Контрреволюционер

Довела до больницы, вырос живот. Миссия с треском провалилась. Я тяжело вздохнул, в то время как Рита, которая в своё время чаще всего служила причиной этих самых провалов, кричала чуть ли не на всю площадь: -Ну твою мать, Джек! Нучтозанахер?! -Ну ёп, — вздохнули в унисон Мадеро и Хориган. -Это же не значит, что мы не получим своё, да? – поинтересовался у меня Альберт. Я был единственным, кто общался с нашим заказчиком с глазу на глаз и знал все возможные детали операции. -Он настаивал на том, чтобы убить его лично и перед этим пытать его. Это был важный пункт. — Я скосил взгляд на Альберта. — Наш наниматель искренний садист. -Ну мы можем сказать, что он умер в диких мучениях, пытаясь затолкать свои кишки обратно… -По-моему он всё ещё жив, — заявила Джек. Но в ту же секунду Альберт отстрелил поверженному кошаку бошку. -Что б не мучился. Мы ж не такие, да? -Не такие, — хмуро согласился Эрик, — Только теперь мы даже доказательства его смерти не имеем. После выстрела из боевого дробовика нашего штурмовика, на месте головы клиента осталось лишь красное месиво из артериальной крови и его мозгов. Заряд дроби разнес его череп как арбуз. -Чёрт. Не подумал, — признался волк, ставя свой ствол на предохранитель. -А ты попробуй. Может понравится и будешь делать это регулярно, — спокойно сказал я ему, садясь на корточки рядом с трупом. Доказательства в виде головы он нас конечно лишил насовсем – от кота разве что уши остались. Но потом я посмотрел на Хоригана, который уже сжимал тяжёлую гаусс-пушку как родную, — Думаю доказательства его смерти мы ему предоставим. А насчёт мучений я ему как-нибудь расскажу во всех красках. Джек повела ушами, глядя на меня круглыми глазами. -Что, никакой порки? – нагло бросила пантера из-за моей спины. Вопрос висел в воздухе с того момента, как следопытка разнесла кота на две части. Я медленно повернулся к нашему стрелку поддержки и устроил показательную порку ей. -Маргарита Кортез-де-Диаз — Строго произнес я. — Вы не должны были вступать в бой с нашим клиентом самостоятельно, не дав нам соответствующей информации, ни запросив поддержки, ни имея соответствующих сведений, не говоря уж о приказах! Пантера сразу же убрала свою горделивую осанку, отведя глаза куда-то в сторону. -Посмотрите на меня, стрелок поддержки Кортез, — сказал я, сбавив тон, — И я даже не желаю слышать ваших оправданий. Вы вступили в бой с важной персоной, которая необходима была живой, из-за чего он снялся с насиженного места и нам пришлось отправлять фактически в настоящую засаду бойца без соответствующей подготовки и обмундирования. Джек отлично выполнила поставленную боевую задачу и, возможно, своей решимостью спасла жизнь одного из членов нашего отряда! -Я нечаянно вообще-то… — призналась у меня за спиной лисица. Напустив на свою морду побольше сарказма, я повернулся уже к ней. -А о чём говорил я, когда рассказывал о подготовке и вооружении? То есть обмун… Блин, Джек, да какая к чёрту разница! -Лис лисицу прикрывает, какая интересная закономерность, — буркнула про себя Рита. Но у всех в нашем отряде было всё хорошо со слухом, так что все кроме моего непосредственного заместителя, хохотнули. -Отставить, — внезапно для всех рявкнул мой непосредственный зам, который вроде как не был лисом, — Кортез, от вас до конца этого дня я хочу слышать только «Так точно, Сэр!» и ничего более. Джек Эпл – на базе поговорим с вами о дисциплине и осторожности при обращении с оружием! Наши здоровяки злобно хмыкнули. И если Мадеро это было откровенно видно, поскольку на нём ничего сложнее бронежилета отродясь не было, то стальная морда «Бегемота» Хоригана оставалась такой же невозмутимой. Но стоило только Овчару зыркнуть на пулемётчиков, как те вытянулись по стойке «Смирно». -Так о чём ты там, Майор? – закончил разбор полётов мой зам. -О том, что такое поведение недопустимо, — прошипел сквозь зубы я. -Тактику и прочее я тебе охотно доверю, но этих ребят – не, — спокойно ответил мне