ну, как-бы да.

Ханбин в ночь уходит с головой. Не жалеет, не сомневается, не оправдывается. Он только захватывает куртку и сваливает, как можно дальше, от криков, сомнений и вечных истерик теперь уже, кажется, бывшей девушки. Она Ханбина давит. Вся из себя слишком правильная, красивая и умная. Как они сошлись - загадка для многих, в том числе и самого Ханбина, как он её зацепил - загадка даже больше. И как-бы все не было хорошо, но вот результат весьма ожидаемый. Ханбин уходит. Не хлопая дверью, не обвиняя, он просто берет и уходит в ночной город. Ночью лучше. Легче. Свободнее. Дышать проще. Думать легче. Люди не кажутся такими уж пустыми и незнакомыми. "Вообще не кажутся незнакомыми"- замечает для себя Ханбин и вылавливает взглядом только одну фигуру в толпе. Ханбин наблюдает, как парень проходит мимо людей и заворачивает в переулок. Ему хочется окрикнуть, попросить подождать, но стоит ли. Они виделись один-единственный раз три месяца назад. Да, Чживон дал адрес, предлагал зайти в гости, но может это было просто из вежливости, может нахрен Ханбин Чживону в качестве друга не сдался? Может Чживон его и не помнит уже совсем? Но Чживон помнит, потому что стоит Ханбину свернуть за ним в тот же переулок и чувствует на своих руках крепкую хватку. - Эй, ты меня сталкерить удумал? - ухмыляясь, спрашивает Чживон, но руки свои с тела Ханбина забирать не спешит. - Ну, разве что если только сегодня, - решает подыграть Ханбин и улыбается в ответ. Когда Чживон заливается своим громким, не смущающимся абсолютно ничего смехом, то Ханбин готов его и сталкерить, и домой на плечах, и "эй, Чживон, го в Мексику, я слышал там хорошо". Чживон тащит Ханбина по тем же улочкам и проходам, которыми сам бродит каждый вечер, говорит что-то бесконечно, всё так же громко смеётся, оглядывается периодично на Ханбина, словно опасаясь потерять в этих пустых переулках и идёт вперед и вперед, за собой тянет, не останавливается, куда они не сообщает, а Ханбин и не спрашивает. Сейчас эта информация кажется такой ненужной, лишней, сейчас просто хочется идти и слушать Чживона, смотреть на его спину впереди и никогда не думать о том, что завтра, сегодня, послезавтра. Чживон останавливается только тогда, когда они забираются на крышу невысоого дома и останавливаются перед дверью одной из стандартных квартир на крышах. - Ну, добро пожаловать, - словно немного тушуясь, говорит Чживон, - это мой дом. Квартирка у Чживона маленькая, но уютная. Повсюду разбросаны подушки и на полу лежит огромной матрас, из-за чего половина квартиры автоматически превращается в кровать. Ханбин боковым зрением отмечает относительную чистоту, гору комиксов в углу под полкой с книгами, вылавливает взглядом обклеенную всевозможными плакатами стену, смотрит на сваленные у холодильника пачки рамена и ему так хорошо от всего этого порядка-беспорядка, так хочется это всё запечатлить, оставить, перенести себе, потому что Ханбину впервые за долгое время КОМ-ФОРТ-НО. Ханбин смотрит на Чживона, который словно ждёт чего-то, и чувствует острую потребность что-то сказать. - Твой дом похож на тебя, - говорит Ханбин и Чживон кивает, всё так же улыбаясь. Чживон понимает, а спустя секунду догоняет и Ханбина - Чживон КОМ-ФОРТ-НЫЙ и от этого понимания становится ещё чуть более лучше, чем секундой до. Они перетаскивают матрас на площадку перед квартиркой, закидывают его полушками и валятся на него сверху, не забыв захватить пиво. - Отсюда очень круто смотреть на звёзды, - отмечает Ханбин и смотрит, присматривается. А рядом с ним Чживон лежит, слушает, наслаждается кампанией и закидывает руку к Ханбину на живот. И всё в этом жесте кажется таким правильным, таким обычным, что Ханбин даже не дергается, как от какого-либо контакта . Они лежат так очень долго, смотрят, разговаривают, слушают,понимают. Пиво заканчивается к тому моменту, когда на востоке начинают гаснуть звезды. Ханбин собирается уже уходить, благодарит Чживона за компанию, за легкость, спокойствие. С Чживоном комфортно. С Чживоном словно дома. - Я пойду, - говорит Ханбин. - Оставайся, - говорит Чживон одновременно. И Ханбину так этого хочется. Противоречиво неожидонно сильно. Лечь обратно и уснуть. Пихать Чживона в бок по ночам, сбивать в ногах его, Чживона, одеяло, перерыть всю ту глору комиксов и обсудить все книги, и смотреть разговаривать, слушать, понимать. Бесконечно понимать. И возвращаться. Ханбину хочется всего этого ужасно и Чживон его добивает. - Оставайся на сколько нужно. Серьёзно, без тебя здесь было тухло, а с тобой в самый раз, - и улыбается так искренне, что Ханбина скручивает. Чживон говорит "оставайся" и Ханбину больше никуда не нужно.