Полторашка

      Юдин метался по кабинету. Записку он отшвырнул подальше, даже не дочитав. Мало того, что Тронин опять ускользнул, так он ещё и в курсе, что Юдин жив. И что именно он, Юдин, устроил взрыв. Всё бы ничего, но Тронину не особо-то и нужно иметь доказательства. Ему достаточно будет явиться под ясны очи любого мало-мальски важного человека, знакомого с ним. А там уж Тронин без труда докажет его вину. Тем более что сам Юдин – одно сплошное доказательство.       Немного успокоившись, он подобрал записку. Перечитал. И только сейчас заметил приписку:       «P. S. : Завтра к полудню. Приходи один. Ты знаешь, куда».       Как же он сразу не заметил! Конечно же, он придёт. И да, один. Ему лишние свидетели не к чему. Да и Тронин наверняка придёт один. Он не станет в это никого впутывать.       Юдин сжёг записку.       «А когда вернусь, подправлю кое-что Синицыну. Он мне ещё пригодится». *^*^*       – Ты хорошо подумал?       Полторашка грустно улыбнулся и кивнул.       – А если ещё подумать? Если что-то пойдёт не так... – Пушкину авантюра не особо нравилась, и он до последнего надеялся, что «папаня» передумает.       – Да думал я, думал. Если он действительно применил сыворотку – а я в этом почти не сомневаюсь – то лучше разобраться с ним тут, где он не сможет никому запудрить мозги.       – А как же ты? – вопрошал в который раз Бык.       – Со мной всё будет хорошо. Ну, бывайте.       Полторашка развернулся, и пошёл в сторону «Юпитера». Его ещё долго провожали взглядом. *^*^*       «Юпитер». С этим местом было связано немало воспоминаний. И Тронин с удовольствием бы в них погрузился, если бы не стоящий в пяти метрах от него Юдин. Полторашка хмыкнул. Ему совершенно не к месту вспомнилась сцена борьбы Холмса и Мориарти. Он невольно улыбнулся.       – Что смешного?       – Рожа твоя, хех.       Юдин оскалился. Он сосредоточился, посылая пси-атаку, и... ничего. Тронин только шире улыбнулся, хотя самому едва хватило сил устоять. Следующая его просто свалит.       – Слабешь, шельма.       «Пси-блокады нажрался» – подумал Юдин, доставая пистолет. Но стоило ему на секунду отвлечься он маячившей впереди фигуры, как Полторашка шагнул в тень, и буквально растворился. Послышался рык.       Юдин беспомощно озирался по сторонам. Рычание доносилось со всех сторон. Но взять под контроль хоть одного мутанта не представлялось возможным – ни одного из них не было видно.       – Уговор был никого не приводить!       – Я и не приводил. Нэнси уже была здесь. Вишь ли, её логово обнаружили сталкеры. Пришлось уводить в безопасное место.       В этот момент из темноты выскочила здоровенная псина. Юдин выстрелил. Псина дёрнулась, и... растворилась в воздухе.       «Этого не хватало!» – пронеслось у него в голове.       Следом выскочили сразу несколько фантомов. Не смотря на то, что они были не настоящие, укусы были вполне реальными. Перезарядить пистолет Юдин попросту не мог, поэтому он схватился за висевший на плече автомат. Пустив короткую очередь по фантомам, недоконтролёр наобум выстрелил несколько раз в темноту. Вскрик. Следом глухой звук падения.       «То-то же» – пронеслось в голове Юдина.       Ещё одна короткая очередь, и он побежал.       «Надеюсь, его сожрёт собственная псина».       Выбежав на дорогу, Юдин не обнаружил за собой погони. Справа доносились звуки, характерные для гравианомалий. Отдышался. И тут он увидел в нескольких метрах от себя сталкера. *^*^*       Обезьян вот уже в который раз обалдевал. Утром, когда проснулся, он обнаружил в подвале призрака. Того самого. «Папа» добродушно улыбался. Затем призрак развернулся и вышел сквозь дверь. Парень подорвался, но за дверью он обнаружил только пустую часть подвала. Поднялся по лестнице. Призрак стоял возле люка и куда-то смотрел. А на него в свою очередь таращились все, кто в момент его появления проходил мимо. Обезьяну не было страшно. Более того – ему отчего-то стало смешно.       – Я сейчас, не уходи только, ладно? – зачем-то сказал он призраку, спускаясь обратно. Когда он вновь поднялся, призрак всё ещё стоял на месте, только теперь он мелко трясся от беззвучного смеха. Ну да. Рожи у собравшихся были ещё тем зрелищем.       – Так почему ты пришёл? – спросил он у призрака. Тот перестал смеяться и жестом позвал за собой.       Обезьян не мог толком объяснить, почему поверил ему. Но Мурзик безоговорочно следовал за ним, не пытаясь остановить. Признал в призраке бывшего хозяина?       Его размышления прервал не особо приятный голос.       – И кто тут у нас?       Некий весьма помятый «джентльмен», облачённый в ещё недавно хороший комбез, был весь в бурых пятах, и едва держался на ногах. Что не мешало ему целиться в Обезьяна. Призрак куда-то пропал. Завёл в ловушку?       Писк в голове. Этого не хватало. Обезьян не мог дёрнуться. А неведомый мужик тем временем подходил всё ближе. И когда он был уже в метре от парнишки, Мурзик открыл рот:       – Пррривет тебе с того света.       Доли секунды, пока мужик был дезориентирован, мутанту хватило по не хочу. Прыжок. Удар по глазам с двух лап. Отскочить.       – А-а! Тварь! Убью!       Некто выронил автомат, зажимая руками глаза. Он развернулся, и побежал. Развернулся прямо к обрыву. Аномалия «Битум», расположившаяся внизу, с радостью «схарчила» угощение.       Обезьян осмотрелся. А вот и призрак. А рядом... контролёр. И, кажется, Обезьян его уже видел. *^*^*       Холодно. Обидно до ужаса. Тронин лежал на полу и смотрел в темноту. Старался выровнять дыхание.       Не честно.       Нэнси вылизывала хозяину лицо, пытаясь вывести его из нехорошего состояния. Но Полторашка продолжал лежать. Вспоминал прошлое. Теперь у него есть такая возможность.       Нэнси улеглась рядом, как-то по-человечески тяжко вздохнув.       – Ну что ты, старушка. Всё хорошо. Удивила ты меня, конечно. Я-то думал, псевдо, а ты пси... – говорил он, поглаживая мутанта по голове.       Славные были деньки. Просто замечательные. Губы против воли растянулись в улыбке. Он вспоминал жизнь в Зоне. И до неё. Будто две разных жизни.       Школа. Ему доставалось из-за роста. Он терпел. Долго. Пока один придурок его не ударил. Тронин тогда только хмыкнул. И зарядил обидчику с ноги под колено. Мальчишка охренел от такого поворота. Послышались смешки одноклассниц. Но теперь смеялись не над Трониным. Мальчишка попытался было достать Гномика (как прозвали Женю в школе), но... вот попробуй попасть по мелкой, быстрой шушере, особенно когда не особо-то соображаешь.       Он махал кулаками, стараясь попасть по Жене. Хер там. Очередной замах. Кулак мальчишки взрывается болью от удара об стену. Он взвыл, прижимая к себе покалеченную руку. В тот момент Женя подумал, что малый рост – не так уж и плохо.       С тех под Тронина пытаются избить ещё два раза, с похожим результатом. В итоге его всё же оставили в покое.       В институте до его снова стали доставать. Но теперь уже по другой причине. Тронин принципиально не давал списывать конспекты, мотивируя это тем, что такой «помощью» окажет им медвежью услугу. А все попытки ему подгадить жестоко обламывались. Он ещё в школе научился нескольким «шуткам», кои без зазрения совести обращал против любого, кто пытался ему навредить.       Помимо прочего Евгений довольно крепок. Подработка разгрузкой вагонов и собственные тренировки сделали своё дело. Так что любая попытка превратить его в боксёрскую грушу была обречена на провал.       С девушками у не го было... никак. Он ещё в школе понял, что они ему принципиально не интересны. Что и спасло его в последствие от немалого количества неприятностей.       Свою службу в армии Тронин рассматривал, как упущенное время. И вспоминать не любил. Так что без сожаления проследовал дальше по страницам прошлого.       Он и сам не знал, почему его приняли в исследовательскую группу после первой катастрофы. Но там он смог заниматься любимым делом. Там же нашёл первого в своей жизни настоящего друга – Синицына.       