А вдруг завтра...

- А поехали в Анапу? Тут рядом! - предложила Наташка. - Че там делать? - раздались недовольные возгласы. - Там клубы и всякая фигня, можно тусануться, – ответила Наташка. - Там Родина Черепаха, – сказал Сид, явно недовольный этим фактом. Ирочка, которая неизвестно почему всегда оживлялась при упоминании о Черепахе, тут же сказала: - Поехали к Черепаху, - и встав, призывно потянула Мэнсона за руку. Тот вяло улыбнулся, но жалостливый разноцветный взгляд Ирку не остановил. Таким же манером Мэнсон поднял Твигги, и они пошли одеваться. - Ура! Фипсик, пойдем! Пирожок. - И Наташка, ущипнув Фила за ляжку, побежала тоже одеваться. Сид нахмурился, но его хмурый вид и нежелание ехать в Анапу еще больше заставляли Ирочку хотеть туда ехать. Брат и Чудик пожали плечами и просто пошли со всеми. Когда все оделись и вышли, именно Брат и Чудик были самыми яркими, ярче Мэнсона с Твигги вместе взятых и даже ярче Наташки, на что она обиделась. Тут же Брат отдал ей свои фиолетово-лимонные кибер-панк-очки, а Чудик сказал, даже пропел о том, что сейчас все будет заебца. Наташку усадили и оперативно поставили ей ирокез. Не очень обычный, но кончики волос помазали фосфорной лимонно-фиолетовой краской. В сочетании с ее одеждой она теперь была звездой. Мэнсон даже закомплексовал. И одел кепку и огромные очки. Крыс немного протрезвел и даже уловил, как Ирочка, незаметно стоя рядом, запустила ему под рубашку руку и гладила по спине. Он в полном шоке обернулся на нее, но получил только пинок. Ирочка со смехом отошла в сторонку. - Кто такой Черепах и почему Сид так не хочет ехать? - спросил ММ у Ирочки, когда она присмолила папироску на террасе, ожидая всех. - А фиг знает, что у них случилось. Черепах это Азъ. Ой, Брейн, у меня в плеере есть. Сейчас. - И она стала тыкать и переключать папки в плеере. Пока она нашла нужную папку, все вышли и пошли... Правильно, на остановку. ММ был как маньяк в одежде подростка. На нем были черные джинсы, простая с виду футболка с принтом и на всякий случай на поясе повязанная рукавами теплая кофта а на спине рюкзак, на голове солнечные очки, несмотря на поздний вечер, и белые проводочки плеера с салатовыми наушниками-затычками. При всем этом только ботинки на платформе и татухи его выдавали, а так местная шпана запросто могла бы навалять этому "старшекласснику-ботану". Ирочка была рада, и шла за руку с Наташкой. Которую с другой стороны то и дело утягивал к себе Филипп. Он вообще, когда увидел Наташку в этом виде, как-то откровенно офигел и стал постоянно ее к себе прижимать, целовать и всячески гладить. Уж что он ей то и дело говорил на ухо, это слышала только Наташка, которая при этом говорила "гы-ы-ы-ы!" и либо шлепала его по заду, либо сияла улыбкой, либо и то и другое. Вот такая толпа пришла на остановку. Посреди поля. Машин не было, автобусов тем более. Сид бесился. - Да бля! Я вам сказал! Никуда мы бля не уедем щас! Натусь, ну давай, может, тут побудем, а? Ну хотя бы сегодня! Ирочка, не отпуская руки ММ, резко на него рыкнула: - Сид, прекрати! Даже я не ною! Вали в хату и сиди там! Мы тебе пива оставим! Сид послал всех на три буквы, отвернулся и, уйдя на другой край остановки, нервно закурил. Как ни странно, пришел автобус. В нем, кроме водителя, было только три человека, и, что ещё более интересно, автобус шел практически в Анапу. Все согласились, что это знак свыше, и, погрузившись, поехали. Надо отметить, что, к всеобщему удивлению, одним из трех пассажиров оказался Воробей. Он крепко спал на плече богатой телом девицы, которая что-то просматривала в телефоне. Будить его никто не стал. Доехали до города довольно быстро. Народу