Карманные монстры

Змея мгновенно перестроилась. Одним молниеносным броском она захлестнула кольца на шее Иви. Гэри ощутил фантомную удушающую боль, будто это его горло сжали стальные тиски. Он дернулся вперед, но замер: глаза Иви закатились, а лапки лишь бессильно царапали асфальт. — Остановите её, Гэри, — Уилл заговорил вслух. Его живой голос, сухой и скрипучий, оказался страшнее ментального. Инспектор медленно сократил дистанцию, остановившись в паре шагов от мальчика. — Или я позволю Экансу закончить. Уилл склонил голову набок, и театральная маска блеснула в лучах солнца мертвенным глянцем. — Не делайте ситуацию... некрасивой. Для Валериана Арка вы — гость, но для системы — лишь помеха. Гэри замер, чувствуя, как кепка Эша под курткой давит на ребра. Имя Арка ударило в цель. Он опустил взгляд на Иви. Она боролась, ослепленная слезами и яростью, но в какой-то миг её взгляд замер на его лице. Она всё еще ждала команды. Гэри понял: приказать атаковать сейчас — значит убить её самому. Он медленно выпрямился. Его взгляд стал холодным, как линза микроскопа. Гэри смотрел прямо на затылок змеи, где под чешуей тускло пульсировал вживленный модуль. Этот Эканс не был похож на того Пиджиотто, которого дедушка пытался вылечить в лаборатории. Тот был лишь пустой оболочкой, а эта змея оставалась живым хищником, чья воля была ампутирована вживлённым железом. Разницы почти не было — и это пугало сильнее всего. Гэри медленно поднял руки, ладонями к Уиллу. — Отпусти... её... — прохрипел он, борясь с тошнотой от чужого ментального давления. Игнорируя напрягшихся штурмовиков, он сделал два шага вперед и опустился на колени прямо перед кольцами змеи. Эканс угрожающе зашипел, но Гэри не отвел взгляда от Иви. — Иви, — его голос был сухим и твердым. — Хватит. В её глазах отразилось непонимание. Она не умела сдаваться. Гэри склонился к самому её уху, почти касаясь губами окровавленной шерсти, и перешел на стальной шепот: — Сдайся сейчас. Это не конец, это передышка. Сохрани силы. Я достану тебя, даже если придется разнести этот город. Слышишь? Я. Тебя. Найду. Просто жди. Иви вздрогнула. Напряжение в её теле сменилось тяжелой дрожью. Она прикрыла глаза, принимая его волю. — Похвальное благоразумие, — голос Уилла стал тише, но сохранил свою ядовитую плотность. По щелчку пальцев инспектора кольца Эканса разжались. Змея мгновенно отпрянула, скользнув обратно в тень под днище седана, словно её и не было. Иви осталась лежать на холодном асфальте — маленький серый комок с окровавленным плечом. Она была слишком слаба, чтобы даже поднять голову. Гэри медленно протянул руку. Оперативники напряглись, их пальцы застыли на рукоятях шокеров, но тип в маске снисходительно кивнул — пусть мальчик попрощается. Он не заметил расчетливого блеска в глазах Гэри. Оуки никогда не проигрывали просто так. Гэри подвинулся ближе, загораживая Иви широкими полами своей куртки от взглядов охраны.Гэри коснулся дрожащего плеча Иви. Его пальцы, натренированные сотнями карточных партий с Эшем, сработали на чистом рефлексе. Пока левая рука картинно дрожала, поглаживая покемона по голове, правая нырнула во внутренний карман. — Я слышал, только Кога использует ядовитых типов так... эффективно, — Гэри бросил это через плечо, намеренно подчеркивая имя мастера ниндзя. Ему нужно было, чтобы «маска» начала хвастаться. Уилл медленно наклонил голову. Тонкая белая полумаска закрывала только верхнюю часть лица, оставляя на виду губы, застывшие в вежливом, почти сочувственном изгибе. Уилл медленно наклонил голову. Губы под краем маски застыли в вежливом изгибе. — О, вы весьма начитаны, мистер Оук, — в его голосе проскользнула самодовольная нота. — Кога — мой внештатный напарник. Он ценит тишину, как и я. Но его методы... слишком прямолинейны. Я предпочитаю более тонкую настройку. Пока Уилл наслаждался собственным красноречием, Гэри выудил размятую половинку Оран-ягоды. Скрыв движение ладони за затылком Иви, он прижал плод к её губам. — Глотай, — едва слышно выдохнул он. Оперативники видели лишь жест отчаяния — мальчик прижался лбом к голове своего покемона. Они не видели, как целебный сок течет по израненному горлу. — Тонкую настройку? — Гэри выпрямился. Его колени еще подрагивали, но взгляд был прямым и жестким. — Валериан Арк прислал своего главного фокусника за ребенком? Неужели в Голденроде закончились настоящие преступники? Уилл рассмеялся — тихо, почти мелодично. Он сделал шаг вперед, не идя, а словно скользя над асфальтом, пока не остановился в двух шагах от Гэри. — Преступность — это вопрос точки зрения, Гэри. Для системы преступник — тот, кто вносит диссонанс. Валериан Арк ценит гармонию. А вы и ваш приятель — фальшивая нота, портящая симфонию