Как гопник попаданцем стал

       – Че за ботва вообще? – Дочитав письмо, заявил Вася. – Не хочу я туда ехать.        – Что значит "не хочу"? – Заорал Вернон Дурсль. – Поедешь, как миленький. Я даже согласен за учебу твою платить!        – Да нахрена мне оно надо - семь лет ни за что сидеть? Не-не-не, я на это не нанимался, надо тебе, мужик, в школу, ты и едь. Что я в той школе не видел-то?        – Но это ведь школа чародейства и волшебства, – пискнула Петунья из-за спины мужа.        – И че? – Василий смотрел на Дурслей, как на душевнобольных. Два взрослых, и вроде бы вполне адекватных человека, пытаются уговорить его поехать в Хогвартс, учиться магии. – Я вам и так фокусы показать могу. Зырьте!        Вася задумчиво почесал голову, рассуждая, как бы удивить этих людей. Внезапно он увидел стоящую на каминной полке Кока-Колу, и в голове Василия созрел гениальный план. Схватив бутылку, гопник мгновенно открыл ее глазом. Сказать, что Дурсли были ошарашены – значит, не сказать ничего. Дадли даже жевать перестал.        – А вы что думали, ёпта? – Философски заметил Василий. – Тут серьезные люди собрались, думали, я с вами шутки шутить буду? Кстати, че у вас семок в доме нет? Хэй, жиртрест, мотанись в магаз мне за семками, может, даже чуть-чуть вес скинешь.        Дадли решил не сопротивляться чокнутому и покорно протянул руку за деньгами.        – Че, бабки требуешь? Откуда они у меня, епт? С деньгами я и сам купить могу, а ты без бабосиков попробуй.        Дадли вышел из дома в расстроенных чувствах, совсем не радуясь заварному пирожному. Вот где он посреди Лондона найдет семки, да к тому же не имея денег. Внезапно он вспомнил, что у соседей на заднем дворе растет парочка подсолнухов. А семечки можно и самому потом пожарить.        Озаренный такой гениальной идеей, Дадли пошел на задний двор, но столкнулся с новым препятствием – забор, который выше его роста. Обычный мальчишка с легкостью мог вскарабкаться на него, но Дадли у нас ребенок особенный. Единственный, так сказать, в своем роде. Поэтому Дурсль-младший, вздохнув, пошел за лестницей.        Едва доперев сие исчадие ада, он решил, что с таким же успехом мог двинуть этой лестницей Гарри по голове, но возвращаться было слишком поздно и далеко. Приставив лестницу к забору, Дадли, вздохнув, принялся карабкаться за вожделенными подсолнухами. Первые две ступеньки парень преодолел легко, но Дурсль все больше понимал, что это плохая идея. Вот только обратного пути уже не было.        Наконец Дадли добрался до вершины забора и решил отдохнуть минутку, сидя на ограждении. Вот только или у забора были другие планы, или Дадли стал полным неудачником, но внезапно забор заскрипел и рухнул. Перепуганный Дурсль мгновенно подскочил и побежал в направлении злополучных подсолнухов. Если бы кто-нибудь увидел эту картину, то подумал бы, что мальчик решил поставить новый мировой рекорд – так быстро Дадли не бегал всю свою жизнь, да и вряд ли когда-нибудь еще пробежит. Вырвав с корнями два подсолнуха, он, как заправский спринтер, перемахнул через лестницу и, не снижая скорости, влетел в дом, снеся вставшую на его пути дверь.        Вася, до этого момента мирно жуя котлеты, поперхнулся. Но сразу же взял себя в руки и вновь принялся философски поглощать пищу. А что, он запыхавшегося Дадли с двумя подсолнухами в руках не видел, как только тот дверь выбил? Ничего необычного и стоящего внимания, даже от котлет не стоит отвлекаться.        – Принес? – Спросил Вася, продолжая жевать.        – Да вроде, – заикаясь, выговорил Дадли, – пожарить только нужно.        – И кто этим должен заниматься, епт? Ты принес, ты и жарь.        Вася вышел из кухни, абсолютно зря доверив Дадли еду. Кто ж знал, что Дурсль ее только есть умеет?        Зайдя в гостиную, Василий увидел Вернона и Петунью, чинно сидящих на диване. Глядя на них, казалось, что они почти смирились. Поэтому Вася, довольный, что выдрессировал семейство Дурслей, со спокойной совестью отправился наверх спать.        Тем временем Дадли осваивал азы кулинарии. После неудачной попытки аккуратно достать семечки из подсолнуха юный кулинар теперь лазил на четвереньках по кухне, собирая их с пола. Собрав большую часть, Дадли насыпал полную сковородку семечек с небольшой горкой и включал огонь на максимум, абсолютно забыв о добавлении масла. С чувством выполненного долга Дурсль-младший пошел в гостиную и принялся смотреть свою любимую телепередачу.        Постепенно семечки начали разлетаться по всей комнате, не выдержав такого издевательства. Нижние семечки уже успели пригореть, и теперь в кухне витал запах гари, но Дадли не почувствовал его из-за закрытой двери. Вскоре начала гореть сковорода. Маленькие языки пламени сначала тихонько обхватили бока сковороды, а после и поглотили ее всю. Пламя поднималось все выше и перекинулось на висящее над плитой полотенце. Начался пожар, который даже никто не заметил.        Когда Дадли досмотрел передачу и вошел на кухню, огонь уже поглотил стол, оставив на его месте лишь обгоревшие деревяшки. С дикими визгами и матами Дурсль бросился к холодильнику и принялся доставать из него остатки еды, надеясь, что родители услышат и помогут ему. Действительно, Вернон прибежал довольно скоро и принялся звонить пожарным. Довольный Дадли жевал куриную ножку, радуясь, что Гарри нет рядом.        Через несколько минут все семейство Дурслей уже стояло на улице и ждало приезда пожарной машины. Внезапно Петунья вспомнила:        – А где Гарри?        – Был наверху, – припомнил Вернон, – наверное, и сейчас там.        – Ты пойдешь за ним, пап? – Недовольно спросил Дадли.        – Конечно нет, – ответил Дурсль, – сгорит и ладно.        Дадли лишь молча кивнул, соглашаясь.