Принцесса и Волк

But through my tears breaks a blinding light Birthing a dawn to this endless night Arms outstretched, awaiting me An open embrace upon a bleeding tree* (Evanescence — Lies)

Отправив свою дочь, Хиаши вызвал к себе Хохету, который явился незамедлительно. Выполнив традиционный поклон, мужчина сел, ожидая, что скажет кумичо. Хиаши сидел ровно, сжав руки в кулаки, и смотря на своего подчиненного. — Мою дочь сегодня похитили, — грубо, в своей обычной манере, начал он, вызвав несильный шок у Хохету. — Найди того, кто был администратором в клубе и разберись с ним. — Да, кумичо! — мужчине не требовалось объяснять, как именно следует разобраться с предателем. Искупить подобную ошибку он сможет лишь кровью, и речь вовсе не об отрезании пальца. — Позаботься, чтобы он пожалел о том, что сделал, пока еще может, — в голосе босса чувствовалось нечто странное и пугающее, словно утробное рычание голодного тигра, который выследил свою добычу. Да, именно так выглядит Белый Тигр*. Резко встав, Хохету напоследок склонил голову еще раз, и вышел. Уверенным твердым шагом он направился в гостиную, где сидели капитаны отрядов, праздно обсуждая что-то. — У нас есть дело, — достаточно громко, чтобы перекрыть гул десятка голосов, произнес мужчина. — Что случилось? — когда взгляды всех присутствующих обратились на Хохету, спросил кто-то. — Нужно разобраться с ублюдком, который похитил нашу Одзё этим вечером. — Что?! Одзё похищали? — Кто это сделал?! — Почему мы узнали только сейчас?! — Тишина! — не в силах терпеть этот внезапно начавшийся балаган, мужчина сердито обвел взглядом всех. — Соберите небольшие отряды и отправляйтесь искать бывшего администратора. Найдите и привезите его к загородной базе. Вам ясно? — Да! — одновременно отозвались все и тут же вскочили со своих насиженных мест, отправившись искать подходящих людей. — Хохету-сан, могу я тоже отправиться вместе с остальными? — подойдя сзади, спросил Неджи, с неким вызовом глядя на старшего по званию. — Ты не, — он хотел сказать, что Неджи недостаточно опытен для этого, однако ему не дали закончить предложение. — Вы и сами знаете, что я обладаю необходимыми навыками для ведения боя. Прошу, позвольте мне участвовать в этой операции, — парень поклонился и тут же выпрямился, словно натянутая пружинка, ожидая ответа. — Хорошо, — обмозговав возможные варианты развития событий, Хохету все же согласился, после чего Неджи почти бегом ушел переодеваться. Эта ночка обещала быть «веселой». Все члены семьи были шокированы произошедшим с Одзё и испытывали злость. Это было словно удар под дых, в конце концов, она не просто часть семьи, она — наследие и драгоценная дочь кумичо. Якудза жаждали мести. Несмотря на то, что поиски похитителя затянулись на несколько часов, их пыл не остыл, и они просто чудом не забили этого засранца. Приехав к базе вместе с лежащим в багажнике «грузом», нашедшая его группа стала дожидаться группу Хохету (с которым к тому же был и Неджи), остальным же было велено возвращаться домой. Когда камбу-ацукай* подъехал, похитителя достали из багажника и, врезав разок, чтобы тот не брыкался лишний раз, бросили у ног Хохету. — Эй, ублюдок, ты понимаешь, что натворил? — засунув руки в карманы черных брюк, мужчина наклонил голову вниз, с презрением смотря на лежащего лицом к земле парня. Он не мог подняться из-за связанных за спиной рук, но даже и не пытался хотя бы поднять голову, когда к нему обратились. Это разозлило старшего советника и, пнув распластавшееся тело так, чтобы оно лежало лицом кверху, он произнес: — Совсем страх потерял, подонок, а? — Вы, — крехтя начал было тот, — вы еще поплатитесь, - но, получив пинок в живот, тут же