Карманные монстры

Холод вгрызался в кости. Эш попытался пошевелить пальцами — они казались чужими, деревянными. Единственным очагом жизни был Пикачу, который мелко дрожал у него на груди. — Ты очнулся, — голос раздался прямо над головой. Эш судорожно потер лицо, смахивая ледяную кашу. В глазах всё плыло. Ему показалось, что прямо перед ним на корточках сидит... он сам. Тот же силуэт, та же куртка, тот же взгляд. Двойник смотрел на него в упор. Эш моргнул. Реальность дрогнула, будто помеха на экране. Двойник исчез. Вместо него на холодной земле сидел маленький покемон с лукавыми глазами. Зверёк аккуратно подтолкнул носом кепку. Мальчик машинально нащупал её в сугробе и, стряхнув, натянул на макушку, не сводя настороженного взгляда со существа. Только теперь он заметил, что позади покемона стоит высокий парень. Длинные зеленые волосы казались единственным ярким пятном в этой мертвой, серой шахте. — Что это... было? — прохрипел Эш, с трудом сглатывая вязкую слюну. Он попытался подняться, но колени подогнулись, и он снова рухнул в ледяное крошево. Опираясь на дрожащую руку, Эш задрал голову. В его глазах горел лихорадочный блеск. — Ты кто? Ищейка? Из Консорциума?! Отвечай! Зеленоволосый парень не шелохнулся. Он стоял, заложив руки за спину, и казался частью самой пещеры. Его голос прозвучал тихо и ровно: — Консорциум лжёт, Эш. Я иду на зов Того, кто нуждается в помощи. А твоя Аура… она связана с ним. — Хватит нести чушь! Эш рванулся вперед, выползая из суброба окончательно. На чистом адреналине он уцепился онемевшими пальцами за подол плаща незнакомца, пытаясь удержаться на ногах. Зубы Эша мелко стучали от холода и злости, он шумно выдыхал рваные клубы пара прямо в лицо парню. — Говори нормально! Кто ты? Откуда знаешь мое имя? «Ракета», да?! Парень печально покачал головой. Он смотрел только на Пикачу. Покемон уже открыл глаза и прижал уши, а на его щеках плясали слабые, злые искры. Пикачу не нападал — он был в полном замешательстве, точно так же, как и Эш. — Меня зовут Эн. И нет, я не принадлежу их миру... — парень сделал шаг вперед. Его сапоги коснулись обледенелого гранита абсолютно бесшумно, будто он вообще ничего не весил. — Те, кто правит в Голденроде, видят в покемонах лишь инструменты. Шестеренки в машине. Источники энергии, которые можно выжать досуха. Я видел пустые глаза существ, чью волю выжгли чипами… Но я слышу их настоящие голоса. Эн плавно опустился на одно колено, оказавшись на одном уровне с Эшем. Он протянул бледную ладонь к Пикачу, ловя едва ощутимое тепло от его наэлектризованной шерсти. — Твой друг искрит не от злости, — тихо сказал Эн, и в его голосе проступила настоящая боль. — Ему страшно. Ему больно видеть, как ты замерзаешь здесь. Он готов выжечь себя дотла, отдать весь ток, лишь бы согреть тебя, но боится, что случайный удар убьет тебя самого. Какая чистая преданность... Такую же я чувствовал у Марипа, которого ты закрыл собой в Секторе «С». Эш замер. Пальцы, сжимающие плащ Эна, разжались. В памяти мгновенно вспыхнул рушащийся комплекс, запах пыли и то, как он из последних сил удерживал обваливающийся потолок над овечкой. Откуда этот незнакомец мог знать? В груди Эша что-то горячо и болезненно сжалось — дикая интуиция кричала, что этот странный парень видит его насквозь. До самых потаенных страхов. Эш судорожно дернул козырек кепки вниз, пряча лицо, и еще сильнее прижал Пикачу к