овчар. -В присутствии старшего по званию, — начал было я, но пёс перебил меня, махнув лапой: -Да-да-да, связующая цепь, ты рассказывал мне об этом не один десяток раз. -И на который раз ты наконец поймёшь что нельзя… -Отчитывать бойцов в присутствии старшего по званию, — Эрик развёл лапами, — Джейсон, а нахрена тогда вообще нужны замы, а? Я отстал от бедного овчара. В глубине души я отлично понимал, что несмотря на все мои регалии, псы подчинялись только псам, а кошки их боялись. Поэтому здоровый и довольно ловкий Немецкий Овчар занимал второе после меня место. Конечно, Мадеро и Хориган были намного крупнее его (Мадеро например и без доспехов как у Хоригана фигурой смахивал на холодильник – эдакий шифоньер без антресольки) но физическая сила даже у собак ничто без силы воли. Поэтому даже здоровяки признавали авторитет Эрика без лишних разговоров. А вот моё звание было для них немного чуждым, в основном потому что подчиняться напрямую мне они могут только рядом с Эриком. Я глянул на часы и принял нелёгкое решение. -Собирайте что можете и двигаем до заказчика. Хочу разобраться с ним сегодня и больше о нём не вспоминать. Сдаётся мне, что так просто мы от него не уйдём. Альберто и Эрик скинули на землю пустые баулы для нашей добычи. Было оговорено, что тот, кто носит силовую броню – тот и тащит за всех поднятый хлам. Всё, что нашли у кота, уложилось в один транс, не считая гаусс-винтовки, которую вызвался тащить лично Хориган. Несмотря на то, что его доспехи были самыми совершенными на всю Америку – его таскать лут попросить никто не решался. Волкодав и без этого тащил на себе Миниган калибра 5,56х45 с комплектом запасных батарей и не хилым боеприпасом, пулемёт Браунинга и несколько коробов к нему, а теперь ещё и тяжёлый гаусс, который тоже был далеко не миниатюрной пушкой. Всё это, в сочетании с его бронёй «Behemoth Mk9 HBA», которая могла нагрудной бронёй остановить реактивный фугасный снаряд, давало повод для раздумий группировкам рейдеров численностью от сорока до нескольких сотен морд. Впрочем, учитывая их вооружение, Хориган редко обращал внимание на толпу меньше, чем из пятидесяти морфов. В крайнем случае пёс крошил их в труху из шестиствольного пулемёта, потому что патроны к нему было просто найти, а «Браунинг» берёг для особых случаев. Всё остальное «Мясо» ложилось на плечи нашего второго пулемётчика – Бульдога Мадеро. Его М-249, известный в широких кругах как «пила» тоже неплохо справлялся, а броня ему, казалось, была и вовсе не нужна. В бульдога за всю его жизнь попадали больше сотни раз – количество раздробленных костей, покалеченных органов и вставленных ему имплантатов превышало все допустимые человечеством нормы, но он всё ещё на своих двоих и сжимал свой ствол своими лапами. Да и не нашлось просто на его размер нормальной силовой брони, по крайней мере пока. Как найдётся – сделаю из него второго Хоригана, вдвоём они будут как паровой каток. В общем и целом – в основном этим мы и занимались всем остальным отрядом: искали новые пушки, хорошие силовые доспехи, вкусно ели и зарабатывали себе на всё остальное. Единственное, в чём никто из нас не нуждался – это крыша над головой. Нам не было места нигде. Мы кочевали с места на место, прошли всё восточное побережье в поисках новых технологий прошлого, но ничего толкового не нашли. С выполнением этого заказа от одного из местных работорговцев мы планировали повернуть на восток и идти дальше через Аризону, Нью-Мексико и добраться до Техаса. Говорят там, на самом юге, была какая-то заброшенная база, наверняка мы бы нашли чем там поживится, пока всяческие гринго не додумались как туда пролезть. В раздумьях о нашем дальнейшем пути, мы дошли до городка под названием Хортон. Городок в городе – привычное дело в наших краях. Звери сбивались в стаи, защищали свою территорию и редко выбирались оттуда. В данном случае это были работорговцы, которые обосновались в бывшем торговом центре под названием «Хортон-Плаза», а за названием