Принцесса и Волк

Boy, look at you looking at me I know you know how I feel* (Lana Del Rey – High By The Beach)

Последнюю записку Хината сохранила, показала ее для начала Неджи, а потом написала сообщение Саске, договорившись принести в школу на следующий день этот злосчастный клочок бумаги. Собственно, ничего не случилось ни после того, как Неджи убедил великовозрастных якудза удвоить охрану и внимательно следить за всем происходящим на территории «дома», ни после того, как Саске передал записку полиции. Такое чувство, что никто из них не воспринимал всерьез все это, ну или они были настолько непрофессиональны и попросту бесполезны. Тем временем количество записок с каждым разом все увеличивалось. И это уже не просто настораживало, это пугало, доводило до изнеможения и действовало на нервы. Хинату мучила бессонница, на тренировки с Неджи у нее попросту не было сил, как не было и аппетита. Лицо у нее осунулось, привычная бледность сменилась нездорово серой, под глазами залегли темные синяки. Она устала. Она просто чертовски устала. Саске: «Новых записок не было?» Хьюга лениво разблокировала телефон, прочитав сообщение. Записки. Лучше бы спросил, как она, а не эти чертовы записки. Хината: «Нет» Саске: «Ничего подозрительного не произошло?» Хината снова хотела написать «нет», но ей было так лень, что она просто откинула телефон на диван, откинувшись на мягкую спинку. Через пару дней она должна была ехать на встречу с кумичо Докухеби-кай, но она была совершенно не готова. Ни физически, ни морально. Еще этот полицейский щенок. Не вовремя. Он просто не вовремя. Саске: «Эй, с тобой все нормально там?» Хината: «Да» Было приятно внести какое-то разнообразие в список отправленных сообщений, чуть ли не поголовно состоящих из одного только «нет». Стоит ли ему сказать обо всей этой затее с поездкой или не стоит? С одной стороны вроде и хотелось бы хоть кому-то об этом рассказать, а с другой в такие вещи чужих не посвящают. И уж тем более тех, кто сотрудничает с полицией. Или же предупредить?.. А, как же непросто это решить. Саске: «Есть планы на выходные?» Хьюга долго молчала, прежде чем ответить, не то чтобы она не знала, что ответить, это-то она как раз знала. Вот только, как правильнее сказать… нет, не так, как сказать так, чтобы больше он не задавал вопросов, чтобы ей не пришлось снова врать. Они, вроде, уже говорили о якудза. А, стоп. Они как раз таки не говорили о якудза. Да, Саске знает, кто она и из какой семьи, но на этом, вроде, все и заканчивается. Да и она о нем ничего толком не знает ведь. Он сын полицейского. И, эм, что еще? Его любимый цвет? Возможно, синий, ну ли красный. Чем он любит заниматься? Он вообще чем-то занимается вне школы? Черт возьми, чем? Может, они с Наруто играют в каком-нибудь компьютерном клубе в сетевые игры? Или же играют в футбол. Или же, эм. Кто его знает. Вот уж точно не она. Если подумать, то они просто два человека, которые ничего друг о друге толком и не знают. Хах, подумать только, и почему она поняла это только сейчас? Они ведь совершенно чужие друг другу люди. И дела клана — это дела только клана. Хината: «Да, семейные дела». Ответа не было, вероятно, ему все еще не особо хочется слышать о ее так называемых «семейных делах». Еще бы. Захотелось бы ему о них слушать. Черт. И почему же ей так… так не-хо-ро-шо. Ах, да, она же думала, что, после того, как Саске обо всем узнает, то все будет продолжаться как раньше, когда он к ней вроде как «подкатывал», а она вроде как «клевала» на это дело. Точно. Вот в чем дело.

