Behind the scenes

Сангстера трепали по волосам, хлопали по спине, подстебывали, пихали в бока, обнимали, рассказывали свою версию происходящего, ожидая его реакции. Он послушно смеялся, шутил над неудавшимся поцелуем, на ходу придумывая новые шутки и оправдания тому, почему Дилан не закончил то, что начал. О’Брайен не мог найти себе места. Он сам напрашивался на эту тему, лишь бы не быть пойманным на стыде, страхе, или, что хуже - чувствах к Тому. Он тысячу раз припомнил чертов почти - поцелуй в разговорах, вовсю иронизировал над тем, что так и не сделал этого, разводил руками и загадочно улыбался, не отвечая на вопрос «почему?». Он говорил все, что угодно, трещал без умолку, пытаясь заглушить свой стыд, но мысль упрямо билась в висках. «Струсил. Блять, Дилан…» Томас, не в силах больше изображать бурное веселье, скомканно попрощался с кастом, смущенно помахал рукой счастливой до безумия троице – Кае, Уиллу и Ки Хонгу – и припустил к выходу из съемочного павильона, мечтая поскорее оказаться подальше отсюда. Парень старался вспомнить какое-нибудь укромное местечко неподалеку и свалить туда, упасть ничком и забыть наконец о неловкой ситуации, отвлечься музыкой, едой, прокрастинацией..да чем угодно. Черт, он был готов сделать это! Да, Томас знал, что не сможет это выкинуть из головы. Каждый раз, когда он вспоминал, как тянулся к нему, его накрывало волной такого жгучего стыда и боли, что парень зажмуривался, стараясь отгородиться от нее, до крови закусывая истерзанные губы. Слезы закипали в глазах, и он неловко смахнул выступившую каплю посеревшим от пыли рукавом безразмерной рубахи его персонажа. Он не захотел этого. Он отстранился. Как же обидно. «Нечего было надеяться, - с горечью одергивал себя парень. – он делал так и раньше». Дилан изо всех сил старался вести себя, как обычно, и хотел задержаться подольше, чтобы не вызывать подозрений. Остаться поговорить с Уэсом казалось хорошей идеей ровно до тех пор, пока он краем глаза не заметил Томаса, спешно покидающего площадку. Сославшись на усталость после насыщенного «бегущими» сценами дня, брюнет схватил свою толстовку, даже не сменив на нее глэйдерскую одежду, и стремительно бросился за Сангстером. - Мне кажется, Том расстроился, - шепнула Кая, наклонившись к Поултеру. Уилл коротко кивнул, думая, что блондин не был бы счастлив узнать, что его напускное безразличие разоблачили без особого труда. - Надеюсь, это не помешает съемкам, - пробормотал он. - Не помешает, - встрял азиат, - Дилан пошел за ним. Девушка приподняла уголки губ, скрещивая тонкие пальчики за спиной. Блондин по непонятным для О’Брайена причинам пошел не к трейлеру, а в путанные коридоры, служившие сетью сообщения между съемочными павильонами. Дилан ускорил шаг, стараясь не потерять из вида лохматую макушку Сангстера. Лампы в дальних коридорах уже выключили, и Дилану пришлось довольствоваться тусклым светом с площадки, откуда он последовал за ним. Томас шел быстро, уверенно, словно знал, куда хочет попасть, но брюнет точно помнил, что этот путь ведет только к декорационной – просторной комнате с выстроенными секциями-макетами, в которых до этого снималась сцена ночевки в лабиринте. Парень нахмурился, не понимая, зачем Том идет туда, но старался поспеть за сгорбленной худой спиной, мелькающей в поворотах коридоров. Сангстер направлялся в «лабиринт». Самое дальнее помещение, в котором его вряд ли будут искать, безумно нравилось Томасу – невысокие шаткие стены, увитые ложным плющом, и сложная система коридоров макета - идеальное место для одиночества. Парень тихо вздохнул, услышав за своей спиной чьи-то осторожные шаги, и мысленно выругался, сетуя, что каст подобрался настолько дружным и заботливым. Какой-то взволнованный коллега по фильму шел за Томасом несмотря на то, что актер ускорялся, надеясь, что преследователь отстанет. Уже почти у выхода к комнате он осознал, что таинственный благожелатель не собирается сдаваться без боя, и, набрав полные легкие воздуха, натянул дружелюбную улыбку и сжал руки в кулаки, собираясь попросить оставить его одного. Дойдя до «лабиринта», Сангстер резко остановился