Повести ядерного апокалипсиса «Вольный стрелок»

Когда Холод и Червь добрались до лагеря, наступила ночь. Они расположились на холме, с которого открывался отличный обзор. Оба стрелка глядели в свои бинокли и осматривали местность. Прошло около получаса, когда здоровяк решил нарушить тишину: - За нами наблюдают. - Ага, надо разобраться. Готов? - Готов. Оба стрелка стремительно перевернулись на спину и кинули по ножу, сняв тем самым двоих дозорных Легиона. Напарники подошли к бедолагам, достали ножи и осмотрели их. Не обнаружив ничего интересного, они решили обсудить дальнейший план: - Надо зайти в лагерь, - начал Холод. - Будет непросто. Думаю, нам лучше разделиться и в три часа встретиться здесь, - предложил Червь. - Согласен, я возьму восточную часть лагеря, там, возможно, палата командира. Переоденусь и послушаю их. - Тогда западная за мной, осмотрюсь и, возможно, устрою небольшую диверсию с их складом. Удачи, брат. - Тебе тоже. Червь поправил свою накидку и двинулся в сторону лагеря. Наш же стрелок задержался, чтобы стянуть с покойного легионера одежду. Затолкав их в рюкзак, он двинулся в сторону лагеря.

***

Перебравшись через стену, Холод оказался в лагере. Он притаился, распаковал форму легионера и начал переодеваться. Когда он закончил, то спрятал свои вещи у стены лагеря, прикрыв их ветками. Стрелок из своего барахла оставил только дробовик и пистолет с ножом, все остальное вызвало бы вопросы, если бы было найдено. Заправившись, он двинулся по лагерю в поисках главы этого похода. После прогулки по лагерю стрелок заметил, что лагерь полон людей, но что бы аж на сто человек не похоже. «Странно. Я думал, их больше будет», - подумал Холод после обхода стоянки. Во время обхода он заметил знакомую личность. «Трибун Имер Йенс – тот, кто мне и нужен», - пробубнил стрелок и двинулся по его следу. Пока парень топал за ним, в компанию к трибуну присоединилось еще двое, с виду офицеров. Холод решил подойти поближе и послушать, о чем они говорят, прикрываясь постоянно за ящиками или подключаясь к разговору других легионеров о «великом замысле Богов». - Приветствую тебя, Трибун! – махнул рукой один из пришедших офицеров. - Доброго вечера, примипил Гавий, трибун Дейс. Какие новости? – ответил Йенс. - Мало. Однако, должен признать, ваш план сработал, - сказал Гавий. - Мой? Право дело, не стоит. Это заслуга моего агента, которому я доверился, - вежливо отмахнулся от лести примипила трибун. - Угу, вы выиграли наш спор, и я вам должен, когда мы вернемся во Флагстафф, нашу столицу, - подал голос Дейс. - Луций, просто стоит все же признать, что ты человек новых нравов, - вещал трибун. - Новых? Я просто предпочитаю прогресс тупому консерватизму. Легион погряз в созидании, пора что-то менять, - ответил Луций. - Хорошо, что ты в нашей компании это сказал. Если бы тебя услышал легат, то… - протянул Гавий. - Не будем об этом, дружище, - остановил его Имер. - Примипил, вы уже отравили людей? – спросил Дейс. - Да, как и говорилось в плане, сорок человек на… - Примипил! Не стоит об этом, даже у стен есть уши, - оборвал его трибун. - Да ладно тебе, план ведь работает, - вел Луций. - Работает, но не завершен. Я предпочту скрытность глупой открытости, - пояснил Йенс. - Господа офицеры! Прошу прощения, что прерываю! – подскочил к разговаривающим легионер. - Что у тебя, солдат? – спросил Гавий. - Двое дозорных пропало, префект требует от вас отчета, примипил! – рапортовал парень. - Проклятье! Простите, друзья, но я откланяюсь, - огласил мужик и отправился вместе с легионером. Повисла недолгая тишина в передвижной беседе. Трибун Дейс глянул через плечо и Холоду показалось, что он смотрит прямо на него. Но Луций не отреагировал на преследователя, а только улыбнулся и продолжил разговор. - Чего ты боишься, Имер? Что режим Цезаря будет повален? – завел он. - Повален? Не смеши, Луций. Только ты в это веришь, но, когда мы выполним нашу миссию, репутация Цезаря снова будет восстановлена, - гордо вел Йенс. - Поражение на дамбе Гувера будет сложно чем-то прикрыть, - прошипел трибун. - Будь добр, Луций, заткни хайло! – схватил Имер трибуна за ворот черной рубахи, которая виднелась из-под кирасы. - Цезарь продолжить править и это неизменно! - Ну-ну, не горячись, дружище. - Я вожусь с тобой только потому, что знаю тебя с малых лет и могу держать тебя под контролем. Дам тебе совет, трибун, – не зли меня. - Учту. Что же, спасибо за беседу, прощай, - ответил с улыбкой мужчина и двинулся прочь. Йенс прошел еще пару метров и зашел в палатку. «Мне надо узнать, что за план сейчас в действии. Николай и остальные в опасности», - пронеслось в голове у Холода. Стрелок подошел к палатке сзади и прислушался к происходящему. Трибун был один, но у входа была охрана. «Надо их отвлечь», - пробубнил парень. Стрелок подошел к горе бочек