***

Таюя ждала у фонарного столба, натянув максимально капюшон темно серой ветровки на голову. День был пасмурный и до жути холодный для середины осени. Первые капли дождя посыпались на головы немногочисленных прохожих, того глядишь хлынет ливень. Черная тонированная машина медленно притормаживает. Сначала опускается окно переднего пассажирского, а затем Таюя юрко заскакивает на заднее сиденье, мощно захлопнув дверь. Водитель был бы рад возмутиться, да только прекрасно понимает, что его задача — молчать и вести машину в направлении, что указывает эта девушка. Неджи тоже был не особо доволен несколько развязными и хамоватыми повадками их сопровождающей. Похоже, единственная, кого нисколько не смущало поведение Таюи, была Хината. Она спокойно протянула девушке хлопковый платок, чтобы та вытерла дождевую воду с лица и челки (ливень ее все же застал врасплох). — Спасибо, — негромко ответила Таюя, холодными пальцами беря платок. — Здесь налево, — указала она водителю, пытаясь пригладить липкую мокрую челку так, чтобы она не лезла в глаза. Приехав на место, Таюя вышла первой, вернее, она попросту выскочила из машины и встала поодаль, ожидая, когда все остальные соизволят выйти. Водитель открыл дверь для Одзё, Неджи подал ей руку, Таюя старалась не рассмеяться. — Кумичо ожидает вас в главном зале, Одзё Бьякко-гуми, следуйте за мной, я вас провожу. Зайдя внутрь дома, Таюя тут же стянула с себя промокшую ветровку и небрежно бросила ее на пол у порога, так, чтобы она не мешалась под ногами. Хината отдала свою накидку водителю, после чего они с Неджи последовали вдоль по коридору. Ей ужасно было неудобно в кимоно, да и нога как назло затекла за те несколько часов, что она проехала в машине. Поскорей бы уже это закончилось, и она смогла снять с себя кучу этой тяжелой одежды. Разговор с кумичо Докухеби-кай продлился недолго, однако, по окончанию, Орочимару предложил Одзё прогуляться с ним, пока ее брат будет размышлять над итогами встречи. Это было несколько неожиданное предложение, однако отказаться от него в любом случае было нельзя. — Вы любите змей, Одзё? — медленно вышагивая по коридору, спросил ее Орочимару. — Змей? — деликатно переспросила Хьюга, не понимая, к чему был этот вопрос. — Да, — мужчина открыл дверь в комнату, — прошу, — пропуская вперед девушку, он отошел чуть в сторону. В комнате стены буквально сверху донизу были заставлены террариумами, а в стене напротив двери был оборудован своеобразный вольер за стеклом. Это было странно. Словно она попала в зоопарк, хотя ей уже давно не 9 лет, да и никакой особой радости от этого она сейчас в любом случае не получает. Ей скорее неуютно находиться здесь. Особенно с этим мужчиной. — Я уже очень давно развожу змей. Знаете, почему? — Нет. — Они, — он провел рукой по стеклу одного из террариумов, — замечательные создания. Отличны как питомцы и как орудие для устранения ненужных людей. — Это… ядовитые змеи? — В большинстве своем, — улыбка этого мужчины была настораживающе отталкивающей. От нее так и веяло холодом. — Вам подходят эти питомцы, — разглядывая свернувшуюся в кольцо змею, негромко произнесла Хината. — А вам не подходит быть кумичо, — его слова ударили, словно кнут. «Не подходит». Это еще что значит? Серьезно? С чего вдруг? — Почему, — Хьюга сглотнула, — вы так решили? — Не поймите меня неправильно, Одзё, — мужчина прошел вдоль стены, несколько змей тянули головы вслед за ним. Хината поежилась. — Я бы предпочел вести дела с вами, чем с вашим братом. Но вы ведь знаете, что женщина на месте кумичо — это крайне маловероятно. Однако в роли старшей