Звезда моя.

Глава 1 ПТЕНЧИК Ущелье было узким, но не очень глубоким. Местами его стены переходили в довольно пологие спуски, пригодные даже для лошадей. Решение забраться сюда можно было считать величайшей глупостью. Антерэс даже усмехнулся этой мысли. На что могли рассчитывать беглецы? Только на то, что им этот проход в земли Таргван неизвестен. Но они о нем узнали. Не важно, сколько это стоило, но узнали. Охотники наблюдали за приближением своей добычи с одного из холмов, удобно расположенного на краю ущелья у глубокого изгиба. Караван состоял из шести повозок и отряда в двадцать человек. Под командованием Антерэса Зарка было десять воинов и два телохранителя. «Прекрасное соотношение» - подумал он, оценив все шансы. Зарк уже намеревался отдать приказ о спуске вниз для перехвата, когда заметил, что от общей группы отделились две кибитки и стремительно понеслись в сторону изгиба ущелья, предполагая провести свой путь как раз под местом, которое занимали наблюдатели. Такой маневр не мог не заинтересовать охотников, тем более что они были уверены в том, что никто из людей, сопровождавших караван, их не видел. Отклонившихся от общего курса сопровождали только три всадника, поэтому Антерэс более не раздумывая отпустил отряд в погоню за основным составом каравана, а сам с телохранителями устремился за отделившимися. Трем отчаянным конникам довольно быстро удалось найти подходящее место для спуска, и они во всю мощь своих животных устремились в погоню. Заметили их не сразу, но как только чужое присутствие было обнаружено, настигаемые попытались оторваться от преследования. Шансов уйти у добычи не было, и Зарк это хорошо понимал. Лошади убегающих были измучены долгой дорогой, двум повозкам превзойти по скорости легких всадников было невозможно, да и сам он был полон сил и решимости преследовать парсианцев до конца. Это приказ его повелителя, значит, он его выполнит, во что бы то ни стало. Предводитель охотников немилосердно хлестал своего скакуна, заставляя его отдавать все силы скачке. Сопровождающие старались от него не отставать. К удивлению преследователей та часть ущелья, по которой шла погоня, оказалась не изгибом, а разветвлением основного коридора. Они проскакали уже довольно много, а преграждающей путь стены впереди так и не появлялось. Преследователи пошли на решительное сближение. Нож, пущенный сильной и умелой рукой Зарка, лишил спасающихся в кибитках одного из защитников. Второй был ранен Бдерком и тоже свалился с седла. Третий сделал отчаянную попытку, приняв бой, задержать, таким образом, нападающих. Несшийся впереди своих людей, Антерэс ловко обогнул рвущегося в атаку, врага и продолжил погоню, оставив неприятеля своим сопровождающим, так как его главная цель, несомненно, была в одной из повозок. Магриди ввязался в бой с настырным защитником, а Бдерк последовал за господином. Видимо, понимая, что дело идет к разгрому, сидевший в последней кибитке сделал отчаянную попытку спастись. Каким-то совершенно неизвестным чудом ему удалось придать своим лошадям столько прыти, что они стали быстро обгонять первую повозку. Преследуя стремительно уходящую в отрыв кибитку, Зарк оказался в весьма удобном положении для атаки возничего первой повозки. Решив не пренебрегать такой удачей, предводитель охотников, приблизился на максимально возможное расстояние, вытянул ноги из стремян и совершил ловкий бросок на хлестающего лошадей кучера. Вцепившись в парсианца, Антерэс попытался столкнуть его с повозки, чтобы занять место возничего. Завязалась ожесточенная потасовка, находясь так близко друг от друга на летящей во весь опор кибитке, противники были почти лишены возможности использовать оружие, так что оставалась только сила рук, и в этом перевес, несомненно, был на стороне предводителя преследователей. Зарку уже почти удалось избавиться от парсианца, но неожиданно на помощь тому