этого поселения далеко ходить не стали. Вот и подошли мы к бывшему оплоту развлечений, покупок, бесплатной парковки и фаст-фуда. Сейчас же от бывшего назначения остались только покупки – почти любой желающий мог прямо на входе купить себе в помощь по хозяйству раба, рабыню или даже какого-нибудь котёнка или щенка любого пола. Их дальнейшая судьба работорговцев не интересовала – можно было убить, повесить, при этом подрочив на это, или даже отпустить. Рабы почти ничего не умели, чтобы хоть как-то выжить в нашем мире, так что были только рады получить свою миску какой-нибудь бурды на ужин, лишь за то что целый день лизал лапы своему хозяину. Нас покупки интересовали мало. Из остального же – из развлечений тут устроили неплохие гладиаторские бои, где заставляли самый непокорных рабов биться за свою свободу. Каждый, победивший пятерых своих же бывших коллег, получал винтовку и становился одним из тех, кто этих рабов пригонял и убивал ради забавы. Из бесплатной парковки сделали самую настоящую тюрьму – и слава богу, что мой заказчик не водил экскурсию туда, когда мы с ним договаривались о работе. Никакой канализации там не было, так что… Ну а фаст-фуда там не осталось вообще. И я не знал и не хотел знать чем там они питались. Не исключено что и каннибализм там цветёт и пахнет. На центральном входе нас встретили двое щенков с хреновыми русскими автоматами. -Пойдёт только главный. -Так нас уже ждут? – удивлённо спросил я, кивая Эрику, чуть прижимая уши. Овчар понимающе кивнул и когда я отворачивался, повернул на поясе своих доспехов пипку рации. Я тут же услышал как у меня зашуршало в ухе. -Оружие оставь тут. Получишь на выходе, — сказал мне второй, кивая на небольшую камеру хранения, в которых посетители торгового центра складывали сумки, когда уходили в ряды всевозможных товаров и еды. Я не удивлённо хмыкнул, но следовать правилам не стал. Вместо этого я кинул свою винтовку своему заму, который сразу же закинул её за плечо, оставив свой SKAR наготове. Когда я приходил сюда в первый раз, встреча была намного более любезной – меня почтенно пустили внутрь, оружие не отнимали, с ходу предложили купить молоденькую и довольно стройную лисичку, и охотно показали где у них сидит главный. -Мне нужна другая пушка, — сказал я охране, — Спокойно, я не беру боеприпасы. -Что за пушка? – напряглись дворняги. -Хориган, — я протянул лапу в его сторону. Волкодав нехотя повесил кожаный ремень на мою ладонь. -Ты же с ней вернёшься, да? -Надо будет – сам заберёшь. -Ааа, — довольно протянул здоровяк и сделал то, отчего постовые явно напряглись – посмотрев на них, накинул на свою морду свой чёрный от копоти шлем. Замки шлема клацнули как дверь сейфа, давая представление о толщине брони, а прорези-глаза загорелись нехорошим оранжевым светом. -Пускай уйдёт, — сказал мне пёс непонятной породы. -Или что? – спросил у него Хориган через свою маску. Микрофон и динамики, вмонтированные в районе плечей исказили его голос, сделав его похожим на робота. В сущности его доспехи и были роботом, в котором где-то в глубине болтался здоровенный волкодав. -Не злите их, и они вас не тронут, — сказал я постовым, — Пошли, скоро стемнеет. Постовой проводил меня до внутренней территории Хортона и там ко мне сразу же был приставлен конвой, о чём я незамедлительно сказал в слух. Ошейник на моём горле уловил это и передал моему заму – чтобы не расслаблялись. До нашего заказчика, по совместительству главного из работорговцев, пришлось топать около двадцати минут – бывший торговый центр был огромным, не говоря о том, что теперь он был разделён всевозможными конструкциями и баррикадами на участки поменьше. Настоящих раборговцев от «пришлых», то есть тех кто свою свободу выбил кулаками, отличала настоящая броня – не такая нашпигованая, как у меня, но стандартный городской камуфляж бывшей армии США, неплохие, но опять же стандартные винтовки на вооружении у всех. Я шёл и оглядывал защитные сооружения, местных охранников и стада