там было много, люди гуляли по улице, сидели в летних кафешках, отовсюду пахло шашлыком, слышалась однообразная музыка. Наташка, сориентировавшись, повела всех в какой-то пивняк. Пивняком оказался приличный клуб даже с охраной на дверях а-ля фейс-контроль. Клуб был трехэтажным. На входе девочка спросила на сколько человек нужен столик, и прояснив ситуацию, побежала к какому-то менеджеру. Менеджер, такая же на вид девочка, попросила пойти с ней и завела всех на нижний этаж. Слышались мелодии из детства сестренок. Было громко, мало народу, но... Первым сделал кислую мину ММ, потом и все за ним. Сестренкам ничего не оставалось, как смириться, пошли на самый верхний этаж. Ирочку радовало только то, как Сид матерится. Она даже улыбалась. На верхнем этаже зал был куда меньше, но народу тоже было не до отказа. Менеджер быстро все уладила, и половина зала была забита за психами. Пока все расселись и обсудили картинки и смешные плакаты на стенах, пока изучали меню с тысячей вариантов шаурмы и таким же количеством разных вин, сестренки пошли в тубзик, а когда вернулись, стол уже был накрыт. - Ничего себе сервис! - удивилась Ирочка. - Конечно, всем же нужны мои денежки! - плаксиво пожаловался Мэнсон. Уж неизвестно почему, то ли на спор, то ли что-то еще, платить в эту ночь должен был он. Может, потому, что только он взял с собой не паспорт, а банковскую карту. Все налили себе, кто пива, кто вина и, прокричав какие-то слова радости, чокнулись и выпили. На просьбу принести пепельницы Наташке ответили, что специально для них забит еще один стол, рядом, специально для курения. Чтобы не дымить друг на друга во время еды. - Ого, как у вас тут строго борятся с курением! - прониклась Ирка. Наташка рассмеялась. Они сидели друг напротив друга, Наташку накрыл рукой Филипп и прижимал к себе под бок. Ирка смотрела на улыбающуюся сестру из-под бока Мэнсона. Все было заебца. Музыка тут было вполне себе приличная. И тут зазвучало что-то из Oxymoroon. Сестренки загалдели и, выйдя из-за стола, пошли открывать танц-вечеринку. Все без исключения, даже Твигги, вылезли прыгать. - Мне так нравится, как Сид хочет перетанцевать Филиппа! - проорала Ирка на ухо Наташке. Та замерла, наблюдая, и рассмеялась, показывая большой палец вверх. Потом психи сели за стол, все выпили, кто-то отошел покурить. Ну как отошел, пересел за другой столик. Фил все теснее прижимал Наташку к себе, что даже Мэнсон, не выдержав, попросил ее приотпустить: - Ну ты ее уже вообще под стол вмял! Наташка закивала почти из-под стола. Филипп посадил ее нормально, но все равно прижимал одной рукой. Одновременно нечаянно этим же локтем с татуированной звездой, старался "зазвездить" Сиду в ухо, когда тот наклонялся услышать, что ему кричит Наташка. Ирочка отсела покурить и, достав телефон, нашла в нем аж четыре новых смс от Йенца. И тут же с энтузиазмом стала набирать ответ. И сразу получила обратные сообщения, что означало, что Йенц не спит. Ирочка никак не могла спрятать счастливую ухмылку с физиономии, настолько она была рада с ним поговорить. Переписка их затянулась минут на пятнадцать. Пока ее не ущипнула за руку Наташка. И они пошли прыгать. Затем накатили еще. И пошли "пописать". Ирочка рассказала, что вот так переписывается с Йенцем. Наташка нахмурилась и призналась, что он ее бесит. Ирочка в ответ призналась, что у нее от них всех голова разваливается, и она хочет и любит их всех и сразу и нераздельно друг от друга. Потом завела песню под названием «у него такой носик», и пока она не переросла в подробное описание мельчайших и прекрасных, по мнению Ирочки, деталей фигуры Йенца, Наташка отрезвляюще ткнула сестре пальцем