груди, закрывая его локтями. — Откуда… откуда ты знаешь про Марипа? — голос Эша сорвался на прерывистый хрип. Зубы снова начали выбивать дробь от холода. — Не… не трогай его. Хватит говорить за него. Ты ничего о нас не знаешь. Вообще ничего. Зоруа тихонько тявкнула и перемахнула через колено Эна, усаживаясь на обледенелый гранит прямо между мальчиком и своим хозяином. — Намного больше, чем ты думаешь, Эш, — Эн едва заметно улыбнулся одними уголками губ. Он не сводил глаз с Пикачу. — Я знаю, каково это — когда мир людей объявляет на тебя охоту. Твоё сердце бьётся слишком быстро, а в мыслях только одно — защитить его. Эн заговорил совсем тихо, обращаясь напрямую к покемону: — Привет, маленький друг... Ты проделал огромный путь. Боишься, что не справишься? Пикачу с подозрением уставился на бледную ладонь, замершую в паре сантиметров от его мордочки. Он глухо заворчал, пригибаясь к куртке Эша, но в этом звуке больше не было ярости — только смертельная усталость. Наконец, Пикачу издал короткий, вопросительный писк, заглядывая Эну в глаза. — Да, ты прав, — серьезно кивнул Эн, отвечая на этот звук как на человеческую речь. — Люди часто бывают жестоки. Эш смотрел на них и не мог вымолвить ни слова. Ему всегда казалось, что только он чувствует Пикачу без слов, но видеть, как этот странный парень ведет полноценный диалог с его покемоном, было непривычно. Остатки злости окончательно выветрились, уступив место полнейшей растерянности. В этот момент Зоруа сделала шаг к Пикачу. Она быстро, дробно защелкала, выдавая звуки, похожие на шифр. Пикачу замер, его уши дернулись. А затем он вдруг радостно, оглушительно пискнул и закивал головой, отчаянно тыча лапкой в сторону маленького лисенка. — Что?.. — Эш растерянно перевёл взгляд с покемона на парня. — Пикачу, ты... ты его знаешь? Откуда? — Вы помните огромного Драгонайта в Виридианском лесу? Того, который напугал браконьеров? — Эн мягко улыбнулся. — Это была всего лишь иллюзия Зоруа. Покемоны умеют быть благодарными тем, кто не держит их на поводке. Эша будто током ударило. В памяти мгновенно ожил кошмар первых дней: крики Кэсседи и Бутча, сгорающая от ошейника Рататта, израненный Пикачу на земле и внезапный, спасительный рев дракона из чащи. Напряжение в плечах мальчика наконец ослабло. Онемевшие пальцы медленно разжались. Этот зеленоволосый незнакомец спас им жизнь ещё в самом начале пути, задолго до их первой встречи. — Так это... это были вы? — сипло выдохнул Эш. — Вы нас спасли? — Он посмотрел на маленького лисенка. — Ты... и Зоруа? Мальчик протянул ладонь. Покемон не испугался: он резво вскочил, пробежал по рукаву куртки Эша и принялся ласково тереться мордочкой о его щеку. Зоруа был мягким и удивительно теплым. От его шерсти пахло чем-то живым, домашним и добрым. Эш почувствовал, как остатки ледяного оцепенения Уилла окончательно выветриваются из головы. Мальчик прижал к себе зверька, ощущая, что пальцы наконец перестали дрожать. Эш вспомнил, как сильно тогда перепугался огромного дракона, и теперь, глядя на крошечного лисенка, не выдержал и хрипло рассмеялся. Пикачу тем временем ловко взобрался по куртке и устроился на своем привычном месте. Он согласно заурчал, признавая бывшего врага другом. — Спасибо, — Эш, тяжело кряхтя, поднялся на ноги, всё еще придерживая Зоруа на руках. — Нам с Пикачу... мы бы тогда точно попались. Спасибо. — Ты его уже слышал? — вместо ответа