Behind the scenes

Довольный Поултер вовсю поигрывал сатанинскими бровями, когда из мешанины фантов «глейдеров» выпали два – брелочек Дилана с изображением Стайлза – Ногицунэ (очевидно, фанатский подарок) и Томасов розовый бантик, который завязала Кая из своей резинки для волос за неимением более подходящей безделушки у Сангстера. Хонг потирал ладони, ехидно ухмыляясь. Выпавшие фанты означали, что теперь парни не смогут отвертеться от игры – им, по условиям, придется взаимодействовать в «условиях тесного физического контакта». Дилан, еще недавно беззаботно смеявшийся над 12-ти летним Блэйком, вынужденным разыгрывать признание в любви вместе с Флоренсом, незаметно для себя подтянул колени к груди и напрягся. Сердце тяжело ухнуло, провалилось в живот, отбивая рваный ритм где-то в почках. За этот вечер актер уже позаигрывал с Ки Хонгом и суровым Али Аменом, который первым сдался, не выдержав приставаний. Стоило О’Брайену начать шептать Али на ухо всякую романтическую чушь, как темнокожий вскочил с шаткого стула, прошипев еле понятное «иди с Сангстером своим шепчись». Блондин, что удивительно, отреагировал вполне спокойно – звонко, хоть и смущенно, смеялся, запрокинув лохматую голову, поджимал губы и неотрывно следил глазами за реакцией Дилана, что не осталось для брюнета незамеченным. Он кожей чувствовал заинтересованный взгляд Сангстера, с удовольствием бросая ответный, и только после этого Том широко улыбался и позволял себе открыто хохотать над беззлобными шутками актеров. Несмотря на то, что О’Брайен уже поучаствовал в игре с другими парнями, взаимодействия с блондином он ждал с каким-то болезненным нетерпением, одновременно и страшась, и безумно желая этого. - Ну что, вы готовы, шенки? – Хонг оскалился, скрещивая руки на груди, - Расслабьтесь, я не заставлю вас трахаться на публике. - И на том спасибо, - усмехнулся Дилан, маскируя мандраж за безразличием. Томас поежился, даже не предпринимая попыток скрыть напряжение, и начал нервно теребить свободную майку с американским флагом, болтающуюся на худеньком теле. - Итак. Все мы знаем о таком явлении, как шипперинг актеров между собой? И не только парня с девушкой? – вступил в диалог Уилл. Послышались сдержанные смешки, каст утвердительно закивал, и Поултер с Хонгом, переглянувшись, почти синхронно ухмыльнулись. Кая, сидевшая позади игроков, сверкала синими глазами, в предвкушении облизывая улыбающиеся губы. - Лично принимал участие, - шутливо поднял руку Дилан, зная, что все в курсе о ситуации с Хеклином. - Да, - Хонг выразительно посмотрел на брюнета, - и, так же, все мы осведомлены, что с началом съемок родился еще один милейший пейринг, друзья мои. Наша британская лапочка, мистер Томас Броди-Сангстер, и великолепный Дилан О’Брайен, создали своим двусмысленным поведением Дилмас, и мы намерены дать фанатам пищу для размышлений. - В общем, я и азиатская задница решили, что эти двое просто обязаны поцеловаться. Сколько можно таить от всех свой роман, ребята? И не в закрытых условиях, а перед камерами, чтобы это попало хотя бы в блуперсы, - подтвердил Уилл. - Все вы видели завтрашний план съемок – Том и Дилан заняты в сцене разговора Ньюта и Томаса. Вы должны запороть дубль и поцеловаться. Весь каст буквально услышал, как челюсть Сангстера с грохотом встретилась с полом трейлера. Блондин приоткрыл сухие губы, все еще не веря, что Хонг может быть такой задницей. Дилан, похоже, нравился ему, и он перестал себя обманывать и доказывать обратное, но.. поцеловать перед камерами?.. О’Брайен пребывал в не меньшем шоке, но более умело это скрывал. Актер округлил глаза и с напускным удивлением развел руками. Он сотню раз представлял, как целует Томаса, но не знал, как сделает это при всех. Брюнет прикусил губу и обнял себя руками, пытаясь остановить перекати – поле, нарезающее круги по пустой голове. Как ни странно, Сангстер, несмотря на большее замешательство, взял себя в руки быстрее Дилана. «Будь мужиком, - твердил он себе, - признайся, ты сам этого хотел. Забей на Уэса, забей на съемочную группу и придурков, которые придумали этот