Обычная история

Ранним утром субботы я сидела в небольшом скверике напротив библиотеки и рисовала. Да, я совершала преступление – шла против воли отца. Но ничего не могла с собой поделать! Руку словно ломало – так хотелось взять карандаш и водить им по бумаге, вырисовывая частичку реального мира. И когда за спиной раздалось аккуратное покашливание, я подумала, что сейчас грохнусь в обморок. Увы, этого не произошло. Захлопнув альбом, я вцепилась в него, словно утопающий в спасательный круг и бросила взгляд через плечо. Тут же лицо загорелось, и я вжалась в лавочку, мечтая слиться с ней в единое целое, как Терминатор из второй части. – Ч-что ты тут делаешь? – промямлила я. – Вообще-то, иду в библиотеку, – ворчливо отозвался Саске. – А ты чего такая перепуганная? Я помотала головой, но потом не выдержала и воскликнула: – Пожалуйста, не говори никому, что я здесь... – я осеклась, понимая, как глупо это звучит со стороны, но все же закончила почти шепотом, – ...рисовала. Пальцы, казалось, впечатались в альбом, с такой силой я его сжала. Я боялась посмотреть на Саске, мечтая лишь провалиться сквозь землю или оказаться где-нибудь... В Антарктиде. Ну вот, теперь он знает еще один мой секрет. Что ж так не везет-то, а?.. В голове уже прокрутились все возможные варианты его ответа, от "никогда и никому" до набора номера и " ... А ваша дочь...", но Саске просто коротко бросил: - Не скажу. - Я перевела дыхание, но тут он продолжил: – Если... Покажешь, что рисуешь. Помедлив, я протянула ему альбом. Некоторое время был слышен шорох переворачиваемых листов, я замерла, не зная чего ожидать. - Почему ты их прячешь? - наконец, спросил он. - Профессия художника не подходит наследнице могущественного клана, - проговорила я, продавливая ногтем в карандаше аккуратные полукружья. - Как знакомо... - Что? - Я удивленно вскинула голову, Саске протягивал альбом и объясняться, кажется, не собирался. Отдав рисунки, он пошел прочь, подняв руку в знак прощания и проговорив: - Только не забрасывай. У тебя очень хорошо получается! Я только сидела и усиленно моргала, чтобы понять, а не привиделась ли мне наша встреча... А потом пришли результаты очередной контрольной, и отца вызвали в школу... Два дня меня не выпускали из комнаты, поесть приносила язва-Ханаби, которая не упускала случая поиздеваться над моим положением. На третий день в школе у меня был долгий разговор с учителем математики. Долгий и тяжелый, но закончился он совершенно неожиданно. - Мы поговорили с твоим отцом и пришли к выводу о необходимости индивидуальных занятий. Мое сердце упало. Это еще меньше свободного времени! - У нас сейчас программа по стажировке, это значит, что репетиторством занимаются сами ученики - помогают своим товарищам. Хьюга-сан настаивал, чтобы с тобой занимался самый лучший репетитор. Учиха Саске. А вот на этих словах я чуть было не подпрыгнула. Саске... Будет заниматься со мной... Радоваться или испугаться? - Так как школа сейчас не может выделить дополнительные помещения, то занятия будут проходить у кого-либо из вас на дому. Хьюга-сан сказал, что в вашем доме это делать нецелесообразно, поэтому будете заниматься дома у Учихи. Мне такая идея не очень нравится, но, если так сказал твой отец, значит, у него были на то свои причины. Вот новость! Почему, интересно?.. -За тобой будет заходить твой брат, так как время позднее... Ну-у... Я бы предпочел, чтобы Нейджи присутствовал на занятиях, но у него в это время подкурсы. Однако я уже обговорил все с Учиха-саном, отцом Саске, и он пообещал, что никаких проблем не будет. Так что с понедельника можете преступать к занятиям. Вот в этом и был весь мой отец: передавать важные сведения через других... Самые необыкновенные дни были, когда я приходила в дом Учих, заниматься с Саске. Мягкий свет настольной лампы – яркий круг выбеливает тетрадные листки так, что больно глазам, тени подступают близко-близко, и кажется, что они живые, обволакивают, обнимают, гладят спину холодными пальцами. Двое сидят над учебниками так тесно, что волосы переплетаются – черные, как эти тени. Никогда бы не подумала, что у Саске столько терпения – донести до меня искру знаний, это еще надо постараться, в особенности, когда дело касалось математики, тьма в моем мозгу стояла полная. Недели две наши занятия вообще не приносили результатов, потому что, находясь в чужом доме наедине с молодым человеком, я превращалась в каменную статую, а мои мысли – в свинцовый кисель. Но потом я постепенно привыкала к его обществу, и вскоре вовсе оно стало чем-то необходимым. Три раза в неделю к семи вечера я спешила в особняк Учих. Было так здорово – чувствовать тепло не только от настольной лампы, но и от близкого