спросил Эн. Он тоже поднялся. В полумраке заброшенной шахты его фигура казалась неподвижной и темной. Он заглянул мальчику в глаза — теперь в его взгляде была не тоска, а жгучее, давящее любопытство. — Резонанс. Тот, кто помог тебе выбраться из города, откуда ты сбежал. — Помог… мне? — Эш нахмурился, лихорадочно вспоминая лица. — Мисти? Брок? Кто еще?.. Голова отозвалась тупой болью. Эш пытался вспомнить, кто ещё помогал ему в том проклятом городе, и выдал последний вариант: — Сильвер? Это он? — Это не человек, — Эн жестко оборвал его гадания. Слово «человек» он выплюнул с отчетливой горечью. — Тогда... Марип?! — Эш резко подался вперед, напрочь забыв о холоде. Сердце испуганно заколотилось в груди. — Ты видел его? Он живой? С ним всё в порядке? — Да. Я встретил его. Он и рассказал мне про тебя. В этот момент Зоруа на руках Эша резко подобрался. Лис беззвучно спрыгнул на обледенелые камни, выгнул спину и зарычал. Его шерсть встала дыбом. Покемон уставился в темноту уходящего вглубь туннеля, откуда вдруг потянуло тяжелой, удушливой сыростью. Гора ощутимо содрогнулась. Из черноты донесся вибрирующий, зловещий рык, который эхом прилетел к ним. — Нам пора идти, — Эн выпрямился. Он протянул Эшу руку. Ладонь была бледной, но пальцы не дрожали. — Буду откровенен. Мне нужна твоя помощь. Нам нужно найти Его. Если Консорциум доберется до Него первым, произойдет то, что уже нельзя будет исправить. — К кому «к Нему»? — Эш посмотрел на протянутую ладонь, но вместо ответа сделал шаг назад, подсознательно прикрывая плечом Пикачу. — Нет. Я никуда не пойду. Там, наверху, под завалами остались Брок и Мисти. Я их не брошу. Нужно вернуться за ними! Эн на секунду замер. Они с Зоруа переглянулись, словно обмениваясь мыслями без единого звука. — Хорошо. Я помогу вытащить их, — ровно произнес парень. — Я знаю эти шахты лучше тех, кто за вами охотится. Но взамен, Эш, ты поможешь мне. Мой друг — Тот, кого создали люди в лаборатории, — сейчас на грани. Только твоя Аура способна Его успокоить. Мы найдем твоих друзей, но после ты пойдешь со мной. Без вопросов. Эш заколебался. Внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия. Ему слишком часто врали за последнее время — опека, фальшивые родители, Консорциум... Этот парень с зелеными волосами мог оказаться очередной, более изощренной ловушкой. Мальчик перевел взгляд на заваленный проход вверху, откуда все еще сыпалась гранитная крошка. Брок и Мисти остались там, отрезанные тоннами глухой пород. Сам он эту каменную стену голыми руками не раскидает. Выхода не было. К тому же этот парень… он ведь только что признался, что спас их в Виридианском лесу. Эн рисковал собой и своим Зоруа ради чужого раненого ребенка и истощенного Пикачу, когда они даже не знали имен друг друга. Тот, кто хотел причинить им вред, не стал бы устраивать такой сложный спектакль в прошлом. Это воспоминание окончательно перевесило страх. — Ладно, — Эш решительно перехватил его руку, закрепляя уговор. Пальцы Эна оказались холодными, почти как лед этой шахты, но хватка — неожиданно крепкой, стальной. Эш сжал ладонь в ответ, чувствуя шершавую кожу своих обветренных, грязных пальцев. — По рукам. — Тогда... — начал было Эн, но его резко прервали. — Он никуда с тобой не пойдет. Холодный, до боли знакомый голос разрезал тишину пещеры, словно удар хлыста. Эш вздрогнул. Сердце сделало бешеный кувырок в груди. Он резко