в бок. В общем, они посмеялись. Когда вернулись и выпили еще пивка, со стороны стойки ди-джея раздался непонятный и неприятный шум. И тут за стойкой оказался Твигги. Он прикладывал наушники к уху и крутил какую-то херь, типа музыку ставил. Тут же на площадке "нарисовался" Мэнсон. Со стороны психов раздался одобрительный свист, визг, улюлюканье и аплодисменты. Мэнсон сначала признался, что он Мэнсон и что вот, мол, вам, блядь, песня. И запел страшным голосом. Исполнив песню, он убрал микрофон и, вытащив Твигги из-за стойки, сел к остальным. Ирочка, которая все это время перекидывалась смс-ками с Йенцем, убрала телефон, похвалила Мэнсона и поцеловала. Потом все выволоклись и стали прыгать. Наташка и Ирочка отгоняли людей, выстроившихся к ММ за автографами. Они, конечно, всех выгнали и даже дверь в зал закрыли. Ди-джей смирился с тем, что обречен. Тут раздалась информация про то, что сейчас будет белый танец! Наташка потащила Филиппа танцевать. Причем его даже тащить не пришлось! Он тактично подал ей руку, и они стали медленно кружиться в такт музыке. Наташка полностью утопала в озерах его глаз. А Филипп держался как мог, но все равно в конце песни поднял ее на ручки и бодро пошел в сторону служебных помещений. Слабые возмущения Наташки были подавлены страстным поцелуем, дверь была выбита ударом ноги, и там уже им было по херу, что они вломились в помещение, где тихо-мирно отдыхал местный бармен, у которого смена начиналась через пять часов, и который дунул и вырубился. Ирочка же вибрировала с Крысом, то и дело чмокая его в щечку и сообщая, что: "если ты гад вырубишься раньше меня - прокляну!" Но Крыс уже выпил вискаря, шлифанул винцом и отъезжал. От танца их отвлек уход, то есть унос Наташки и какой-то буйный спор, разгоревшийся у психов за столом. Когда Ирочка подошла, то выяснилось, что тему она не сечет - все спорили о каких-то там эффектах от профессионального и полупрофессионального оборудования для инструментов. У Ирочки то и дело вибрировал телефон, но приходилось игнорировать. Она попросила ММ выйти с ней на воздух. Он повел ее за ручку, надев свою бейсболку и очки. По дороге с ними даже здоровались. Они встали сбоку от входа, и Ирочка села на корточки. Мэнсон сел рядом. - Что случилось? Тебе плохо? - Нет, просто свежего воздуха хочу. Ирочка улыбнулась, когда он постучал кончиками пальцев по ее пальцам. - Где тут продают это мясо? Помнишь, ты все говорила... Кебаб, что ли. - Шашлык? - Точно, шашлык. - О Господи, да везде! Пойдем. Они вышли и пошли вперед. Рядом была кафешка, в которой как раз подавали шашлык. Только одна проблема, там принимали только наличные деньги. Ну или Ирочка могла поцеловать повара. Все варианты были неподходящие. - Слушай, давай вернемся к нашим. Там же должна быть кухня. И этот... как его... - Шашлык. - Точно! Ирочка влезла под руку ММ, и они пошли к тусовке. По дороге Ирочка посмотрела снизу вверх на ММ, тот улыбнулся из-под очков и чмокнул ее в нос. Узнав, где в клубе кухня, можно ли заказать шашлык и из какого мяса можно, они сели к бару, подождать, пока приготовят. Заказали двенадцать порций. На всякий случай. За стойкой работал не южанин, официантки тут были без акцента и довольно миленькие. - У меня такое ощущение, что я в Москве, - сообщил Мэнсон. Ирочка же обратилась к бармену и заказала себе чай. Когда она хотела спросить, чего будет ММ, услышала, как подошли парень с девушкой и остановились рядом. Парень все говорил: - Да говорю тебе, это он. Ну точно он! А девушка все его одергивала и говорила о неприличности. Наконец парень спросил у Мэнсона автограф, и тот добродушно расписался на салфеточке. - Блин, Вы мой любимый