Carry On My Wayward Stiles.

— А потом Стайлз уехал, — заканчивает свой рассказ Скотт, — он, конечно, косячный, но крови на его руках нет. — Спасибо, — кивает Кастиэль, — твой рассказ прояснил ситуацию. И это поможет нам в спасении твоего друга. Оборотень хмурится: — Теперь ваша очередь рассказать, что со Стайлзом. Но в этот момент звонит телефон Кастиэля, и он отвечает, а МакКолл напрягает свои волчьи уши: — Дин? — Кас, чувак, я не знаю, что за хренотень сидит в этом парне. Это вроде и демон, но он не реагирует на святую воду. Совершенно никак. Даже, мать его, паром не пошёл. Так что неси свою пернатую задницу обратно к нам, и мы вместе придумаем, как его прикончить. — Подожди, — останавливает ангел охотника, — с чего ты взял, что Стайлз одержим демоном? От последних слов у Скотта глаза полезли на лоб, а челюсть запланировала встретиться с полом. — Ну... — мнется Винчестер, — мы тут его протестировали немного, и теперь он знает о нашем существовании, но и мы в курсе, что он из любителей посверкать черными глазками. — То есть это существо имеет черные очи, но при этом не реагирует на святую воду? — уточняет Кастиэль. — А я тебе о чем талдычу, Кас! — слышится раздражение по ту сторону телефона. Ангел потирает шею, размышляя, а потом обращается к собеседнику: — Дин, ты, случаем, не разговаривал с ним? Может, он хотел тебе помочь или что-то в этом роде? Сердце Дина делает кувырок, приземляясь в районе живота, и мужчина жалеет, что поставил их с Касом разговор на громкую связь, потому что он кое-что не досказал Сэму о встрече со Стилински. — Да, — не сразу отвечает Винчестер-старший, стараясь не смотреть на брата, — Он сказал, что может спасти и меня. Кастиэль тяжело вздыхает, словно это последние слова, которые он хотел услышать от Дина: — Я, кажется, знаю, с чем мы имеем дело. Проверьте, не являлись ли пропавшие жертвы девственниками. *** Иногда тварь, что сидела в теле Стайлза, позволяла ему видеть, что совершала его руками. Она и дальше продолжала играть жизнь Стилински, чтоб не вызвать подозрений у окружающих. Вокруг бегали копы, ввели комендантский час, но Стайлз знал, что это вряд ли чем поможет, ведь тому, кто поселился в его шкуре, нужно было ровно шестнадцать девственников, а пока в подвале заброшенного ангара, находившегося, по законам жанра, на выезде из города, было запрятано только тринадцать несчастных. Полиция не могла поймать похитителя, потому что материального его фактически и не существовало. Монстр просто покидал тело Стайлза, временно украсив его тушу кандалами, потом овладевал телом следующей жертвы и вел её спокойненько до ангара. Похитителя нет, следы взлома отсутствуют, правоохранительные органы негодуют, ещё один подросток ушел в никуда. Стайлз за свою недлинную жизнь уже привык к необъяснимому и сверхъестественному, но не к нелогичному. А поступки монстра внутри не поддавались логике. И это не было так, как с Ногицунэ, потому что дух делал все пакости ради забавы и игры спонтанно, у этого же монстра имелся четко продуманный план, прозванный Стилински как “Спасение Красной Шапочки-Стайлза из лап Ужасного Волка-Дерека“. Вот только в чем смысл и выгода? Ведь Стайлз никогда не был в лапах Дерека, как бы сильно ни хотел этого, а уж оказаться в этих крепких, восхитительных лапищах, с вздутыми венами на запястьях, парень мечтал практически так же, как об утреннем сне на первой паре. Так к чему лишать его, Стайлза, этих чувств, если они все равно безответны и от них никому нет вреда? Зачем спасать его, если он этого не хочет? Кому могла помешать его любовь? — Только тебе самому, обычно врывался монстр в размышления парня, а потом как мантру начинал повторять о спасении, и Стайлз был готов заорать от боли, потому что мозги его в этот момент словно разрывались. Я спасу тебя. Я спасу тебя. Я спасу тебя. Я СПАСУ ТЕБЯ! Я СПАСУ ТЕБЯ! Я СПАСУ ТЕБЯ! ЯСПАСУТЕБЯЯСПАСУТЕБЯЯСПАСУТЕБЯЯСПАСУТЕБЯЯСПАСУТЕБЯЯСПАСУТЕБЯ я спасу тебя. *** Скотт клянется, что делает это только ради Стайлза севшего-опять-на-зад Стилински. — Давай, Дерек, — фырчит он, запихивая мужчину в комнату к стае, — это же твое убежище! — Почему, когда Стайлз вляпывается в какое-то дерьмо, я должен отмывать его от этого дерьма? — Потому что он часть нашей стаи, а в стае должна быть взаимовыручка, ты сам нас этому учил, а теперь вспомни, сколько раз Стайлз отмывал тебя от дерьма! Хейл закатывает глаза, но подчиняется альфе, садясь на подлокотник дивана, в котором смирненько разместились остальные ребята. — И? Кого мы ждем? — интересуется Айзек, когда волчье семейство оказывается в сборе. — Они должны появиться с минуты на