обернулся к черному зеву туннеля, куда секунду назад рычал Зоруа. Из густой, удушливой сырости медленно выступил силуэт. — Гэри?.. — имя сорвалось с губ само, хрипло и неуверенно. Эш судорожно вцепился пальцами в козырек кепки, проверяя, не очередная ли это галлюцинация плывущего от холода разума. В последний раз они виделись в лагере, прямо перед тем, как за Эшем пришли люди из опеки. Но сейчас Эш смотрел на Гэри и не узнавал его. Никаких чистых футболок, никакой заносчивой ухмылки наследника Оука. Перед ним стоял чужой, измотанный парень, от которого пахло гарью и порохом. Кровь на его лице была настоящей, запекшейся. У Эша внутри всё перевернулось от этого зрелища. Рядом с Гэри, припав к камням, бесшумно скользил поджарый угольно-черный зверь. Золотые кольца на его меху пульсировали зловещим, потусторонним светом. Гэри сделал шаг вперед и замер. Его взгляд медленно, тяжело переместился на плечо Эша. На Пикачу. — Пикачу?.. — выдохнул он. Фраза прозвучала шепотом, с глухим, страшным надрывом. На секунду Гэри будто подкосило. Его плечи, до этого напряженные как струна, едва заметно опустились. Он смотрел на живого, искрящего покемона так, словно перед ним восстал мертвец. — Он жив?.. — Гэри сглотнул, и его жесткий голос на мгновение сильно дрогнул. — Эш… я думал, что под завалами он... Он не договорил. Резко стиснул зубы так, что на скулах заходили желваки, и выпрямился, загоняя эмоции обратно под замок. Эш, не в силах больше сдерживаться, дернулся навстречу другу. Но тень у ног Гэри шевельнулась. Черный покемон оскалился, обнажая острые клыки, и Эша мгновенно прошиб такой ледяной пот, что перехватило дыхание. Это не был мороз пещеры — его интуиция взвыла от ощущения удушливой, ядовитой тьмы, исходящей от животного. Эш испуганно отшатнулся назад, прижимая Пикачу к груди. Покемон испуганно пискнул, упираясь лапками в его куртку и глухо рыча на черного зверя. Что, черт возьми, произошло с ними после лагеря? Эш побледнел, его голос сорвался на шепот: — Гэри… Кто это? Где Иви? Вопрос повис в ледяном воздухе, тяжелый и горький. Гэри дернулся, словно от пощечины. Он явно хотел ответить что-то резкое, привычно-колючее, но вместо этого просто сделал широкий шаг вперед, оттесняя Эша себе за спину и закрывая его от Эна. — Я не знаю, кто ты такой, — Гэри медленно сжал кулаки, в упор глядя на парня с зелеными волосами. — Но Эш сейчас никуда с тобой не пойдет. Он едва на ногах стоит. — Гэри, стой! Он обещал помочь! — Эш попытался обойти друга, но тут же застыл. Черная Амбреон предупреждающе оскалилась, и кольца на её теле вспыхнули ядовитым фиолетовым светом. Воздух вокруг неё задрожал от тяжелой, удушливой волны. — Эн спас нас в Виридианском лесу от браконьеров, понимаешь?! — в отчаянии крикнул Эш в спину другу. — И Брок с Мисти... они там, наверху, под завалом! Я не могу их бросить! Мы договорились: он вытащит моих друзей, а я помогу спасти какого-то его друга, которого сломали в Канто! — Да какой, к черту, договор?! — Гэри сорвался на крик. От этого яростного вопля Амбреон судорожно дернулась, зарычав еще громче — чужая злость подпитывала её собственную безумную тьму. Гэри резко развернулся к Эшу и схватил его за плечи, больно впиваясь пальцами в куртку: — Эш, посмотри на себя! Какая помощь?! За тобой по пятам идут ликвидаторы Консорциума! Мы с Лэнсом из кожи вон лезли, чтобы оттащить патрули от твоей задницы! Лэнс… Лэнс