Страсти в Эреборе.

Закрыв за собой дверь кабинета, Торин сразу прошел к столу, бросив по пути взгляд на встрепенувшегося при его появлении Кили. - Ну, и как? Торин подозрительно покосился на него, усаживаясь в кресло и придвигаясь ближе к столу: - Что - как? - Ну... - глаза Кили таинственно прищурились. - Ты все сделал, что хотел? - Где и что я должен был делать? - отчеканил Торин, уже второй раз за это утро выходя из себя. - Ну, в комнате... ты же что-то намеревался делать там наедине... Торин поморщился. Тьфу ты, он уже и забыл про это. - Эээ... да, теперь уже все нормально, - ответил он осторожно. Кили помолчал, а потом не выдержал: - Так... а что ты там делал все-таки? - вполголоса спросил он, по-шпионски оглядевшись по сторонам, хотя в комнате, кроме них, никого не было. "Похоже, этот вопрос его сильно мучает", - вздохнул Торин мысленно, посмотрев в горящие жадным любопытством карие глаза. - Не твое дело, - отрезал он, так и не рассекретив эту страшную тайну, покрытую мраком. - Кстати, сколько можно повторять - жди, когда я разрешу войти! - А что такого-то? Мы же все свои. - Как это что! Может, я там был с любовницей! Кили это заявление очень развеселило: - Ой, да брось, - отмахнулся он небрежно, - ты - и с любовницей? Да ну, не могу представить. Торин заскрежетал зубами и на всякий случай вцепился рукой в край стола, чтобы ненароком ничего не запустить в простодушное лицо Кили. Его что, в пенсионеры уже записали?! - Ну, просто ты уже несколько лет все один да один, - начал оправдываться молодой гном, заметив испепеляющий взгляд своего дяди, - это... - Кили помешкал и наклонился к нему с шепотом: - Может, у тебя там «проблемы» какие? Может, подсказать чего, совет дать? От участи быть задушенным его спас бодро вошедший в кабинет старший брат. - О, здорово, старик! - радостно воскликнул Фили, перед этим кивнув Торину. - Сто лет тебя не видел! Ты все снаружи пропадаешь, оболтус! Они крепко обнялись. Кили от души хлопнул его по плечу: - Ты сам-то где бродишь? Даже в общей столовой тебя не вижу! - Да вот, - начал объяснять Фили, доставая какие-то бумаги из-за пазухи, свернутые в свитки, - с утра уже наведался в Дейл, хотел с Бардом посоветоваться, предложить ему пару идей по проектировке крупных зданий, возил с собой нашего архитектора, но у них там, у людей, оказывается, уже свой есть. Пока они обсуждали эту тему, Торин вспомнил, что Кили хотел поговорить о своей эльфийке, и напомнил тому об этом. Ему не терпелось поскорее сплавить их обоих и вернуться к Бильбо. Его немного растрепанный и уютный вид всплыл перед глазами, мгновенно воспламенив кровь Торина. Усилием воли он заставил себя вновь переключиться на говорившего с ним племянника. Расспросив о проблеме, которая не давала ему покоя, Торин мученически вздохнул: - Кили, ты не можешь на ней жениться, мы же уже говорили об этом. Чтобы издать указ о разрешении заключать межрасовые браки между гномами и эльфами, требуется, чтобы все члены главного совета старейшин были "за". Но многие смотрят на такой шаг как на нечто дикое и из ряда вон выходящее. Чтобы гном и эльф поженились? Ты сам-то понимаешь, что это абсурд? Как вы будете жить? Где? Здесь? Не думаю, что остальные гномы потерпят здесь эльфийку, - сказал он, стараясь быть максимально убедительным и строгим. - Да и сомневаюсь, что Трандуил даст вам свое благословение. Торину было не очень приятно разрушать радужные мечты его младшего племянника, отличавшегося чересчур романтичным складом ума, и видеть его разочарованное лицо, но что поделать, сначала нужно осторожно, не торопясь, подвести народ к этой безумной мысли о браке с эльфийкой, а потом видно будет. Хотя эта мысль даже ему самому претила. Он хотел, чтобы Кили был счастлив, очень хотел. Но... эльфийка в Эреборе? Если появится один эльф - потом не заметишь, как вся гора ими будет запружена! На это Торин не был согласен. Как и много раз до этого, они проспорили с Кили на эту тему довольно долго. Фили с сочувствием похлопал брата по плечу, однако поддержал доводы дяди. В конце концов, Кили снова отступился, оставшись очень недовольным этим решением. - Ты же знаешь наш народ, брат, гномы и эльфы несовместимы! - Фили спрятал свои свитки обратно, потом ухватил из вазы на столе яблоко и без всякого перехода обратился к Торину: - Кстати, - прошамкал он с набитым ртом, - как-то странно: сейчас заходил в твою комнату, а там Бильбо ходит голый, в одной простыни, какие-то огрызки собирает, представляешь? Все-таки удар по голове не прошел бесследно, видно, путает теперь