пришел кто-то из повозки. Захватчика попытались ранить кинжалом. Уловив это краем глаза, Антерэс схватил неприятеля за грудки и переместил на линию удара. Железо впилось в плоть, но совсем не в ту, на которую рассчитывал вмешавшийся. Раненный закричал, и, воспользовавшись ослаблением внимания, захватчик вышвырнул его под колеса повозки. Было ясно, что сидящий в кибитке и уже предпринявший одну атаку на этом не остановится, а значит, оставаться на месте выброшенного кучера, спиной к тем, кто укрывался внутри, было совсем небезопасно и неразумно. Так как сначала было необходимо остановить лошадей, а уж потом заниматься седоками, Зарк запрыгнул на одного из тянущих повозку скакунов, добрался до уздечки и потянул на себя изо всех сил. Животное недовольно заржало от боли и замотало головой, но как всегда было вынуждено подчиниться. Повозка стала заметно снижать ход, что, несомненно, взволновало укрывшихся внутри. Что-то просвистело. Захватчик только успел проводить взглядом брошенный в него, но пролетевший мимо кинжал. Антерэс усмехнулся. Уже через несколько минут лошади были остановлены. Теперь Зарк позволил себе осмотреться. Магриди, успешно расправившись с последним защитником, спешил к нему, а Бдерк продолжал преследование второго беглеца. Предводитель напавших обошел захваченную кибитку и дернул полог, намереваясь заглянуть внутрь, чтобы оценить свою добычу. Предвидя продолжение сопротивления,Зарк не сразу обозначился в открывшемся проеме и оказался прав, оттуда вылетел третий кинжал. - Отчаянные, - пробормотал Антерэс все с той же усмешкой, и только после этого позволил себе кинуть взгляд на беглецов. Внутри оказалось только двое, закутанные с ног до головы в парчу, они забились в самый дальний угол, прижавшись друг к другу. Лиц видно не было, но, судя по общим контурам, это были две небольшого роста женщины. Опасений эта, трясущаяся от страха, парочка у Зарка более не вызывала, всю свою храбрость они израсходовали вместе с последним брошенным в него оружием. В это время своего господина достиг Магриди. - Следи за ними, - бросил телохранителю Антерэс, - головой за них отвечаешь, а я к Бдерку. И предводитель охотников, поймав свою лошадь, снова погрузился в игру погони. Его второй телохранитель для остановки повозки избрал несколько иную тактику. Бдерк сразу перепрыгнул на одну из лошадей, и, завладев уздечкой, стал вынуждать животное остановиться. А вот кучер здесь оказался проворнее, чем его погибший собрат. Хлыст взвился и вместо скакунов обрушился на захватчика. Удары были столь точны и болезненны, что телохранитель не удержался и в очередной попытке уклониться соскользнул со взмокшей от бешеной скачки спины животного. Проклятья полетели сразу из двух пар уст. Поравнявшись с поднимающимся, Зарк бросил на него вопросительный взгляд. - Я в порядке, господин, - прокряхтел тот, пытаясь придать себе бравый вид. Времени высказывать свое недовольство не было, предводитель недобро сверкнул глазами и помчался дальше. Погоня затягивалась и приносила ненужные жертвы, что абсолютно не нравилось Зарку, рассчитывавшему, что дело будет сравнительно простым. В довершении всех неудач его лошадь совершенно неожиданно оступилась и, перевернувшись, рухнула на землю. Антерэс едва успел вылететь из седла. Кубарем он откатился в сторону от не оправдавшего его надежд скакуна. Теперь о продолжении погони не было и речи, но и отпустить убегающего он тоже не мог. Коричневая кожаная перчатка сдернута с правой руки. Предводитель охотников не хотел прибегать к крайним мерам, в надежде сохранить будущих пленников в как можно более невредимом состоянии, но обстоятельства вынуждали его самым беспощадным образом. Губы прошептали несколько слов заклинания, и невидимая волна устремилась за удаляющейся повозкой. Ей потребовалось всего несколько секунд, чтобы достичь беглеца. Соприкоснувшись с целью, энергия