остался там, сдерживать их, чтобы я успел! Всё, игры кончились, Эш. Мы уходим в Канто. Домой. Прямо сейчас. Слова о Лэнсе ударили Эша под дых, но бросить Брока и Мисти он не мог. — Я не оставлю тех, кто в беде! — со слезами на глазах выкрикнул Эш. Внутри всё клокотало от упрямого, злого сопротивления. — Ты сам учил меня брать на себя ответственность! Сам! А теперь предлагаешь просто сбежать?! Гэри замер. На его лице, испачканном гарью и запекшейся кровью, отразилось глухое, страшное страдание. Он подался вперёд, и его голос упал до тихого, звенящего от напряжения шепота: — А как же Делия? Эш осекся на полуслове. Его глаза расширились. Имя «Делия» ударило сильнее, чем любой ментальный пресс Уилла. Перед глазами мгновенно вспыхнуло её лицо — доброе, пахнущее домом и теплом. В ушах зазвучал её голос, и Эш вспомнил тот отчаянный звонок, когда он впервые сквозь слезы назвал её мамой. В груди стало так тесно, что стало больно дышать. Гэри попал в самую рану: Эш пытался спасти всех вокруг, но совсем забыл про ту, которая ждала его сильнее всех на свете. — Ты о ней подумал? — Гэри шагнул еще ближе, видя, как Эш побледнел и покачнулся. — Она там сходит с ума, Эш. Ждет тебя. Каждый божий день у окна сидит. Ты назвал её мамой! Ты хоть понимаешь, что с ней будет, если ты не вернешься? Ты хочешь бросить её? Сгинуть в этой дыре ради чужаков? Ради тех дезертиров и какого-то призрачного «друга», которого ты даже в глаза не видел?! Эш медленно опустил руки. Его пальцы разжались. Пользуясь этим, Пикачу быстро взобрался по куртке ему на плечо и жалобно пискнул, уткнувшись носом в шею Эша. Покемон лизнул его в ухо, пытаясь утешить, но от этого проявления заботы стало только паршивее. Эш растерянно посмотрел на высокую, замершую в тени фигуру Эна, а затем — на тяжело дышащего Гэри. Весь его упрямый напор, вся попытка казаться взрослым и сильным вдруг рассыпались. Эш почувствовал себя маленьким, глупым ребенком, который запутался и совершает ошибку за ошибкой. Ему казалось, что его подсознание сейчас просто лопнет от этого выбора. С одной стороны был Марип, разрушенные чипы и этот странный Эн, который просил о помощи. С другой — мама. Женщина, которая приняла мальчика без прошлого и подарила ему весь мир. Гэри смотрел на него в упор, тяжело дыша и ожидая ответа. А Эш впервые в жизни абсолютно не знал, что сказать. Эн, всё это время молча наблюдавший за ними из тени, медленно шагнул вперед. Его голос прозвучал тихо, но перекрыл гул пещеры: — Я не прошу тебя забыть о доме, Эш. Но Консорциум не оставит вас в покое, куда бы вы ни сбежали. И они — не главная беда, — Эн сделал еще один тяжелый шаг вперед, и его силуэт почти полностью перекрыл туннель. — Перворожденный кошмар, который люди сотворили в Канто... Его разум выжжен болью. Разрушение Сектора «C» в Голденроде — это только начало. Его ярость растет с каждой минутой. Если Его не остановить, эта ненависть выплеснется наружу, и Он начнет стирать с лица земли город за городом. Твоя Аура — единственный способ укротить этот шторм. Помоги мне. Спасая Его, ты спасешь свою маму. — Я... — Эш сглотнул, горло пересохло от страха. Внезапно Амбреон пригнулась к обледенелому граниту. Фиолетовые кольца на её теле вспыхнули тусклым, грязным светом. Низкое, вибрирующее рычание покатилось под сводами шахты. Она замерла, готовая к прыжку. Безумная, ядовитая чернота внутри неё больше не