый раз, когда ты усомнишься. Питер чувствовал ее раздражение. Именно чувствовал. Он видел, что она зла, но чувствовал насколько. И его это бесило. Ему не нравилось ощущать чужие эмоции. Эта проклятая ведьма явно что–то не договаривает. – Ты раздражена. – Как ты догадался? – рявкнула Лидия, окончательно забывая про усталость. Внезапная вспышка ярости была ей не свойственна. Видимо сказывается напряжение последних месяцев. Питер промолчал. Он пока не хотел распространяться об обнаружившихся проблемах. Это может еще помочь ему в будущем. – Все твои заверения. Все это чудесно. Вот только это не отменяет того факта, что ты мной владеешь, – продолжал разговор Питер, – и мне это категорически не нравится. Мне нужны гарантии того, что ты не используешь это преимущество. – Ах, гарантии? – обманчиво веселым голосом отозвалась Лидия, – без проблем. Вот тебе гарантия: ты мне не нужен. Можешь жить спокойно. Я не буду вызывать тебя, не буду просить, даже думать не буду, чтобы ты не дай бог не уловил сигнал по связи. А теперь проваливай отсюда. Лидия подскочила к нему так быстро, что он мог поклясться, что она переместилась. Девушка принялась выталкивать его из дома. Как только она яростно захлопнула за ним дверь, Лидия раздраженно пнула стул, на котором мгновение назад сидел Питер. Стул проехался по полу и, врезавшись в стену, завалился набок. Грохот немного привел Лидию в чувство. Раздражение никуда не делось. Хотелось крушить все на своем пути. Взгляд сам упал на сервант, в котором отец хранил виски. То, что нужно. Лидия распахнула стеклянную дверцу и достала уже початую бутылку. Быстро открутив крышку, Лидия щедро плеснула, пахнущую травами, жидкость в стакан. Ей никогда не нравился виски, но, за неимением лучшего, девушка поднесла стакан к губам. – Я книгу забыл, – извиняющимся тоном известил Питер, вновь показываясь в проеме двери. Лидия не задумываясь швырнула в него стакан. И сразу пожалела об этом. Стакан попал точно в плечо мужчины, расплескав темную жидкость по майке. Хрусталь, стукнувшись о преграду, замедлил полет и упал на пол, разлетевшись на мелкие кусочки. В тишине, что воцарилась, звон бьющегося стекла был настолько громким, что Лидия бы поморщилась, если бы не была так напугана своим поступком. Ярость в глазах Питера не оставляла ей ни единого шанса. Лидия медленно сглотнула. Надо было целиться в голову. Может и попала бы и, если бы повезло, вырубила бы его на некоторое время. – Ты совсем спятила? – тихо, еле слышно, поинтересовался Питер. Лидия поежилась. Лучше бы он кричал. Тихий голос пугал ее больше, чем громкие интонации. Тихий голос не предвещает ничего плохого, таким голосом обычно успокаивают детей. Но лучше бы он кричал. Питер медленно сделал шаг по направлению к ней. Лидия отмерла. Она бросилась бежать. Чувство самосохранения проснулось и требовало убираться отсюда. Питер, не ожидавший такой реакции, двинулся следом. – Лидия! – позвал он, оказавшись в пустом коридоре. Он понятия не имел куда она делась, он не на много отстал, но она не могла так быстро пересечь этот коридор. Питер прошелся вперед и увидел боковую лестницу. Быстро преодолев ступеньки, он оказался на втором этаже. Смутно припоминая расположение комнат, Питер двинулся вперед, минуя уже знакомую ему ванную. – Лидия, – вновь позвал мужчина. Ответом ему служила тишина. Питер лишь тяжело вздохнул и, прикрыв на мгновение глаза, прислушался. Слух не подводил его никогда. Он услышал рваное дыхание и бешеный стук сердца. Он двинулся на звук, все еще не открывая глаз. Звук усиливался. По мере приближения усиливался и стук сердца. От этого