Светлое и тёмное

Лондон. Уиллин-стрит. 17 июля. Кафе Вирджини. 18:30.       — Девушка, вы будете заказывать? — скучающий тон официантки вывел меня из раздумий.       Я чуть приподняла голову, удивлённо оглядывая незнакомку хмурым взглядом. Обычная невзрачная девушка, короткие каштановые волосы, собранные в хвост, довольно короткая чёлка. Серые глаза. Лицо чуть пухлое, нос остренький. Признаю, осанка не самая лучшая, хотя мне ли об этом говорить, с моей-то сутулостью. Да и ну её, эту осанку!       Типичная форма от какой-нибудь бедной кафешки: красный фартучек, да смешная кепка. Тьфу ты! Смотреть жалко...       Поправив длинный капюшон, скрывающий большую часть моего лица, я по привычке согнула руки в локте и сцепила пальцы друг с другом, как какая-то школьница во время урока, и не сводила глаз с официантки.       — Лучше бы ты шнурки завязывать научилась, — мой голос прозвучал довольно-таки насмешливо, как я и планировала, — а потом уже и устраивалась в жалкую забегаловку работать.       Лицо девушки вытянулось, глаза округлились. Она явно не привыкла к такому грубому общению. Да и к общению вообще. Ну, в самом деле, что можно ожидать от такой серой мышки? Подачи кофе по заказу, только и всего!       Но выражение удивления быстро сменилось злобой: между бровей пролегла заметная складка, глаза сузились, губы поджались в тонкую линию.       Как же я люблю злить людей! Легче от этого не становится, зато удовлетворяешь интерес: какая же реакция будет на этот раз. И вот он, очередной живой ответ. Подобное мне приходилось видеть раз по пять на дню, когда я грубила очередному прохожему.       Этому меня научили ещё с детства. Зачем? Да кто их знает...       Резким движением она бросила ручку и блокнот на стол и присела на корточки, завязывая шнурок. Затем, гордо выпрямившись и смотря на меня сверху вниз, властным тоном осведомилась:       — Будете заказывать?       Да, её, похоже, очень легко было вывести из себя.       — А ты не психуй, — притворно добрым голосом пропела я, — с клиентами повежливей надо. Как-никак мы всегда правы, так ведь у вас говорится?       Девушка окатила меня недобрым взглядом, затем осмотрелась вокруг и чуть приблизилась ко мне.       — А ты бы сначала волосы краской поливать перестала. Или клоуном подрабатываешь? — самодовольно ухмыльнувшись, она отстранилась и уже громче добавила: — Заказывать будете?       Я задохнулась от возмущения, яростно сверкнув глазами в сторону собеседницы. Клоуном значит! Ну что ж...       — По мне, так клоун хоть оплачивается нормально. А вот тебе, судя по твоей драной одежде, жалеют каждый кнат!       Обычно я хрипела низким басом. Но зато, когда доставали, неожиданно переходила на громкий визг, от которого все прохожие уши затыкали. Да-а, как все уже догадались, характер у меня не сахар. Тему о манерах я вообще ещё не затрагивала. А что уж говорить о внешности... Иными словами аристократка из меня никакая! Хотя росла я среди них.       Официантка недоумённо захлопала глазами, сделав небольшой шаг от меня в сторону, словно бы от прокаженной. Поначалу я победоносно скривила губы в усмешке, считая, что моя взяла и девушка таки не нашлась с ответом. В большинстве случаев всё так и было: люди, уставая ругаться со мной, уходили прочь. Кого-то я своими приколами даже доводила до слёз. В основном это были надоедливые малолетки, шнырявшие по коридорам туда-сюда, что, надо признаться, жутко раздражало.       Довольно расправив плечи и облокотившись на спинку стула, я уже приготовилась было сделать заказ, как до меня вдруг дошло, что именно я только что выдала в своей бестолковой речи. Кнат! Монета в мире магов! Вот почему она и отшатнулась от меня как от тронувшейся рассудком, с довольно тупым видом.       Резко вскочив со стула, я схватила официантку за шиворот футболки и потащила к чёрному ходу. Но физически она была гораздо сильнее, так что вырваться девушке не составило труда.       — Какого... — она не договорила.       В кафе ворвался необычного вида мужчина. А если поподробней: высокий, с тёмно-русыми спутанными волосами, собранными в неаккуратный хвост, где проглядывались красные пряди, так что я не удержала кроткий смешок, хоть сейчас явно было не до этого. А смеялась я над тем, что после такой причёски официантка уж точно больше не назовёт меня клоуном. Если, конечно, будет, кому называть.       