помещалась. — Амбреон, назад! — резко приказал Гэри. Покемон даже не повел ухом. Черный зверь сделал угрожающий шаг в сторону Эна. Гэри рванулся вперед, пытаясь перехватить её за загривок, но Амбреон резко крутанулась на месте и яростно, предупреждающе зыркнула на собственного тренера. Её челюсти с костяным хрустом клацнули в паре сантиметров от его пальцев. Она не узнавала его. Эш оцепенел, чувствуя, как воздух застрял в горле. Гэри не контролировал её. Гэри, который всегда был самым умным, самым уверенным, сейчас выглядел растерянным. В его глазах промелькнул самый настоящий, животный страх. Он боялся собственного покемона. Боялся ту самую Иви, которая в лагере преданно ходила за ним хвостиком. Эш нутром почувствовал: если даже Гэри потерял контроль над своим другом, значит, их привычный мир окончательно развалился на куски. Гэри на мгновение побледнел от шока, но тут же его лицо исказила ответная, отчаянная злость: — Ты что творишь?! — крикнул он, и в его голосе прорезался хрип. — Я сказал — назад! Вместо подчинения Амбреон сильнее оскалила клыки и издала яростный, клокочущий звук, наотрез отказываясь признавать человека. Покемон был отравлен той темной, бесконтрольной энергии, которая перестроила её тело. Эн печально покачал головой. В его глазах не было страха перед оскалившимся зверем — только глубокое, болезненное понимание. — Она не виновата, — тихо сказал Эн. — Эта Иви изменилась, чтобы спасти тебя там, на перевале. Но её тьма подпитывается твоим собственным отчаянием, Гэри Оук. Они чувствуют нас лучше, чем мы сами. Сила покемонов неразрывно связана с осколками душ тех, кто идет с ними рядом. Они — наше отражение. Гэри дернулся, переводя яростный взгляд на Эна: — Да что ты вообще понимаешь?! — Ты требуешь от неё послушания, но посмотри на себя, — Эн сделал еще один бесшумный шаг вперед. Его голос зазвучал мягче, но каждое слово било наотмашь. — Внутри тебя сейчас горит точно такой же огонь. Ты напуган, ты истощен, ты задыхаешься от бессилия перед этой огромной машиной Консорциума. Ты винишь себя за то, что потерял Лэнса. Ты запер эту злость внутри и носишь маску лидера, но Амбреон не умеет врать. Она просто выплескивает наружу ту боль, которую ты так старательно прячешь от Эша. Такая связь не спасает, Гэри. Она калечит вас обоих. Эш, стоявший за спиной друга, замер. Он смотрел на натянутую, как струна, спину Гэри и видел, как плечи того крупно дрожат под грязной курткой. Слова Эна звенели в ушах. Эш интуитивно понял: этот зеленоволосый чужак снова оказался прав. Гэри действительно ломался изнутри, и этот черный рычащий зверь был его ожившим кошмаром. Гэри тяжело, хрипло задышал. Его кулаки сжались так сильно, что костяшки побелели. Он явно хотел закричать, швырнуть в лицо этому выскочке какую-нибудь колкость, опровергнуть эти слова — но взгляд на Амбреон, которая тяжело и рвано дышала у его ног, заставил его подавиться воздухом. Гэри смолчал. В этот момент Пикачу решительно спрыгнул с плеча Эша на холодную, покрытую инеем землю. — Пикачу, нет... стой! — сорванным, испуганным шепотом выдохнул Эш. Мальчик дернулся вперед, пытаясь поймать его, но покемон лишь упрямо повел ушами и пошел дальше. Он двигался подчеркнуто медленно, не делая ни одного резкого жеста. Его уши были плотно прижаты к затылку, а на щеках не было ни единой искры — он шел с миром. Амбреон застыла и перевела на него тяжелый взгляд. Её челюсти