обрела огненное выражение, и полог повозки был мгновенно объят пожаром. Надрывные крики седоков донеслись даже до Зарка. Лошади отчаянно взвились и понеслись. Парсианцы были вынуждены прибегнуть к единственному варианту спасения. Рискуя получить серьезные увечья, двое спрыгнули с пылающей кибитки. Обезумевшие от полыхающего за их спинами огня, кони поскакали дальше. - Господин? – раздалось за спиной Антерэса. Предводитель охотников и так по звуку приближающегося конского топота понял, что телохранитель, наконец, настиг его. - Скачи к ним, – не поворачиваясь, приказал Зарк. – возничего можешь убить, а второй мне нужен живым и невредимым. - Как прикажете, - отозвался Бдерк. Даже не пожелав принять дальнейшего личного участия в пленении беглеца, предводитель отряда продолжал неотрывно следить за происходящим. Его посланец сначала свел счеты со своим обидчиком, а потом занялся самим спасавшимся. Судя по жестам обоих, тот не стал сопротивляться и сдался на милость победителя. Зарк довольно усмехнулся, ему казалось, что он догадывается, кем являются его пленники, значит, приказ повелителя почти выполнен. Его лошадь, припадая на поврежденную ногу, неловко пыталась встать. Антерэс мельком осмотрел рану животного. Надежды на то, что скакун сможет продолжить путь, не было. Выхватив меч, Зарк нанес удар животному по второй передней ноге. Преданная человеком лошадь надрывно заржала и припала на оба колена. Второй удар предводитель охотников нанес по шее коня. Кровь из раны полилась рекой. Ржание перешло в страшные булькающие звуки. Через несколько секунд, судорожно дергая ногами, лошадь упала на бок. Хозяин нанес третий, завершающий, удар, окончательно перерубивший сосуды и позвонки. Скакун затих. Пока Зарк снимал седло и сбрую с убитого им животного, подоспел и телохранитель с пленником. Антерэс окинул захваченного пристальным взглядом. Как и те, кто сидел во второй кибитке, парсианец был весь окутан дорогой, переливающейся на солнце тканью, даже лицо закрывала сетка, не позволяющая постороннему взгляду рассмотреть своего владельца. Так как ростом пленник лишь немного уступал самому Зарку, то предводитель отряда сразу предположил, что перед ним мужчина, несмотря на весь наряд, более свойственный женщинам. Под описания принца он, таким образом, тоже не подходил, а поэтому Антерэс решил не церемониться, сетка была резко сдернута с лица. Захваченный, испугавшись, отшатнулся. Первое, что отметил Зарк - это большие встревоженные влажные глаза. Распахнутые вовсю ширь темные очи смотрели на него с нескрываемым ужасом, соскальзывали за его спину к трупу несчастной лошади и возвращались обратно к ее убийце. Предводитель охотников проследил за этим взглядом и, поняв, в чем причина такой настороженности пленника, рассмеялся. Схваченный был весьма молод, и едва ли ему было больше восемнадцати. Судя по изнеженности кожи, лишенной смуглости загара, ухоженности лица и рук, роскоши и фасону одежд - юноша жил в мире, огражденном от грубостей реальности. Черты его лица были практически лишены мужественности, и, при соответствующем облачении, он вполне мог иметь вид юной девы. - Уж не гаремный ли это птенчик? – подал голос Бдерк, спешившись и тоже осматривая того, кто доставил ему столько неприятностей. - Полагаю, что так, - отозвался его господин. - Вырядился не хуже какой-нибудь любимой женушки, - в телохранителе явно начала разгораться злость и желание отомстить этому парсианцу и за полученные раны, и за то, что он был выставлен перед хозяином не в лучшем свете. – Господин, отдайте его мне, я уж его до смерти заласкаю, - говоривший оскалился и, шагнув к пленнику, распахнул на нем верхнее облачение. Открывшиеся взору Бдерка массивное ожерелье, украшавшее шею пленника, и инкрустированный камнями золотой пояс, не могли не вызвать у телохранителя алчного блеска в глазах. - Да эта птичка еще и вся