Звездное небо

Ступая по холодному мраморному полу, Хюррем подошла к гарему под громким криком аги, оповещающем о ее приходе. Жена Падишаха вошла в общую комнату наложниц, в которой, выстроившись в ряд, стояли новые рабыни. Все они несчастные, опустошенные и измученные склонили голову. Хюррем подошла к ним, сама с тоской вспоминая о том, что некогда тоже была рабыней. Она была оторвана от своего дома и в пятнадцать лет оказалась в гареме Султана Сулеймана, где нашла свою любовь. Приметив девочку лет тринадцати, Хасеки подошла к ней. - Как твое имя? Маленькая некогда сеньора подняла на нее свои бездонные , пронзительные карие глаза и смерила долгим взглядом. - Сесилия. Хюррем усмехнулась гордости и незыблемости этой маленькой, казалось не сломленной испытаниями девочки. - Сесилия значит, - Хюррем задумалась, - Откуда ты? - Из Венеции. Я из знатного рода Баффо. - Сеньора, значит? - Именно, - Сесилия прожигала взглядом Хюррем Султан, в то же время удивляясь красоте этой женщины. Хасеки же видела огонь в глазах этой девочки, что и понравилось жене Падишаха. - Что ж, отныне твое имя Нурбану! - Нурбану? – Сесилия изогнула в недоумении свою тонкую бровь. - Да, Нурбану – та, что излучает свет. Твои глаза излучают огонь, способный испепелить кого угодно, и свет, способный залечить любые раны. Сесилия улыбнулась. Именно такой она представляла себе Великую Хюррем Султан, такой прекрасной, гордой и умной. - Фахрие Хатун, отправь этих двух девушек, – Хюррем указал на Сесилию и Лауру, - в гарем шехзаде Селима. Сесилия заметила, как другие наложницы тихо рассмеялись, хотя девочка не понимала почему. - Как твое имя? – спросила рыжеволосая госпожа у Лауры. - Лаура. - Хорошо. Хюррем сдержанно кивнула и направилась в свои покои, где ее ждала кипа бумаг, на которых предстояло поставить печать. - Чего вы смеётесь? – не выдержала Сесилия, теперь уже Нурбану насмешек наложниц. - Шехзаде Селим третий престолонаследник, после шехзаде Мустафы и шехзаде Мехмеда. Так что, не светит Вам не какое будущее, если попадете к нему в гарем. Сесилия поджала губы от недовольства, но благоразумно промолчала. Калфы повели девушек в хамам, а девочка задумалась о чем-то своем, игнорируя вопросы Лауры. *** 1540 год. Сесилия сидела на подушке, поджав под себя ноги и доедая обед. Ее иссиня-черные волосы локонами спадали по плечам до самого пояса. Одета девушка была уже в обычную одежду рабыни. С тех времен, как ее привезли в Топкапы, прошло три года. Нурбану повзрослела и стала еще прекрасней, в прочем, как и ее подруга Лаура, с которой они были неразлучны. Так же, после того случая, девушка лишь мельком видела Хюррем Султан, которая даже не удостоила ее взглядом. Хотя, с чего бы это вдруг такой Великой женщине обращать внимание на какую-то рабыню? - Сесилия? – позвала ее Лаура. - Сколько можно повторять? Отныне, Нурбану! – усмехнулась девушка и отложила ложку, наевшись. - Как ты думаешь, какой он – шехзаде Селим? - Не знаю, может быть прекрасный принц, а может страшное чудовище. Девушки тихо рассмеялись, но тут в гарем вошла Фахрие Хатун. Одарив всех долгим взглядом и приняв поклоны, она произнесла: - Повелитель назначил шехзаде Мехмеда – санжак-беем Манисы, - Все девушки ахнули, ведь они думали, что этот пост займет шехзаде Мустафа, - так же, он отправил шехзаде Селима в Конью, а шехзаде Баязида – в Кютахью. Соответственно, девушки с их гаремов поедут с ними. Фахрие нахмурилась, когда девушки стали перешептываться и поздравлять тех, кто был в гареме шехзаде Мехмеда, ведь он стал главным наследником. - Тише! – Фахрие удалилась, а девушки стали обсуждать эту новость. - Лаура, значит мы уедем отсюда и поедем в Конью? – спросила Нурбану, наблюдая за наложницами. - Получается так, но одно радует: мы будем вместе. Нурбану широко улыбнулась и благодарно посмотрела на подругу, которая все эти три года поддерживала ее. *** 3 года спустя… 1543 год. Маниса. Гарем. Мелкими шажками в гарем Манисы вошла Ильнар – калфа. Это была молодая, но довольно умная девушка с темно-каштановыми волосами, собранными сзади. За свою сообразительность Ильнар быстро стала в гареме