идиотизм, и просто сыграй это. Да, будет стремно. Но этот поцелуй ты потом не забудешь. Это шанс». Адреналин будоражил кровь, но Томас, запустив ладонь в спутанные волосы, намеренно равнодушно пожал плечами и кивнул. - С вами, ребята, спорить бесполезно, так что я согласен. Мы же актеры. Да, Дилан? – неуверенно спросил парень, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал. Он боялся, что брюнет откажется, и весь каст будет стебать его до конца дней, что О'Брайен его отверг. - Конечно, - заторможенно кивнул Дилан, - без проблем. Что нам стоит запороть один дубль? Каст разразился одобрительными возгласами, довольные Хонг и Поултер, ухмыляясь, дали друг другу звонкую «пять». Уилл хлопнул Дилана по спине, и тот наконец сбросил оцепенение, вскочил на ноги, и заорал громче всех, стараясь скрыть нарастающее смущение и..возбуждение. Томас неловко встал, присоединяясь к ликующим актерам, и засмеялся вместе со всеми, когда Дилан повернулся к нему, подмигнул и заключил в шутливые страстные объятия. - Кто знает, во что перерастет этот невинный розыгрыш, - шепнул Ки Хонг Кае на ухо. - Я знаю, - ответила девушка, чмокнув азиата в ямочку на щеке. *** Томас проворочался всю ночь, не в силах успокоиться и сомкнуть глаз. Он проиграл в голове предстоящую сцену раз сто, с кучей различных вариантов исхода. Самым лучшим, к его стыду, был тот, в котором Дилан впивается в его губы, валит на прохладную траву, срывает глэйдерский балахон к чертовой матери и покрывает поцелуями худой торс блондина. Камеры и люди вокруг, правда, магическим образом исчезали, но это было малозначительной деталью, которую парень старался не замечать. Как Сангстер ни гнал эту мысль, она настойчиво возвращалась, ехидно маяча на задворках сознания, и, в конце концов, он сдался, признавшись себе, что безумно хочет поцеловать обаятельного чертенка. Парень успокаивал себя тем, что это в рамках игры, и в жизни он никогда бы об этом не подумал, ни в коем случае. К четырем утра он уже выл от огромного количества мыслей разной степени пошлости, и, обхватив воспаленную голову руками, заставил себя отрешиться и наконец уснул. Дилан не понимал, почему так боится. Он никогда не стеснялся открыто лезть к парням, хоть и в качестве шутки, и как-то раз целовался с одним из коллег по Волчонку, а на следующий день преспокойно забыл об этом инциденте. Так почему сейчас под ложечкой так неприятно посасывает, внизу живота печет от одной мысли, что он сможет поцеловать Томаса, и даже можно будет свалить это на игру? Почему он переживает, что поцелуй не понравится Томасу? Почему боится присутствия на площадке людей? Раньше он часто приставал к коллегам как раз-таки только перед камерами, но тут - явно не тот случай. Он не хочет, чтобы это видели. Не хочет выставлять это напоказ, шутить над этим. Он хочет, чтобы это было только для них двоих, и только так. Брюнет не мог перестать думать о тонких изогнутых губах коллеги по фильму, о темных глазах и спутанных русых волосах, в которые так хочется зарыться руками. Дилан судорожно выдохнул, выпил успокоительное, что было очень несвойственно для пофигистичного и легкого на подъем актера, и завалился спать. Несмотря на то, что оба парня жутко не выспались, они прибежали на площадку вовремя. Бодро отыгрывали дневные сцены, хотя и переодически тупили, погружаясь в свои мысли. Томас старательно избегал Дилана, всячески сторонился его, боясь собственных мыслей и чувств по отношению к брюнету. Он морально готовил себя к неизбежным съемкам вечернего разговора Томаса и Ньюта, и все больше переживал, но внешне, как и О’Брайен, держался спокойно. Каст посмеивался, глядя на них двоих, и с нетерпением ожидал сумерек. - Парни! Том, Дилан! Подойдите ко мне, - крикнул Уэс, помахав актерам, которые стояли в общей куче после совместной сцены. Они переглянулись. Дилан ухмыльнулся, в очередной раз напуская на себя максимально расслабленный вид, и Томас последовал его примеру – широко улыбнулся, тряхнул русой головой и направился к режиссеру. - Вечереет, - заметил тот, когда оба актера подошли достаточно