стука закладывало уши. – Нежели ты так меня боишься? – изумился Питер, распахивая дверь, за которой, судя по звуку, и притаилась девушка. Лидия не успела пискнуть, как его пальцы сомкнулись у нее на запястье. – Не надо меня бояться. Эта фраза прозвучала на удивление спокойно, даже ласково. Лидия с опаской подняла взгляд на мужчину и мурашки побежали по коже. Цвет его глаз изменился. Холодный голубой свет пробивался через радужку. – Твои глаза, – прошептала Лидия и, не отдавая себе отчета в своих действиях, обхватила его голову свободной рукой. Она всматривалась в эти мерцающие глаза, неосознанно проводя большим пальцем по щеке Питера. – Они светятся. Когда ее теплая рука коснулась его кожи, Питер вздрогнул. Разногласия между ними исчезли как-то сами по себе. Для Лидии сейчас существовали только эти глаза. Питер же концентрировал все свое внимание на стуке ее сердца. Оно успокаивалось. Билось ровно. Он моргнул, и глаза приняли свой естественный цвет. Очарование момента пропало. Лидия моментально отшатнулась от него, но Питер все еще крепко держал ее за запястье. Лидия не спускала с него глаз. Ужас вновь охватывал ее. Питер заметил резкие перемены и шумно выдохнул. – Я хочу, чтобы ты поняла, – шепотом произнес мужчина и Лидия запаниковала. Этот обманчиво спокойный голос пробирал до дрожи. Девушка затряслась. Она вертела головой в поисках чего-нибудь, что могло бы ей помочь избавиться от Питера. – Послушай меня!– Питер обхватил ее за плечи и встряхнул. – Я не причиню тебе вреда Лидия расхохоталась. Смех получился истерическим, но соответствовал ситуации. Мужчина, уже готовый дать девушке отрезвляющую пощечину, внезапно передумал и просто впечатал Лидию в стену. Ее голова неловко мотнулась в сторону. Резинка слетела с волос и неожиданно яркие пряди рассыпались по плечам девушки. Лидия больше не смеялась. – До тех пор пока ты нужна мне, – уточнил Питер. – Я не причиню тебе вред, пока мы на одной стороне, понимаешь? Лидия сглотнула и медленно кивнула. Она даже улыбнулась и доверчиво заглянула Питеру в глаза. Они голубые, только теперь без того искрящегося света. Обычные голубые глаза. Смотреть в них было жутко, но Лидия не отводила взгляд. Она упрямо смотрела ему прямо в глаза. Питер лишь кивнул и отпустил ее плечи. Как только тепло его пальцев пропало, Лидия сползла вниз и села на пол. Она свесила голову вниз, позволяя волосам закрыть лицо. – Лидия, – Питер сам не знал, что хотел сказать, но чувствовал, что сказать что-то следует. – Уходи, – спокойно ответила девушка. Питер без лишних слов развернулся и двинулся в сторону лестницы. Через секунду он уже хлопнул дверью. Только тогда Лидия подняла голову и, встав с пола, решительно двинулась в свою комнату. Обогнув все еще не разобранный чемодан, Лидия достала из сумки ноутбук и откинула крышку. Экран загорелся моментально, прося ввести пароль. Быстрая беготня пальцев по клавиатуре и вот с экрана ей улыбаются родители. Смахнув непрошеную слезу со щеки, Лидия открыла почту и, найдя в адресатах Эйдана, написала ему письмо с просьбой о помощи. Как только компьютер подтвердил отправку письма, Лидия захлопнула крышку и откинула от себя ноутбук. Девушка упала на подушку и моментально провалилась в сон. *** Запотевшее зеркало в ванной отражало лишь нечеткий силуэт, но Лидия, не моргая, смотрела в него. Наконец, она провела рукой по влажной поверхности, проясняя отражение. Внимательный взгляд знакомых глаз больно резанул по сердцу. Она унаследовала мамины глаза. Они были точно такие же: зеленые с вкрапинками шоколадных оттенков. Мама всегда смотрела пристально, и Лидия тонула