А вдруг завтра...

Ирочка сразу сказала, что будет жить в одной комнате с Мэнсоном, которого она сразу в эту комнату впихнула и закрылась на замок. Да, там был замок, этим комната и была блатная, хоть и очень тесная. Первым делом они стали разбирать вещи. Ирочка слышала, как Наташка и Брат убежали с криками на море, и ей тоже хотелось. ММ выплыл первым, с огромным зонтом от солнца, черным. Потом выплыла Ирочка, и они не спеша потопали по солнцепеку. Ирка притихла. Она вертела в руках синие очки-пилоты и вспоминала Йенца, некогда ходившего в этих очках. Его голос, смех, что бы он сейчас сказал, его запах, взгляд, его веселый нос... Тут же зазвонил телефон, и она быстро улетучилась поговорить, это как раз звонил Йенц. ММ вышел на пляж весь в черном, с белым лицом, замазанным гримом, и черными губами. И был похож на ненормального вампира. К нему под зонт нырнул Твигги, который наоборот перестарался с автозагаром и был похож, по словам ММ, «на какашечку». Наташка была очень продуманной и просто скинула все шмотки, под которыми оказался шикарный купальник небесно-лазурного цвета. Филипп накинул на нее полотенчико, но она его скинула, хлопнула Фила по попе им же и, хихикая, ущипнула Брата за зад. - Догоняй! - с визгом убежала Наташка и уже брызгалась в воде, остальные по сравнению с ней, даже Чудик, так просто вибрировали, хотя шуму от них было много, конечно. Филипп подплыл к Наташке и, подняв ее за талию, подбросил вверх. - Давайте играть в Наташка-болл?! - заорал сдуру Чудик и тоже схватил Наташку за талию, но она его лягнула, и он хлебнул воды. - А давайте в чудик-болл лучше? И Фил выловил Продига, хоть тот был скользкий, и кинул его с ревом в сторону. Брат поймал Наташкину руку, повел ее в сторону на камни. - Нет, я хочу плавать! - Ага! - откуда ни возьмись, вылезла Ирочка, карабкаясь по камням и тыча обличительно в них пальцем. - Я вас настигла! Систр, ты просто божественна! - А то! - Наташка просияла улыбкой. - Правда, тебе очень идет этот цвет, серьезно. И волосы правильно не красила, точно выгорят! Сзади подошел Филипп и повис на Наташке. Брат с невинным видом поспешил обратно в ту сторону, где все залезли и был песочек. - А чего, Мэнсон не будет купаться? - поинтересовалась Наташка. - Надеюсь, что нет, - хмуро ответила Ирочка, поправив очки. - А я буду! Где тут у вас песочек? ММ под зонтом с Твиксом сидели и попивали холодненькое пивко, и рядом стояла небольшая термо-сумка. И они тщательно хотели это скрыть от всех, иногда даже прикидываясь целующимися, лишь бы спасти от всех холодное пиво и выжрать вдвоем все. Ирочка плыла рядом с Наташкой. - Знаешь, а все же есть у Сида нормальная песня, - задумчиво сказала она. - Про то, что он - говно. Как она называется? - Аха-ха-ха-ха-ха! Так и называется! Аха-ха-ха-ха! Тролль меня, тролль! На пустом пляже "грибок" из ММ и Крыса стал кривиться и заваливаться в сторону, когда на песочек вышла бабушка в платочке. - Наташк, чего это она? - А, не знаю... Бабушка подошла к «грибочку», перекрестилась и отошла. Филипп вышел и поговорил с ней о чем-то. Потом помахал всем рукой и закричал, чтоб выходили. Это было очень сложно - на улице было пекло, а вода - райской температуры, но все же все вышли. Сид даже успел вытереть Наташку маленьким полотенчиком. Оказалось, всех позвали обедать. Это было очень неожиданно и очень кстати. На столе помимо салатов стояло блюдо с окрошкой и шашлык. Психи с улюлюканьем накинулись на еду. Кто-то попробовал, что в загадочном кувшине. Передали Наташке. - Да это же медовуха! Ничего себе, откуда она тут? Плотно пообедав и поужинав сразу, сытые психи решили зайти в магазин, затариться пивом и устроить пикник на пляже. Ну, а выглядело это просто «давайте ужремся вусмерть возле моря». Набрав рюкзаки с пивом, по дороге к морю, которая составляла пять минут, вспомнили про Воробья которого потеряли. Позвали с собой собак. Но все-таки, спустившись к морю, расстелив плед, дружно уселись. Собаки весело носились возле воды, Бен сразу поплыл, а Берта аккуратно ходила по кромке воды и нюхала воду. - Мне с тобой поговорить надо, – сказала Ирочка, отводя Наташку в сторону. - Че