актер! Реально! - выпалил парень, пожимая руку Мэнсону. - Я вообще-то не так много снимался… Но рад, что вам понравилось! Девчонка подергала парня за руку и кивнула на татуировки Мэнсона. Ирочка рассмеялась, когда парень в ошеломлении замер и повисла пауза. - Этот неловкий момент, когда Николас Кейдж оказывается Мэрлином Мэнсоном! - и они с ММ расхохотались, а парень с ворчанием отошел, и его девушка тоже рассмеялась. Ирке подали чай, а Мэнсон заказал себе еще вина. Ирочка, расслабившись, растянулась на стуле и хотела было закурить, и тут услышала разговор бармена с кем-то ещё. - Ты представляешь, я кладовку открыть не могу. - И что, небось там Федя спит, ему же с утра заступать в смену. - Так закрыто-то почему? - Да у тебя чего, работы мало, что ли, чем по кладовкам шарить, иди за шашлыком смотри, у меня там куча порций стоит на мангале, и если сгорит, у нас будут большие неприятности, там народ какой-то странный сегодня пришел. – И бармен удалился с подносом пива в зал. Ирка посмеялась про себя, подумав, что это никакой не Федя. И, сделав умный вид, прикурила. Шашлык действительно приготовили очень быстро, но унести это в зал предоставили официанту. Психи ужасно обрадовались еде, было уже к утру, и все проголодались. Наташка с Филиппом появились из ниоткуда, радостные и за ручку. У Наташки как-то странно поник ирокез, она словила на себе укоризненный взгляд Братишки и Сида и даже немножко покраснела. Но ей это не мешало наворачивать шашлык с жадностью пираньи. Наконец-то они насытились, даже оставив кое-что на подносе, и официант принес всем по рюмашке текилы и лимон. Все обрадовались. Закричали. Выдохнули, лизнули, выпили, закусили, выдохнули. Наташка, понимая, что после кладовки у нее что-то не в порядке с головой, должна была уйти в туалет. Она потащила с собой Ирочку. Как же долго они пытались привести Наташкину голову в порядок! Ирочке показалось, что они целую вечность только расчесывали залитые лаком волосы. Наташка обпищалась, что ей больно и что ей все надоело. Ирочка, психанув про себя, вытащила Наташку из туалета. Посадила на стул и притащила Продика, сказав ему - мол, приведи ее в порядок, а я пить пошла. Продик за две минуты все сделал, еще больше начесал и еще больше залачил. У Наташки, конечно, ирокеза не получилось, но творческий беспорядок из волос был обеспечен. Потом он посмотрел на это и еще для верности побрызгал светящимся лаком. Наташка пищала от восторга. - Я просто охерительная! - И Наташка подошла к столу. Ей вручили стакан пива, все подняли и, чокнувшись, выпили. Ирочка заслышала какую-то бойкую мелодию и потащила Наташку танцевать. Какое же было счастье, когда оказалось, что это Продиг чудит, и когда он запел своим фирменным голосом и запрыгал, сестренки не сговариваясь запрыгали и завизжали. Тут на них повис Сид, который тоже заорал, обнял их и запрыгал, довольный тем, что сделал это первее Филиппа. Тут же не выдержал Братишка и к ним присоединился. Ирочка только успела высунуть руку, ее стал вытаскивать оттуда Мэнсон. Все закружились, кто-то задел стол. Продиг старался как мог и сходил с ума. Твигги, как всегда, со всеми заодно "замесили", и он оказался внутри "кокона" и смотрел то на Наташку, то на Ирочку окосевшими глазами, и ему приходилось прыгать тоже. Только Филипп сейчас сидел за столиком, потягивал лениво пивас и улыбался улыбкой сытого довольного кота, лежащего на подоконнике под лучами мартовского солнышка. Одна песня Чудика переросла в другую, которую тоже все любили, Woodoo people. В зал тем временем пришли другие, незнакомые люди. По виду - нормальные, какие-то с бородами и бритые, какие-то волосатые, и все в