в этой каре-зеленой трясине. Она моргнула, отгоняя воспоминания. Одинокая слеза скатилась по щеке, но она была незаметна на все еще влажной после душа коже. Лидия опять перевела взгляд на зеркало, снова встречаясь глазами с маминым жестоким взглядом. Захотелось разбить стекло, лишь бы не видеть этот безнадежный темно-зеленый цвет. Тусклые безжизненные глаза матери теперь будут преследовать ее до конца жизни. В памяти всплыл другой. Озорной и теплый взгляд. Папины глаза напоминали море. Они всегда смеялись. Лидия любила его синие глаза. Они были исполнены очарованием. Иногда она жалела, что глазами пошла не в отца. Глядя в зеркало она видела мамин взгляд, а по папиному она скучала. Ей не хватало их свечения. Голубые глаза всегда были ее любимыми. В памяти образ отца сменился чужим. Более резкие черты. Более нахальный взгляд. У Питера голубые глаза. Но они злые. В них таится что-то, что Лидия не в силах объяснить. Страх, от которого не убежать, сковывает ее всякий раз, когда Питер смотрит на нее. Она боится зверя, что живет в нем. Она знает, что волк никогда не причинит ей вреда, но она боится не этого зверя. В Питере скрыто нечто более ужасное. Лидии кажется, что это нечто таится там и ждет именно ее. Когда-нибудь это вырвется наружу и Лидия не может вообразить масштаб катастрофы, что тогда развернется. Она точно знала лишь одно: при таком исходе Питер и пальцем не пошевелит, чтобы помочь ей пережить это. Лидия тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли. Она еще раз провела ладонью по зеркалу, очищая еще больше пространства. Теперь она могла разглядеть медные волосы, которые, слипшись, лежали на плечах. В ее семье ни у кого не было рыжих волос. Она гордилась ими, но почему-то именно сейчас захотелось поменять их цвет. Ей бы пошло быть брюнеткой. Черный цвет ей нравится. Может даже немного подрезать, до плеч. Сменить имидж. Лидия вздохнула и, поправив полотенце на груди, чтобы не сползало, вышла из ванной. Часы в гостиной пробили десять. Именно в это время, восемнадцать лет назад она родилась. 26 августа. Раньше в этот день все молодое поколение Бикон-Хиллс с нетерпением ждало вечера. Ведь вечеринки Лидии Мартин были самыми восхитительными. Каждый мечтал получить приглашение. Все изменилось. В этот раз Лидия никого не приглашала, она ничего не планировала. Она даже не хотела праздновать. Подумаешь, восемнадцать лет. Ничего особенного. Раньше она ждала, когда ей стукнет восемнадцать. Но теперь она уже получила то, ради чего жаждала, чтобы этот день поскорее наступил. Фамильяр у нее есть. Носится сейчас непонятно где, пытаясь разрушить эту связь. Лидия была спокойна. Она ни на секунду не усомнилась в мотивах Хейла. Он пытался быть вежливым вчера. Даже выглядел искренним и милым, до определенного момента. О жаждал отмены ритуала. И он уверен, что добьется своего, Лидия же была уверена в обратном. Ритуал не отменить. У него ничего не выйдет. И он может усыплять ее бдительность сколько угодно. Она останется спокойна. Лидия почти обманулась. Почти. Его дружелюбная улыбка, какой бы она ни была обезоруживающей, не смогла затмить голос разума. Лидия допускала мысль, что он, при чуть большем старании, способен очаровать ее. Поэтому она отвечала улыбкой на его улыбку, смотрела на него с нежностью, лишь бы убедить его, что не нужно стараться, что она ему верит. Все что угодно, лишь бы он не пытался подобраться к ней еще ближе. Часы пробили десятый раз. – С Днем Рождения, Лидия, – улыбнулась себе девушка и, вынырнув из своих мыслей, спустилась на первый этаж, чтобы поставить чайник. Скоро сюда явиться Эллисон, с