случилось? Ща, погоди я пиво возьму. - И мне захвати! – ответила Ирочка. Сестренки, взяв по пиву, двинулись вдоль линии прибоя. За ними весело бежали собаки. Ласковые волны лизали ступни, солнышко уже закатывалось на ночную спячку и на прощанье гладило всех жителей солнечного берега своими теплыми лучами. Сестренки шли молча. - Да я так просто, вдвоем пройтись, а то мужики надоели уже, - сказала Ирочка, Наташка кивнула головой, смотря на горизонт. - Так красиво… - сказала она мечтательно. – Я бы тут жить осталась! Они зашли за валуны, куда Братишка чуть не утащил Наташку. Ирка с любопытством заглянула за огромный камень, обойти его можно было только по морю. - Вы там надолго? - прокричал издалека Фил, махнув рукой. - Дас ист дас ланд! - крикнула Наташка в ответ. - И что это ты ему сказала? - спросила удивленно Ирочка. Наташка пожала плечами и засмеялась. В компании ребят тоже раздался смех. И они замахали руками. - Смотри, что тут такое странное, - Ирка уже оказалась за валуном, зовя Наташку, та перегнулась через камень. - Глина какая-то, - сказала Наташка, увидев, как Ирочка ковыряется в огромном булыжнике. Наташка быстро перелезла через валун и начала исследовать местность. - Слушай, так тут залежи голубой глины, она же типа очень полезна! - сказала Наташка, уже намазывая себе ногу глиной. Ирочка, посмеявшись над Наташкой вволю, тоже последовала ее примеру. - Давай спину натру, – сказала Наташка, уже шлепнув на спину Ирочке порядочный комок грязи. Наташка энергично намазала всю спину. В итоге они буквально за несколько минут обратились в черных туземцев. - Че, пошли к нашим? - Ага, поржем! - сказала Наташка. – Или поржут.Так со смехом они гордо выдвинулись к ребятам. Конечно, как только они показались, в кучке ребят стал заметен переполох. - Бои в грязи и в бикини! – заорал Продик и сразу же схватил справа леща от Фила, а слева от протрезвевшего ММ. Сид просто его толкнул в спину. В итоге кончилось тем, что все мужики побежали туда мазаться с воплями: «Лечиться так лечиться!». Сид, оторвав приличный кусок глины и решив, что просто мазаться это скучно, решил поиграть в «снежки» и запулил в первого попавшегося. Им оказался, как ни странно, Братишка. Тот взвизгнул как девчонка от неожиданности. Решил отомстить обидчику и тоже запулил Сиду в голову комком грязи. Ирка в последнюю секунду оттащила Наташку от Фила, и прям перед ее носом просвистел комок. И шлепнулся Филу в спину. Девчонки спаслись бегством в море. За всем за этим чинно и благородно наблюдали Мэнсон и окосевший Твигги. - А их что, никто мазать не будет? - закричала Наташка, тыча пальцем в парочку и находясь на приличном расстоянии от ребят. Мэнсон понял, что расправа близко, и хотел было свалить, но его настиг комок Фила и причпокнулся прям в грудь Великого и Ужасного. Тут же накатил шквал грязевых комков. В итоге, Мэнсон начал кричать, Твигги - жалобно поскуливать. Сид, весь в грязи, раздухарившись, набросился на бедного Мэнсона. Свалив его с ног, начал об него тереться. На него сверху прыгнул Фил, на него Чудик, подмяли под себя и Твигги, Братишка с криком «эге-гей твою мать!» набросился сверху всей кучи. Вокруг носились собаки и тявкали. Даже они были в лечебной глине. Все в грязи, потные и дышащие перегаром, мужики возились в песке, стараясь как можно больше измазать друг друга. Ирочка с Наташкой, стоя по пояс в воде, хохотали до слез. Мэнсон орал откуда-то снизу, что они все ему будут должны что-то. Первый вылез Фил и, схватив за ногу Мэнсона, поволок его к морю, а тот орал матом и хватался за песок. Сид волок Твигги, Продик помогал Филу, а Братишка Сиду. Парочку затащили в море. От их компашки в море образовалось черное пятно, которое росло. - Смотри, сейчас рыба кверху брюхом всплывет! – сквозь смех сказала Наташка. Ирочка в ответ только всхлипнула и вытерла слезы от смеха. Наконец появился умытый и милый Мэнсон. - Я не узнаю вас без грима! - стонала Наташка, все громко хохотали. В итоге друзья, наглотавшись воды и грязи, вылезли без сил на берег. Был закат. Собаки валялись рядом, а психи, укутавшись в полотенца, спокойно пили пиво. Всем даже разговаривать было лень.