шехзаде Селима калфою и отличалась справедливым характером. На ее лице сияла улыбка. - Радуйтесь девушки! – громогласно сказала она, - фаворитка нашего шехзаде Айла Хатун беременна! Наложницы довольно заулыбалась. Но они вовсе не радовались беременности хатун, ведь им давали в честь этого золото и сладости. Нурбану, поджав в недовольстве губы, посмотрела на сидящую рядом Лауру и встретилась с дружелюбной улыбкой последней. Все эти три года ее единственная подруга поддерживала ее и не давала сойти с ума от одиночества, ведь Сесилия так ни с кем не смогла подружиться. Девушкам раздавали золота и сладости. И вот в гарем гордой походкой вошла Айла Хатун. Она, ухмыльнувшись, разглядывала девушек с высока, будто уже родила наследника и стала госпожою. Фаворитка шехзаде подошла к Ильнар-калфе. - Ильнар-калфа, проследи что бы во время моей беременности в покои к шехзаде никто из наложниц не приходил, – проговорила Айла тихо, но Нурбану услышала. - Айла Хатун! – проговорила Ильнар, бросив испепеляющий взгляд на фаворитку, - это ты к Хазнедар иди со своими претензиями! Айла схватила за предплечье калфу и больно сжалась. - Я тебе говорю… - Отпусти ее, Айла Хатун! – воскликнула Нурбану, поднимаясь с места. Фаворитка шехзаде нахмурилась. - Ты еще кто такая, что смеешь мне дерзить?! – воскликнула Айла, сверкнув голубыми глазами. - Ты еще не госпожа, Айла, а лишь беременная фаворитка. К тому же, шехзаде может делать все, что ему заблагорассудится., ты ему ведь не указ! Айла отпустила Ильнар и подошла к Нурбану. - Запомни, хатун: я рожу наследника, стану госпожою и первым делом прикажу казнить тебя! Довольно ухмыльнувшись, Айла покинула гарем под недоуменными и завистливыми взглядами наложниц. Ильнар благодарно посмотрела на Нурбану, и последняя, кивнув, села на место. - Сесилия, а если она родит наследника и тогда прикажет тебя казнить? – спросила Лаура, внимательно изучая свою подругу. Нурбану всегда была благородной, честной и сильной, но этих качеств не было, к сожалению, у ее подруги. - Все равно! – горячо воскликнула Нурбану ,– этот гарем мне так надоел! Впрочем, как и эта никчемная жизнь рабыни. Лаура стала оглядывать других девушек, что радостно забирали золото у калф. *** Несколько дней спустя… - Дорогу! Хасеки Хюррем Султан ХазретЛири! – прокричал стражник, склонившись перед госпожою. Появившись в гареме, словно лучик света из дальних краев, Хюррем степенно вошла в комнату наложниц. На ней было строгое платье темно-зеленого цвета с малым количеством украшений. На голове красовалась скромная корона из серебра с сапфиром и небольшие серьги. Траур по любимому сыну Повелителя и его Смеющейся Розы закончился, но жена Падишаха все еще не могла смериться со смертью шехзаде Мехмеда. - Госпожа, - поклонилась Ильнар, внутренне трепеща, - Добро пожаловать. Слегка улыбнувшись, Хюррем оглядела присутствующих в гареме. - Вы не предупредили нас, что приедете, мы покои не успели подготовить. - Ничего, Ильнар, поторопи слуг. Калфа поклонилась и ушла готовить покои, а Хюррем тем временем рассматривала девушек в гареме. И вот на глаза ей попалась Нурбану. Хасеки отметила, что некогда двенадцатилетняя девочка превратилась в прекрасную красавицу, которая идеально подошла бы шехзаде Селиму. Но ее размышления прервала появившаяся Айла Хатун, грезившаяся сообщить первой госпоже прекрасную новость. Фаворитка поклонилась, а в ее глазах читалась гордость. - Я рада здесь Вас видеть, госпожа. Я – Айла Хатун, беременная фаворитка шехзаде Селима. Улыбнувшись, Хюррем смерила девушку равнодушным взглядом и приказала подготовить для нее отдельные покои. Обрадованная Айла удалилась, что бы лично руководить обстановкой покоев. - Нурбану Хатун, - голос Хюррем разрезал тишину. Сесилия вышла вперед. - Пойдем за мной, - Хюррем вышла из гарема, а следом за ней взволнованная девушка ,провожаемая недоуменными взглядами наложниц. Хюррем и Нурбану вошли в обставляемые покои госпожи. Хасеки осмотрела сделанное слугами и приказала им идти. Сев гордо на тахту, Хюррем осматривала с ног до головы Нурбану, от чего девушка немного смутилась. - Помню тебя, хатун. Какой