очередной идеей отправиться по магазинам. Каждый год они выбирались на шопинг, чтобы вечером появиться в новом дорогущем платье. Значит, у нее есть около пятнадцати минут, чтобы привести себя в порядок. Лидия, поставив чайник, полезла за чистой кружкой, но звонок в дверь заставил ее отвлечься от плана. Она, шлепая босыми ногами по полу, отправилась открывать дверь, попутно отмечая, что Эллисон приехала раньше обычного. – Привет, – улыбнулась Лидия, открывая дверь. Но улыбка сменилась удивленно открытым ртом. – С Днем Рождения!! Лидия неловко одернула полотенце, стараясь немного стянуть его, чтобы прикрыть больше пространства. Огромная разноцветная коробка закрывала вход, мешая стоящему на пороге парню протиснуться в дверной проем. Она также мешала ему осмотреть виновницу торжества. Стайлз крутил головой, стараясь найти хоть маленькую дырку, чтобы взглянуть на именинницу. Лидия, за считанные секунды сбегав в гостиную, запахнулась в принесенную кофту и распахнула дверь пошире. – В прошлый раз коробка была меньше, – задумчиво произнесла Лидия, наблюдая за тщетными попытками парня протиснуть подарок в дом. – В прошлый раз и ты была меньше. Растем! – Лидия не видела его, но почувствовала его улыбку. – Я заварю тебе чай, – проинформировала девушка и удалилась на кухню. По опыту прошлых лет она знала, что это надолго. Лишь когда она поставила кружки на стол и высыпала печенье в вазочку, послышался грохот, который означал, что Стайлз либо благополучно втиснул коробку в проем, либо, как в прошлый раз, психанул и бросил подарок на крыльце. Разноцветная коробка появилась в проеме кухни, заставив Лидию закатить глаза – Серьезно? Брось ее в прихожей. Стайлз обиженно засопел и понес подарок обратно. Лидия последовала за ним, намереваясь разорвать коробку, чтобы увидеть, что внутри. Коробку потрошили вместе. Это была их традиция. Стайлз всегда тщательно упаковывал подарок, чтобы добираться до него было дольше и сложнее обычного. В этот раз они разорвали три обертки, развязали восемь узлов (именно развязали, пользоваться ножницами и другими острыми предметами было нельзя, они договорились об этом еще в детстве), пробрались через толстый слой скотча и, наконец, открыли коробку. В коробке, как и ожидалось, была еще одна коробка, тоже перевязанная кучей ленточек. Тут дело пошло быстрее. Сгрузив кучу коробок в первоначальную, Лидия взяла в руки последнюю. Та умещалась у нее в ладошке. Медленно разматывая аккуратно завязанный бант, именинница не могла скрыть счастливой улыбки. Ей этого не хватало. Ей не хватало Стайлза. Она быстро обняла его, звонко целуя его в щеку. – Спасибо тебе, – прошептала ему Лидия, когда он обнял ее в ответ. – Ты ведь еще даже не посмотрела, – удивился парень. Лидия отстранилась, все еще улыбаясь. Не важно, что там, главное ее друг рядом. Ленточка была развязана, девушка тряхнула коробку, подставляя руку. Из картонной коробки выпала бархатная. Лидия покрутила ее в руках. – Если там кольцо, то я не смогу тебе отказать, – предупредила девушка, вызывая улыбку на лице друга. – Просто открой Лидия последовала совету и не смогла сдержать изумленного вздоха. Там и правда было кольцо. Мамино кольцо. Лидия прижала руку к губам, силясь не расплакаться. Отец подарил это кольцо, когда родилась Лидия. У мамы никогда не было помолвочного кольца. Они с отцом поженились спонтанно, убежав от всех. Поэтому на руке миссис Мартин всегда красовалась лишь тонкая золотая полоска обручального кольца. Вот это, с бриллиантом и красивым переплетением золота, мистер Мартин купил, когда ему сообщили, что он стал отцом. – Стайлз, – Лидия