у одной из стен и повернулся, пытаясь разглядеть «глэйдера». Его взгляд уперся в стройный силуэт парня, освещаемый с одной стороны далеким светом из павильона. Томас застыл от неожиданности, увидев усыпанную родинками скулу, спутанные темные волосы и знакомый изгиб приоткрытых губ. Тело мгновенно покрылось мурашками, и он подобрался, пытаясь угомонить бешено колотящееся сердце. - Дилан? – полувопросительно проговорил блондин, с сомнением глядя на темную фигуру. О’Брайен замер, услышав мелодичный голос, но скованно кивнул. - Да, - ответил актер, чувствуя, как в кровь впрыскивается огромная доза адреналина. - Зачем ты шел за мной? – нервно улыбнулся Сангстер. - Я хотел извиниться, - пробормотал Дилан, - Херово вышло. Это было так глупо.. Томас подавился воздухом, словно его ударили под дых. Вот, значит, как? Глупо?.. Замечательно. - Д-да, ничего, зачем мы только согласились, м? Такая..идиотская идея, - затараторил он, запуская дрожащие пальцы в светлые волосы. Стыд снова накрыл с головой, и он зажмурился, со злостью смаргивая горячую слезу, готовую оставить на коже влажную дорожку. Томас весь сжался, и стоял, прикусив губы и опустив лохматую голову. Он знал, что ведет себя, как мальчишка, и был бесконечно зол на себя за совсем не мужскую реакцию, но ничего не мог с собой поделать – упрямая капля скатилась по щеке, блеснув в слабом свете. Дилан вконец растерялся, не зная, что делать. Он невольно подался вперед, желая успокоить его. Брюнет не мог простить себе, что так задел его, причинил боль, выставил идиотом перед всем кастом, фактически оттолкнул, не сделал то, что обещал. Парень судорожно выдохнул, собираясь с мыслями, и решительно сделал пару шагов вперед, приближаясь к Сангстеру. «Ты хотел, чтобы это было личным. Вашим. Без людей, камер. Вперед». - Глупо было отстраняться, - тихо ответил Дилан, - Я не смог сделать то, чего так давно хотел, при всех. Я струсил. Прости, Томми, но я хочу, чтобы это было только моим и твоим - личным. Томас вздрогнул и поднял голову, уставившись на брюнета огромными темными глазами. Он не мог поверить. Мокрая полоска оканчивалась крохотной бисеринкой влаги на подбородке, и брюнет осторожно коснулся щеки, стирая соленую каплю с кожи. Дилан выдохнул и несильно толкнул его к стене, вжимая хрупкое тело в макет. Блондин тяжело дышал, с непониманием и легким испугом глядя на О’Брайена, когда тот обхватил ладонью влажную от пота шею, приближая к себе чуть не дрожащего от страха парня. Томас внезапно запаниковал, но не успел сказать ни слова – мягкие губы накрыли его, впились в податливую плоть, сминая их, подстраивая под себя. Язык Дилана пробежался по крошечным трещинкам, словно зализывая раны, и настойчиво толкнулся в рот, заставляя опешившего Сангстера впустить его, ответить на требовательный поцелуй. Мысли разбегались, в панике бились о череп, но вскоре испарились, не выдержав напора, и оставили Тома наедине с желанием. У Дилана сорвало крышу. Такие желанные, губы блондина наконец принадлежали ему, а не какой-то там чертовой Белле, которую он всей душой ненавидел, и он притянул парня еще ближе, желая, чтобы между ними не осталось и сантиметра воздуха. Брюнет запустил руку в густые русые пряди, перебирая их, пропуская сквозь пальцы, и легонько нажал на затылок, не позволяя Томасу отстраниться. Горячее дыхание обжигало, тело горело от возбуждения - тысячи микро-разрядов плясали на коже, заставляя Дилана дрожать. Свободная рука по инерции обвила тонкую талию Сангстера, с силой толкая его бедра к О’Брайену, и Том прильнул к нему всем телом, плавясь от удовольствия. Низ живота прострелило – кровь болезненно запульсировала между ног, словно продвигалась под давлением, и мгновенно наполнила отвердевший член. Парень еле слышно застонал, когда губы брюнета переместились на его шею. Дилан хотел поцеловать все, до чего сможет дотянуться, и не мог совладать с собой: тело не слушалось голоса разума, и он просто шел на поводу у безумного влечения. Томас прикусил губы, стараясь сморгнуть пелену сумасшедшего желания, и каменный стояк только усугублял эту проблему. Глаза застилало, и он послал