Его чёрное пальто было всё вымазано в грязи, ровно, как и клетчатые брюки. Высокие зашнурованные ботинки тоже были не в лучшем состоянии: покрытые комьями грязи, к которым прилипали мелкие травинки.       — Струпьяр! — хоть это и прозвучало вполне раздражённо, я была несказанно рада визиту друга, тем более что мы с ним не виделись уже недели две. — Говорила же, не расхаживай в таком виде по городу! И если ты снова за мной следил, предупреждаю, убью на месте! Вот прям в этом кафе!       Лицо егеря украсила наглая усмешка. Меря большими шагами расстояние между нами, он не сводил с меня пристального (и до жути самодовольного) взгляда.       — А мне-то казалось, тебе бы тут пригодилась помощь, — он говорил устало, немного хрипло, но как обычно иронически.       Тут мой друг попал в самую точку, и мне ничего не оставалось, кроме как молча кивнуть, ожидая содействия с его стороны.       Это сработало, как сигнал. Быстро подскочив к нам, Струпьяр схватил девушку за шею и повёл к чёрному ходу. С ним-то ей справиться не удалось, слишком уж много опыта у моего друга было в отлове маглов и грязнокровок, которых чаще всего пришлось хватать вручную. Холодно приподняв брови, я оглядела крохотное кафе, схватила с сиденья свою сумку и последовала за ними, на ходу доставая палочку.       — Так кто, по-твоему, клоун? — уточнила я, закрыв за собой дверь и наматывая на палец длинный синий локон. Егерь фыркнул и закатил глаза, мол: «Начинается...».       Девушка не ответила, лишь беспомощно оглядывалась по сторонам, обеими руками держась за ладонь Струпьяра, сжимавшую и не выпускавшую её шею. Словно бы надеялась таким образом ослабить хватку и вырваться, однако с моим другом не так-то просто было сладить.       — Да убей ты уже её! — воскликнул егерь. — Или же отведём её в поместье Малфоев. — Он игриво подмигнул девушке. — Белла будет очень рада!       — Белла сегодня обойдётся, — спокойно покачала головой я, — тут мы и без неё справимся.       Струпьяр по-детски надул губы.       — Наша миссис Лейстрендж обидится. А ты прекрасно знаешь, что её злить не нужно.       — Переживёт, — холодно заявила я и направила палочку на официантку.       Та испуганно съёжилась, хоть и не совсем понимала, что именно собираются с ней сделать. Однако одно было совершенно ясно: ничего хорошего. Каким чудом она до сих пор не заорала, для меня осталось загадкой.       — В меня только не попади, — шутливо предупредил егерь.       — С радостью бы, да эта убежит. Обливейт!       Глаза девушки расширились и остекленели, мгновение в них не отражалось ничего живого. Страх исчез с лица, и хватка (она всё ещё держалась за ладонь Струпьяра) чуть ослабла. Егерь бросил на меня недоумённый взгляд и медленно отпустил её. Та едва покачнулась и навалилась на стену, даже не замечая нас.       — Пошли. — Я потянула друга за руку, уводя подальше от этого места и, напоследок, мельком бросила жалостливый взгляд на кафе. Даже поесть не успела.       Чёрный ход выводил на небольшой переулок, с обеих сторон окруженный кирпичными стенами старых домов, в которых уже почти никто не жил. Справа стояли два мусорных бака, между которыми уместно было бы спрятаться и трансгрессировать, но я упрямо повела Струпьяра в сторону дороги. Нас окружила толпа спешащих людей, обращавших на нас странные косые взгляды, а я и виду не подала. Мимо проносились машины, что чуточку нервировало егеря. Это заставило меня мстительно ухмыльнуться. К магловским вещам он не привыкнет никогда. Свернув, мы прошли мимо главного входа в кафе и направились к подземному переходу. Спустившись вниз по лестнице, я зашла в дальний угол, подальше от любопытных глаз, затем резко подтолкнула друга к стене и сняла капюшон.       — С какого хрена ты за мной следил?! — злобно прошипела я. Тот не ответил, лишь продолжал смотреть на меня спокойным взглядом серо-голубых глаз. Я же молчала, в ожидании ответа, враждебно сузив глаза.       — Ты подстриглась? — наконец, спросил он.       — Не меняй тему! — резко оборвала я его. — Если бы мне действительно пришло в голову обрезать волосы, то сейчас бы они навряд ли достигали до колен, тебе не кажется? Так что не лучший способ заговаривать мне зубы. А теперь отвечай!       Струпьяр притворно вздохнул.       — И всё-то тебя не устраивает. Что-то мне не кажется, что ты прекрасно справлялась сама.       — И что с того? Мне пятнадцать, Струп, не пять! Я тебе не маленький ребёнок, чтобы ты имел право ходить за мной, как Хвост за Тёмным Лордом!       — А вдруг я твой поклонник? — егерь ехидно улыбнулся.       