не знала, что сказать. По улыбке парня она поняла, что ничего и не надо говорить. Лидия вытащила кольцо из коробочки и осмотрела внутреннюю часть. Гравировка, сообщавшая о вечной любви, подтвердила подлинность кольца. – Где ты его нашел? – Четыре дня ходил за отцом и был его личным полтергейстом, пока он не согласился исключить кольцо из перечня вещественных доказательств. Напоминание о случившемся должно было вызвать тупую боль, как было всегда, но на лице сияла искренняя улыбка. Звонок в дверь и сразу за ним хлопок. Это Эллисон, которая всегда заходит сама. Она вбежала в гостиную и, с воплем «Хэппи Бездей», высыпала на макушку именинницы пригорошню блесток. Те сразу запутались во все еще влажных волосах и грозились остаться там до следующего мытья. Лидия грозно посмотрела на подругу, но та уже перевела все свое внимание на гору коробок. – Мне иногда кажется, что на упаковку подарка ты тратишь больше средств и вдохновения, чем на сам подарок Стайлз возмущенно засопел, а Лидия молча поднесла левую руку к лицу подруги, привлекая ее взгляд к безымянному пальцу. – Мы помолвлены! – Ччч-что? – Эллисон отшатнулась и отошла на шаг. Ее глаза не могли быть еще больше, но, когда Стайлз приобнял Лидию и нежно поцеловал в макушку, Эллисон выпучила их сильнее и закричала. – Вы же не серьезно!! Лидия переглянулась со Стайлзом и обиженно перевела свой взгляд опять на подругу. – Мы думали, что ты порадуешься. Ведь ты всегда пыталась нас свести. Эллисон хлопала ресницами и что–то пыталась промычать. Лидия взяла Стайлза за руку и переплела их пальцы, заставляя Эллисон шумно выдохнуть. – Да вы же издеваетесь, верно? – это был почти жалобный писк. Лидия уже собиралась рассмеяться, выдавая себя, но Стайлз крепче сжал ее руку. – Мы похожи на шутников?– Эллисон неуверенно кивнула, – Я сделал ей предложение сразу после душа. Она так обрадовалась. – Дддуша? – прохрипела Эллисон, оседая на диван. Только сейчас она заметила, что подруга завернута в банное полотенце. – О, Господи – Чаю? – участливо поинтересовалась Лидия, боясь, как бы подругу удар не хватил. Эллисон перевела на нее дикий взгляд и отрицательно помотала головой. Раздался очередной звонок в дверь. Лидия побрела открывать, кинув напоследок насмешливый взгляд в сторону Стайлза, тот подмигнул ей. – Это же бред какой-то, – как мантру повторяла Эллисон. Лидия, все еще посмеиваясь, распахнула дверь и улыбка слетела с ее лица. – С Днем Рождения! – на пороге стояли Малия и Питер. Оба держали огромного размера торт, на котором чудесным малиновым кремом были выведены слова поздравления. Лидия видела улыбающееся лицо Малии, но не могла отвести взгляд от насмешливого – Питера. Тот, казалось, наслаждался сложившейся ситуацией и растерянностью Лидии. Девушка огромным усилием воли отвела взгляд от мужчины и улыбнулась Малии. – Спасибо большое,– искренне поблагодарила Лидия, отворяя дверь шире, чтобы торт без повреждений протиснулся в дом. – Так неожиданно. Это и правда было внезапно. У нее никогда не было торта на день рождение. Раньше по утрам, когда она только вставала к завтраку, мама пекла лимонный пирог. На вечеринки же она всегда заказывала кексы. Это всегда был беспроигрышный вариант. Лидия провела их на кухню. – Пришлось встать пораньше, чтобы забрать это творение, – улыбнулась Малия и, не без помощи Питера, пристроив торт на стол, приобняла именинницу. – Торт восхитителен, спасибо, – Лидия снова улыбнулась. – Это, кстати, мой отец, Питер, – представила отца Малия, отходя немного в сторону. – Очень приятно, – медленно отозвалась Лидия, ловя на себе все еще насмешливый взгляд