все свои убеждения к чертям, обхватил лицо Дилана ладонями, поднимая обратно, и со вздохом прижался к его губам. Руки темноволосого беспорядочно шарили по балахону, стараясь найти брешь. Негнущиеся пальцы задрали рубаху, и парень, промычав что-то Томасу в рот, пробежался подушечками по голому плоскому животу, провел по талии, оглаживая мягкую кожу, и Сангстер чуть не завыл от удовольствия. Он дернулся навстречу рукам, вскидывая бедра, и Дилан переместил одну из них к паху блондина, решительно обхватив напряженную мышцу. Томас застонал в голос, эхом разнесшийся по коридорам макета-лабиринта. Он наклонился к О’Брайену, шепча на ухо неразборчивый поток междометий и еле слышных слов. Брюнет сжал орган у основания, и начал двигать сильной рукой, заставляя Сангстера чуть не всхлипывать от наслаждения. - Дилан, Дилан.. – бормотал парень, выдыхая имя с каждым толчком. Светлые волосы спутались, прилипли ко лбу, и блондин закрыл глаза, чувствуя, что уже близок. - Нет, - выпалил он, оттесняя брюнета непослушной рукой. - Что не так? – тихо отозвался тот, упираясь лбом в солнечное сплетение блондина. Он тяжело дышал и крупно дрожал от возбуждения. Его собственный член ныл от недостатка внимания, и желание коснуться себя стало почти невыносимым – он не мог ждать. - Я хочу сделать это с тобой, - выдохнул Сангстер, уставившись в темную растрепанную макушку. - Ты хочешь..что? – непонимающе спросил Дилан, поднимая голову. - Тебя, - с отчаянием прошептал Томас, прикусывая губу, - но у меня никогда этого не было.. С парнем, - черные зрачки блестели от страха и смущения, и блондин успел тысячу раз проклясть себя до того, как осоловевший от адреналина Дилан осознал, о чем он говорит. - Томми, - проговорил О’Брайен, с неверием глядя на Сангстера, – Это может быть неприятно. Светловолосый посмотрел в блестящие медовые глаза, прижимая лицо Дилана к своему лбу. - Мне плевать, - шепнул Томас. Дилан стянул надоевшую глэйдерскую кофту, и потянулся к блондину, желая избавиться от безразмерного балахона как можно скорее. Хрупкое тело дернулось от прикосновения холодных пальцев, и актер сделал неловкий шаг назад, словно стараясь скрыться от пристального взгляда парня. - Мммм, - промычал Дилан, проводя рукой по напряженному прессу, - я мечтал об этом с третьего дня съемок, - шепнул брюнет, прижимаясь губами к бархатистой коже на плече. Томас, не сводя внимательных глаз с О’Брайена, нерешительно опустился на колени. С горем пополам расстегнув непослушную молнию и несмело стянув штаны с бельем, парень судорожно вздохнул, увидев длинный, опутанный сеткой голубоватых вен член, буквально прилипший к животу брюнета. Сангстер ужаснулся – как ЭТО можно запихнуть в себя? Парень выдохнул и с опаской взял в руку твердый орган, все еще не до конца осознавая происходящее. Он был обжигающе-горячим, пульсировал в ладони, и как будто бы так и просился в руку, напрягаясь все сильнее. Дилан поперхнулся воздухом, как только тонкие пальцы Тома коснулись воспаленной кожи, и оперся на искусственную стену. Томас подсел ближе и неловко раскрыл губы. Он наклонился, осторожно провел языком по обнажившейся красной головке, заставляя О’Брайена застонать. Дилан запрокинул голову и дернулся от слишком сильных ощущений, когда блондин наполовину вобрал член в горячий, влажный рот, обхватил ствол мягкими губами, неуверенно лаская член тонким язычком. Сангстер начал помогать себе рукой, все глубже насаживаясь на него, и брюнет слегка надавил на его затылок свободной ладонью. Осознав, что Томас, черт его дери, слишком хорош (где только практиковался?) и он так долго не протянет, Дилан усилием воли заставил себя отвести бедра от манящего рта актера, и бухнулся на колени, оказавшись с ним на одном уровне. Большие оленьи глаза с беспокойством разглядывали лицо актера. - Я сделал тебе больно? – тихо спросил он, утирая блестящие от естественной смазки и слюны губы. - Нет, - ответил парень, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Ты делаешь все слишком хорошо. Я хочу тебя. Томас поджал губы и кивнул. Он медленно сел на холодный бетонный пол, ожидая действий Дилана. Парень