замолчал, подтянув ноги к груди. — Кто тебе приказал похитить Одзё? — топорно спросил Хохету, однако, не получив ответа, присел и схватив за кофту предателя, ударил его тяжелой рукой. Тот закашлялся, выплюнув кровь на белую рубашку советника. Хмыкнув, мужчина вновь нанес ему пару «отрезвляющих» ударов, от которых можно было и сознание потерять, после чего разжал руку, и бывший администратор рухнул на землю. — Выбейте из него информацию, — отойдя к машине, Хохету достал из внутреннего кармана пиджака сигарету и закурил. Пока остальные поочередно пытались в буквальном смысле выбить из лежащего парня информацию, камбу-ацукай наблюдал со стороны, поочередно затягиваясь и выдыхая дым, что поднимался ровной полосой вверх, исчезая без следа. Докурив и выбросив окурок, мужчина затушил его ногой и направился вновь к остальным. Заметив его, подчиненные тут же разошлись, открыв проход к прилично помятому телу, чье лицо было сплошным кровавым месивом. — Что удалось выяснить? — спросил он у Хииро, парня лет двадцати пяти, с небольшим хвостиком на затылке. — Он не знает, кто наниматель, они должны были встретиться в тот раз, когда им помешал какой-то парень. И у него был сообщник. — Кто? — тут же спросил Хохету, смотря на стонущего на земле парня. — Его знакомый, который работал на заправке… — Вы знаете, где он живет? Его имя? — перебил мужчина, не желая слушать излишнюю информацию. — Да, — тут же отозвался Хииро, вытянувшись, словно солдат. — Тогда направляйтесь туда, а мы закончим с этим, — засунув руки в карманы, приказал Хохету. Дождавшись, когда некоторые члены семьи уедут, мужчина приказал избивать бывшего администратора до тех пор, пока он не станет просить о пощаде. Это было исполнено, и менее, чем через минуту парень просил пощадить его и прекратить это, однако команды остановиться от Хохету не последовало, и подчиненные продолжали. Пиная его по животу, ногам, спине и голове, они порядком запыхались, а горе-похититель уже, рыдая, молил о пощаде. — Стой! — грозно произнес мужчина и все тут же отпрянули в сторону. — П-пощ-щади-те-е, — простонал он, захлебываясь слезами и кровью. — Ты похитил не того человека, ушлепок, — присев на корточки, сказал Хохету, глядя прямо в глаза парню. В них он видел страх и просьбу, даже мольбу, но она его не спасет. — Завяжите ему рот и грузите в машину. Хохету направился к своей, позвав за собой и Неджи. Сев в салон, они немного подождали, когда остальные управятся с заданием и только после этого тронулись с места. Их путь лежал к пристани. Неджи впервые участвовал в чем-то подобном и, хоть он и не знал, что происходит обычно в таких ситуациях, он догадывался, что будет дальше. Доехав до нужного места, несколько членов группировки выволокли связанного по рукам и ногам парня к причалу, а с него уже затащили на небольшую моторную лодку, которая через пару минут стала уплывать в непроглядно темную морскую даль. Прошло, верно, около получаса, прежде чем эта лодка уже только с двумя пассажирами вернулась обратно. Убрав все следы крови, члены Бьякко-гуми расселись по машинам и отъехали от пристани. Последними уезжали Хохету вместе с Неджи. Старшему советнику было необходимо самостоятельно убедиться в том, что все прошло так, как надо. Тишина в салоне была непростой, во всяком случае, для Неджи, который хоть и не видел, как убили человека, но точно знал, что это произошло. Он не пугался и не испытывал каких-то душевных терзаний, в конце концов, это вскоре станет частью его повседневной жизни. Просто отчего-то он чувствовал себя не так, немного странно, словно ожидал от себя другой реакции на чью-то смерть. Но, видимо, ошибался на этот счет. Оно даже и к лучшему.