комнаты. Хорошо хоть моя опочивальня далеко отсюда, - протянул он, покачав головой, - не хотел бы обнаружить его у себя ночью в чем мать родила... Торин подавил отчаянный стон и хлопнул себя по лицу. Кили, молча стоявший в этот момент за спиной брата, сначала удивленно нахмурился, но в следующую секунду страшно выпучил глаза. Торин с мрачным видом отвернулся и тихо проклял это утро. Не было никаких сомнений, что его дорогой племянничек сопоставил все факты, его утреннее поведение - и пришел к единственному логическому выводу. Пока Кили судорожно пытался справиться с недостатком воздуха в легких, открывая и закрывая рот, словно рыба, выброшенная на берег, Торин решил быстро спровадить Фили, сунув ему под нос составленный на рассмотрение документ о межрасовых браках: - Так, раз уж ты у нас любитель всякой возни с бумажками, - сказал он, встав из-за стола и насильно выпроваживая старшего брата Кили из комнаты, - то иди, собери глав совета и снова проведи голосование по вот этой теме, - он похлопал по бумажке. - Что? О нет, я должен идти к этим древням? - возмутился племянник. - Да эти дубы-колдуны вечно ничего не слышат! Они меня выводят из себя! - Ничего, ты у нас прекрасный оратор, уверен, тебе с блеском удастся достучаться до них, - сказав это, Торин выставил его за дверь. - Помни, что стараешься ради брата, - подбодрил он, заметив его мрачную физиономию, и захлопнул перед его носом дверь. Не успел он это сделать, как сзади раздался вопль, будто взорвался вулкан: - Ты! Ты и Бильбо!!! Я... я поверить не могу!!! Так вот почему ты норовил от меня побыстрее избавиться! Обернувшись, Торин молча наблюдал, как его племянник взволнованно мечется по комнате, то и дело повторяя: - Поверить не могу... не могу поверить! Торин решил подождать, пока тот успокоится, всерьез опасаясь с его стороны нервного срыва. - Ну, да... мы... ну, в общем, мы вместе, - немного смутившись, Торин не смог толком подобрать слов и умолк, сконфуженно уставившись себе под ноги. Собственный племянник поймал с поличным, называется... Кили резко остановился и обернулся к Торину: - И когда это началось?! - В походе, - мрачно признался ему Торин, стыдливо глядя в сторону. - В походе?!! Торин невольно поморщился от этого громкого возгласа. - И ты ничего не сказал нам с Фили?! - Это мое личное дело. Со словами "Ну, дела!" Кили плюхнулся в кресло, стоявшее в углу, явно пребывая в шоке. Помолчав, Торин смущенно спросил: - Ты меня осуждаешь? За то... что Бильбо тоже мужчина... Кили порывисто вскочил и рассерженно произнес: - Как ты можешь такое говорить, дядя! Это, конечно, странно для меня, что ты полюбил не женщину. Но это ведь твое дело, мое отношение от этого к тебе не изменится. Тем более Бильбо очень хороший парень, я к нему отношусь как к родному дяде, а ты для нас с Фили все равно что отец родной! Тронутый его словами, Торин улыбнулся и подошел, чтобы крепко обнять. - Но я рассержен на тебя за то, что ты так долго скрывал это от меня, - пробухтел Кили, отстранившись. Потом он расширил глаза, в которых мелькнула догадка: - Так вот куда ты таинственно исчезал в том году! Ты ездил в Шир, к Бильбо! - И в этом тоже, - и, предупреждая следующий вопрос, Торин добавил: - Балин все знает. - Только не говори, - вскинул бровь Кили, - что и Двалин тоже в курсе всего этого. Когда он заметил кивок дяди, у него упала челюсть. - И он тоже молчал?! Ну все, я ему за это отомщу! - возмущенно засопел он, мстительно сверкнув глазами. Торин от души посочувствовал своему товарищу. Несомненно, месть будет страшна. Он взял с Кили обещание, чтобы в присутствии Бильбо он держал язык за зубами и продолжал делать вид, что ничего не знает. Потому что Торин подозревал: Бильбо его потом на порог спальни не пустит, он даже при Балине стыдится проявлять какие-либо малейшие чувства, а уж при этом оболтусе... "До чего я дожил, - спускаясь на нижний этаж, Торин непроизвольно вздохнул, - я, закаленный в боях воин, боюсь гнева хоббита, едва достающего мне до плеча макушкой. Какие тут женщины, мне бы с полуросликом справиться!" - Все, хоббит, готовься превратить наш завтрак в обед, плавно перетекающий в ужин, - сказал он, с плотоядной ухмылкой открывая дверь спальни - и чуть не выругался, обнаружив вместо своей лакомой добычи пожилую служанку, прибиравшую беспорядок после их с Бильбо утренних развлечений. Ею оказалась Нун, которая души не чаяла в Бильбо, но почему-то к Торину всегда относилась весьма прохладно, словно он был юнцом, вечно доставлявшим ей неприятности. Смерив вошедшего гнома тяжелым