Смертельно больные

Ненавижу эту дурацкую фразу. Почему именно платье? Я же не на праздник иду. Плюс ко всему, приезжают к ней, а я должна одеваться, как будто ко мне. Ладно, это же мама. Что с ней поделаешь? Я подошла к шкафу и открыла его. А надену я платье с Нирваной. А что? Платье? Платье. Она же не сказала какое. И только я его сняла с плечиков, как вдруг мамин голос послышался из соседней комнаты: — Кстати, Хейли, только не надевай свое платье с Нирваной. А то я тебя знаю. — Даже и не думала. Ты же сказала красиво одеться! — Крикнула я, наспех запихивая платье обратно в шкаф. Так, где же мое бирюзовое платье? Я уже весь шкаф перерыла, но его не было. Ладно, возьму фиолетовое. Вдруг меня осенило. Бирюзовое всегда падает с плечиков. Наверное, оно валяется на полу шкафа. Я наклонилась и нашла его, а под ним какой-то листок. Я подняла и оказалось, что это блокнот, но не мой — я свои блокноты знаю. Ладно, потом с ним разберемся. Я закинула блокнот в ящик стола и пошла краситься. Закончив с макияжем и прической, я надела свое платье и посмотрелась в зеркало. Что ж, вполне неплохо на мне сидит. Еще раз убеждаюсь в этом. Платье полностью бирюзового цвета. На корсете серебряные узоры, сама юбка немного выше колена, а дальше шлейф, который заканчивается тоже серебряным цветом. Все, можно идти. Только я вышла из комнаты, как забежала обратно, брызнулась духами пару раз и пошла. — Мамуль, я все! — крикнула я, выходя из комнаты. — Молодец. Подойди ко мне. Я в комнате. Я подошла к ней и повернулась несколько раз, как она и попросила. — Так лучше. Ты выглядишь чудесно, милая. — сказала она и поцеловала меня в щеку. — Пойдем накрывать на стол. — Да, пойдем. — Улыбнулась я и мы пошли вниз. Мы постелили на стол скатерть, поставили четыре тарелки и четыре бокала. Наверное, это семейная пара. Пока мы ставили еду на стол, я спросила: — Мам, а кто эти люди? — Ну, они недавно сюда приехали из Канады. Генри Льюис — очень богатый человек, а его сын — мажор. Тратит деньги направо-налево и не хочет учиться. Жена его умерла, когда сыну было всего 5 лет. Правда, я не знаю, как зовут его ребенка. Ах да, если им понравится моя еда, то мистер Льюис возьмет меня работать в свой ресторан. — Они же недавно переехали. Откуда у него уже ресторан? — У него своя сеть по всей Америке и Канаде. — Круто. И много он будет платить? — Достаточно, чтобы оплатить твое лечение, — снова начала плакать мама. — Нет! Зачем? Я все равно умру! Я — смертельно больная, мама! Слышишь? Это бесполезно! Лучше накопи денег и купи себе где-нибудь домик в Калифорнии или езжай вообще из Штатов! Мне уже не помочь. — Я надеялась, что все сказанное мной поможет, что она бросит эту затею и послушает меня. Но она лишь ответила, начиная плакать еще больше: — А я попробую тебя спасти. Ты — смысл моей жизни. Лучше давай закроем тему, а то я расплачусь еще больше. — Мама улыбнулась и вытерла слезы. — Я просто люблю тебя сильно, мамуль. — Сказала я и обняла маму. Мы стояли с ней, обнявшись, пока не послышался звонок в дверь. — Я открою — Сказала я и пошла открывать. То, что я увидела повергло меня в небольшой такой шок. — Здравствуйте, проходите, пожалуйста. — Сказала мама, стоявшая позади меня, так как я была настолько удивлена, что не могла и слова сказать. Когда я, наконец-то, смогла хоть что-то произнести, я сказала только: — Привет, Макс. Да-да. Макс — это тот самый мажор, о котором говорила мне мама. — Хейли! Не ожидал… — Макс обнял меня и явно засмущался от содеянного. Мы ведь с ним даже не друзья. Мы остались на крыльце одни. Я зашла домой, не пригласив Макса, но через секунду вышла с рюкзаком. — Ты голоден? — Спросила я парня. — Нет. Я поел. А что? — У меня мысль. Пусть пока родители поговорят, а мы лучше прогуляемся. — Отличная идея. Пойдем. Хотя нет, стой. — Макс забежал в дом и взял что-то у отца. Я предупредила маму о том, что мы пошли прогуляться и спустилась с крыльца. — Куда пойдем? — Спросил меня Макс. — Куда захочешь. — Ответила я и достала пачку сигарет. — Хотя на самом деле я просто хотела покурить. Не думаю, что твой отец бы оценил это. — А как же мама? Давно она знает об этом? — С сегодняшнего дня. — Я выдохнула дым и улыбнулась. — Может тогда в парк сходим, раз мы уже на улице? — Конечно. Мы пошли с ним в парк. Был конец мая. Поэтому становилось немного прохладно. По дороге в парк мы разговаривали обо всем подряд. — Через три дня уже заканчивается школа. Ты пойдешь завтра на уроки? – Спросила я, обнимая себя за плечи. — Думаю, да. — Ответил парень посмотрев на меня, и добавил, — ты замерзла? — Немного. На улице прохладно уже. — Сказала я, подойдя к лавочке, на которой мы сидели утром. Мы сели и Макс обнял меня. Я резко повернула к нему голову и посмотрела недоумевающим взглядом. — Ну ты же замерзла. Я решил погреть. — Парень понял мой немой вопрос. — А-а-а-а. Ну тогда ладно. Мы просидели с ним на лавочке около часа. Я рассказывала ему о школе и о ее жителях, а потом мы все же решили пойти домой. Поднявшись с лавочки, он подал мне руку и помог встать. Обняв меня снова, он повел меня в сторону дома.