красавицей ты стала. - Благодарю, госпожа, - улыбнулась Нурбану и несмело посмотрела на Хюррем, восхищаясь красотою этой женщины. - Ты бы хотела стать фавориткой шехзаде Селима? – на прямую задала вопрос Хасеки. С одной стороны, это власть, дорогие украшения, ткани, почет, а с другой, нужно отдаться человеку, которого ни разу не видела. Что бы не обидеть госпожу, Нурбану решилась: - Почту за честь. Довольно ухмыльнувшись, Хюррем сверкнула своими изумрудными глазами. - Сегодня вечером отправишься к шехзаде. - А как же Айла Хатун? – спросила девушка, уже смело глядя прямо на госпожу. - Не переживай. Я поумерю ее пыл. Можешь идти. Почтенно поклонившись, Нурбану вышла из покоев, думая о вечере, которого не хотела. *** Коридоры дворца. Стараясь сдерживать рвущие наружу слезы, Нурбану стояла возле окна и смотрела на звезды, которые в эту ночь были особенно яркими. Взяв из комнаты для занятий пергамент и уголь, Сесилия рисовала карту звезд, стараясь найти ответ в этих далеких огоньках, блестящим на ночном небе. - Любовь, - единственное слово, которое смогла понять Нурбану в этом рисунке. Взглянув на усеянное яркими точками звездное небо, Сесилия с тоской посмотрела на самую яркую звезду, которую всегда называла своей. Глотая слезы, которые более не в силах она была сдерживать, Нурбану вздрогнула, когда услышала в тишине коридора голос Ильнар-калфы: - Нурбану Хатун! Мы тебя по всему дворцу ищем. Шехзаде долго тебя ждать будет? Повернувшись к ней, Сесилия вытерла слезы, как вдруг голос Лауры раздался сзади: - Ты идешь к шехзаде? Повернув к ней голову, Нурбану кинула тоскливый взор на нее и пошла вслед за Ильнар, которая поторапливала ее. Лаура же, увидев пергамент с нарисованной картой звезд, тоже прочитала на ней лишь одно слово: Любовь. Разозлившись, она смяла листок и выкинула его прочь, смотря вслед уходящей Ильнар и Нурбану. *** Хамам. Неохотно моя свое тело мочалкой, Нурбану с тоской смотрела на Ильнар. - Почему же ты грустишь? Тебя из тысячи наложниц выбрали, да еще кто?! Сама Хюррем Султан! Ты радоваться должна. - Ильнар, я всегда хотела выйти замуж по любви, а теперь здесь, в этом чертовом гареме! Улыбнувшись, калфа сверкнула своими темными глазами. - Если сможешь очаровать шехзаде, то получишь огромную власть. - Да зачем мне эта власть?! Не нужна она мне! Я не хочу отдаваться человеку, которого ни разу не видела! – кинув мочалку в стену, злая Нурбану стала поливать себя водою. По знаку калфы две другие девушки, что все это время стояли чуть поодаль, стали намазывать Сесилию душистыми маслами. Вскоре, когда все процедуры были закончены, Нурбану вернулась в гарем. *** Стоя перед зеркалом, Нурбану с грустью наблюдала за тем, как девушки помогали ей одеть белое платье, украшенное золотой нитью с глубоким декольте . На голову Сесилии надели витиеватую золотую диадему инкрустированную небольшими сапфирами. Прикрепив платок к головному убору, девушки расступились, давая Ильнар-калфе оценить результат. Удовлетворенно кивнув, калфа улыбнулась Нурбану, которая ответила грустными взглядом. Закрыв платком лицо, Сесилия еще долго разглядывала себя в зеркале, стараясь как можно больше оттянуть времени. - Нурбану Хатун! – в сотый раз уже говорила Ильнар, - все хватит! Идем! Вздохнув, Нурбану повернулась к калфе, которая направилась к покоям шехзаде. Прозрачные белые рукава платья Сесилии развевались от небольшого ветерка, а черные, как смоль, волосы ниспадали по плечам почти до самого пояса. И вот перед лицом девушки выросли резные дубовые двери, ведущие в покои шехзаде Селима. Калфа постучалась, и с комнаты донесся голос шехзаде, позволяющий войти. Глубоко вздохнув, Нурбану вошла в растворенные стражниками двери. Не поднимая головы, девушка поклонилась. Шехзаде Селим, что сидел за столом и перебирал какие-то бумаги, вопросительно уставился на вошедшую хатун. - Кто прислал тебя? – вставая с подушки, спросил шехзаде, в то же время подходя ближе к Нурбану. - Хюррем Султан, шехзаде, - не поднимая глаз, произнесла девушка. Ее голос дрожал, а сама она была готова провалится под землю. Улыбнувшись, Селим спросил: - Как твое