в цацках! Господин, позвольте этот трофей мне? Я его по праву заслужил, – и телохранитель уже потянул руку к творению парсианских ювелиров. Пленник попятился, жадный огонь в глазах посягающего на его неприкосновенность внушал ему самые нехорошие опасения. Его участь и так представлялась весьма незавидной, трудно было сказать, как решат с ним поступить захватчики. Стоило ли ему признаться в том, кто он, или лучше было молчать? А с другой стороны – кто же он? И что он на самом деле может о себе сказать? Любимая игрушка правителя Парсиана? Настолько ли правитель дорожит им, чтобы затеять переговоры о его освобождении? Да и с кем вести переговоры? У кого его выкупать, если это… просто разбойники? Пойдут ли они вообще на какие-либо переговоры или ограничатся грабежом? И что они захотят сделать с ним, после того, как все отберут? Оставят ли в живых? В поисках ответа, его глаза снова соскользнули к телу убитой хозяином лошади. Когда Бдерк еще только гнал его к этому месту, пленник видел, как решительно и безжалостно Зарк расправился с несчастным животным. Что в таком случае от него мог ожидать юноша? А этот его странный смех, когда он понял причину страха пленника? И все же парсианцу чудился шанс на возможные переговоры. Слишком невероятным совпадением представлялось то, что на них напали, пренебрегли целым караваном и напали именно на их невзрачные кибитки. Скорее всего, захватчики если и не знали точно насколько важные особы едут в них инкогнито, то о чем-то все же догадывались. Отвратительно скалясь, телохранитель не оставил своего намерения завладеть украшением, он последовал за отступившим и с силой дернул ожерелье. Застежка выдержала первый рывок. Юноша отпрянул. - Оставь его, Бдерк, - прозвучал голос хозяина. - Но, господин, его цацки должны достаться мне, он же мой пленник, - отозвался телохранитель, - я его схватил. - Если бы не я, ты бы сейчас и дальше загонял свою лошадь в бессмысленной погоне, - усмехнулся Зарк, тоже ближе подходя к захваченному. Тут юноша понял, что ему предстоит сделать выбор, и от этого выбора и будет зависеть вся его дальнейшая судьба. Так кого же предпочесть: жестокого господина или алчного слугу, горящего к тому же желанием отыграться за свои раны? Слуга его, вероятнее всего, изобьет до полусмерти, но оставит в живых, хоть и вышвырнет, а вот что с ним вознамерится сделать господин…? Почему-то пленнику померещились весьма изощренные истязания…. Да и зачем он господину? При более внимательном осмотре костюма и вооружения, предводитель охотников не производил впечатления разбойника, а, напротив, представлялся весьма состоятельным человеком, обычно живущим не кочевой жизнью, следовательно, и украшения не представляют для него решающей ценности в этом случае… Тогда что же? Неужели он? Возможно, господин догадывается, что перед ним не такой уж заурядный человек… Пока пленник раздумывал: к кому будет безопаснее сделать шаг навстречу, все решилось само собой. - Ты прав, - вдруг согласился Антерэс, - золото и камни твои. Довольно усмехнувшись, телохранитель опять потянулся к ожерелью, намереваясь его сорвать, но тут Зарк перехватил и отвел его руку. - Зачем же так грубо? Застежку повредишь, цена упадет. Сказав это, предводитель охотников откинул ткань, ниспадающую с головного убора схваченного, завел ему руки за шею и занялся замочком украшения. Пленник был безмерно удивлен подобным обращением, на такое он совершенно не рассчитывал. И в эти мгновения, когда они оказались так близко друг от друга, юноша смог еще лучше рассмотреть своего захватчика. Довольно смуглое лицо, с жесткими линиями скул и подбородка, но при этом все черты были словно выточены умелой рукой творца и объединены неуловимым законом гармонии. Темные, но живые и сверкающие какой-то затаенной насмешкой, глаза. Тонкие, упрямо сжатые губы. И что-то еще… что-то еще было во всем его