Обычная история

Я снова сидела в туалете и ревела. Ну почему все складывается именно так?! Словно мало было неприятностей дома, так еще кто-то пустил слух, что меня собираются выдать замуж за Учиху. А источником оказалась моя сестренка. Только что я стала свидетелем того, как Саске велел ей больше не трепаться на эту тему и сделать все возможное, чтобы разговоры о связи Хьюг и Учих прекратились. Я как раз заходила в класс к младшей, чтобы передать коробку с обедом, которую нести сегодня пришлось мне. Ханаби стояла возле парты бледная, похожая на приведение, над ней возвышался Саске. Угроза, исходившая от него, чувствовалась физически. Вот он сейчас напоминал разгневанного демона, холодного, мрачного, опасного. На месте сестры я бы наверно поседела… Ханаби клятвенно заверила, что ни слова не пикнет про намеченную свадьбу и всячески попытается подавить сплетни. Когда Саске выходил из класса, даже не взглянув, словно что-то тяжелое и мрачное придавило меня к полу. Но слухи поползли по школе стремительно и безвозвратно. Я постоянно слышала перешептывания за спиной. «Учиха, Учиха, Учиха» неслось вслед. Полные неприкрытой зависти и злобы взгляды. Неужели их так достает, что я породнюсь с семьей Саске?.. Тем не менее, в лицо не было никаких заявлений, наверно мой знаменитый одноклассник припугнул не только Ханаби. Прошло уже несколько дней, а вся эта история давила и давила. И вот, не выдержав, я снова ревела в туалете, скрывшись там сразу после обеда. Сквозь пелену слез тряслась перед глазами зеленая дверца кабинки. Так, надо успокоиться, немедленно успокоиться, иначе опоздаю к уроку. Я встала с крышки унитаза, на которой сидела, и покачнулась – очень сильно закружилась голова, зелень покрашенного дерева пошла рябью, затошнило так, что выпитый чай встал в горле. Прокашлявшись и хлюпнув сопливым носом, я растерла платком слезы на щеках и распахнула дверь. Мир бросился на встречу цветным хороводом искр. Охнув, я схватилась за косяк. Что такое?.. Во рту стоял неприятный сладковато-гнилой привкус, сердце колотилось где-то в висках, стало трудно дышать. Протерла глаза. Не помогло. Все кружилось и мерцало. Тряхнула головой, заболел затылок. Вот здесь начала подниматься паника, потому что это было не простое головокружение – даже проморгавшись я все еще плохо видела, как сквозь полиэтиленовый пакет. Отчаянно не хватало воздуха. Кое-как добравшись до умывальника, я на ощупь включила холодную воду и стала судорожно умываться. Наконец, разогнувшись, посмотрела на свое отражение. Зрение почти прояснилось. Девушка передо мной была бледная, растрепанная, с красными глазами и алым носом. Ну и видок!.. Тошнота потихоньку отступала. Я пригладила рукой волосы. И замерла. Потому что во мраке оставленной кабинки что-то шевелилось. В отражении за моей спиной. Какое-то большое извивающееся тело, как огромный питон. В воздухе, прямо над унитазом. Тело пробил холодный пот. Я стремительно обернулась, приседая, продолжая хвататься за край раковины. Кабинка была пуста. Померещилось. Я перевела дыхание, попыталась успокоиться, наконец, расцепляя подрагивающие пальцы. Ну, Хина, и довела же ты себя этими переживаниями!.. Никогда не думала, что стресс так скажется… Звонок ударил по нервам, я вздрогнула, сменные туфли разъехались по кафелю, и я шмякнулась на пол. Правильно меня называют коровой… Уже почти придя в себя, я посмотрела вглубь злосчастной кабинки. Из мрака под унитазом на меня тоже смотрели. Два бледно-желтых нечеловеческих глаза. Я заорала так, как никогда прежде. Кажется, стукнула о стену распахнувшаяся дверь. Кажется, появились какие-то люди, кто-то тряс меня за плечи. Удар по щеке, я словно проснулась. Горло саднило, во рту пересохло. Оказывается, я орала все это время. Надо мной склонились какие-то девушки, десяти секунд хватило, чтобы понять, что это дежурные по этажу. Меня подняли на ноги и засыпали вопросами. Я посмотрела в кабинку. Пусто. Словно ничего и не было. – Крыса… – прошептала я бессильно. И, чтобы они наконец-то поверили в мою реакцию, добавила: – Она проползла по моей ноге. – Ох, – всплеснула руками одна из девушек, – я, наверное, тоже бы заорала. – Она недоверчиво покосилась на меня. – Но вряд ли так сильно. – Что у вас там? – раздался возглас. В дверях топтался завхоз, мужичок лет сорока. – Урок уже начался, быстро в класс! – Она говорит, там была крыса. – Крыса? Чушь собачья! Я опрометью кинулась из туалета, за дверью налетев еще на кого-то. Бегло извинившись, понеслась дальше. В голове стоял полный хаос, тело слушалась еще с трудом, ноги подкашивались, страшно хотелось пить. В классе, под строгий и осуждающий взгляд учителя и едва слышные насмешки ребят, я пробормотала какие-то оправдания и села за парту. Руки тряслись так, что не держали карандаш. – Что с тобой? – беспокоилась Сакура. – Крыса… была в туалете. Огромная. Подруга сочувственно поцокала. Я протерла глаза и огляделась. Занятия начались, все внимательно слушали объяснения учителя и на меня уже никто не смотрел. Кроме… Да, кроме Саске. Прищурившись, он изучал мое лицо, словно ожидая увидеть на нем нечто интересное. Мне захотелось отпроситься, но я сдержалась. С огромным трудом удалось сосредоточиться на речи преподавателя и вникнуть в суть темы. Ближе к концу урока, выполнив самостоятельное задание, я вдруг вспомнила, что чуть не сбила какого-то парня. Почему-то он мне показался знакомым. Но память отказалась мне служить, а мысли путались, как взбесившиеся кролики: я никак не могла отойти от увиденного в темноте женского туалета. Что же это было такое?..