Пятница

Минуты вполне достаточно, чтобы ощутить на себе недовольный взгляд педагога, стыд за поздний приход в школу и унижение в образе шёпота одноклассников и чьего-то хихиканья, доносящегося с дальнего левого угла класса. Портит ли это день? А как же. Выспавшегося, весёлого, крайне общительного и возбуждённого ученика в середине дня настигает Междисциплинарный Комитет или – что ещё хуже – учитель, и давай вспоминать минутные опоздание и не появление на уроке с такой язвительностью, что выворачивает наизнанку и нервно дёргается рука – стереть эту ухмылку с лица раз и навсегда. Ощущение, будто облили дурно пахнущей массой, не покидает Кагами минут десять. Ему неприятно от полученного выговора и жутко неудобно сидеть и записывать под диктовку пояснения учителя, который явно смотрит на опоздавшего, как на изменника Родины. Есть возможность объясниться, красиво подать причину своего опоздания, посыпав сверху преувеличением, но есть риск опуститься ещё ниже, а то и второй раз ополоснуться под тухлыми выбросами. Не виноват он в том, что поздно пришёл. Это не его рук дело! Это наглый до безобразия Аомине всё подстроил! Его воплощённое коварство, его злая шутка. Если и кого винить за содеянное, так это его и только его. Никогда ещё форвард Сейрин не кричал так громко про себя, пытаясь донести до молчаливой аудитории правду. Никогда ещё не приходилось сваливать такую вину на другого человека; ведь если раньше возникает косяк, инициатором которого является Кагами, то ответственность за него он честно нёс. Но только не сегодня. В случившемся проступке ручательство полностью на совести подонка из Тоуо. На смену горечи приходит чувство гнева. Зловонье пропадает, на его место ступает горьковатый дым, источник которого - текучая магма. Она наводняет тело изнутри, жжёт каждую клетку, превращает человека в мстителя, подчиняющегося возникшим чувствам. Всё кипит, утраивается, расползается, и вот уже ни о чём, кроме как о возмездии не в состоянии думать. Замыкание в себе и постоянное прокручивание в голове знакомого силуэта, который издевательски оскаливается и высокомерно смотрит, и логичного приказа: «Врежь ему. Врежь ему». Адреналин вот-вот начнёт зашкаливать, и тогда прыгуна не остановит ни очередной выговор, ни расстояние до Академии Тоуо. Да никто его не остановит в таком состоянии. Шум в классе, словно ведро холодной воды, отрезвляет Кагами. Желание мстить и выпустить на волю накопленное зло забывается. И только мелькнувшая впереди голубая макушка с дальнейшим любопытным взглядом небесных глаз напоминает о разыгравшейся драме в четверг. Драма, в которой, по твёрдым убеждениям баскетболиста, никогда не было ничего хорошего. - Кагами-кун, - Куроко остаётся стоять на месте, выражая беспокойство в словах и взгляде, - что с тобой? Одного поворота головы хватает фантому, чтобы всё понять без слов. «Не очень хорошие посиделки с Аомине-куном», - заключает парень, прежде чем отступить от выросшей перед ним горы. Молчаливой и осуждающей уже одним своим взором. - Тебе лучше до тренировки не мозолить мне глаза, - предостерегающим тоном изрёк Кагами, проходя мимо не на шутку удивлённого друга. Куроко хочет сдвинуться, пропустить вперёд, но не может – ноги, словно дерево, пустили свои корни в пол и крепко удерживают на месте. Увиденное не столько сильно ошеломляет, сколько заставляет невольно задуматься. Обо всём на свете: о совместных ланчах на крыше, об игре в баскетбол, о планах стать номером один в Японии. Даже о тайных слежках за Кагами также мелькают в голове, и вместе с тем о встречах с Аомине - просто поболтать о прошедшем дне. Вот когда нужное, наконец, настигает баскетболиста, всё становится на свои места. Становится ясна брошенная фраза форварда, а вместе с ней и назревает вопрос, который будет мучить ещё долгих два часа: «Что будет после тренировки?» Тридцать кругов вокруг школы – всё так, как Тайга себе и представлял утром. Бежать в одних трусах по причине забытой дома спортивной формы предложила Рико, благо Джумпей не так категорично отнёсся и разрешил провинившемуся воспользоваться командной, с алым номером «10». «Её Аомине забрал», - едва не срывается с языка прыгуна, но вовремя прикусывает его и не даёт пустому оправданию вырваться наружу. Не хватает ещё выглядеть перед командой бесхребетным парнем, который не в состоянии дать обыкновенной