Как гопник попаданцем стал

       – Итак, у нас два варианта: или у меня крыша поехала, или у вас, – Вася расхаживал перед сидящим на диванчике семейством Дурслей и пытался понять, где он так побухал, что оказался на утро в Англии. – По мне видно, что я сошел с ума?!        Дурсли испугано закрутили головами.        – Но и у вас дома я как-то оказался. Так?        – Так, – едва слышно пискнул Дадли.        – Че? Жирдяй из спячки проснулся? – Вася решил отыграться на мелком за все свои проблемы. – Тебе вообще про спорт что-нибудь известно? Вот нападет на тебя кто-то в темном переулке, что ты будешь делать? Жировыми складками отбиваться?       – Дадли! – Испуганно вскрикнула Петунья Дурсль.        – Дадли! – Пискляво перековеркал ее Вася. – У тебя пацан растет или свинья на убой?        – Мальчишка! Что ты себе позволяешь! – Рассвирепел Вернон Дурсль.        – Ты кого мальчишкой назвал, а? – Вася начал наступать на старшего Дурсля. – Вы реально тут все нарываетесь, а? Один звонок, и вы тут ползать будете. Кроме жирдяя, конечно. Его-то легко подъемным краном сдвинуть можно.        Дадли искоса кинул взгляд на зеркало. Не такой уж он и жирный, по крайней мере, мама ему каждый день говорит, что его вес абсолютно нормален. Мама ведь не может врать? Хотя порой Дадли тоже смущало, что почти в конце каждой недели одежда становится все теснее. Но не говорить же, что его кузен прав.        – Я нормально вешу, ясно? – Со всей решимостью в голосе воскликнул младший Дурсль.        – Для борца сумо самое то, но для обычного человека – нет. Ты посмотри на себя, колобок с ручками. Ты скоро по дому катиться будешь и мебель сбивать. Значит так, пацан. Или ты перестанешь жрать, или я заставлю тебя перестать жрать. Иди жри свою прощальную булочку, у тебя четыре минуты. Время пошло! – Рявкнул Василий.        Дадли в слезах вылетел из комнаты. Он начал бояться своего кузена, казалось, что он стал абсолютно другим человеком. Но такого быть не может, поэтому Дурсль отмел это предположение, да и вообще выбросил из головы мысли о кузене. Сейчас его больше занимали слова о прощальной булочке. Интересно, сможет ли он за четыре минуты умять свой ужин?        Вася восхищенно наблюдал, как толстяк, смешно подпрыгивая и едва не падая на ходу, несся в сторону заветного холодильника.        – Видали, что хавчик с людьми делает? Да он за котлетосы, что ты нажарила, родину продаст. Ладно, хватит о мелком. О чем мы там говорили?        – О том, что у кого-то из нас поехала крыша, – со слезами в голосе проговорила Петунья, все еще находясь под впечатлением, что кто-то может поранить ее Дадлика.        – Во-во, тетка, рубишь фишку. В общем, я не помню, как я тут оказался, поэтому есть два варианта: или я набухался, или вы меня выкрали...        – Или тебя подкинули нам еще в детстве! – лицо Вернона было уже ярко-красного цвета.        – Не было такого, – спокойно ответил Вася, поправив очки. - Я бы запомнил. Поэтому либо набухался, либо украли.        – Да кому ты нужен, чтобы тебя крали? – Закричал мистер Дурсль.        – Вот это предъява, – Вася даже остановился от изумления, – никому не нужен, говоришь?        – Ну, – замялся Вернон, – может, кому-то и нужен, я не совсем правильно выразился...        – Че ты мямлишь, мужик? Соскочить пытаешься? Или за слова не отвечаешь? Говорю же, сейчас Миха весь двор на уши поставит...        Петунья Дурсль сидела на диване и оторопело взирала на следующую картину: ее хрупкий и хилый племянник, которого еще час назад могла обидеть трехлетняя девочка, теперь орал на весь дом, запугал ее саму, довел до истерики Дадлика и теперь угрожает Вернону каким-то странным Михой, у которого куча братвы и который по первому же звонку заставит всех сознаться по-хорошему... Дальше женщина уже не слушала. Визгливо крикнув: "Воды!" – она хлопнулась в обморок.        – Петунья! Петунья! –Засуетился Дурсль. – Чего стоишь? Тащи воды, паршивец!        Вася решил немного отложить разборки с мужиком и пошел на кухню за водой. Картина, представшая перед его глазами, поражала своим масштабом: Дадли прямо из кастрюли черпал суп и заедал громадным свиным окороком. На столе стояло около пятнадцати тарелок, к которым Дадлик переодически подбегал и брал еду руками.        – К черту манеры, – заржал Василий, – только хорошая у тебя "прощальная булочка" получается. Всем бы такую. Харе жрать, я сказал!        От неожиданности Дурсль-младший подпрыгнул и в изящном прыжке сбил стол с кучей блюд, которые так старательно готовила Петунья с самого утра.        – Ну ты прям балерина, че, – восхитился Вася, – давай поклончик и свали в далекие края.        Дадли поспешно ретировался через заднюю дверь, а Василий, наконец, вспомнил, зачем пришел – истеричные вопли Вернона помогли воскресить в памяти обморок крикливой тетки. Набрав воды из-под крана, Вася вернулся в гостиную и вылил воду Петунье на лицо.        Первое, что увидела женщина, очнувшись – это довольная лыба Васи.        – Ну че, дамочка, здаров. Говорил же, что не подохнет, – Вася ткнул кулаком в плечо Вернона. – А ты орал: "В скорую звони, в скорую звони!". Вот это – медицина!        С чувством собственного превосходства он прошествовал по комнате и плюхнулся в кресло.        – Кстати, от хавки я бы тоже не отказался. Но ваш жирдяй что не сожрал, то на пол скинул. Зажал мне котлетосы. Ладно, мадам, раз ты уже ожила, иди мне пельмяшей наделай. Все равно сидишь зря.        Вдруг из камина вылетел какой-то предмет и со всей дури ударил Васю по затылку.        – Че за подстава вообще? –Подскочил гопник. – Я к ним со всей душой, водички принес, а они ко мне с тыла подходят? Не по-пацански это.        – Это не мы, – промямлил Вернон, – это письмо пришло. Немного странным образом, правда, но чего уж там.        – Письмо, говоришь? Ща позырим, – Вася поднял белый конверт, на котором аккуратным почерком было выведено: "Гарри Поттеру. Лично в руки".       Разорвав конверт, Василий прочел:        Уважаемый Гарри Поттер! Хотим Вам сообщить, что Вы зачислены в школу Волшебства Хогвартс...