Питера и внезапно вспоминая, что она до сих пор ходит в одном полотенце. Это заметила и Малия, которая теперь неловко отводила взгляд в сторону. – Ты извини, мы без предупреждения, – затараторила девушка, пытаясь оправдаться. Питер же лишь ухмыльнулся, скользнув взглядом по открытым ногам Лидии и, заметив, что она за ним наблюдает, безразлично пожал плечами. – О, ничего страшного, – успокоила ее Лидия, прищурив от злости глаза. Плечами он пожал, значит. – Я пойду, одену что-нибудь подобающее, а ты пока можешь присоединиться к Эллисон и Стайлзу в гостиной. – О, Стайлз уже здесь? – удивилась Малия. – Да, он всегда поздравляет меня первым, – улыбнулась Лидия и вспомнила розыгрыш, – там немного странная ситуация в гостиной и,думаю, следует это прекращать. Сходи и успокой Эллисон, а то боюсь, как бы у нее первый инфаркт не случился. – Ладно,– немного растерянно кивнула Малия, направляясь в гостиную. Лидия же поспешила на второй этаж. Захлопнув дверь в свою комнату, девушка скинула кофту и подбежала к чемодану. Она сильно дернула молнию, чтобы открыть заедающий замок. Лидия так была увлечена этим занятием, что не заметила, как дверь снова открылась. Быстрым движением девушка достала из чемодана желтую майку и легкие шорты. Она швырнула одежду на кровать и, потянув полотенце за край, позволила ему соскользнуть вниз. – О, нет-нет, – раздавшийся сзади голос заставил ее вздрогнуть и развернуться. Подоспевший Питер подхватил полотенце у самого пола и вновь запахнул в него девушку: – Такого откровения наши отношения не переживут –Что ты здесь делаешь? – прошипела Лидия, яростно цепляясь за ткань и лихорадочно соображая о том, как много он успел рассмотреть. – Дочь подвозил, – невозмутимо продолжил мужчина, все еще не отпуская полотенце, опасаясь, как бы оно снова не поехало вниз. – Что ты делаешь в моей комнате? – раздраженно уточнила девушка. Она боялась пошевелиться, но его пальцы, которые удерживали полотенце на ее плечах, нервировали. Хотелось отпрянуть и закутаться в махровую ткань еще больше. – Хотел поздравить именинницу лично и хотел забрать книгу. Вчера мне так и не удалось. Тут стаканы летали. Лидия закатила глаза. – Она внизу, на кухне, – ответила Лидия, решив проигнорировать явный намек на ее вчерашнее поведение. Ей не стыдно и она швырнула бы в него еще что-нибудь. – Внизу? Там где моя дочь, ее непутевый парень и одна из Арджентов? – поинтересовался Питер. Интонация его вопроса заставила Лидию засомневаться в точности своей информации, но она медленно кивнула. – Ты рехнулась? – лицо Питера побелело от злости. Он резко притянул ее за плечи ближе к себе так, что их носы почти соприкасались. Лидия задрожала. Страх от того, что полотенце вновь упадет, мерк по сравнению с тем страхом, что пробуждали в ней резкие движения Питера. – Отпусти меня, – просипела девушка, даже не стараясь вырваться. Мертвая хватка, наверняка останутся синяки. – Если кто-нибудь увидит эту книгу, – угрожающе начал Питер. – Не увидит, – запротестовала Лидия, становясь на цыпочки. В таком положении они были одного роста, и поэтому было легче воспринимать ситуацию. Не так жутко. – Отпусти меня, Питер. Мужчина еще несколько мгновений стискивал ее плечи, а затем отпихнул ее от себя. Полотенце упало. Но никто и не думал его поднимать. Они не сводили глаз друг с друга. Они даже не моргали. Так могло продолжаться бесконечно, но Лидия вдруг зябко поежилась, и ее тело покрылось «гусиной» кожей. – Одевайся, – спокойно произнес Питер и, криво ухмыльнувшись, галантно отвернулся, – а потом мы пойдем вниз за книгой. И лучше тебе поторопиться. Ей не нужно