Поиск лучшей жизни.

После этого случая Альфред и Артур не общались до выздоровления последнего. Это очень сильно напрягало друзей, а больше трепки им доставляло то, что все это было их идеей. Ведь возможно же, что если бы они тогда не позвали бы всех, не привели бы всех к младшему Керкланду, то все бы было лучше. С Гилом Артур тоже не общался, что подавляло его еще сильнее. Кажется, но не смотря на то, что он шел на поправку, его духовное состояние только ухудшалось. Полное внутреннее опустошение постоянно сменялось чувством боли и вины. Артур возненавидел все, что любил, он возненавидел это лишь потому что уже давно ненавидел себя. То, что дала ему судьба теперь лишь причиняла боль. - Ты уверен, что хочешь идти в ЭТУ школу, - хмыкнул Аллистер, подвозя брата до школы в его первый послебольничный учебный день. - Я ни в чем не уверен. - Это будто бы и не ты, - усмехнулся рыжий и остановился. Он замолчал, еще пока не открывая дверей, - слушай. Артур, если тебе будет плохо... ты говори, - он задумчиво рассматривал свой кожаный руль и сосредоточенно дергал за выбившиеся нитки. - Это будто бы и не ты, - передразнил его младший брат и слегка улыбнулся, - в любом случае, я бы не сказал. - Знаю, потому что это ты, мелкий, - Скотт открыл двери и повернулся к брату, - но ни я, ни ты не монстры. Мы родственники и близкие люди. Не смотря на все, ты же понимаешь? - Понимаю, - Артур уже вышел из автомобиля и захлопнул дверь, - но нам простительно друг друга ненавидеть. Он пошел во внутренний двор. Огромная толпа народа, что сидела на газоне и лавочках, поглощала с блаженством солнечные лучи, позволяя солнцу делать их на тон темнее. Уже несколько заметивших англичанина персонажа хихикали и показывали пальцем. Теперь Керкланду в школе придется довольно не сладко, но все же остался последний год. Последний год этих мучений, и тогда он избавиться от своих кличек и мерзких прозвищ, от порицания и унижения. Пройдя до входа Артур уже наткнулся на тычки, но проигнорировал их, открывая дверь. Прохладный кондиционированный воздух сразу же остудил расплывающийся от жары мозг британца, поэтому он смог здраво игнорировать издевательские письма у себя в шкафчике. Теперь он будет подвержен усиленной травле и кличке "самоубийца". - Лучше бы все тогда и закончилось, - прошептал он, припадая лбом к холодному металлу своего шкафа. - Что закончилось? - из неоткуда появился француз и оперся рукой о соседний шкафчик, - ты хоть в порядке? - Вполне, как видишь. А теперь, - презрительно посмотрев на Бонфуа и недовольно цыкнув, Керкланд отцепился от его внимания и пошел дальше, - не хочу никого из вас видеть. - Понятно, - мрачно ответил ему француз и встал к тому спиной, - просто иди вперед, знаешь? На это англичанин ничего не ответил. Теперь все люди из его обычной жизни приносили только плохие воспоминания и ощущения, поэтому он поспешил скрыться от места обитания Франциска. Держа учебники в руках он тихо шел по коридору, опустив голову и разглядывая свою обувь. Он не был одет во что-то особенное. Сейчас он просто хотел стать невидимкой. Он надеялся, что все за эти три месяца все забыли, но никто ничего не забыл. Даже одноразовый ангел, что стоял на его тумбе в больнице от матери, не помог. Урок математики, Артур не опоздал, но все равно приковывал к себе взгляды. - Можно выйти? - спросил он, вставая из-за парты и уже продвигаясь к двери. - А? Да, конечно, - математик чуть приподнял голову от своего ноутбука и лишь махнул в сторону двери рукой. Проходя мимо своей прошлой парты Артур поднял взгляд на место Альфреда. Они столкнулись взглядами, но лишь на долю секунды. Лишь на долю секунды их взгляды смогли друг за друга зацепиться, будто бы нуждались каждый в каждом. Керкланд-младший вышел из кабинета, тем самым разрывая последнюю связь со своим другом. Он зашел в уборную и скатился по холодной кафельной стенке, усаживаясь на холодный плиточный пол. - Черт, как же хуево, - сказал он и обнял себя за колени, укладывая голову себе на ноги, - не хочу больше терпеть. - Остались только экзамены, - рядом с ним плюхнулся только что вышедший из толчка Андрэ и положил руку ему на спину, - что за дурацкий вид, Керкланд? - Отвали, Андрэ. Ты становишься таким же доставучим, как твой брат. А это мне не нравится. - Это твое последнее слово? - Да. Пока. - Пока, - печально произносит Бонфуа-старший и встает, отряхиваясь. Теперь Артур остался в этой школе совсем один. От этого никуда не сбежать, но пока все было не так плохо, надо было главное