рабов. Против этого места я в общем ничего не имел, но вот отношение, изменившиеся ко второму моему визиту, меня не радовало. Наконец мы вошли в длиннющий сплошной коридор с облезшими монотонными обоями и побитой плиткой на полу, и дошли до какого-то кабинета, в котором я ещё не был. Там я наконец-то встретился с нашим заказчиком. Не молодой, чёрный как смоль кот, почему-то одетый в фиолетовый костюм с большой шляпой и прорезью для ушей. Он напоминал мне сутенёров из довоенной Америки – чёрных ребят, которые всегда носили при себе какой-нибудь пистолет и, судя по фильмам, не умели из него стрелять. Этот оказался не исключением в плане оружия – на поясе висел автоматический кольт .45 калибра. Конвой остался позади меня и закрыли за мной дверь. Кот отвлёкся от мониторов, на которые выводились изображения нескольких камер наблюдения, и обратил внимание на меня. -Вот ты где. Как там мой «Клиент», а? Я охотно бухнул тяжёлым гауссом на его стол – последние десять минут пушка весьма меня притомила своим весом. -Мёртв. -Ну чо, мы так с тобой не договаривались, — сразу же полез в словестную перепалку кот, — Так что можешь катиться отсюда. -Ну, ты тоже не сказал что он резкий как понос. Так что — половина. -А ты не охренел, бро, — кот резко встал из-за стола, одновременно с этим натягивая на себя штаны. Судя по всему кто-то у него между ног сидел, — Я хотел этого гада живым, и никаким больше. Я хотел чтобы он был моей сучкой, его труп, и уж тем более его пукалка мне нахрен не упала! Кот вёл себя откровенно вызывающе, тыкая большим пальцем себя в грудь и «клюя» своей мордой вперёд на конце каждого предложения. -Половина оплаты. Поверь мне, он умер в страшных мучениях. Даже успел запихнуть несколько метров своих кишок обратно. -Не канает, бро! Хочешь знать что я делаю с такими как он! Хочешь!? Я примирительно поднял руки: -Ты хотел что бы он был наказан? Он наказан — последние пять минут своей жизни он жалел что не родился бабой. -Вот что, бро! – он подошёл к столу, вытаскивая за цепь какую-то облезлую волчицу из под него. Руки у неё были скованны за спиной, вся шерсть была толи в соплях, то ли ещё чем похуже, — Хочешь посмотреть внимательно? На, сука, гляди сюда! Он насильно открыл её пасть – в ней не оказалось ни одного зуба, только неровные дёсны. Я поморщился от представления того, как они это делают. И зачем. -Ты думаешь это всё? Нет, сука, это за то что она покалечила моего пацана! Одного пацана, а тот «герой» грохнул почти десяток моих парней, йо! И знаешь что это значило бы для него? -Представить не могу. -Он бы пошёл по кругу, бро! Его бы трахали все мои парни, если не побрезговали бы! А потом я бы кинул его в клетку к бульдогам, которые бы не побрезговали его жопой даже после трёх сотен моих бойцов! -Три сотни у тебя значит, да? Это я не для себя говорил. Траутман уже оценивал ситуацию. -Это не считая тех, кто «добился» своей свободы. Но они ещё не заслужили быть в моих парнях, бро! -На кой чёрт ты мне всё это рассказываешь? -Да на то, что если ты, сука, не уберёшься из моего кабинета сейчас, поджав хвост, ты будешь сам отрабатывать долги этого героя, понял? Я глубоко вздохнул, беря тяжёлый гаусс с его стола. -Извини, можно спрошу не по делу? У тебя нет проблем с сердцем? Ну, там аритмии, миокардита, пороков... Нету? -У меня все за##ись с сердцем! — Высокомерно махнул лапой кот. -Вот и прекрасно! — Широко улыбнулся я и выхватив из-за спины «тайзер» отстрелил электроды прямо в грудь коту. Глядя на его забавную трясучку я вспомнил старую шутку нашего механика: « Почему переменный ток опаснее постоянного? Потому что постоянный бьет один раз а переменный херачит пятьдесят раз в секунду!». Трясясь кот упал в свое кресло и продолжил биться уже там. Я покойно подошел и вытащил у него Кольт и отбросил его в сторону. -Забавно. Тот парень замочил десяток твоих оболдуев. А я выследил и убил его. Как думаешь, а что если я убью всех твоих парней у тебя на глазах, а потом тебя брошу в