Уже через пять лет был получен первый псионик. К несчастью, образец прожил недолго, но это был прорыв. Ближе ко второй катастрофе наконец-то был выведен псионик, сравнимый интеллектом с человеком. Однако остальные из той партии не выжили. Нужное вещество оказалось таким простым и таким действенным...       Когда группа Тронина была близка к разгадке, пришёл приказ на уничтожение восемь-два. С чем это было связано, Евгений понял только несколько лет спустя. «От доказательств избавлялся, ирод», – думал он потом. Сыворотку было велено доставить Юдину. Вот только письменного приказа не было. Юдин наверняка забрал сыворотку самолично.       То, что было после второй катастрофы, было кошмаром наяву. Несколько лет он топтал Зону без особой цели. Пока однажды...       – Возьмёте с собой в ходку?       Полторашка старательно не реагировал.       – Молчание, как говорится, знак согласия. Когда выходим?       «Эт ещё кто?» – подумал сталкер, сохраняя невозмутимость.       – Завтра с утра, часов в шесть. Сойдёт?       «Чавой?».       – Вот и ладненько, – сказал незнакомый сталкер, растягиваясь на другом матрасе.       А с утра пораньше Полторашка решил проверить «зелёного». Но едва лезвие коснулось шеи, сталкер, не продирая глаз, схватил его за руку, и в следующий момент полтарашечья рожица утыкается в пол.       «А вот это уже интересно» – подумал Полторашка, ухахатываясь.       Чуть повернуть кисть, поднапрячься – и вот уже молодой сталкер дышит пылью. Но «зелёный», кажется, знал этот приём, потому как в следующую секунду Полторашка снова оказался внизу.       – Ладно, парень, может и буде из тя толк. Не то, что из ентих. А теперь слазь, а то лишнего думать будут.       – За репутацию опасаетесь?       – Не за репутацию, а за мозги ентих дибилов. Им, вишь ли, думать вредно. Они к ентому делу не приспособленные.       Последующие два года были замечательными. Хоть он и топтал Зону с тем, кого послали его убить, о чём его уведомил Пушкин. Но всё тот же Пушкин не мог сказать, почему Бык не стал выполнять заказ.       – Ладно, хорош, – сказал он, потерев вмятину на бронежилете.       Тяжко вздохнув, Тронин резко, и как-то слишком легко для своего возраста, встал. Отряхнулся. Почесал за ухом собаку.       – Бывай, старушка. Пойду я. А-то перенервничали, небось. Ещё и Юдина ловить теперича...       С этими словами Полторашка отправился прочь. *^*^*       – Вот так всё и было. – закончил рассказ Пушкин.       – С чего мне вам верить?       – Ни с чего. Верить или нет – это сугубо твоё личное дело.       Обезьян задумался.       – С чего вдруг контролёру помогать сталкеру?       – А вот это уже моё дело.       – Лааадно. А этот, Юдин...       – А Юдин наверно считает, что убил меня. Чавой смотрите, будто призрака у... ух ты, – Полторашка ненадолго потерялся, увидев «Приколиста». – Так. Где это чмо? Он мне должен новую свитру, броньжилет и чумоданчик невров, – он оттянул рассечённую на плече ткань, демонстрируя тонкую красную полоску на коже.       – Он в «Битум» свалился.       С одной стороны Тронин обрадовался, что Юдин больше никому не навредит. А с другой... а, шло оно лесом.       Разношёрстная компания двинулась к схрону Полторашки. Это надо отметить. *^*^*       – Бык. Бы-ык. Проснись. Проснись, кому грю!       Сталкер издал звук, отдалённо напоминающий скулёж. При условии, что скулит здоровенный медведь. Басом. Да, у Его Полторашества вчера был день рождения. И Его Полторашеству совершенно фиолетово, что Бык хочет спать.       Тяжко вздохнув, сталкер разлепил глаза, и узрел до омерзения бодрую морду.       – Вставай, и так полдня дрыхнешь. А артефакты сами в контейнеры не попрыгают, – сказал он, протягивая «пузырь» и «колобок».       Через несколько минут они уже шли в сторону «нирваны». По небу плыли непривычно белые облака, тёплый ветер едва касался кожи. Словно сама Зона давала передышку.       Призрак наблюдал за сталкерами издалека, и мягко улыбался. Сколько ещё ждёт их впереди?