Моя рыжеволосая Госпожа

- Ты лжёшь! – закричала Хюррем, выходя из себя. - Я бы не стала такое придумывать,- заскулила Сирин, хватаясь за подол фиолетового платья Госпожи,- вы ведь в любой момент можете проверить это. Умоляю, не убивайте нас… - Закрой свой рот,- славянка отвернулась от девушки и встретилась глазами с Сюмбюлем – он словно просил её передумать. Сирин во все глаза смотрела на Хюррем. Осознание того, что её жизнь зависит от одного слова этой устрашающей, но прекрасной женщины, пугало девушку до дрожи в коленях, до помутнения в глазах. - Если ты обманываешь меня… - Вы можете прямо сейчас убедиться, Госпожа,- пробормотала фаворитка, стараясь не разрыдаться. - Сюмбюль, проследи, чтобы Сирин вернулась в свою комнату,- равнодушно проговорила Хюррем,- а ты, Сирин Хатун, даже не смей никому рассказывать о том, что произошло. Иначе в следующий раз я не пожалею тебя. - Спасибо вам, Хюррем Султан,- ахнула несчастная, не сдержав слёз,- я никому и слова не скажу. Да мне никто и не поверит. - Завтра тебя проверит лекарь при мне,- вздохнула Госпожа,- а теперь вон отсюда! Сирин вместе с Сюмбюлем поспешили удалиться. А Хюррем присела на пол и дала волю своим слезам. Как же Сулейман мог так поступить? После четверых… чёрт возьми, троих детей, которых она ему подарила! Видимо, это точно расплата Аллаха за измену. Но она не могла убить ребёнка, которого носила Сирин. Она не могла быть настолько жестокой. Это просто невинное дитя. Правда, если это будет мальчик, то он может угрожать её сыновьям. Господи, как же это всё сложно. Только один человек может помочь… Ибрагим. Рыжеволосая быстро поднялась с пола и уверенным шагом отправилась в покои Великого Визиря. *** - Ибрагим! – в покои вбежала до неприличия радостная Хатидже. - Что такое? – удивился Паргалы, выходя из-за стола,- у тебя какие-то новости? - Любимый… Я… - женщина даже заикалась,- я беременна. Я подарю тебе ещё одного ребёнка, Ибрагим. - Хатидже,- губы грека растянулись в улыбке, и он прижал жену к себе,- ты не представляешь, как осчастливила меня этой вестью. Ибрагим обнял её за талию и нежно поцеловал, а шатенка просто растворялась в его руках. До сих пор Хатидже удивлялась, как Визирь может так действовать на неё. Она превращалась в маленькую девочку рядом с ним, неспособную даже пошевелиться. - Знаешь, я ни о чём не жалею,- вдруг сказал Ибрагим,- не жалею о том, что я твой муж. - Разумеется, я тоже,- улыбнулась Госпожа,- мне было предназначено судьбой отдать своё сердце тебе, Паргалы Ибрагим. Он только погладил женщину по щеке, удивляясь, насколько Хатидже может его смягчить. Если думать о Хюррем становится тяжело и болезненно, то с ней, с его женой всё так легко.… Всегда так было, видимо, никогда и не изменится. Конечно, они были так увлечены друг другом, что не заметили, как тихо закрылась дверь. Хюррем всё видела и слышала. Она и разминулась с Хатидже буквально на секунду. - Вы все сговорились? – тихо прошептала славянка, еле идя в свои покои,- сначала Сирин беременна, теперь ещё и Хатидже. И Сулейман, и Ибрагим.… Оба любимых мужчины ждали детей от других. Интересно, а чьё будущее отцовство больнее? Из голубых глаз снова потекли слёзы, обжигая щёки. Именно в такие моменты Хюррем осознавала, что всё-таки жизнь несправедлива. Сначала у неё отобрали Паргалы, а теперь ещё и Сулеймана. В её жизни остались лишь дети, ради которых она живёт. *** Сирин сказала правду. Она была беременна. Сулейман и Валиде, узнав об этом, раздали всем золото. А учитывая беременность Хатидже Султан, в гареме был устроен настоящий праздник. Михримах уже вела себя так же гордо, как и мать, сидя с ней на диване и смотря на танцовщиц. Девочка росла такой красавицей, что в свои семь лет затмевала взрослых женщин. В маленькой Госпоже был природный магнетизм, на неё было невозможно налюбоваться. Все умилялись ею, и она этим пользовалась. Её старший брат Мехмет был полной её противоположностью. Нет, не в красоте, мальчик обладал обаянием и харизмой, а в характере. В то время, как Михримах всегда лезла вперёд, восьмилетний Шехзаде был очень скромен и тих. Он предпочитал заниматься уроками вместе с Мустафой, чем бездельничать в покоях. Селим и Баязид просто терпеть не могли друг друга. Когда они были порознь, то похожи были на