Я лишь закатила глаза. Нет, ну с ним серьёзно разговаривать нельзя!       — И почему ты называешь его Тёмным Лордом? Он как-никак твой отец. А ту магловку почему не убила?       Я яростно взглянула на него и отпустила, снова натянув капюшон.       — Не твоё дело!       — А зачем ты изменила фамилию? Нет, «Ани Райдл», конечно, звучит хорошо, но и «Ани Реддл» тоже неплохо, согласись.       Ну, начинается!       — Силенцио!       У меня просто другого выбора не было, кроме как наслать на него заклинание немоты. Взяв друга чуть повыше локтя, я трансгрессировала, плевав на то, как это ненавидел егерь.       Мы оказались возле поместья Малфоев. Здесь довольно-таки часто собирались Пожиратели, во-первых, дом просторный и места хватит всем. Во-вторых, предложив своё жилище в качестве некого штаба, Люциус надеялся загладить вину. В конце концов, он ведь предал Тома Реддла. Ах, если бы откупиться можно было одним только поместьем! Думаю, тогда у Пожирателей было бы вдвое меньше проблем.       Как только наши ноги почувствовали под собой твёрдую почву, Струпьяр быстрым движением вырвал свою руку из моей и, отойдя шагов на пять, согнулся пополам, подавляя рвотные позывы. Я, бросив на него равнодушный взгляд, хмыкнула и направилась в сторону закрытых ворот.       — Алохомора! — Не вышло. — Эй! Есть кто дома? — я отошла на два шага назад и заглянула в роскошные окна, надеясь увидеть хоть чей-то силуэт.       — Ребя-я-ят! — хриплым голосом заорал Струпьяр.       Никто не ответил. Друг посмотрел на меня, сжав губы и пожав плечами, мол: «Ну что поделать!». Недовольно скрестив руки на груди, я резко развернулась и уже собралась уходить, как вдруг замки сзади зашумели и открылись. Скрипя, ворота отворились, пропуская нас вперёд.       — А вот сразу так нельзя было?!       Я недовольно зашагала в сторону дома, за мной поспешно заковылял Струпьяр, всё ещё отходя от трансгрессии. Пинком открыв входную дверь, я уже готовилась увидеть преспокойную картину, этакий семейный уголок... Но нет же!       Могла бы догадаться, что пока Малфоев нет дома, Беллатриса обязательно замутит вечеринку! Или что тут ещё было...       И ладно хоть это уже закончилось, но вы бы видели, в каком хаосе я сейчас находилась!       — Белла, твою ж!.. Ты что? С ума сошла? Нарцисса нас убьёт! — заорала я, увидев разбитый мольберт какого-то древнего предка Малфоев, а вот Струпьяр позади всё загибался, но на этот раз от смеха.       — Ани! — Беллатриса раскинула руки, раскрывая объятия.       Я лишь недовольно фыркнула, оглядывая то, во что превратился дом.       — Прибирать сама будешь.       — О! Ани! — Молодая девушка с густыми каштановыми волосами ехидно улыбнулась мне, что скорее напоминало оскал. А строго говоря, у большинства Пожирателей улыбка напоминала оскал. Да и не только у Пожирателей. Всех, кто меня окружал. А я и привыкла.       — Тоика! — Струпьяр улыбнулся, подходя чуть ближе. — Ну, здравствуй, сестрица!       Та ещё противней оскалилась, смотря на старшего брата. Да, вот так Струпьяру не повезло с роднёй... Впрочем, точно говорить не могу, так как не знаю его родителей, но если судить по их отпрыскам, людьми они были неважными...       Развалившись на столе, как на кровати, и раскинув руки, Тоика откинула голову назад. Кончики длинных спутанных волос чуть касались пола. Чёрная кожаная куртка (кстати, украденная у меня самым наглым образом) была не полностью расстёгнута, и под ней виднелся полупрозрачный кружевной топ. Довольно длинная юбка раскинулась по всему столу, показывая короткие зашнурованные ботинки на высоком каблуке.       В одной руке она держала нож, ковыряя им щель в столе, за что, готова биться об заклад, ей очень скоро влетит от Малфоев. На губах играла безумная улыбка, широко распахнутые серые глаза, не отрываясь, смотрели на Струпьяра.       У Тоики было детское чуть пухлое личико. На левой руке красовался шрам в виде укуса. Вполне можно было предположить, что это работка какого-нибудь оборотня, но нет же. Оказывается, наша безрассудная подруга просто-напросто решила прогуляться ночью по лесу, где её и покусал какой-то хищник. Спасибо Струпьяру, выискивающему в то время грязнокровок, иначе бы его младшая сестрёнка превратилась в корм для животного. А вот что ей понадобилось в том долбаном лесу — хрен знает! Видимо, по братцу соскучилась и вот решила навестить. Я говорила, что она сумасшедшая? Не так, как Беллатриса, конечно, но всё же.       — И ты никого не привёл? — Девушка деланно загрустила, состроив обиженную рожицу.       — Ну прости-и-и, — протянул Струпьяр, устало садясь на ближайший стул, — был шанс привести магловку, но кое-кто всё испортил. — На этих словах он хитро покосился на меня и гадко ухмыльнулся.       Обе ошарашено уставились на меня, полными недоумения глазами.       — Ты-ы? — выдохнула Беллатриса, ещё шире раскрыв глаза, и в этот момент меня так и подмывало заржать над этим зрелищем.       Но подавив дикий смех, грозящийся вырваться в любую секунду, я довольно кивнула, скрестив руки.       — Ага. И не надо смотреть так на меня! По мне, так вам и без того тут весело было. — Я вновь окинула взглядом разгромлённый дом. — Вечеринка удалась на славу?       — Ты всё пропустила, — заявила Тоика, не сменяя свою маску обиженной избалованной девочки.       Я равнодушно пожала плечами.       — Извиняться не буду.       — И отказалась приводить магла, — подытожила Белла, подозрительно прищурившись и покачиваясь на каблуках.       — Ой, вот только не начинай. — Я махнула рукой и, уже было, направилась в сторону лестницы, надеясь повалиться на кровать и как следует отоспаться.       Хотите — верьте, хотите — нет, но денёк у меня выдался не из лёгких.       — Ты заступаешься за них? — Лейстрендж, похоже, никак не хотела меня отпускать и теперь её голос переходил на громкий визг. М-да, у кого-то явно бзик. — За этих... — она не договорила, а я, воспользовавшись паузой, кротко заявила:       — Нет, просто вредничаю.       Мои слова, похоже, её убедили, я, устало зевая, поднялась вверх по лестнице, полная надежд если и не заснуть сладким сном, то хотя бы спокойно послушать музыку. Кстати говоря, заснуть днём мне удавалось совсем не часто, но сейчас был особенный случай, потому как дорога из Дурмстранга была очень тяжёлой и утомительной. Ещё до того, как оказаться в Лондоне, я уже определилась, что именно буду делать, как приеду: домой не сразу, как вы уже поняли, тишины здесь не жди и просто чудо, что мне удалось отделаться от этих ненормальных. Поэтому, как только приехала, я сразу же направилась в тихое кафе, где по моим меркам должно быть совсем мало народу. Однако надежды на тихие посиделки не увенчались успехом, и пришлось мне вернуться в этот дурдом.       Что ж... в следующий раз не буду нарываться. Чувствовала же, что не тот момент был. И вот, пожалуйста! Спровоцировала Струпьяра выйти из укрытия, а так бы сидела себе смирно и никого не трогала. И меня бы никто не трогал. Впрочем, мой друг всё равно дал бы о себе знать со временем. Не такой он человек, чтобы тихо сидеть себе в уголке.       Едва я ступила на порог своей комнаты, как вдруг...       — Ани! — Голос принадлежал Драко.       — Твою мать... — тихо пробормотала я, опустив голову, и крепко зажмурилась, моля себя сохранять спокойствие. Затем резко обернулась и постаралась улыбнуться, небрежно облокотившись о стену.       — Привет! — воскликнула я приближавшемуся парню.       Тот подскочил ко мне и, прижав к себе, чмокнул в щёку.       — Я и не знал, что ты приедешь, — озадаченно проговорил он, — могла бы и написать.       — Мог бы и сам отсчитать дни, — уже чуть более мрачно подхватила я. — Как будто я первый раз на каникулы приезжаю.       Он потянулся к моему лицу, видимо намереваясь опять поцеловать, но я испуганно отпрянула, упираясь обеими ладошками в его грудь, таким образом, удерживая на расстоянии.       — Э-э-э... А ты сам-то давно приехал? — я лихорадочно искала тему для разговора, надеясь избежать его «нежностей».       Драко недоуменно посмотрел на меня и после недолгой паузы ответил:       — Только вчера.       Да, как вы уже поняли, он мой парень. И, похоже, влюблён был в меня без памяти, чем не могла похвастаться я. А почему тогда встречалась с ним? Да фиг его знает! Вроде неплохой, чистокровный, сын Пожирателя, пускай и не самого преданного. Ну да ладно! Как ни старалась, я не могла найти в Малфое ничего, что могло бы меня оттолкнуть. Однако от чего-то мне всегда было не по себе рядом с ним. Свалив всё на свою стеснительность, которая проявляла себя не так уж и часто, я решила, что со временем это пройдёт. Не проходило. Что ж, привыкну.       Выпутавшись из его объятий, я направилась в свою комнату, захлопнула дверь, взяла в руки магловский плеер, приобретённый совсем недавно, надела наушники и завалилась в кровать. Мерлин! Как же спать хочется! Неудивительно, что я почти тут же вырубилась, не обращая внимания на громкую музыку в ушах.