было повторять дважды. Метнувшись к шкафу, Лидия достала нижнее белье и в считанные секунды надела его. В этот раз даже застежка лифчика не капризничала, и крючок попал в петлю с первого раза. Протянув руку вперед, Лидия схватила майку с кровати и, просунув руки в рукава, надела мягкий хлопок, чувствуя, что начинает согреваться. Оставались шорты. С ними она тоже справилась быстро, повозившись лишь с пуговицей, которая никак не хотела проходить в узкое отверстие. Полностью одетой она чувствовала себя уверенней. Лидия подобрала свернутое на полу полотенце и намеревалась повесить его сушиться на спинку стула. – Ты там еще долго? – спросил Питер, начиная разворачиваться, чтобы самому удостовериться в степени ее собранности. Не долго думая, Лидия скомкала полотенце и одним точным броском швырнула его в Питера. – Я готова Все еще мокрое полотенце обвилось вокруг шеи мужчины. Питер яростно сорвал его и отбросил в сторону. Он перевел взгляд на Лидию, ожидая объяснений, но она лишь пожала плечами и прошлепала мимо него босыми ногами к выходу. Питер лишь закатил глаза и последовал за ней. Внизу было тихо. Видимо из гостиной все перебрались на кухню. Лидия скосила взгляд на Питера, но тот казался спокойным. Лидия попросила подождать его здесь, а сама отправилась к друзьям. Еще не доходя до кухни, она услышали лязг тарелок и голоса. – .. а потом еще и Малия уверяла меня, что не хотела мешать их любви и поэтому отошла в сторону, представляешь? – обиженный, но радостный голос Эллисон звонко разнесся по кухне. Лидия улыбнулась и зашла в комнату. Людей прибавилось. За столом сидели Скотт с Кирой, Малия смеялась и разливала чай по кружкам. Стайлз резал торт, Айзек стоял, облокотившись о столешницу, а посреди комнаты махала руками Эллисон и рассказывала о подарке Стайлза. – А потом? – спросила Кира, которую позабавил рассказ. – А потом он не выдержал и заржал, чем выдал себя моментально, – ответила Эллисон. – У тебя было такое вытянутое лицо, – начал оправдываться Стайлз, но его объяснения потонули в дружном смехе. – Помолвка отменяется? – спросила Лидия, когда все затихли. Все повернулись к имениннице и их лица озарили одинаковые озорные улыбки. – Что такое? – опасливо попятилась Лидия. Эти улыбки были хорошо ей знакомы. Они редко заканчивались чем-то положительным. Чаще всего выговорами и домашним арестом, реже – занесением в личное дело. – Что вы задумали? – повторила вопрос Лидия. – Мы пойдем в клуб, – за всех ответила Малия. – А, ну вроде ничего страшного, – выдохнула Лидия, она ожидала чего-нибудь экстремального, вроде спуска по реке на каноэ, как в прошлом году. Тогда Стайлз и Джексон немного повздорили, и в итоге прорвало дамбу, затопив ферму тренера Финстока. Хоть и влетело тогда Гринбергу, который мимо проходил, но шериф Стилински знал, кто в ответе за потоп. – Клуб в Риверсайде, – тихо отозвалась Эллисон. Лидия выпучила глаза. Риверсайд был в четырех часах езды от Бикон Хиллс. Отбрасывая нелепые вопросы по поводу того, как они будут добираться обратно, идея казалась неплохой. – А я не против. Нам нужно повеселиться и увидеть новые лица, – поддержала затею Лидия. Все согласно закивали, – а как добираться будем? – Моя тетя обещала подбросить нас, – ответила Эллисон. Радостный гул возвестил о том, что все поддерживают эту идею – Мы в одну машину не поместимся, – предупредила Лидия. – Мой отец тоже отвезет и заберет нас. Я уже договорилась, – добавила Малия. Гул сразу стих. Все уставились на Малию. Эллисон, которая и попросила Малию поговорить с отцом, теперь стыдливо смотрела в пол. – Может лучше опять каноэ? – слабо