молчать и не привлекать внимания. Достав пачку сигарет он молчаливо начал разглядывать ее в руке. Недолго думая он закурил, игнорируя рвотные нервные позывы. Было тяжко дышать, но табачный дым делал лишь хуже, поэтому англичанин выкинул пачку и вышел из своего убежища. Ему не хотелось больше оставаться в школе, поэтому, сославшись на то, что он себя еще после больницы не очень комфортно чувствует, он свалил из образовательного заведения и начал просто шататься по улицам города. - Надо улыбаться, чтоб живым казаться, - напевал он как мантру и бросал камушки в какой-то затухший и поросший кустарником и травой водоем, - надоело казаться хорошим. Почему я должен притворяться, что мне все равно. Ах, да. Я же суицидник, - завыл он и зарыл ноги в песок. Он холодил ступни и засасывал их так, будто бы это были настоящие зыбучие пески в пустынях. Он прикусил губу, так как больше сам с собой разговаривать не очень хотел. - Ладно, проживем еще один день и тогда будут выходные, - усмехнулся он, опять начиная свой одинокий монолог и направляясь к дому. *** Следующий день у Артура задался не очень хорошо. Он проспал свой будильник, поэтому вышел из дома позже, чем предполагалось. А это значило, что в главном коридоре он попадет в самую толкучку людей. Опять пинки и троллинг. Очень толстый, который даже не вызывал чувства самоиронии. - О, посмотрите кто тут у нас, - улыбнулся Стив, - наш суицидник и героинщик. Англичанин только хотел проигнорировать очередное сообщение о его неудавшемся самоубийстве, но на секунду замолчал, задумавшись. - Что ты сказал? - спросил он, взирая на Стивена. - Героинщик. Ой, неужели ты не знаешь? Да это уже вся школа знает. - Что... Керкланд не верил своим словам. Он же пробовал героин всего пару раз... и причем не совсем по своему желанию, да и с наркотиками уже не дружил три или более месяца. Внезапно он замер в центре коридора и прислушался. "Героинщик, героинщик, ахахаха", - звучало со всех сторон. Артур начал озираться в панике и неверие. - Я не, - начал он, но видимо никто его и слушать не желал. Парень разглядывал каждого и внезапно наткнулся взглядом на компанию из Беатрис, Андрэ, Франциска и Альфреда. Беатрис смущенно отводила глаза, Андрэ же и Франциск чуть ухмылялись, как крысы, а вот Альфред поразил Керкланда. Он смотрел холодно и с вызовом, будто бы ожидая, что же Артур ответит на такую провокацию. Они смотрели друг на друга, один с сомнением и страхом, а другой с напыщенной грубостью и отвращением. - Только не вы, - прошептал младший британец и попятился назад. "Артур Керкланд, немедленно пройдите в кабинет директора", - огласило радио и заставило еще больше покрыться холодной испариной. - Вы хоть понимаете, какой очередной позор вы навлекаете на наше образовательное учреждение? - строго спросил директор в кабинете и сложил руки на груди, - это просто недопустимо. - Но я не принимал ничего после того случая. - Именно. Тот случай и так поставил нас под угрозу сокращения, так еще и сейчас. Об этом же узнают родители и в очередной раз начнут забирать детей из нашей школы. А это совершенно неприемлемо. - То есть... - Да, вы правильно поняли. Вы исключены из школы. И думаю, что вам лучше поторопиться и найти себе новое место, так как на носу экзамены. Артур молча пялился в пол, а потом, лишь кивнул, вышел из помещения. Где-то в углу он опять обнаружил своих бывших друзей. Это было последней каплей. Он ломанулся из школы. Не такого он хотел, совершенно не такого. "Но ты же хотел, чтобы о тебе услышали", - в голове это звучало голосом его бывшего лучшего друга. Бывшего навсегда и навеки веков. Бывшего и единственного. - НЕНАВИЖУ ВАС ВСЕХ, - завопил он, выбегая из дверей и несясь в неизвестном направлении. Он задыхался от боли, от астмы, от дыма, - чтоб все это. Странным образом, но через несколько минут он оказался у дома своей плохой знакомой компании. Кажется, но даже сейчас там происходит содом и извращения. Заточенный взгляд охранника улыбнулся Керкланду и пропустил. - Давно вас не видел. Мы уж думали, что вы откинули коньки, - сказал он и открыл дверь в залу. Там лежали люди, толпы людей, что были под чем-то, с чем-то и на ком-то. Артур вдохнул полной грудью воздух, полный марихуаны. Парень сел на ближайшем свободном куске пола и достал бутылку. - К черту все, - сказал он и только начал делать пару глотков. - Ну привет, барыжечка мой, - громким гулом в голове отдался знакомый голос, что заставил Артура обернуться. - Антонио... - А ты думал, что мы про тебя забыли?