связанных веревками и подрезал одну и вторую. Хрясь! Бочки покатились по лагерю. Двое охранников переглянулись. - Трибун нам голову снимет! – пискнул один. - Давай быстро уберем это, пока этот любитель порядка не понял, что тут происходит! – ответил второй. Двое охранников покинули пост и побежали успокаивать разбушевавшиеся бочки. Это дало возможность Холоду проникнуть в палатку трибуна. Когда он вошел, стрелок увидел его стоящим над столом и что-то чертящим. - Ну, привет, старый друг Рой Маккой. - Привет, Холод. Тот шум твоих рук дело? - Да, но сейчас я задаю вопросы. - Несомненно, - податливо ответил старый знакомый, - может, выпьем? За новую встречу? – развернулся Йенс. - Валяй. - Как странно. В Ричмонде я держал тебя под прицелом, теперь ты меня. Судьба - злая тетка, - подал трибун стрелку кружку с водкой. - Заткнись. Если хочешь поговорить, то рассказывай лучше про свой хитрый план, - сохранял спокойствие Холод. - С чего бы? – присел легионер и кивнул на стул напротив. - Потому что я тебе пулю в лоб пущу, - сел стрелок. - У-у-у… Как страшно. - Рожай уже, Маккой, умолять не буду. - Баш на баш, дружище. Только так. - И что же ты хочешь? - Скажи мне одно: почему ты меня ненавидишь? - Я тебе уже говорил и повторить это мне не составит труда. Я ненавижу тех, кто лгал мне. Вот и все. - Значит, все по-прежнему ясно. Тогда теперь ответ на твой вопрос. Я направил отряд из сорока человек для того, чтобы устроить засаду на твоих дружков. - Как ты узнал маршрут? Ведь… - Не перебивай. - Ладно. - Мила подала сигнал GPS-маячком. Вот и все. Понять и найти удобнейший маршрут для транспорта – плевое дело. - Эта Мила… Она ведь не из Легиона, так? - Верно, она работает на Квинса. Слышал о МК «Ультра»? - Это программа по промывке мозгов? - Верно, я помог Ричарду достать все необходимое для того, чтобы провести терапию. Он сделал все как надо и дал ей поддельную личность. - Теперь понятно, почему она отрицала местонахождение тайника, - бубнил стрелок. - Ты о чем? – удивился трибун. - Неважно. Но как вы бы узнали о сигнале? И зачем все это мэру? - Мой человек в окружении Квинса. Наш монополист просто хочет получить больше влияния на Легион благодаря такой услуге по поимке и сдаче беглянки. Но теперь, когда он выполнил свою роль и указал нам дорогу, на его место придет поверенный агент. Он заполнит место Квинса и Инишь будет идти дальше так, как мы этого хотим. - Вот как… И последнее: Мила – это ведь псевдоним? - Да, ее настоящее имя Марта Митчелл. «Где-то я слышал эту фамилию», - пронеслось в голове Холода. - Почему ты так просто все выкладываешь? - Потому что помогаю тебе по старой дружбе. - Что ж, спасибо за рассказ, но тебе пора на тот свет, за людей из Ричмонда. Передавай приветы Джейкобсу, - допил водку из кружки стрелок. - Только после тебя, - вежливо произнес трибун. После этих слов Йенс метнул ножик в револьвер, который внезапно появился в руке парня, и сбил прицел Холоду. Затем он кинулся на парня с кинжалом, но стрелок оказался ловчее. Бродяга выхватил кинжал Легиона и парировал прямой удар трибуна, тем самым выведя противника из равновесия. Секунды хватило стрелку, чтобы достать нож и нанести удар в шею трибуна. Лезвие ножа скользнуло по шее и оставило глубокий порез. Трибун, что-то хрипя, повалился на стул, а затем вместе со стулом повалился на пол. Он истекал кровью. Вскоре конвульсии прекратились, и мужчина сделал последний вздох, который больше напоминал шипение и бульканье. «Вот и все, Маккой. Прошлое осталось в прошлом, ложь очищена, а ты стерт с этой земли вместе с ней», - произнес Холод. Стрелок подошел и закрыл глаза павшему противнику. «Земля тебе пухом, друг», - с грустью сказал парень. - "Ты был худшим врагом, но и лучшим другом. Прощай." Внезапно в шатер вошли двое охранников, которые вернулись после уборки. Они увидели страшную картину: трибун мертв, а над ним возвышается какой-то легионер. Холод понял, что дело дрянь, но теперь уже никак по-тихому не уйти из лагеря. БАХ! БАХ! По стоянке Легиона понеслось эхо выстрелов. Но там и так уже было шумно. Стрелок бежал со всех ног от преследующих легионеров. Внезапно он оказался на просторной площади. Услышав шум еще впереди, он сначала подумал, что легионеры решили его окружить. Но ошибся: из-за угла выбежал запыхавшийся Червь, а за ним толпа солдат. Налетев на Холода, он сказал: - У тебя тоже полная жопа? – выдал Червь. - Ага, - выдохнул стрелок. - Что будем делать? - Только один выход – сдаться. Иначе поляжем ни за фиг. - Ты серьезно? Они же нас вздернут и дело с концом, - протестовал напарник. - Возможно, а возможно нет. Будем надеяться, что… - не успел закончить Холод, как ему под ногу закатилась граната. Внезапно его и его друга потащило в сон. «Граната с сонным газом? У них реально мозги работают», - последнее, о чем подумал стрелок.