Моя рыжеволосая Госпожа

Сулейман пошёл на поправку. Хюррем и Валиде не отходили от него ни на шаг. Мехмет и остальные вернулись во дворец вместе с Хатидже, которая всё не могла нарадоваться от того, что с братом всё в порядке. Единственной, кого не обрадовало выздоровление Сулеймана, была, разумеется, Махидевран. Черкешенка уже представляла себя Валиде Султан, но тут её мечты и планы были разрушены. Джихангир тоже поправился, но Хюррем помнила, что сказал лекарь: от горба он никогда не избавится. Остановить его появление они не в силах. - Джихангир,- всегда шептала мальчику Хасеки,- мне всё равно, сынок. Я буду любить тебя так же, как и остальных. Клянусь. Ибрагим решил отдалиться от дворца и вместе с Хатидже и детьми уехал в Эдирне на несколько месяцев. Истинной причиной была Хюррем. Он желал отдалиться от неё, а не от Топ-Капы, желал забыть, желал возненавидеть…. Но не мог. *** 1534 год. Ибрагим шёл по коридорам Топ-Капы. Сегодня Сулейман повысил ему жалование. Наверное, ни один Великий Визирь не обладал таким богатством, ни один не был одновременно и визирем, и сераскером, и зятем Династии. Хатидже стала излишне беспокоиться, говорила, что Паргалы зашёл слишком далеко. Тяжело не дойти до вершины, а удержаться на ней. Но Ибрагим даже и слушать не желал. Его мучила гордыня. Сначала грек пытался подавить её, но потом просто перестал. Ибрагим не видел в этом смысла, и не считал это пороком. Постепенно он затягивался в пучину гордыни и тщеславия, но не замечал этого. *** Хюррем ужинала с Сулейманом. С тех пор, как он поправился, славянка проводила с ним очень много времени, боялась, что эта болезнь может повториться. - О чём ты думаешь, Хюррем? – спросил Сулейман, неожиданно улыбнувшись. - Я думаю о вас, Повелитель,- призналась Хюррем,- я очень боюсь.… Боюсь, что что-то произойдёт и разрушит наше счастье. - Не переживай, моя рыжеволосая красавица,- улыбнулся падишах,- я обещаю, что всё будет хорошо. Мы будем жить в покое. - Долго ли он продлится, этот покой? – вздохнула Хасеки Султан. - Столько, сколько уготовано нам Аллахом. Сулейман всегда так говорил. И Хюррем никогда не сомневалась в этих словах. Она просто верила. К покоям султана несли десерт. Наложница, которая его несла, неожиданно остановилась и вылила какой-то пузырёк. Это был яд. После этого она продолжила свой путь. В покои занесли десерт. Сулейман не стал к нему притрагиваться – были проблемы с желудком. Поэтому он отдал его Хюррем. Через несколько секунд славянка поняла, что что-то сдавило ей горло. Вздохнуть не получалось, а живот пронзила жуткая боль. - Сулейман… - пролепетала Хюррем. - Что с тобой? – воскликнул Повелитель. - Очень больно! – закричала она, и упала в объятия падишаху. - Лекаря! Немедленно! – раздался крик Сулеймана,- держись, Хюррем… Держись!