сестры* вы были бы неплохи, но, если уж говорить честно, вы скорее напоминаете комнатного кролика, нежели старшую сестру или главу клана. И все же, если вам нужна будет помощь, то вы всегда можете обратиться ко мне, Одзё. — Буду иметь это в виду, — чуть склонив голову, холодно ответила Одзё. — Вы хотели со мной еще о чем-то поговорить? — Ах, это. Я сказал все, что хотел, не смею больше вас задерживать, — еще одна холодная улыбка. — Тогда я пойду, — Хината склонила голову, поспешно выйдя из комнаты. Желания оставаться с этим человек еще дольше не было, и быть не могло. Возможно, он прав насчет кролика. И это, увы, еще большая проблема для Хинаты сейчас. И еще одно. Кажется, это был намек на замужество. — Неджи! Мы уходим, — Хьюга шла грубо и спешно, совсем позабыв о ноге. — Одзё? Что-то случилось? — встав и выйдя на встречу к девушке, спросил шатен, но она жестом прервала его. — Уходим. Сейчас же. — Да, Одзё. Я скажу водителю подогнать машину ко входу, — склонившись, Неджи отошел сделать звонок. — Что-то не так, Одзё? — Таюя вразвалочку сидела на полу, отмывая свой кастет. — Разбила чей-то нос? — Губу, бровь, нос — всю рожу одним словом, — она улыбнулась, откинув в сторону тряпку и убрав кастет в карман штанов. — Хорошая работа. — Еще бы. Чего такая хмурая, Одзё? — Ничего такого, — Хината отвернулась, смотря, как Неджи подходит к воротам и, остановившись, разворачивается к ней лицом. — Мне пора. — Ага, — Таюя поднялась на ноги и подошла ближе. — Но, слушай, если тебе действительно понадобиться помощь, то ты знаешь к кому стоит обращаться, — она улыбнулась, легко похлопав брюнетку по плечу. — До скорого, — бросила Хината, выходя из главного здания клана. Таюя не была похожа на змею, она не была ни хитрой лисицей, ни изворотливым хорьком, ни коварной росомахой. Если бы Хинате пришлось описать ее, то, наверное, она не смогла бы ответить. Можно было безоговорочно утверждать лишь то, что Таюя никак не может быть кроликом. Но она может стать неплохим союзником, особенно для Хинаты. Непонятно почему, но между ними двумя есть странная дружеская связь, такая, какая может быть между дочерью якудза и сироты, работающей на якудза, взамен жизни в трущобах с постоянными побоями. Пожалуй, Хьюга тоже предпочла бы видеть иного человека на месте главы Докухеби-кай. Вернувшись домой, она первым же делом зашла к себе в комнату и обыскала в ней все с пола до потолка. Никаких записок или намека на то, что кто-то посещал спальню, во время ее отсутствия, найдено не было. Но чувство, что за ней следят осталось. Раз. Два. Три. Все нормально. Это просто разыгралось воображение. Четыре. Пять. Шесть. Она все проверила. Семь. Восемь. Девять. Никого здесь не было. Десять. «Я чувствую чей-то взгляд». Хината резко развернулась. Чья-то тень мелькнула за дверью. Рванув с места, она с силой толкнула в сторону седзи, проскользив по полу, оттолкнулась от стены в коридоре и помчалась вперед. Человек. Он точно там был. Был. Он здесь. Наступив на подол кимоно, брюнетка не удержала равновесия и свалилась на пол, кубарем прокатившись прямо в стену. — А-й… — она спустила ноги на пол и отползла в сторону. Перевернувшись на живот, она стала подниматься. «Кажется, еще и руку зашибла. Прекрасно. Нужно найти Неджи, — Хината направилась в комнату брата, но внезапно остановилась. — Нет. Лучше сначала рассказать Саске. Или же… Ни от кого из них нет достойной помощи. Клан снова поднимет меня на смех. А обращаться к полицейскому щенку… Ах, черт». Она села на пол, покусывая губу. Ни один из вариантов не устраивал ее в достаточной мере, но и просто