клетку к этим бульдогам, которые, как ты говоришь, не брезгуют ничьей задницей? Отложив Гаус, я вытащил несколько полимерных стяжек и стянул кота по рукам и ногам. -Т-т-т-е-е-е-б-б-е-е-е к-к-ко-о-н-н-не-ц-ц-ц! — трясясь выдавил кот. Я широко ему улыбнулся и откровенно прижал кнопки передачи на ошейнике. -В расход всех, кто держит оружие. -Принято, — холодным голосом ответила рация и тут же где-то в глубине торгового центра послышались хлопки подствольных гранат. Я не хотел пропустить ни секунды веселья, поэтому, переключив перед ним монитор на «общий вид» — картинки со всех камер сразу. Они конечно были маленькими и неразборчивыми, но давали понять что вот-вот произойдёт в его любимом городке с его не менее любимыми парнями. Через пару минут он очнётся, а я вернусь когда закончу всё, что захочу сделать с этими его «парнями». Заварушка завязалась сразу же – бойцы работорговцев смело и довольно действенно окружили главный вход, через которые влетели к ним две гранаты, заняли укрепления за баррикадами и даже достали откуда-то крупнокалиберный пулемёт на станке. Последний оказался на бесколёсом джипе, который видимо когда-то протаранил стеклянные двери Хортон-плазы, и тут же был умело подбит. Часть парней убежала кто куда, но явно не дезертировала – пытались окружить моих парней со всех сторон, не дать им отступить, решив что через центральный вход им уже никак не прорваться. Но они были бесконечно неправы. Хлопнули две дымовые шашки, и помещение тут же затянуло густым едким дымом, который очень неохотно рассеивался. Работорговцы правильно решили, что это был момент, когда мои парни выдвинулись в атаку и они были чертовски правы, но только в одной вещи: в атаку действительно выдвинулись, но только один. Шаги Хоригана были подобны грому – костюм вошёл в боевой режим и прорези, подчёркивающие глаза из оранжевых стали ярко-красными, почти бордовыми. Именно их увидели в дымовой завесе первыми и сразу же открыли огонь из всех калибров, но нашему здоровяку никакая пуля была ни по чём: не сделав ни единого выстрела, он прошёл точно к пулемёту на остове старого «Хаммера», взял стрелка за шкирку и силой кинул им в стену. -Пошли, — донесся в рации хриплый голос волкодава. Тут же из завесы выскочили наши штурмовики в своих доспехах «Архангел». Эрик и Альберт, прикрыли Мадеру, который не прекращая организовано палить во всех, кто имел несчастье оказаться у него на пути, за считаные секунды расчистил себе путь до пулемёта и тут же развернул его в сторону наших неприятелей. Грохнула тяжёлая очередь, а вслед за ней и наш здоровяк раскрутил блок стволов своей смертельной стрекочущей машинки. Большая часть работорговцев полегла в этот момент. Бронебойные пули «Браунинга» на станке рвали мешки с песком и насквозь прошивали мусор, из которого местные наделали баррикад. Строили явно халтурно – рабский труд в этом плане оказался совершенно бесполезным. Когда два пулемёта замолчали – вокруг было столько трупов, что на оставшихся в живых это произвело небывалое впечатление, и они бросились наутёк, как последние дезертиры. Я вскинул пистолет, который так мило оставил мне кот, но тут же вспомнил, что тот не заряжен и отшвырнул ненужную мне игрушку прочь. Быстро сообразив как спустится с балкона на этаж ниже, я перепрыгнул через перила, приземлившись на какую-то крышу, которая подо мной затряслась как безумная и оказался на твёрдой земле после второго прыжка. Подставляться под огонь своих же ребят мне искренне не хотелось, поэтому, заняв укрепление, я снял с трупа одного из работорговцев его М-16 и переключил её в одиночный режим, приложившись к прикладу. От моего огня упали четверо, чьи сверкающие пятки попадали в перекрестье прицела, после чего к моему делу подключилась Рита – и начала отстреливвать бегунов куда эффективней. Никчёмную винтовку я тоже отбросил и пошёл к своим – там Эрик кинул мне уже мою, можно сказать, родную пушку – смазанную, ухоженную и заряженную. -Парни, кажется у них