города. Иви у ног Гэри едва заметно вздрогнула. Гэри краем глаза увидел, как судорога в её мышцах чуть спала. Ягода не могла мгновенно затянуть рану, но её сок нейтрализовал остатки яда Эканса, не давая токсинам парализовать сердце во время перевозки. — Гармония не строится на ошейниках, Уилл, — отрезал Гэри. — Это называется диктатурой. Если Арку нужны чипы, чтобы его слушали, значит, его симфония — сплошная фальшь. — Смело, — Уилл склонился чуть ближе, его улыбка обнажила идеально ровные зубы. Маска теперь почти касалась лица мальчика. — Но бесполезно. В Голденроде музыка играет по нашим правилам. Он выпрямился и коротко кивнул оперативникам. Те синхронно шагнули вперед. Гэри едва заметно выдохнул. Иви была готова. Теперь у неё был шанс выжить в их «блоках». — А для этого, — Уилл удовлетворенно поправил маску под сухой смешок оперативников, — завершите фиксацию. Сами. Он протянул Гэри матово-черную сферу покебола Консорциума. Шар казался куском застывшей тьмы, лишенным привычного тепла дедушкиных устройств. Оперативники за спиной переглянулись, предвкушая, как «звездный мальчик» из Канто собственноручно запрёт своего покемона. Гэри взял черный шар. Металл обжег ладонь холодом. Он держался твердо, и только пульсирующая жилка на запястье выдавала бешеный ритм сердца. Мальчик посмотрел на экстрасенса прямо, свысока, словно всё еще диктовал условия. Гордость была единственным, что не давало ему швырнуть этот кусок железяки Уиллу в лицо. — Смейтесь, — негромко бросил Гэри, и смешки за его спиной мгновенно стихли. — Запомните этот момент. Вам будет что рассказать коллегам, когда ваша «симфония» закончится похоронным маршем. Он нажал на кнопку. Холодный красный луч втянулся внутрь сферы, и покебол захлопнулся с тяжелым, синтетическим щелчком. Никакого покачивания — замок сработал мгновенно. Только окончательная тишина. Гэри крепко сжал шар, собираясь спрятать его в карман, но Уилл медленно протянул ладонь. Его взгляд из-под прорезей маски оставался пустым. Оперативники за спиной Гэри синхронно сократили дистанцию, их тени накрыли мальчика, отрезая последний путь к отступлению. — Благодарю за содействие, мистер Оук. — Голос Уилла звучал почти ласково. — Согласно протоколу, несертифицированные объекты подлежат изъятию в карантин Консорциума. Гэри замер. Его пальцы побелели, вцепившись в черный пластик. Отдать Иви им? В эти холодные, затянутые в перчатки руки? Это было выше его сил. — Она ранена! — голос Гэри дрогнул, став почти детским от отчаяния, но он тут же взял себя в руки. — Ей нужен уход, а не ваш «карантин». — О ней позаботятся лучшие специалисты Арка, — Уилл не убирал руку. Он просто ждал, наслаждаясь тем, как ломается воля наследника Оуков. — Не заставляйте моих людей применять силу. Это испортит ваш безупречный костюм. Гэри посмотрел на протянутую руку, затем вскинул глаза на Уилла. В этом жесте была вся суть Голденрода: вежливое насилие, упакованное в протоколы. Гэри понимал: если не отдаст сам, заломленные руки станут меньшей из проблем. Он вспомнил отчеты об инспекторах — те, кто попадал к ним, не просто подчинялись, они теряли волю. Психическое давление выжжет мысли раньше, чем он успеет выкрикнуть имя деда. Против этой силы защиты не было. Медленно, будто отрывая кусок кожи, Гэри разжал пальцы. Уилл забрал покебол и небрежно опустил его в металлический кейс. Лязг защелок прозвучал как приговор. — Хороший мальчик. Пройдемте в машину. Гэри сам, не дожидаясь толчка в спину, шагнул в прохладный салон. Сев на заднее сиденье, он судорожно прижал локоть к боку, проверяя: кепка Эша была на месте под курткой. Единственное, что они не заметили. Его последний якорь в этом безумии. За темным стеклом Майкл и Джо всё еще спорили с патрульным. Со стороны они выглядели медленными и бессильными. Их мир правил остался снаружи, за чертой интересов Арка. Машина тронулась. Как только тяжелая дверь с шифрованным замком отсекла Гэри от чужих взглядов, маска «ледяного принца Канто» осыпалась. Он откинулся на спинку. По позвоночнику пробежал озноб, руки крупно задрожали. Гэри тяжело выдохнул, глотая стерильный воздух кондиционера. Перед глазами всё еще стояла окровавленная шерсть Иви. В этой глухой тишине он снова стал десятилетним мальчишкой, который только что потерял всё. Гэри сжался в комок, до боли кусая губы, чтобы не издать ни звука. Он закрыл глаза, на чистом инстинкте запоминая каждый поворот и каждый наклон корпуса машины. Прижав ладонь к спрятанной кепке друга, он замер на мгновение, а затем заставил себя выдохнуть. Его пальцы медленно разжались и легли на колени — ровно и неподвижно. Чёрный седан влился в бесконечный поток, и Гэри Оук окончательно растворился в стальном ритме Голденрода.