минуту, — Скотт сверяется с часами, когда прямо посередине комнаты образуется свечения, а потом на этом месте появляются трое мужчин. Брови Дерека ползут вверх, Лидия, как и положено банши, вскрикивает, а Лейхи перекрещивается, все остальные остаются в немом шоке. — Скотт, — обращается мужчина в бежевом плаще, стоящий посередине и держащий двух других незнакомцев за плечи, — все, о ком ты говорил, здесь? — Да, — кивает МакКолл, — нет только Питера Хейла, но он немного опасен и поэтому за решеткой. — Что же, основываясь на твоем рассказе, навряд ли он нам сейчас нужен. Мужчина, стоящий по правую руку от того, который разговаривал, снимает со своего плеча эту самую руку и делает пару шагов вперед, хлопая в ладоши: — Ну что ж, ребятки-волчатки, я Дин Винчестер, он, — Винчестер через плечо указывает на своего брата, — мой брат Сэм Винчестер, а также могу представить вам нашего приятеля Кастиэля, он славный малый. В общем, мы с братом обычно охотимся на нечисть, типа вас, но, по уверениям славного малого, вы вроде как безобидные клыкастые. И теперь нам придется поработать вместе, потому что вы хотите спасти своего друга Стайлза, а нам нужно прикончить монстра, который им управляет. Надеюсь на плодотворную совместную работу. — Что со Стайлзом? — переспрашивает Дерек напряженно, вонзая когти в подлокотник. — Дин, до твоих слов они не знали, что произошло с их товарищем, — укоризненно сообщает Кастиэль. Сэм краснеет за брата: — Неловко вышло. Первым очнувшимся от всего услышанного оказывается Скотт, который уже более-менее знает ситуацию: — Так едем спасать Стайлза! — Обожди, мой мохнатый друг, — останавливает Дин МакКолла, — мы пока не знаем, с чем имеем дело. — То есть мы не знаем, на кого собираемся охотиться? — подает голос Лиам. — Это же верная погибель. — С нами отправятся не все, — словно успокаивая оборотня, отвечает Кастиэль, — только один. — Но пацан дело говорит, Кас, — сложив руки на груди, сообщает Дин, — может, уже хватить говорить загадками, и ты объяснишь нам, с кем мы имеем дело. — Поэтому я и собрал вас здесь, — ангел опять с укором смотрит на человека, который не может немного подождать, потом вздыхает своей зеленоглазой участи, стоящей напротив него, и начинает рассказ, обращаясь к стае. — Все вы с момента своего обращения уже много раз сталкивались с необъяснимым для себя и сами стали частью сверхъестественного мира, поэтому в сказанное мной я прошу поверить. Выждав немного, Кастиэль получает утвердительные кивки, после чего он продолжает: — Четыре года назад произошло падение ангелов с небес, названное людьми в СМИ ”звездным дождём”. Ангелы быстро социализировались, но не все. Были ангелы более низкого уровня, их можно сравнить с омегами, чтоб вам было понятнее, - херувимы, они же купидоны. Существа очень наивные и невинные во всех смыслах... прежде. К возвращению на небеса появились не все. Оказалось, что некоторые херувимы при падении, из-за того, что принадлежат к первому лику, мутировали. Это происходило и раньше, но не в таких количествах, а примерно один херувим в несколько столетий. Но последствия таких мутаций были страшными. К примеру, мне известно, что один из первых, подвергшихся мутации, вселил в головы людей отвращение к однополым отношениям. Последствия такой проделки ощущаются человечеством до сих пор. Изначально херувим имеет свое собственное тело и обладает невидимостью, при мутации же его тело застревает между пространствами и, чтобы существовать в этом мире, такой херувим ищет тело человека, которым может обладать. И в Стайлзе сейчас сидит мутированный херувим, его можно спутать с обычным демоном из-за его черных очей, но херувим не реагирует на святую воду. — Но почему этот парень? — перебивает Сэм Каса. — И почему он сказал Дину, что может спасти его? — А меня и не мутированные херувимы раздражают, — усмехается Винчестер-старший, — слишком обидчивые и слишком обнаженные при своей полноте. Кастиэль, проигнорировав Дина, отвечает его брату: — Мутированный херувим одержим идеалом своей правильной любви. Такая, по его мнению, может происходить только между человеком-мужчиной и человеком-женщиной. Он стремится отучить человека от любой другой любви, по словам мутированного херувима: спасти его. Вероятнее всего, Стайлз питал чувства не к человеку, а к одному из находящихся здесь оборотней. После слов Кастиэля комната погружается в тишину, в которой, неожиданно усмехаясь, Дерек обращается к Дину: — А что насчет тебя, охотник? От кого же спасает херувим тебя? Винчестер краснеет и говорит, что это не собачьего ума дело. Сэм коварно улыбается, а Кастиэль заметно грустит.