подкрепление, будьте осторожны, — будничным и совершенно ничего не значащим тоном сообщила нам по рации Джек, оставшаяся дежурить на центральном входе, — Идут по периметру, окружают. -Хориган, Мадеро – в укрытие! Устройте им горячий приём, когда они этого сами не ждут! Эрик, Альберт – за пулемёт! Рита, мы с тобой на прорыв и в тылы подгоним их на наших здоровяков! Джек, следи за флангами. -Есть, — лениво отрапортовала лисица на входе. Все остальные же не высказали ровным счётом ничего, но сделали всё, как я приказал. Тяжеловесы скрылись в дыму и заняли тактические укрытия, два штурмовика остались на открытой площадке, зато хорошо защищённые и со здоровым пулемётом, который мог пригодится Альберту. Рита повисла у меня на хвосте и следила за моим тылом, пока Я пошёл в обход по торговому центру, пока не увидел группу из тридцати уже куда более серьёзных противников, которые двигались в сторону главного входа. Если с другой стороны на нас шли такие же здоровяки, то это не представляло для здоровяков никаких проблем – Хориган покрошит их в труху. Но так как мы были на стороне, которую прикрывал ничем не защищённый бульдог, мы с Ритой решили проредить их ряды, чтобы пулемётчик не сильно расстраивался насчёт патронов. Положив очередного автоматчика от работорговцев, Пантера потянулась за следующим магазином, попутно спросив у меня немного риторический вопрос: -Это «мясо» вообще когда-нибудь чему-нибудь научится, Майор? -Не, они сегодня все тут и полягут! -А как мы этому научились? – усмехнулась она. Я не стал отвечать ей на этот вопрос, зато ответил Эрик: -А у нас есть Джейсон Ливваард! -Да, с ним хоть куда! – пробасил в эфире Мадеро. Я укоризненно посмотрел на пантерку и нагло ей улыбнулся. Она лишь саркастично закатила глаза мне в ответ и продолжила отстрел работорговцев. Меньше, чем через полчаса всё было кончено. Дым уже двадцать минут как рассеялся, к нам внутрь зашла и наша следопытка, а я с Ритой на пару выискивали и отстреливали оставшихся в живых бойцов нашего бывшего и очень импульсивного заказчика. Кто-то бросал оружие и сдавался в плен – я передал по рации чтобы всех рабов и пленных сгоняли на центральную «площадь» торгового центра – единственное достаточно большое свободное от баррикад место, где когда-то был фонтан и даже небольшой каток. Так как мы с моими ребятами за полчаса вынесли целое поселение, причём хорошо отлаженное, функционирующее и в общем-то нужное, я решил что это не очень хорошо. Я принял трудное решение, но решил облегчить его как смог. Прижав ошейник на горле, я передал в эфир свой вопрос: -Эрик, Альберт, Хориган, у кого из вас нормально всё с фильтрами в костюме? -Какими ещё фильтрами? – последовал закономерный вопрос. -Противогазы. -А… Ты что удумал, Майор? -У меня есть противогаз отдельно, — сообщил в эфире Мадеро, — А на кой? Я сжал зубы, понимая что приказ моим парням всё равно придётся выполнить, но это будет… Ужасно. -Мне нужно чтобы кто-то спустился на парковку. Освободил рабов. -О, нет, фу, господи! – тут же разорался эфир, хотя все понимали необходимость этого. -Я могу пойти, — вызвался Мадеро с небольшой усмешкой, — Ну воняет, Майор же не просто так про противогазы спросил, да? -Да я не уверен что противогаз от той вони спасёт! – вставил Альберто. -Противогаз отфильтрует аммиак, а в основном он и воняет. Мадер, я знаю что ты у нас кремень, но… Ты же провоняешь насквозь, — напомнил я ему. -Нет такой проблемы, которую не решит хороший душ и новое обмундирование, которое, между прочим было обещано нам за нашего клиента! -Это точно! – встрял Хориган, — А в метал знаешь как запахи въедаются? Где я себе ещё одного Бегемота найду? -Это нам надо переживать, ты-то внутри ничего не будешь чувствовать, — вставила Рита, чем вызвала не поддельное веселье среди моих. -Не переживай. — Флегматично заметил Траутман. — Запах дерьму придает скатол — а он при разбавлении пахнет цветами. Рита уставилась на Эрика: -Чего?! -Скатол — Пояснил Траутман. — это триметилиндол — образуется в кишечнике при разложении белков. Из-за него дерьмо пахнет как дерьмо. Но в малой концентрации имеет запах сливок или жасмина. Я усмехнулся — всегда забывал что батя Эрика биохимик. Рита обалдев смотрела на Траутмана, после чего повернулась к «Бегемоту»: -Хориган, хочешь пахнуть жасмином и сливками? -Рита иди к дьяволу! – предложил ей волкодав, но его тут же осадил мой заместитель. Так как у него с фильтрами всё было хорошо – он предложил свою кандидатуру, вместе с Мадерой. -Отлично, — согласился я, — Постарайтесь их не напугать и высылайте их всех на эту главную площадь. Если кто сразу побежит – хрен с ним, огонь не открывать. -Да в той среде поди открой! Там же всё взорвётся нахрен! – ответил мне Эрик. Я согласился с его мнением. Всё-таки когда почти тысяча рабов ходит под себя не вылезая оттуда неделями – в этом есть что-то ужасное. И я в полной мере испытал это на себе, когда первые группы этих несчастных зверей начали подниматься на поверхность и выходить, как им и было велено на главную площадь торгового центра. Запах стоял настолько невыносимый, что я волей-не волей поднялся на пару этажей повыше, откуда и обзор был лучше и вонь вроде как рассеивалась. Рабы продолжали собираться под некогда стеклянной крышей, образуя собой неимоверной размерности гогочущую толпу. Среди рабов были все – самки, самцы, старики, дети, ни один вид зверей, ни одна порода не осталась не представленной. Кто-то был обрит налысо – видимо из-за окончательно провонявшей говном шерсти, кого-то братья-рабы тащили на руках – настолько они были истощены и измучены. Никто не волновался о судьбе беременных самок, которых было великое множество, и я могу поспорить – далеко не все дети были от таких же рабов, как они. Когда на площади стало откровенно тесно, я решил больше не томить несчастных зверей ожиданием и дал в воздух три быстрых выстрела. Звуки стрельбы сразу же заставили толпу притихнуть, хотя кто-то из самок завизжал дурным голосом. Я дал несколько секунд соседям кричащих заткнуть их, чтобы все глаза на площади были направлены на меня. Никогда не говорил речи на почти тысячу морд, да и услышат меня далеко не все. Поэтому перед тем как начать, я тихонько велел притащить ко мне на третий этаж кота, которого я приковал в его кабинете к стулу. -Леди и джентльмены! – начал я, прибавив пафоса своему голосу, — Слушайте сюда, все! Рита как раз привела мне нашего главного пленника, и толпа рабов благодарственно взревела, увидев своего «хозяина» избитым и в наручниках. Это конечно же сорвало мне всю мою речь. -Слушай, у тебя тут нет громкой связи, или ещё чего? -Да пошёл ты, — прошипел мне кот. Стоявшая рядом Рита тут же «уронила» его ударом под колено. Схватив кота за шевелюру, Кортез уперла колено ему между лопаток и рванув за волосы задрала голову вверх. Перед мордой кота щелкнул раскладной нож. -Мошонку проколю. — Почти ласково предупредила пума. Рабы зачарованно наблюдали за происходящим. -Извини, так где он? – Вежливо переспросил я. -На той стороне есть пункт оповещения! Услышит весь город! -Твои бы знания, да пораньше, — недовольно протянул я, — Рита, останься здесь. Я пойду, поищу то, о чём он тут говорит. Обойдя площадь торгового центра по балкону и небольшому, явно не предусмотренному довоенным архитектором натяжному мостику, я быстро нашёл стойку «информация» и там – большой пульт с множеством кнопок, каждая из которых была подписана определённым местом торгового центра. Я взялся за гусиную шейку микрофона, нашёл провод подлиннее, подсоединил его к пульту и прижал кнопочку «Все». Из древних динамиков, которые никто тут со времён войны не менял, донёсся глухой звук «бонга» оповещающем о начале сообщения. Я прокашлялся, как истинный оратор размял свою пасть и вышел к «народу» уже с микрофоном в лапе. -Я вижу вы поняли что тут происходит и кто вы теперь такие. Но не спешите радоваться, — сказал я, наблюдая как резко изменилось настроение в толпе рабов, — Формально вы нам не