сдачи. Одевается и идет на прогулку; к нему возвращаются губительные для человека чувства. Их последующий эффект не особо заботит баскетболиста – кто знает, может, случайно побив Куроко как организатора злопамятной встречи, удастся вытащить Аомине из дома и уже один на один поквитаться с ним. В конце концов, он тоже причастен к делу, хотя вреда от него не так много, как от аса Тоуо. Одно не меняется точно – сообщник огребёт меньше истинного злодея. - Семпай, - как можно привычным голосом обращается Тайга к Джумпею, - можно мне в пару Куроко? - Зачем? Он сегодня в школу пришёл вовремя, его наказывать нет смысла. - Мне легче будет с ним бежать на пару. Мы же ведь… друг друга с полуслова понимаем. Джумпей смотрит на Тетсую, стоящего в компании сверстников неподалёку, и поджимает губы, явно собираясь отказать форварду. - Перемещается по площадке он неплохо и достаточно быстро, чтобы подтянуть его выносливость. Ты уверен, что хочешь с ним? - Да. Вздох в сторону. - Так и быть, - даёт добро семпай, свистит, привлекая внимание кохаев, и подзывает к себе переодетого фантома. Тот просит друзей подождать его снаружи и подбегает к капитану команды. - Нужно что-то? - Куроко, давай сегодня закрепим твой бег, чтобы в предстоящем матче мог продержаться чуть дольше обычного. - Но ведь я и без лишней пробежки хорошо справляюсь, - возражает парень, - тренер говорит, что лишней нагрузки мне необязательно. - И всё же я настаиваю, чтобы ты обежал школу… раз десять. - Двадцать, - срывается на высокий тон Тайга, чем привлёк Джумпея и Тетсую, а затем умолкает, откашливаясь. - Десять, - остаётся при своём мнении капитан Сейрин, поправляя очки. - Ну… если только десять. Для разогрева подойдёт. - Тогда приступайте. Мы все будем в зале. Подходите потом. - Хорошо. Хьюга вместе с остальными ребятами уходили в спортзал медленно, растягивая и без того, кажется, быстрое дело на длинные минуты. «Что они там, никак не могут войти в дверь разом?», - раздражительно думает Тайга, глядя на толпу. Наконец, вся орава заходит, закрывает за собой дверь, даря, наконец, утомлённому мстителю уединение и… место, чтобы вершить правосудие. Звать или догонять фантома не приходится. Ни о чём не подозревающий, он так и стоял на месте, приседал, потягивался вверх и разминал кисти. Правильно делает, ибо бежать эти десять кругов ему придётся нелегко. - Готов, Кагами-кун? – Куроко обратился к Кагами, но тот вдруг преображается и выглядит точно так же, как в классе. - Беги. - Что? - Беги, - грозно повторяет прыгун, взглядом указывая на дорогу. Куроко сглатывает и бежит, не решаясь возразить суровому высокому баскетболисту. Это худшие десять кругов вокруг школы, которые Тетсуя бежит в своей жизни. Даже Сейджуро, прославленный своим режимом, не стоит вровень с Тайгой, который упорно преследует бегуна и по возможности бьёт его кулаком то по правому, то по левому плечу. Не сильно, но немоту и укол в теле приходиться испытывать снова и снова. На возникающие случайным образом упрёки и вопросы красноволосый не отвечает и так яростно смотрит в маячивший затылок, что этот убийственный взгляд ощущается нутром, и слова время от времени обрываются, тонут в молчании. Как будто сзади привязали камень или тяжёлую гирю и просят с ней бежать вперёд, пока ноги не заболят и тело от изнеможения не свалится на землю. Остановиться и порицательно посмотреть на организатора адской пробежки и высказать всё, что накипело, нет сил – всё уходит на бег, дыхание и слова. Такой нависшей тяжёлой атмосферы не было очень давно. Силу каждого удара Тайга рассчитывает с предельной осторожностью, не причиняя большого вреда товарищу по команде, но при этом как можно чаще вставляя ему палки в колёса. Дело не в суровом наказании, а обычном примере того, что не следует докладывать недоумку - Дайки всю подноготную его злейшего врага, в том числе и адрес проживания. Видеть, как перед тобой баскетболист против воли бежит вперёд, ощущает преследующую по пятам угрозу, почти падает, когда ноги заплетаются, и вот-вот хлопнешься лицом в пыльную землю, учащается дыхание, в то время как собственное ещё не на пределе – каждый аспект чужих мучений доставляет прыгуну удовлетворение, греет его мстительную натуру. Словно садист, получивший в свои руки контроль над человеком, подолгу играется с ним, воплощает все свои порочные идеи, удовлетворяет