образе… что-то чувствовалось… непонятное… неуловимое, но … притягательное…И сердце вдруг встревоженно забилось. Вот он, так близко, и его руки почти выполняют объятье… Словно ощутив, как странно переменилось к нему отношение пленника, Зарк перевел на него взгляд. Юноша смутился и опустил очи. Расстегнутое ожерелье соскользнуло с изящной шеи. - Забирай, - протянул украшение телохранителю господин. - У него в ушах там еще и сережки поблескивают, - заметил ненасытный, ободренный сговорчивостью хозяина, - просто любимая женушка! Весь в женских цацках. Позвольте их я сорву? Мочки, может быть, и порвутся, а вот застежки останутся в целости. - Остынь, - бросил на это Антерэс. Уже пристальный изучающий взгляд уперся в пленника, ребро ладони прошло по его щеке, продвигаясь к уху. Сердце в юной груди застучало еще сильнее, даже дыхание участилось. Пальцы достигли сережки и ловко высвободили ее из отверстия, а потом занялись второй… Совершенно неожиданно для себя пленник почувствовал, как по его телу расходится странная теплая волна, а ноги начинают слабеть и подкашиваться. Сняв украшения, предводитель протянул их своему телохранителю, не отрывая взгляда от гаремного птенчика. - И пояс, - совсем уж осмелев, напомнил Бдерк. Руки захватчика опустились к талии юноши, тот уже был готов просто затрепетать! Голова начала кружиться. Пряжка была быстро расстегнута, и вот пояс, немного опустившись, заскользил по бедрам, покидая своего владельца. - Держи, - произнес Антерэс, кидая трофей телохранителю. Тот жадно перехватил его на лету и довольно оскалился. Столь благостное расположение духа от получения несомненного богатого куша было развеяно уже в следующее мгновение. Господин нанес ему сильнейший удар в лицо, от которого Бдерк из-за полной неожиданности даже не попытался уклониться. Второй удар обласкал его солнечное сплетение, заставив согнуться. Третий, нанесенный уже ногой, свалил его на землю. Пленник отскочил в сторону, он просто физически ощутил на себе волновую мощь ударов. - Еще раз позволишь себе подобное – выпотрошу, - почти спокойно предупредил господин корчащегося у его ног, а потом повернулся к юноше. - Поскачешь со мной, или, - и губы растянулись в издевательской ухмылке, - предпочитаешь бежать рядом? - Как вам будет угодно, господин, - несмело ответил птенчик. Предводитель охотников вскочил на скакуна своего телохранителя и подал юноше руку. Все еще робея, пленник протянул свою. Сильным рывком Зарк втянул его на лошадь и уложил поперек седла. - Догонишь, - бросил хозяин на вопросительный взгляд Бдерка и, пришпорив коня, поскакал туда, где его возвращения ожидал Магриди. Первые захваченные попыток к бегству не предпринимали, и охранявшему их никакого беспокойства не доставляли, но бдительный страж на всякий случай отвязал лошадей от кибитки и медленно объезжал ее кругами. - Вот тебе еще один, - заявил Антерэс, сгружая свою добычу, - всех троих – в мой шатер. Я смотрю, их колымага еще держится, - усмехнулся господин, - на ней и повезешь. Магриди склонился в знак безоговорочного повиновения. - Да, и того болвана подберите! – бросил Зарк, уже мчась в сторону наблюдательного пункта. Как и предполагал предводитель охотников, захватившим караван кроме тюков с товаром похвастаться было нечем. Подобная добыча Антерэса совершенно не интересовала, поэтому он милостиво позволил войнам все трофеи разделить между собой. Довольные солдаты на радостях трижды отсалютовали своему командиру. Ему этот красивый жест ничего не стоил, а вот любовь и преданность бойцов укреплял. На всякий случай плененным купцам был устроен строгий допрос о личностях тех, кто ехал в двух отделившихся от каравана повозках. Все, что смогли сказать запуганные торговцы, это только то, что господа ни с кем не общались, кроме своих слуг и ничего о себе не рассказывали, а за возможность присоединиться к каравану щедро заплатили.