татуировках. Просто или парад тату-салонов или байкерская вечеринка. Новые пришельцы тактично сели подальше и не мешали психам. Когда дурдомные перестали наконец петь и прыгать, новые люди одобрительно загудели. Ирочка буквально доползла до своего стула за "курительным" столом и полезла в телефон. Пара новых смс от Йенца с пожеланием доброй ночи и один пропущенный вызов. Ирочка закусила губу и все постирала. Даже его номер. Очередной раз отправив Йенца "с глаз долой, из сердца вон". Правда потом она быстро внесла номер назад, пока он был в памяти, обманывая себя мыслями про "вдруг пригодиться". А вот Наташка в этот раз шла по степени отдыха и опьянения немного впереди. Она уже задергала Брата, защипала Сида, зацеловала Филиппа и завязала все веревочки и шнурочки на Мэнсоне, а потом то же самое, в обратном порядке. К ней подсела Ирочка, кивнула Филу, потом ММ и обратилась к остальным. - Ну че, гоу до хаты? Все сказали, что "гоу". Мэнсон подошел к бару, чтобы расплатиться. Но! Когда он вернулся, вид у него был несколько... Смущенный. Ирочка зазубоскалила: - Ну что, Брейн, мы тебя по полной сегодня раскрутили, да? - Да там просто... М-м-м... В общем... У меня заблокирована карта, и я не могу заплатить. Все перестали шуршать одеждой и рюкзаками и сели за стол. Мэнсон стоял и добавил: - Да просто у меня на карте есть лимит единовременного платежа, и тут он превышается. - А разделить на два платежа не судьба? - удивилась Ирочка. Но Филипп резко встал и выкрикнул: - Да бля, вы что, не видите, он прикалывается! - И засмеялся. Мэнсон в свою очередь назвал его фашистским ублюдком и обнял по-дружески. - Ну и шуточки у тебя тупые, - обиделась Ирочка, и все вышли на улицу. - Кстати! - выкрикнул Чудик, который взбодрился не на шутку. - Мы когда в автобус с Джеком грузили ящики, он показал, в каком из них наличка! Правда, ключ у него остался. - Черт, вот ты вовремя вспомнил! - еще раз рыкнула Ирочка. - И чтотеперь с того? - Ну... Просто надо найти Джека, забрать ключ и расплатиться с Мэнсоном, - закончил за Чудика Брат. Мэнсон расхохотался и надвинул на лицо кепку: - Ха-ха-ха! Расплатиться украденными деньгами! Ирочка так же мрачно спросила: - Стоп, где Наташка? А Наташка с Сидом ловили тачку. Тачек была масса, среди них были и очень дорогие спорткары, и очень дешевые. Но ехать никто не хотел. В итоге пошли пешком. Твигги иногда открывал курточку и отпивал из заныканой бутылки. Его тут же обвинили в крысятничестве, и "раскулачили". Мэнсон заступился, сказав, что тот имеет право, и вообще. Ирка в одной руке держала Мэнсона, в другой Наташку и дымила сигареткой. Наташку с другой стороны обнимал Филипп. - Ир, а тебе Йенц не звонил? - ни с того, ни с сего брякнул он. - Звонил. Привет тебе передавал, правда мы тогда в автобусе ехали. Потом Сид стал рассказывать какой-то анекдот, потом Наташка сочла этот анекдот не смешным и стала бегать, чтобы дать Сиду поджопник. Тот радовался вниманию. Когда их догнала машина милиции, уже рассветало. Психи слезно просили им помочь добраться. На удивление, подъехала вторая машина милиции, и всех заботливо доставили прямо в их деревеньку. К автобусу. Психи были безгранично благодарны, и все по очереди фоткались с добрыми анапскими милиционерами. Тут прибежали собаки, милиционеры еще поговорили с Наташкой про их содержание. Она была умницей и отвечала адекватно. Убедившись, что все очень устали и "точно пойдем спать", милиция села по машинам и уехала. Проснулась местная собака и своим гавканьем, видимо, разбудила кого-то в одном доме - загорелся свет. Никому не хотелось напрягать местных жителей, и все быстро сныкались, кто в автобус, кто в дом.