свою жажду. Так и здесь, только в минимальных размерах. Пробовать поступить подло, вроде подножки или грубого толчка вперёд, как в баскетболе, красноволосый даже не планировал. Постоянные тычки и тяжёлый взор на виноватого – одно из главных орудий. Минует десятый круг, и Тетсуя автоматически хочет остановиться, перевести дыхание, но Тайга не даёт ему этого сделать, также, как и заговорить. Удар в плечо раздаётся снова, и фантом невольно бежит. И тут он всё-таки спотыкается, не пройдя и половины одиннадцатого круга. Это выходит не намеренно, а потому, что ноги не выдерживают копию армейской подготовки и заплетаются. Он вот-вот свалится, раздерёт себе коленки, больно ударится лицом в землю и испачкает ладони. Как вдруг зависает в воздухе, половина тела болтается в воздухе, пока вторая успевает зацепиться за что-то прочное. Оно не даёт окончательно упасть, неудачно приземлиться. Тетсуе достаточно открыть глаза, увидеть мир перекошенным в сторону, моргнуть и посмотреть на своего спасителя… коим оказался Тайга, по-прежнему строго смотрящий на товарища. - Кагами-кун… - выдавливает он, сглатывая подступивший к горлу ком; пот с его волос стекает прямо на лицо. - Я спас тебя от ушибов и пыли, - коротко объясняет прыгун, поправляя свободной рукой волосы, - а ты должен дать мне взамен кое-что. Условия фантом принимает, дополнительно давая обещание никому ничего не рассказывать. Баскетбольная тренировка пронеслась, как ветер, и полтора часа, потраченные по большей части на физическое развитие, успешно преодолены дружным коллективом Сейрин. Даже Кагами, выглядевший всё таким же целеустремлённым и импульсивным, не остался в стороне, поддерживал боевой дух товарищей и, как он сказал, «ждёт не дождётся следующего дня, когда они вместе снова соберутся и будут усиленно работать над собой». Чрезмерная активность и оптимизм показалась семпаям лишним, особенно после кругового забега, но это же первогодки, что с них взять. Что до Куроко, то он вёл себя естественно и не вызывал никаких подозрений, хотя на коже у него прослеживались какие-то красные пятна. Пару раз он поглядывал на прыгуна, в надежде, что у него с Аомине всё образуется сегодня, и они попробуют договориться… если не убьют друг друга. Сейчас, когда солнце уходит за горизонт, а вдалеке зажигаются огни большого города, Тайга в одиночку гуляет по улице, держа в руке телефон и по нему ища заветную улицу, на которой живёт Дайки вместе с родителями. Ну как гуляет – смотрит по интернет-картам кратчайшую дорогу и оставшиеся метры до большого двухэтажного дома, на большом окне которого держит раскинутыми свои ветви фикус (отличительная черта этой семьи всплывает именно вечером, по словам Тетсуи). Знакомая с сегодняшнего дня ярость по-прежнему течёт в жилах, и с каждым метром Кагами кажется, что она растёт и становится мощнее. Уверенный в себе и своих способностях, он уверенно идёт на разборку, никого и ничего не боясь. Тот факт, что Аомине живёт с родителями, малость радует самостоятельного спортсмена, даёт право использовать это преимущество против него в следующий раз. К тому же он глупый, ленивый и совершенно не умеет вести себя в чужом доме. Чёрт, да он хуже всех! Говорить об этом без гордости не получается. Впрочем, так этому асу и надо – если он вправе задиристо разговаривать со всеми, так почему прыгун не может использовать подобной техники? Что ещё успевает решить Тайга, так это окончательное мнение о Дайки. Никакой он не нормальный человек в глубине своей души, он просто конченный идиот. Ему неведомо хорошее, он всецело состоит из плохого и каждый день этими отбросами питается. Всё, что он делал вчера – не иначе, как демонстрация своего превосходства над старательным форвардом Сейрин. Его жалкое, пропитанное ядом «спасибо» ничего не значит. Лжец, вор, извращенец и дегенерат – список можно и дополнить, но его основные качества личности именно такие. Кагами уже вовсю возненавидел Аомине, и только удар в его смуглую морду мог сбить накал. Заведённый расправой, он медленно подходит к дому, вглядывается в окно гостиной через забор и видит фикус – свой ориентир на сегодня. Что ж, самое время портить ему выходной в отместку (и это Куроко также сообщил, в качестве дополнения). Всё складывается как нельзя лучше. Чтобы напрочь отогнать мысли о сочувствии и сконцентрироваться непосредственно на