общения. Порой, даже забавно было наблюдать, как Саске нервно взъерошивает волосы, пытаясь мне что-то объяснить, хмурит лоб, чешет переносицу, вскакивает и ходит по комнате, затем вскрикивает: "Ну хорошо, попробуем вот так!" - и принимается исписывать очередной лист заумными формулами и примерами. Результатом стало то, что я написала следующую контрольную на 88 баллов! Мы все вздохнули с облегчением. Но, увы, после этого Саске сказал, что у него самого много дел, и мы стали заниматься всего раз в неделю. К тому времени я поняла, насколько привыкла и привязалась к нему. И как мне было паршиво и одиноко одной по вечерам, это чувство становилось с каждым разом все хуже и хуже. Мне казалось, что на закате я умираю, как солнце, но вместе с тем не хотелось, чтобы наступало утро – это означало бы возвращение к серой и беспроглядной рутине. Каждое утро в школе я встречала Саске, со мной на людях он держался холодно и отстраненно, так же, как и со всеми. А мне вот хотелось, чтобы он как-нибудь выделял меня из толпы своих фанаток. Не желая признавать себя одной и них, я, тем не менее, сама того не замечая, оказалась в первых рядах... С небес на землю, можно даже сказать, мордой об асфальт, меня спустила Сакура. – Хината, – как-то раз обратилась она ко мне на перемене. – Поясни, пожалуйста, куда ты смотришь?.. – М? – не поняла я, поворачиваясь к ней. – Ты на что сейчас так пялилась? – Просто так. Я вернулась к недорисованной розе в тетради. Но через некоторое время снова отвлеклась. Тут я почувствовала, как на мои виски легли чьи-то руки. – Замри, – приказала Сакура. – А теперь говори, что ты видишь. – Окно. – Так. – Парту. – Так. – Саске-куна... – Так, – это последнее "так" звучало триумфально. – Ксо... Я вскочила и, не оглядываясь, выбежала из класса. В туалете, сидя в кабинке (А что? Самое лучшее место для размышлений, никто не мешает глупыми вопросами - а чего это у тебя с лицом? Чего-чего... Думаю!), я попыталась проанализировать свои чувства. Странно, но в последнее время Наруто-кун совершенно вылетел из головы, видимо, так действовала на меня их с Сакурой идиллия. Они замечательно сошлись, было бы даже представлять их с другими. Саске... Стал для меня чем-то само собой разумеющимся, привычно-приятным... Нет. Неотъемлемым... Загадочным и немного опасным. Нет, никакой он не загадочный! Просто не любит распространяться на личные темы. Вон сколько раз я у него в гостях была – так ничего нового и не узнала, кроме того, что его старший брат учится где-то за границей. Опасный?.. Ну, Саске ходил в секцию единоборств, ему действительно опасно переходить дорогу... Но я же не собираюсь становиться его врагом!.. Вообще, он мне напоминал героя какого-нибудь старого фильма про самураев. Тут мои мысли были прерваны ввалившимися в туалет девчонками. По голосам я узнала своих одноклассниц: Тен-Тен, Ино и Юми. Раздались постукивания каблучков по кафелю. Кто-то зашел в кабинки слева и справа от меня, а кто-то подергал ручку моей и остался стоять рядом. Я сжалась. ААА!!! Окружили!!! – А вы заметили, да? – смеясь, спросила Тен-Тен из кабинки слева. – Что?! – хором воскликнули девчонки. – Наша Хината тоже зафанатела от Саске-куна! – Влюбилась?! – голос Ино справа. – Ну да, глаз с него не сводит! Корова чертова... – шуршание одежды. – Да ладно тебе, ты просто ревнуешь! – Юми топталась перед моей кабинкой, голос звучал так близко, словно она опиралась спиной на дверь. – Саске же с ней занимается после уроков математикой! – Пффф! Не собираюсь я ревновать! Зато у меня с этим предметом все в порядке! – Звук спускаемой воды, перетоптывание, скрип двери. –Ты думаешь, они там математикой только занимаются? – подначивала Ино. – А то! Иначе он не смотрел бы на нее как на пустое место! Да и она перестала бы так позорно краснеть перед ним! Шум воды из крана. – Да ну-у-у?! – усмехнулась Юми уже слева, за перегородкой. - Все равно ревнуешь! Шорох, звон набоек о старый кафель, скрип. Ино тоже вышла и направилась к умывальникам. – Нет! Мне вообще на него плевать! – Тен-Тен начинала злиться. – Ну как же! А кто в блондинку перекрасился? А вот и Юми покончила со своими делами и присоединилась к подругам. Я так живо представляла, как эти три светловолосые дамочки прихорашиваются перед зеркалом, словно могла видеть сквозь дверь. – Да-да! Саске-куну же нравятся блондинки! – заверила Ино. Смех, толкотня, и уже из коридора: –Нифига подобного! Я для себя! – Не верим!.. Я сидела в той же позе. Меня трясло. В принципе, я и раньше знала, какого обо мне мнения, но все равно услышать такое было слишком больно... Только прозвеневший звонок вывел меня из ступора. А потом мой и без того пошатнувшийся мир рухнул окончательно...