***

Утром следующего дня в дом Бьякко-гуми пришли полицейские. Сам начальник явился к Хиаши, чтобы обсудить довольно важные дела. Когда Фугаку узнал, что его сын предотвратил очередное похищение, он тут же велел своим подчиненным отыскать всю информацию о жертве, чтобы приставить к ней охрану. Какого же было его удивление, когда выяснилось, что девочка оказалась дочерью главы клана якудза и не самого малозначимого. Сотрудничать с полицией якудза вряд ли согласятся, да и сам Фугаку не испытывал восторга от того, что ему придется сотрудничать с бандитами, если, конечно, он убедит их. Так или иначе, но другой возможности выйти на след похитителей. Если и в этот раз ничего не получится, то его, как и большинство его подчиненных просто уволят. Придется на время забыть о гордости и сесть за стол переговоров с якудза. Дождавшись, когда его пригласят, капитан с недовольством, умело скрываемым под серьезной беспристрастной физиономией, вошел в кабинет кумичо. Сделав формальный поклон, мужчина сел, внимательно взглянув в лицо собеседника, столь же суровое, сколь и его собственное. — И что Оками забыли в моем доме? — холодно поинтересовался Хиаши, нахмурившись. Ему не нравилось находиться в одном помещении с Учиха, однако, учитывая то, что ночью должны были сделать его парни, он должен был выслушать, что ему хочет сказать мужчина. — Вашу дочь пытались похитить вчера. Мы давно преследуем этих похитителей, поэтому мы бы хотели установить наблюдение за вашей дочерью, — максимально учтиво Фугаку пытался донести свою просьбу до Хьюга, однако особого эффекта это не возымело. — Исключено, — резко ответил Хиаши. — Если это все, что вы хотели сказать… — Нет, — перебил его брюнет, — прошу прощения, но не могли бы вы выслушать меня до конца? — кумичо нахмурился, но кивнул, позволяя продолжать. — Одного из похитителей нашли вчера убитым, — эта новость была не нова, действительно, второго парня кто-то застрелил в его собственном доме еще до того, как члены клана успели добраться до него, а жаль. Слишком легкая смерть, но хотя бы не связанная с Бьякко-гуми. — А второй пропал. Кто знает, быть может, он сбежал, и найти его теперь будет практически невозможно… — Фугаку смотрел прямо в глаза Хиаши, приподняв одну бровь. – Или, быть может, его так же убили и нам следует начать расследование незамедлительно. — Кто знает, — Хиаши понимал, к чему клонит капитан. Шантаж — довольно смелый ход для полицейского. Видимо, он действительно на грани отчаяния, раз уж дошел до такого. — Несмотря на то, что эти похитители мертвы, остались те, кто руководил ими. Они могут предпринять повторную попытку. — Мы сами способны защитить Хинату. Нам не нужна помощь Оками, — шансов договориться с кумичо становилось все меньше, и Учиха решил на рисковый шаг. — Если это будет не полицейский, то все будет в порядке? — О чем вы? — Мой сын спас вашу дочь однажды и он может спасти ее еще раз, если понадобиться. — Хм, Волчонок? — Хиаши замолчал, обдумывая это предложение. С одной стороны оно было абсурдным, но с другой полиция была готова закрыть глаза на некоторые вещи, что, несомненно, являлось большим плюсом. — И что вы предлагаете? — Для вашей дочери будет безопасней сменить школу. Западная Старшая, пожалуй, была бы наилучшим вариантом. Мой сын мог бы приглядывать за ней, не создавая неприятностей. — Хорошо. Надеюсь, ваш сын не будет доставлять нам лишних хлопот. — Я позабочусь об этом, — пообещал Фугаку, после чего покинул обитель якудза. Ему предстоял нелегкий разговор с сыном. Будет не так уж легко убедить его помогать в этом деле. Разве что, он может умолчать о том, что он будет следить за дочкой якудза. Радовало то, что не только ему предстоит серьезный разговор со своим чадом.