нужны, но и свою свободу вы сами должны заслужить. Толпа притихла окончательно. Я улыбнулся такому деловому подходу зверей. -Всё очень просто! – объявил я, — Сейчас вы дружно делитесь на группы по десять-двадцать зверей, способных к переноске груза. Прошу – беременные, или кто-то не в силах хорошенько потаскать для нас кое-что – не надо напрягаться, мы же не садисты какие-нибудь. Все же остальные идут на поиски сокровищ, которые приносят к центральному входу в уже ваш городок! За сокровища мы считаем – ЛЮБОЕ, — я специально сделал упор на этом слове, — оружие и абсолютно все боеприпасы, которые вы должны собрать с тех, кого ещё час назад считали своими хозяевами. Ради всего хорошего, прошу вас, не пытайтесь использовать их же оружие против друг-друга или нас самих. Не надо повторять ошибки ваших бывших хозяев. Так же приносите нам всю НОВУЮ броню, какую найдёте. Отдельный приз уйдёт тому, кто покажет нам оружейную! И кстати, ради вашего же комфорта – советую кому-нибудь убрать трупы. Уже мимо микрофона я поморщил нос – уж к запаху разложения и гниения они конечно привыкли. Рабы оказались очень исполнительными и организованными. Сразу же в группах наметились свои лидеры и вожаки, кто-то даже вспомнил про беззащитных самок и помог им устроится прямо на площади. Новые звери продолжали прибывать организовано и спокойно, пока в наушнике не раздался недовольный голос Мадеры: -Босс, ты не представляешь на что я тут наткнулся! -Что у тебя такое? -Да… Тут клетка, с такими же как я бульдогами. Но что с ними сделали я описать не смогу, да лучше бы и не видел даже. Эргх… Я припомнил обещание кота, бросить меня каким-то бульдогам. Сделал соответствующие выводы. -Секс-маняьки? -Безумцы скорее. Ведут себя как лоботомированые. От скуки… ох, чёрт! Они друг друга… Я тяжело вздохнул. Как бы мне не хотелось бросить кота на растерзание им, но родственные чувства в моём парне пересилили желание мести. -Мадеро? – вызвал я его. -Да, майор? – ответил почти убитым голосом мой боец. Конечно вид беспорядочно совокупляющихся псов его же породы, выбил его из колеи. -Делай с ними что хочешь. -То есть можно? -Если ты считаешь, что их уже не спасти – делай это. -Понял. Меньше чем через минуту я краем уха услышал быструю пулемётную очередь. Поэтому я решил спуститься. Основной контингент рабов уже разошёлся кто куда, поэтому я смог переносить запах, царящий на площади – или просто принюхался. Мои бойцы в общем-то тоже. Мадеро вернулся с парковки в подавленном состоянии, все остальные – разбрелись по своим делам, помогать бывшим рабам искать оружие и припасы. Альберт, Эрик, Джек – остались на входе, разбирая хлам, который тащили к ним со всех уголков городка на нужный, не очень нужный и совсем не нужный. Всё, что относилось к последним двум категориям оставалось рабам, и некоторые из них сразу же поспешили вооружится. В какой-то момент я даже порадовался за них, и теперь целый город вроде как будет нам благодарен за такое, но даже в такие моменты находились те, кто портил нам всю малину. Я вспомнил про волчицу в кабинете у кошака – беззубую, сломленную духом и телом, бездушную и безмозглую игрушку. И таких как она оказалось довольно много. Некоторые даже не вышли из своих камер, оставшись помирать там же, где их оставили – в горе трупов и испражнений. И другие рабы совершенно не спешили помогать им. Некоторые даже стреляли в этих безмозглых, когда те ходили и спрашивали что им делать, не в силах придумать что-то самим. Я велел всем поторопиться, всячески жалея, что впутался в это дерьмо с рабами, их хозяевами и их городком. В конце концов главного рабовладельца, кошака, мы отдали на растерзание разъярённой толпе, когда один из рабов показал нам не оружейную, но вполне достойных гараж с парочкой «доджей» на ходу. В них мы погрузили новое оружие и броники, найденные для нас благодарными за освобождение рабами, нашего «Бегемота», и, не прощаясь, уехали на свою временную базу, подальше от этих больных ублюдков.