начал протестовать Скотт. Питер никому не нравился. – У вас есть идея лучше? – начала раздражаться Малия, – я, например, не хочу застрять в Риверсайде. А так он нас завезет и отвезет потом, позволяя нам, как выразилась Лидия, повеселиться. Скептические лица присутствующих явно не отреагировали на высказывание Малии. – Да ну не съест он вас. Он нормальный, – всплеснула руками девушка, когда увидела отсутствие энтузиазма. – Ты не объективна: он твой отец, – пробурчал Стайлз, которого не прельщала четырехчасовая поездка с Питером. – Вот именно, – добавил Айзек, который вообще ехать не хотел, но Эллисон заставила его пойти. – Прекратите, – пресекла остальные заявления Лидия, – по-моему, это хорошая идея. – Дорогая, ты просто не знаешь Питера. Он жуткий, – проинформировала Кира. – Допустим,– согласилась Лидия. Она лучше других знает насколько он жуткий. – В таком случае, кто из вас не будет пить и веселиться, а потом развозить нас всех по домам? – Питер так Питер, – высказался за всех Стайлз, обреченно втыкая нож в торт. Малия благодарно улыбнулась Лидии, та тоже ответила ей улыбкой. – Мы еще пожалеем, – прошептала Эллисон, когда Лидия подошла к ней. – Все не может быть настолько плохо, – пожала плечами девушка, беря в руки нужную ей книгу и прижимая ее к себе, пряча обложку. – Вот увидишь, – многозначительно изрекла Эллисон и отправилась к столу, где Стайлз раздавал торт. Лидия покачала головой и незаметно выскользнула из кухни. В коридоре Питера не оказалось. Мелькнула радостная мысль, что он вообще ушел. Но нет. Он, услышав ее приближение, вывернул из-за угла, лишь чудом избегая столкновения. – Вот, – Лидия протянула ему книгу, которую тот сразу же схватил, но Лидия не выпустила ее из рук. Питер вопросительно на нее посмотрел. – Ты везешь нас в Риверсайд? – О, тебя уже посвятили в планы? – улыбнулся Питер. – Если хоть что-нибудь пойдет не так, я – Мне так нравится, когда ты думаешь, что ты выдвигаешь условия, – перебил ее мужчина, – Имей ввиду, если что-то пойдет не так, то я вас там оставлю. – Даже собственную дочь? – притворно ужаснулась Лидия. Ее не напугала его реплика. Она как-то безошибочно определила, что он шутит. Видимо она научилась различать его интонации. Главное не переступить ту тонкую грань между насмешками и вспышкой гнева. – Я думаю, что Малия поймет и простит отца, который не пожелал терпеть пьяных подростков. – Нет, Малия не поймет, – раздался третий голос, и в коридор вышла дочь Питера, – Малия очень расстроится и когда она вернется, а она вернется, то отцу не поздоровиться. Питер поднял руки вверх, сдаваясь. Малия ухмыльнулась этому действию и перевела взгляд на Лидию – Там Стайлз оберегает твой кусок и просит, чтобы ты быстрее вернулась, а не то Айзек слопает все вишни в сиропе. – Размечтался! – фыркнула Лидия и направилась отвоевывать вишенки себе. Малия проводила ее взглядом и вернула свое внимание отцу. – Ты точно не против отвезти нас? Питер не смотрел на дочь. Его взгляд был направлен вглубь коридора, где скрылась Лидия. Он опять чувствовал что-то, что не принадлежало ему. Ведьма наврала. Связь не появилась бесследно. Она чувствует ее эмоции. Это раздражает. Он слышит ее радостный смех и знает, что она счастлива. Он чувствует. И ему это не нравится. Питер понятия не имел, как это работает, но опасался, как бы такая связь не была двухсторонней. Он-то справится с чужими эмоциями, но вот делиться своими не хотел. – Не против, – ответил Питер на вопрос дочери, – тем более без меня вам не досталась бы VIP-комната. Малия закатила глаза и поняла, что потом ей придется отрабатывать эту поездку.