ангелочков. Но стоит им оказаться в одной комнате, то вся эта иллюзия проходила. Их ссоры уже доходили до драки, что не могло не беспокоить Хюррем. Но, так или иначе, Госпожа гордилась всеми своими детьми, но её очень пугало будущее Селима. Стоит ему немного повернуться, она видела в нём какие-то черты Ибрагима. Или ей просто казалось это? - Хюррем, где ты витаешь? – с ухмылкой спросила Хатидже,- я тебя уже третий раз зову. - Извини, я просто задумалась,- тряхнула рыжей головой славянка,- зачем ты меня звала? - Посмотри на Михримах,- ответила она, с любовью глядя на племянницу,- такая непоседа, не может усидеть на месте. Как бы я хотела такую же нежную доченьку. - Уверена, в этот раз ты родишь девочку,- улыбнулась Хюррем,- Орхан станет ей надёжным братом, который будет защищать её ото всех бед. - Я до сих пор не могу поверить в то, что происходит,- вздохнула шатенка,- по-прежнему кажется, что это сказочный сон. Даже говорить об этом боюсь. Опасаюсь, что спугну своё счастье. - Ты это заслужила, моя Госпожа,- уверенно сказала Хюррем,- просто наслаждайся. Да и женщина сама решила, что не будет поддаваться унынию. Рано или поздно Сирин исчезнет. Хюррем чувствовала это всей душой. После конца торжества Госпожа решила отправиться к Сулейману. Ну а почему бы и нет? - Сулейман,- вошла Хюррем и поклонилась,- мы можем поговорить? - Да, я тоже хотел поговорить,- слегка улыбнулся падишах, пригласив её присесть рядом,- это касается Сирин Хатун. - Не волнуйся, я прекрасно понимаю, что она носит твоей ребёнка, и я не причиню ей вреда,- со слезами воскликнула славянка,- но мне больно, Сулейман, лишь Аллах видит, как мне больно. Зачем ты так со мной? Что тебя не устроило во мне? Я потеряла свою красоту? Стала настолько тебе неинтересна? - Хюррем! – вздохнул Сулейман,- ты всегда… слышишь? Всегда будешь мне интересна. Я тебя люблю. - Что это за любовь? – ахнула она, подскакивая на ноги,- когда любишь, не нуждаешься в других. Неужели так трудно сказать правду? - Хюррем, я не лгу тебе,- султан тоже поднялся на ноги и притянул к себе девушку,- я безумно люблю тебя, и это никогда не изменится. Я навсегда останусь пленником этих рыжих волос, голубых глаз, тонкой талии, нежных рук. - Тогда зачем ты был с ней? – слёзы потекли из глаз Хюррем,- я же доверяла тебе. Знала, что не имела права тебя осуждать, но всё равно ревновала. - Сирин - мой гарем,- пробормотал Сулейман,- ты же знаешь, что я султан, и я имею проводить ночи, с кем хочу. Этим устоям уже столько лет, я не могу их изменить. Не скрою, она привлекла меня, она мне очень понравилась, но… Тебя не заменит. - Она беременна… - Госпожа вытерла слёзы,- теперь станет для тебя чем-то большим, чем наложница… - На тебя не должно что-то повлиять,- твёрдо ответил мужчина,- я всегда останусь тем влюблённым падишахом, который влюбился с первого взгляда, увидев своего рыжеволосого ангела. Сулейман трепетно поцеловал Хюррем. Она несколько секунд будто размышляла, ответить на поцелуй или нет, но потом обвила его шею руками. И всё равно, что бы она только не предпринимала, поцелуй Ибрагима приносил ей куда больше счастья. *** - Сирин Хатун, ну, наконец-то,- с облегчением прошептала лекарь Арсан Хатун,- принесла золото? Фаворитка кивнула, отдавая женщине туго набитый мешочек с деньгами. - Учти, если кто-то узнает, что я солгала о твоей беременности, то мне конец,- прошипела она, но всё-таки с радостью спрятала деньги,- Хюррем Султан меня убьёт. - Она не узнает,- отмахнулась Сирин,- если бы я не сказала, что беременна, то она бы убила меня вчера. - Лучше забеременей по-настоящему, и проблем станет меньше,- посоветовала Арсан. - Ещё чего! – фыркнула девушка,- ребёнок помешает моей миссии, неужели не ясно? - А что ты будешь делать, когда должен будет расти живот? – спросила лекарь, постоянно оглядываясь. - У нас с тобой есть месяц, чтобы закончить дело,- ответила Сирин,- не больше. Таков приказ. - У нас? – ошеломлённо переспросила Арсан. - Ты на моей стороне уже больше месяца, не думаю, что ты меня предашь,- угрожающе сказала хорватка,- если я попадусь, то потяну тебя за собой. - Да ладно, ладно,- вздохнула женщина,- когда ты собираешься убить Сулеймана? - Скоро,- хитро улыбнулась Сирин,- я обязательно выполню приказ. А потом и не жалко умереть.