угрожающе клацнули, а фиолетовые кольца на теле вспыхнули с новой силой. Она вибрировала от ярости, готовая разорвать любого, кто посмеет нарушить её границы. Но Пикачу не остановился. Он сделал еще несколько мягких шагов по камням и замер в полусантиметре от ощетинившейся черной морды. Несколько секунд они просто стояли так, тяжело дыша друг другу в нос. Эш замер, боясь сделать даже самый крошечный вдох. Сердце в груди колотилось как сумасшедшее. А затем Пикачу сделал то, от чего у Эша перехватило дыхание: он просто зажмурился, убирая всякую защиту, и осторожно, мягко ткнулся носом в лапу грозного черного зверя. Прямо как тогда, в лагере профессора Оука, когда они были просто маленькими Пикачу и Иви. Всё напряжение в черном теле внезапно исчезло. Амбреон вздрогнула, её шерсть на загривке медленно опустилась. Дикая ярость в глазах сменилась тихим, узнающим ворчанием. Болезненные фиолетовые кольца перестали пульсировать ядовитым светом, перейдя в режим ровного, теплого золотого свечения. Она тяжело выдохнула, опустила голову и уткнулась носом в мягкую шерсть на спине друга. Эш смотрел на них, чувствуя, как к горлу подступает тяжелый ком. Шок и облегчение смешались в один тугой узел. «Так это всё-таки была Иви...» — пронеслось в голове. Та самая пушистая, ласковая Иви из лагеря. Что же этот проклятый мир сделал с ней, раз она превратилась в это жуткое, сочащееся злостью существо? И что он сделает с ними всеми? — Ты защищаешь его тело, но губишь его душу, — тихо сказал Эн, не отводя взгляда от Гэри. — Ты не понимаешь, с чем мы столкнулись. — Мне плевать, — отрезал Гэри. — Я понял одно: доверять вам — себе дороже. Если хочешь забрать Эша, тебе придется пройти через меня и Амбреон. А мы сегодня не собираемся проигрывать. Гэри не успел договорить. Резкий, сухой щелчок металла о камень отразился от сводов за долю секунды до того, как мир взорвался ослепительным белым шумом. Патруль Консорциума настиг их. — Гэри! — Эш рухнул на колени, инстинктивно закрывая голову руками. Рассудок на мгновение отключился. В ушах завыло так, будто туда с размаху вогнали раскаленные свистки — этот оглушительный ультразвук светошумовой гранаты буквально сверлил череп. Эш ослеп, перед глазами плыли и двоились рваные белые пятна. Он помнил, что Пикачу остался там, впереди, на линии атаки. Ориентируясь только на резкие, болезненные уколы статического электричества, Эш пополз вперед и наконец нащупал бьющегося в панике покемона. Пикачу судорожно искрил, обжигая парню пальцы, но Эш только крепче прижал его к груди, закрывая собой от возможного обстрела. Ему хотелось сжаться в комок, раствориться в этих камнях, но тут чьи-то сильные пальцы до боли схватили его за плечи, грубо встряхнув. Сквозь плотную вату глухоты прорвался сорванный крик: — Сюда! Живо! Лаз открыт! Эш с трудом сфокусировал зрение сквозь плывущие слезы и пятна. Брок. Живой. Настоящий. Его лицо было перемазано грязью. Мальчик не верил своим глазам. За спиной Брока из пробитой боковой стены туннеля, сокрушая гранитные глыбы, выползала огромное серое тело из валунов. Оникс. Тот самый гигант, из которого Эш выжег чип контроля в Серебряных горах. Покемон проломил обходной путь с верхнего яруса прямо сюда. — Оникс?! Но как... — Эш попытался крикнуть, но из-за заложенных ушей едва расслышал собственный хрип. — Он вытащил нас из завала! Шел под землей! — выкрикнул Брок, дергая Эша