драке, достаточно было вспомнить ту отвратительную ночь, когда они вдвоём занимались – это до сих пор не укладывается в голове – сексом. Сколько он терпел, сколько вынес, сколько стонал и сколько раз представал в неподобающем образе. «Гадость какая!», - подумал парень, мотивируя себя на безжалостность. Лучший способ отогнать плохие мысли – только грубая сила. - Ну держись, Аомине, - даёт себе старт Кагами, стремительно идя к входной двери, преодолевая калитку, маленькую ухоженную лужайку и кустарники под окном. Звонок в дверь состоит из трёх долгих нот – куда лучше раздражительного треньканья, словно муха прожужжала в микрофон. Пару-тройку секунд Тайга просто ждёт, когда же побегут встречать непрошеного гостя, предварительно сняв с плеча сумку и поправив сзади школьные брюки с трусами. Задница за весь день не болела и не покалывала, но в момент боя может доставить хлопот, а то и вовсе ослабить внимание. Раздаются чьи-то шаги, и парень разворачивается левым плечом вперёд, правую ногу отводит назад, кулак сжимает. Цепной замок доносится с той стороны, и дверь наконец-то открывается; непривычный оранжевый свет исходит из коридора. - О, добрый вечер, - доброжелательно приветствует парня женщина с иссиня-чёрными волосами, собранными в хвост, - чем могу помочь? Кагами млеет, и весь его грозный вид катится псу под хвост. Невысокая, улыбчивая, милая женщина лет сорока стоит в выходном платье, тапочках и фартуке, с деревянной ложкой в руке. Визит незнакомого школьника, похоже, её нисколько не смущает, она продолжает со вниманием смотреть на него, явно намереваясь выслушать человека, а по возможности даже помочь. Откашлявшись, Тайга собирается с мыслями, что и как сказать, но получается не очень: то протяжное «э-э», то беглый взгляд в сторону из-за настигшего смущения. Ярость, кипящая в теле, второй раз за день стихает благодаря ведру холодной воды. - Чем могу помочь? – повторяет свой вопрос женщина. – Быть может, вы потерялись? - Н-нет, - мотает головой форвард. – Я к… я к Аомине. - К Дайки? – переспрашивает она, склоняя голову в сторону. - Да, - кивает в ответ Кагами. – К нему. И тут вдруг собеседница преобразовывается: выражение лица становится более весёлым, взгляд приятно удивлённый, улыбка становится широкой и искренней. - Так… неожиданно видеть перед собой… - Я за вещами, которые забрал у меня… ваш… сын? - Да, верно угадал. Я – мама Дайки. Аомине Михо. Приятно познакомиться. - А… мне тоже приятно познакомиться. - Как приятно видеть тебя на крыльце. Честно говоря, Дайки немного рассказал о тебе. Про то, чем вы вместе увлекаетесь и где учитесь. Даже признался, у кого вчера ночевал. Кагами пытается быть самим собой, но у него это плохо получается. Каждое предложение для него как откровение или обнародованная правда. Получается, Аомине уже успел рассказать обо всём своей матери, где вчера был? И что было между ними?! И почему она обращается к нему на «ты», ведь они же ни разу не видели друг друга! - Мне нужно срочно увидеться с вашим сыном. У него мои вещи, мне нужно спешить домой, - вкратце поведал о своём положении дел спортсмен в надежде, что так ему быстрее всё отдадут, и он пойдёт прочь. - Домой? А я думала, ты у нас останешься на ужин. - На ужин? - Да, я как раз заканчиваю готовить карри. Присоединишься? - Нет, нет, нет. Спасибо за приглашение, но нет. Мне бы форму получить. - Какой же ты стеснительный, - улыбнулась Михо, хватая Тайгу за руку, - вот об этом Дайки умолчал. Но ничего – скромность украшает человека не хуже честности. Пойдём. - Нет, Аомине… - Не спорь, мы ещё познакомимся. Пришлось зайти внутрь и не перечить гостеприимной женщине, успевшей схватить его школьную сумку и занести её домой. - Под лавочкой тапочки. Дайки их не носит, предпочитая пачкать носки, смело их обувай. Свою куртку повесишь на этот крючок. Ванная с туалетом прямо. У нас общий санузел, не потеряешься. Только одновременно рассеянно и понимающе кивать и остаётся спортсмену, которого силком затащили в гости. - Дайки, - громогласно позвала своего сына Михо, - ужин готов, спускайся вниз и захвати с собой спортивную форму. - Это ещё зачем? – доносится сверху знакомый голос, и форвард интуитивно напрягается. - Как зачем? – женщину удивила такая безалаберность сына; зато потом удивляться стали баскетболисты, - к тебе в гости друг пришёл за вещами, отдай их ему.