***

— Хината, с понедельника ты будешь ходить в Западную Старшую школу, где за тобой будет присматривать отпрыск Оками, — придя в комнату к дочери, с порога объявил Хиаши. Девушку эта новость ни сколько не радовала. — Я не приму никаких возражений. — Почему я должна быть под надзором полицейского щенка? — головная боль так и не прошла со вчерашнего дня, поэтому, вместо того, чтобы спорить с отцом, девушка предпочла бы немного отдохнуть. Жаль, что она не глава клана и не может приказать не пускать к ней никого, включая отца. Хотя бы ради этого она должна стать следующей главой. — Это условие договора с его отцом. Мы не могли отказать им в этот раз. — «Разве сотрудничество с Оками — это не позор для якудза, отец?» — Хината не сказала бы этого вслух, но думать так ей никто не мог запретить. — Считай, что это шанс для тебя начать школьную жизнь заново. Ко приготовит для тебя школьную форму к утру. Это все, — спрятав руки за широкими рукавами своего кимоно, мужчина покинул комнату дочери. Как только звук его шагов стих, Хината, в миг добравшись до дубового шкафа, распахнула его и, достав свернутый футон, стала пинать ни в чем неповинное изделие. Она не издала ни звука, хотя внутри у нее все кипело. Ей определенно не нравилось то, как с ее жизнью распоряжается отец, словно он имеет на это право. Быть может, он и верит в это, но Хината имела свое собственное мнение на этот счет. «Только погоди, отец. Я займу место главы, что бы ты там ни планировал. Я стану кумичо и тебе придется считаться со мной. Только погоди. И Я покажу тебе, где мое место». Споткнувшись, девушка упала коленом на мягкий рулон и стала колотить его уже руками. Пусть уж лучше так, чем вновь реветь. Голова болела все сильнее, отчего Хинате все же пришлось прекратить свою релакс-терапию. Вздохнув глубоко несколько раз подряд, чтобы успокоиться, она встала, чтобы убрать на место «грушу для битья». Картинка перед глазами закружилась, вероятно, потому, что брюнетка слишком резко встала. Оперевшись рукой о дверцу шкафа, она подождала, пока все придет в норму, после чего со злостью запихала в шкаф футон и захлопнула дверь, о чем пожалела, услышав громкий резкий звук. Сев на пол, она поправила свою белую футболку и оперлась спиной о шкаф. В голове было множество мыслей, и легкое волнение не покидало ее. Все же Хиаши в чем-то был прав. Возможно, это и правда шанс начать все сначала. Пусть и не долго, но она сможет побыть нормальной школьницей, наверное. Попробовать, во всяком случае, хотелось, ведь раньше у нее это никогда не получалось по разным причинам. Было бы забавно. Главное, чтобы полицейский щенок не испортил ей весь этот план. Раздался звук пришедшего сообщения, и, встав, Хината подошла к ноутбуку, что успел войти в режим ожидания. Пошевелив мышкой, она взглянула на зажегшийся экран, на котором высветилось новое сообщение, отправителем которого была Ханаби. Хината улыбнулась и, сев за стол, открыла его. Пожалуй, этот день не так уж и плох, ведь ее младшая сестра нашла время, чтобы написать ей пару теплых и таких родных слов.

«Хината-нэсан, на следующей недели я участвую в финальных соревнованиях. Ежедневные тренировки довольно тяжелые, поэтому я не могу писать тебе часто… Пожелай мне удачи. Я люблю тебя. Ханаби.».

— Я тоже люблю тебя, Ханаби, — девушка мягко улыбнулась, повторно перечитывая полученное сообщение. Она стала неторопливо печатать ответ, то и дело стирая что-то и исправляя. «Да, я должна стать главой не только из-за своих прихотей, но и ради сестры».