промолчать, когда черте кто нагло подглядывает за тобой в собственном же доме — тоже не дело. — Одзё, что вы здесь делаете? — к ней подошел паренек, помладше Хинаты, наверное лет 14, не больше. — Ты кто? — насторожилась сразу брюнетка, чуть прищурившись. — Меня зовут Кё, я недавно стал работать у вас. — Сколько тебе лет и кто разрешил тебе работать? — Неджи-сама. Мне 15. «М, Неджи-сама. Ясно. Твою мать». Хината поднялась на ноги, когда парень потянулся к ней, чтобы помочь, она грубо отодвинула протянутую им руку. Ничего не сказав, она вернулась к себе в комнату. Может ли быть, что этот парень — тот, кто следил за ней? Может, он не один? Неджи тоже с ним или с ними заодно? Желание рассказать все брату как-то отпало само собой, взамен пришло осознание, что стоит все же рассказать Саске. Это, конечно, не в ее стиле, да и якудза так не поступают. Обращаться к полиции — это как-то ниже их достоинства. Но, если Хината хочет, чтобы вся эта чертовщина закончилась благополучно для нее и как можно быстрее, то придется действовать самой. Помощи от клана не дождешься, приличных связей в мире якудза у нее нет — отец предпочитал знакомить Неджи с нужными людьми. Остается только полиция. Но Саске — это еще не так плохо, все же он что-то вроде ее личного телохранителя, ну и, может, друг? Схватив мобильный она тут же стала набирать сообщение. Хината: «Саске, кто-то следил за мной. Пока я была в комнате, какой-то человек наблюдал из коридора, я не смогла его догнать, изви…» Она остановилась. И набрала сообщение заново. «За мной следили, кто-то пробирается в дом. Я не догнала его.» Саске: «Когда это было? Что ты видела?» Хината: «Минут 20 назад. Кто-то наблюдал за мной, пока я была в комнате, я не успела разглядеть его. В клане появились новички, не уверена, но они могут быть связаны.» Немного подумав, она все же убрала последнее предложение. Саске: «Ты сказала своим членам семьи?» Хьюга невольно улыбнулась. «Членам семьи». Ему было непросто подобрать правильные слова. Он забавный. Хината: «Нет.» Саске: «Почему?» Хината: «Они мне не верят.» Она несколько минут смотрела на это сообщение, не зная, стоит ли его отправлять. И в итоге так и не отправила. Это не его дело. Хината: «Неподходящее время.» Саске: «Подходящее будет, когда все станет слишком поздно?» Скорее, когда она станет главой клана и уберет всех гребаных старперов с дороги. Тогда будет самое подходящее время для всего. Она оставила без ответа последнее сообщение от Саске. Кимано все растрепалось, как и ее прическа. Надо было переодеться и умыться, но ей было лень даже выйти из комнаты. Ощущение, что ты чужой человек в собственном доме никогда прежде не было настолько сильным. Отец давно решил сделать наследником Неджи. И Хината это знала. Он также планировал поженить его и Ханаби, все же они не родные, а клану ведь так полезно оставаться независимым от других группировок. Да и Ханаби явно не разочаровывала отца. Как она? Со всей этой суматохой Хината почти не общалась с ней. Хината: «Ханаби, как у тебя дела? Мы давно не разговаривали, столько дел появилось, ты, должно быть, готовишься к новым соревнованиям? Когда тебя отпустят домой? На зимних каникулах?». Внутри все похолодело, когда Хината подумала о том, что тот, кто следит за ней, может после нацелиться и на младшую сестру. Ханаби, конечно, себя в обиду не даст. Но. Но у Хинаты до сих пор возникает неприятная головная боль в затылке. И это постоянное напряжение. Возможно, когда Ханаби вернется домой, клан решит судьбу Хинаты уже без ее непосредственного участия. Нужно действовать. И как можно скорее.