на себя. Сверху снова глухо бахнуло — Ликвидаторы зажимали грот в кольцо. — Быстро на него! Мисти уже там! Сама гора вокруг них пришла в движение. Стены ходили ходуном, вибрируя от отголосков чудовищных разрядов Райчу далеко наверху. Камни издавали высокий, сверлящий стон, а магнитная руда в породе начала светиться тусклым бирюзовым светом. Воздух стал настолько наэлектризованным, что на кончиках пальцев Эша заплясали крошечные, колючие искры. Внезапно из темноты соседнего прохода, отрезая их от ликвидаторов, повалил густой, едкий дым дымовых шашек. В этой плотной серой завесе мгновенно вспыхнул яростный грохот близкого боя. Донеслись хлесткие выстрелы, крики команд и скрежет покеболов. Кто-то неизвестный прямо в тумане принял на себя удар патруля Консорциума, прикрывая их отход. Эш закашлялся, ничего не видя перед собой. Сквозь этот хаос он рванулся вперед. Эш крепко схватил ослепленного гранатой, дезориентированного Гэри за руку, и они, спотыкаясь на обледенелых валунах, побежали к каменному телу Оникса. Черная Амбреон, качаясь из стороны в сторону, тенью следовала за своим тренером. — Эн, стой! — Эш обернулся на бегу, едва не подвернув ногу на скользком камне. Он отчаянно протянул свободную руку назад, в серую пелену. — Идём с нами! Завалит же! Фигура Эна в дыму уже двоилась, распадаясь на несколько нечетких силуэтов. Парень медленно отступал назад, в густую тень огромных сталагмитов, полностью растворяясь в тумане. Его голос странным, объемным эхом отразился от стен пещеры, перекрывая треск близкой перестрелки: — Твой дом — это золотая клетка, Эш. Ключ от неё у монстра. Помни об этом, когда увидишь зеленые поля Канто. Мы еще встретимся. Там, где начнется настоящий бунт. Парень и лисенок растворились в дыму, будто их и не было. В ту же секунду очередной мощный толчок заставил тонкие ледяные сосульки на потолке зазвенеть и посыпаться вниз хрустальным дождем. Слова Эна про «клетку» и «монстра» намертво застряли у Эша в голове. Он совершенно не понимал, что это значит, но когда Эн растаял в тени, мальчику стало страшно — как будто он только что упустил кого-то, кто знал о нем хоть какую-то правду. Он открыл рот, чтобы крикнуть вслед «Стой!», но Гэри уже грубо толкнул его к Ониксу. — Залезай! Быстрее! — Гэри, шатаясь от оглушения и щуря слезящиеся от гранаты глаза, резко подтолкнул Эша вперед, помогая зацепиться за гранитный выступ Оникса, а затем и сам взобрался на широкую каменную спину покемона, прижимая к себе затихшую Амбреон. Из полумрака, цепляясь за каменные наросты гиганта, навстречу им высунулась бледная, взъерошенная Мисти. На её лице всё еще блестели капли холодного пота после кошмаров Уилла, но в глазах уже горела привычная злость. Она мазнула быстрым взглядом по Эшу, затем по Гэри и выдохнула, перекрывая грохот: — Нашелся?! Отлично, тогда погнали отсюда! Брок, ходу! — Оникс, вперед! — рявкнул Брок, занимая место во главе каменной цепи. Каменный змей издал утробный, рокочущий рык, от которого завибрировали ребра. Сминая мощным хвостом остатки ржавых конструкций, Оникс резко нырнул в узкий пролом, унося их прочь от пробивающихся сквозь дым ликвидаторов. Эш до боли в пальцах вцепился в шершавый валун, сильнее прижимая к груди Пикачу. Впереди их ждал Южный склон и долгожданная граница. Канто. Дом. А позади, в глубине заброшенной шахты, оставался лишь нарастающий, оглушительный грохот рушащейся горы.