близко, - можно снимать тот диалог. Выучили слова? Дил, ты сегодня весь день их путаешь. - О, Уэс, этот разговор я выучил идеально, - пробормотал Томас, вспоминая бессонную ночь с листками сценария в руках. - Обещаю постараться не косячить, - отозвался брюнет, чувствуя, как холодеют руки. Молодой режиссер кивнул, поправил кепку и махнул рукой на толстую ветку, приготовленную специально для этой сцены. Дорогу до коряги парни преодолевали в молчании. Они слышали возгласы товарищей по фильму, и оба пытались не обращать на них внимания, концентрируясь на общей мысли: «Это игра. То, что будет, мы сваливаем на нее» Дилан бухнулся на землю, облокотился на ветку и застыл, боясь пошевелиться. - Ты готов? – наигранно весело спросил Томас, приземляясь рядом, с заготовленной банкой в руках. - Да, - неуверенно улыбнулся Дилан, поворачиваясь к блондину - а ты? - Да, - твердо проговорил Сангстер. – Не боишься? - Немного, - буркнул брюнет, удивляясь своей откровенности. От такой близости к Томасу в штанах стало тесно, и он заерзал, стараясь не думать о предстоящем поцелуе. Вокруг них собирались актеры, и пропалить свой стояк Дилану не улыбалось. Худощавый парень прикрыл глаза и глубоко вдохнул, настраиваясь. - Слушай, давай начнем отыгрывать, и кто-нибудь из нас намеренно ошибется? А потом сделаем это, - выпалил Дилан, начиная паниковать. - Хорошо. Я неправильно скажу свою реплику, - не открывая глаз, тихо сказал Том. - Так! Готовы? – крикнул Уэс, подъезжая к ребятам вместе с камерой. - Да, - синхронно кивнули актеры, переглянувшись. - Черт, Сангстер, ты от Дилана заразился? – простонал режиссер, когда блондин вместо «легче сказать, чем сделать» ответил «легче сделать, чем сказать» - Прости, не знаю, что на меня нашло – виновато опустил голову Томас, оглядываясь на Дилана. Тот отрешенно смотрел на макет дверей лабиринта. Сангстер буквально заедал нервы шашлыком, так кстати предложенным в качестве реквизита. Он бросил взгляд на липовые ворота. Не выдержав и полминуты, он обернулся на Дилана, обнаружив, что тот тоже смотрит на него. О’Брайен коротко ухмыльнулся и решил действовать, увидев легкую лукавую улыбку Сангстера и прищуренные шарики угольных глаз. Он потянулся к Тому, стараясь выглядеть уверенно, но в голове творилось черт знает что – он смотрел на манящие розовые губы, мыслей не было,осталось только желание, и жуткий страх. Актер безумно хотел коснуться их своими, прижаться к ним, почувствовать теплую податливую мягкость и отпустить себя, дать волю давнему желанию, забить на камеры и просто целовать блондина, не отпуская больше ни на минуту. Томас подался навстречу Дилану, наклоняясь к брюнету всем корпусом, и раскрыл губы, наплевав на все свои предрассудки и принципы. Он слишком этого хотел, чтобы отвлекаться на толпу вокруг них, и прикрыл глаза, медленно приближаясь к Дилану. Парень, играющий Зарта, захохотал, не выдержав физически ощутимого напряжения в воздухе, и Дилана как ошпарило. Он запаниковал, испугался, вспомнив о куче людей вокруг них, и резко отшатнулся, засмеявшись в ответ. Ему потребовалось все его хваленое актерское мастерство, чтобы скрыть страх, и он просто хохотал, прикрыв рот рукой, притворяясь, что так и собирался сделать. Он испугался. Твою мать. Томас запоздало отстранился и рассмеялся вслед за брюнетом. Он покачал головой, как бы стараясь сбросить с себя неловкую ситуацию, и зажмурил глаза от стыда и разочарования. Как он мог подумать, что это действительно случится?! Дилан шутит, и не более того. Блондин смеялся, но внутри все перевернулось. Почему же он был так глуп?.. Послышались хлопки в ладоши, нарастающий гул голосов выражал одобрение, Хонг и Поултер, которые стояли ближе всего, кинулись обниматься, радуясь недо - поцелую. Все произошло в пару секунд, но только не для Томаса и Дилана. Последний, стремясь как можно быстрее прикинуться спокойным и веселым, обернулся к посмеивающемуся Томасу. - Мы даже не можем приблизиться! – хохотнул он. Блондин не смог ответить. Он наигранно качнул растрепанными волосами, изображая искреннее веселье, но ему было не до того.