Обычная история

После того концерта популярность Саске возросла многократно. Девчонки в буквальном смысле ходили за ним толпами, не сводили благоговейных взглядов, предлагали завтраки, могу поспорить, что его шкафчик ломился от любовных посланий. На отношение к нему фанаток даже не повлиял факт распада группы, сразу было понятно, не искусство интересует этих школьниц. А вот я с удовольствием послушала бы их еще раз… То, что я знала о Шион, давало мне какое-то мстительное представление о преимуществе. Само собой, я не собиралась им пользоваться, это шло вразрез с моими принципами. Об Учихе же я старалась вообще не думать, ничего себе не представлять, не воображать и, тем более, не надеяться. Ни на что – ни на взгляд, улыбку или простое слово. Внушала себе, что Саске как дорогая побрякушка на витрине – красиво, но никогда себе такое не купишь. Так мыслить было довольно проблематично: в классе я чувствовала присутствие Учихи, ощущала всей кожей. Знала, что стоит повернуть голову, и я увижу знакомые непослушные черные волосы. Поэтому с мазохистской радостью бралась за самые сложные задания, лишь бы отвлечься. …И вот сейчас мы сидели так близко друг от друга, что соприкасались рукавами. Я думала, что потеряю сознание от волнения, пока наливала чай. Но все обошлось. Я ничего не видела и не слышала из того, что происходило вокруг, запомнилось только недовольное лицо отца, когда он посмотрел в мою сторону, и ехидная и почему-то очень довольная улыбка Ханаби. Чай передо мной оставался нетронутым. Пару раз в сознание ворвался мамин смех. …Почему его присутствие так волнительно? Ведь сидели мы и раньше вот так близко друг от друга, когда занимались. Что изменилось?.. От громкого голоса отца, я пришла в себя. Кажется, он предлагал гостю пройти в кабинет. Мать дождалась их ухода и скрылась на кухне. Мы остались втроем за столом. Я превратилась в каменную статую, сделать хоть какое-то движение или заговорить было выше моих сил. Ладони болели, так сжимались кулаки. Первой заговорила Ханаби, и в тот момент я была ей жутко благодарна, пока не дошел смысл слов. – Ты пропустила все самое интересное. Я недоуменно подняла глаза. – Обсуждалось, между прочим, твое будущее, – пояснила сестра. – В смысле? – удалось выдавить мне. – Твоя будущая свадьба. Я похолодела, кровь отхлынула от лица. Ханаби с упоением наблюдала за моей реакцией. – Чтобы спасти компанию, было принято решение объединиться с Учихами. Для подтверждения сотрудничества, тебя выдают замуж за сына Фугаку-сана. Замуж?! Это что же… замуж за… Саске?! Я посмотрела на сидящего рядом парня. Не может быть… Мысли путались, наскакивая одна на другую. Саске слегка повернул голову и холодно произнес: – За моего старшего брата. Итачи сейчас за границей, но скоро должен вернуться. Как я не отключилась там же, не понятно. Эта новость не просто огорошила, а полностью лишила меня дара речи. Я уставилась на зеленоватую жидкость в чашке перед собой и некоторое время разглядывала играющие в ней блики света от ламп. Напряжение росло и росло, пальца сжимались все сильнее. В конце концов, я вскочила, едва не смахнув со стола приборы, и, не говоря ни слова, выбежала из комнаты. Ворвавшись в спальню, я захлопнула дверь и бросилась на кровать. Схватив подушку, я прижалась к ней лицом и разрыдалась. Как отец мог так со мной поступить?! За что мне это?! Мало того, что решил, кем я буду работать, так еще и собирается выдать замуж неизвестно за кого? У нас двадцать первый век, все-таки! Замуж за брата человека, которого я люблю. Это ужасно.