стянул свои болтающиеся на ногах спущенные штаны, скинул ботинки, и начал расстегивать пуговицы на коричневых глэйдерских штанах Сангстера. Блондин отбросил ненужную одежду в угол одного из поворотов «лабиринта», кинул потрепанные кеды к обуви Дилана и впился в его губы, снова и снова теряя голову от осознания, что все, о чем он не смел даже думать, воплощается в реальность. О’Брайен отстранился, вкладывая палец в приоткрытый рот Томаса, и завороженно наблюдал, как тот усердно облизывает его. Дилан неловко развел худые ноги блондина, бросив озабоченный взгляд на испуганного Сангстера, словно спрашивая разрешения. Парень нервно улыбнулся, облизнул пересохшие губы, кивая, и послушно придвинулся к актеру. О’Брайен поднес скользкий палец к тугому кольцу мышц, и медленно ввел его, пристально наблюдая за реакцией несчастного парня. Томас тяжело дышал и ерзал, но вел себя вполне спокойно, что Дилан счел сигналом к продолжению. Он намочил еще два пальца, и осторожно вставил второй, постепенно пропихивая его, шевеля внутри, растягивая узкий канал, и Сангстер тихонько заскулил. Брюнет остановился, но парень потряс головой, жалобно посмотрев ему в глаза. - Нет, нет, все нормально, - быстро-быстро проговорил он, неумело насаживаясь на напряженные пальцы. – Мне.. нравится.. Дилан еле заметно усмехнулся, с силой дернул их вперед, заставляя блондина вскрикнуть. Не дождавшись одобрительного кивка, он все равно ввел третий, не в силах больше ждать – поджарая задница Томаса обхватывала его так горячо, тесно, что О’Брайен терял остатки разума, мечтая скорее вставить в него ноющий от желания ствол. Посчитав, что уже достаточно растянул его, он вытащил пальцы и приставил к припухшей дырочке горячий член, по которому текла капелька смазки. Он размазал ее по всей коже, и осторожно надавил на плотное кольцо, наклоняясь к Томасу. - Ты точно хочешь этого? – задыхаясь, шепнул он. - Дааа, - застонал блондин, вскидывая бедра навстречу пульсирующему стояку. Неприятное ощущение пустоты внутри причиняло огромный дискомфорт, и Томас хотел только одного: почувствовать член Дилана в себе, и абсолютно неважно, насколько больно это будет. Дилан судорожно выдохнул и осторожно толкнулся вперед, чувствуя, как сомкнутые мышцы раскрываются, впуская его, кольцо сжалось вокруг чувствительной головки, сводя О’Брайена с ума. Томас застонал, пытаясь смириться со странным ощущением, когда Дилан медленно вошел в него на всю длину. Он замер, чтобы дать ему привыкнуть, но долго не выдержал – брюнет начал осторожно двигаться внутри Сангстера. Блондин уже вообще не соображал, и выгибался под ним, давясь стонами, когда парень начал с силой вколачивать хрупкого парня в холодный пол. Дилан сходил с ума от бешеных ощущений, с каждым толчком все больше теряя голову. Томас ерзал, хрипел, насаживался на его член, двигая узкими бедрами, пытаясь найти правильный угол, и чуть не кричал, когда О’Брайен задевал простату. Дилан схватил дергающийся от наслаждения ствол светловолосого, и начал быстро двигать рукой, стремясь доставить ему еще больше удовольствия. И Томас спустил первым, громко вскрикнув, и излился в кулак Дилана. Русые волосы разметались, влажные губы открыты, непослушные руки раскинуты в разные стороны – вид Сангстера окончательно довел O’Брайена, и он кончил в него, падая на худое тело. Подождав еще минуту, Дилан осторожно слез с Тома, бухнувшись рядом с блондином. *** - Я одна это слышала? - с неверием пробормотала Кая, прислушиваясь к тихим стонам, доносящимся из коридоров. - Не-а, - севшим голосом ответил Хонг, вскакивая на ноги, - я тоже это слышу. - Томас ушел туда?.. - уточнил Уилл. - И Дилан, - кивнула девушка, округляя глаза. Троица переглянулась. Азиат захохотал, чуть не падая на пол, и в истерике сшиб рукой какую-то декорацию, но это было последним, что его волновало. Кая засмеялась, отбивая "пять" Уиллу, который с счастливой улыбкой вслушивался в все более отчетливые вскрики и скулеж. - План перевыполнен, - выдавил Хонг между приступами смеха. Актеры довольно ухмылялись, полностью отдавая себе отчет в том, чего добились невинным розыгрышем.