имя? - Нурбану, - набравшись смелости, девушка подняла голову и встретилась взглядом с глазами шехзаде, в которых читалось любопытство. Аккуратно Селим убрал платок, закрывающий лицо девушки и вгляделся в ее глаза, в то время, как Нурбану делала тоже самое. И оба они находили друг в друге прекрасные черты и чувства зарождающей симпатии, которая в скором времени перейдет в любовь. Они оба тонули в темных глазах друг друга и оба понимали все без слов. Поддавшись порывам чувств, двое молодых людей слились в страстном поцелуе, раскрывающем все истинные чувства. *** Настало утро. Солнечные лучики солнца проникали через окна, которые вчера вечером слуги не закрыли шторами. В саду уже пели свои песни птицы, а легкий ветерок, но в то же время холодный доносился с террасы. Проснувшись, Нурбану села в постели и посмотрела на шехзаде, вспоминая события прошедшей ночи. Первый поцелуй, слова о любви, страсть и нежность. Казалось, что Нурбану потеряла голову, когда впервые увидела шехзаде. Она думала, что эта ночь навсегда сломает ее, навсегда заставит страдать, но нет, все случилось наоборот. Девушка безмерно счастлива, ведь смогла полюбить. И она была уверенна, что это настоящие чувства. Некоторые скажут: « Как можно понять, что ты любишь за одну ночь?» У девушки не будет конкретного ответа, но она это знает точно. Теперь, когда признавшись друг другу в любви двое молодых людей никогда более не захотят расставаться друг с другом. Проснувшись утром, Нурбану словно заново родилась. Она чувствовала, что все беды, волновавшие ее вчера, ушли на второй план и сейчас, когда она лежит рядом с прекраснейшим человеком, которого смогла полюбить, Сесилия более ни о чем не может думать. Этот человек смог всего за одну ночь перевернуть ее мир, смог вдохнуть в нее жизнь и теперь она никому его не отдаст. Никому и никогда. Но вот уже и Селим стал просыпаться. Он тоже сел на кровати и приобнял девушку. - Нурбану. - Шехзаде, - девушка повернулась к нему, и их губы слились в страстном поцелуе. - Никогда не встречал таких, как ты. Ты особенная, неповторимая и необыкновенная. Нурбану слегка смутилась и положила голову на грудь шехзаде. - Шехзаде, когда я уже потеряла надежду на счастье, то я смогла обрести его вместе с Вами. Немного помолчав, Селим произнес. - Кто дал тебе такое имя? Ты ведь знаешь, что оно означает? - Посмотрел в глаза шехзаде, Нурбану сказала: - Это имя мне дала ваша матушка Хасеки Хюррем Султан. Оно означает «Женщина, излучающая свет» - улыбнулась, - я буду Вашим светом, и когда Вы потеряете надежду и Вам будет казаться, что везде мрак, я буду освещать Вам путь. Улыбнувшись, шехзаде нежно поцеловал ее, не предавая особенное значение ее словам, но в будущем он вспомнит их и поймет их смысл. *** Гордо войдя в гарем, Нурбану окинула всех взглядом. Девушки тут же окружили ее и стали расспрашивать о ночи с шехзаде. Сесилия отвечала кратко, так как считала, что это слишком личное. Но тут в гареме появилась Айла Хатун. Она медленно надвигалась на Нурбану, находясь в гневе и злости. Подойдя к девушке, Айла схватила Нурбану за локоть. - Кто позволил тебе приходить в покои шехзаде?! Он только мой! Ты слышишь, мой! Не смей даже думать о том, что бы забрать его себе! Он любит только меня, а тебя я раздавлю, словно маленькую букашку! Ты поняла меня!? Остальные девушки в испуге склонили головы, так как позади Айлы стояла Хюррем Султан. Обе фаворитки поклонились Хасеки. - Айла Хатун! Что это еще за выходки?! Как ты смеешь говорить такие слова?! Что ты о себе возомнила?! - Простите, госпожа, просто Нурбану Хатун… - начала было Айла, но ее прервала жена Падишаха. - Это я отправила ее к шехзаде. Тебе ясно?! Ты смеешь идти против моей воли?! - Что Вы, госпожа, - Айла Хатун опустила голову и уставилась в пол. - Так вот, хатун, запомни: ты никогда не будешь единственной у шехзаде. На этот раз, я прощаю тебя, но если что-то случится с Нурбану Хатун, спрашивать я буду с тебя. И уж поверь: ты получишь суровое наказание. Грозно посмотрев на Айлу, Хюррем Султан проследовала дальше, а икбал* бросила гневный взгляд на Нурбану и поспешила удалится.