взглядом, она поджала губы, и Торин неловко замялся в дверях, кляня себя, что смущается какой-то сухонькой старушки в собственном дворце. С остальными слугами у него таких проблем не возникало. - Здравствуй, Нун, - учтиво поприветствовал он ее, сурово сдвинув брови, - ты не видела Бил... то есть мистера Бэггинса? - Видела, как не видеть. Ушел ваш красавчик, не дождался вас, - ответила она, подбоченившись, и осуждающе прицокнула языком. - Вот говорила я мистеру Бильбо, чего он в вас нашел? Только что смазливый. Но манер никаких, честное слово! У Торина глаза на лоб полезли. Чтоб ему, королю Эребора, служанка выговаривала такое?! - Что за... о каких еще манерах вы мне тут говорите?! У меня есть манеры! Нисколько не испугавшись его свирепого вида, гномка невозмутимо продолжила, попутно поправляя подушки и покрывало на огромной кровати: - У бедного мальчика второй месяц - сплошной стресс, и все по вашей милости, хозяин. Нет чтобы порадовать нашего хоббитеночка, раз уж вам такой милый ягненочек достался, так нет, вы только все о своем думаете! - она снова подбоченилась, многозначительно кивнув на застеленную кровать. Торин воззрился на нее, как громом пораженный, чувствуя, как против воли краснеет лицо. Неужели она знает об истинной природе их с Бильбо отношений? "Во имя Дурина, да что за утро такое сегодня?!!" - И не нужно краснеть, как девица в первую брачную ночь, - чепчик на голове гномки неодобрительно подрагивал, она выглядела, как курица, защищавшая своего цыпленка, - что у меня, глаз, что ли, нет, тоже мне тайна, пф! Будто я не жила на свете четыреста лет! Вам бы только завалить мальчика да свое получить, а романтики никакой! - она важно прошествовала мимо него, негодующе качая головой. - Хоть бы поухаживали немного, коли такое сокровище имеете, тем более у него скоро день рождения! Дверь за спиной Торина захлопнулась, как бы подчеркнув все вышесказанное. Его так не ругали с самого детства, когда он, еще будучи мальчишкой, таскал пирожки со стола кухарки. Как бы ему ни хотелось признавать это, но он почувствовал смущение и стыд. Смущение от того, что старая гномка была отчасти права, а стыд - от того, что он не знал про день рождения Бильбо! Почему слуги об этом знают, а он нет?! Как это могло быть, черт подери?! Ох уж эта скрытность Бильбо! Он ведь даже ни намекнул ему об этом! Потратив на поиски своего "ягненочка", как выразилась Нун, добрые полчаса, Торин нашел его на кухне, занимавшей огромное светлое помещение на первом этаже Эребора. Здесь стоял веселый переполох, постоянно торопливо сновали слуги с подносами и тарелками в руках. Остановившись на пороге, Торин поискал глазами Бильбо и заметил его русую голову за большими кастрюлями, стоявшими на грубо сколоченном столе посреди царящей шумихи. Бильбо широко улыбался и о чем-то оживленно разговаривал с Бомбуром, очевидно, рассказывая добродушному толстяку какую-то забавную историю. Торин прислонился к стене плечом и постоял в сторонке, с невольной улыбкой понаблюдав за его смешной мимикой и время от времени кивая слугам в ответ на их поклоны. Когда шум и бряканье посуды в очередной раз заглушил громкий хохот главного королевского повара, Торин ощутил укол ревности и поспешил поскорее утащить Бильбо отсюда. - Почему ты не сказал, что у тебя скоро день рождения? - спросил он после того, как вывел хоббита из кухни и отвел в более тихое место. Они остановились в просторном холле, после которого начиналась галерея с картинами и редкими старинными гобеленами с изображениями древних предков из рода Торина, а также старых битв и сражений. На волосах Бильбо он заметил муку и, улыбнувшись, стряхнул ее, ненадолго задержав пальцы на его гладкой щеке. - Потому что ты не спрашивал, - ответил Бильбо с веселым удивлением в глазах. Сделав шутливо-грозное лицо, Торин обнял его за плечи и повел дальше, высказывая по пути свое недовольство: - Это не дело, что я последним узнаю о таком важном событии, - попенял он ему. Посмотрев по сторонам и убедившись, что поблизости никого нет, Торин резко прижал Бильбо к стене, поставив руки над его плечами. - Что ты делаешь, нас же увидят! - сердито зашипел хоббит, пытаясь оттолкнуть его. Все возражения Торин перекрыл поцелуем. Его язык раздвинул губы Бильбо и проник внутрь, лаская небо, шелковую пещерку рта, упиваясь неповторимым вкусом, присущим только ему одному. Приподняв его подбородок, Торин со стоном погрузился в него еще глубже, потом принялся нежно покусывать его губы, сначала верхнюю, потом нижнюю... Тут же зализывая и посасывая их, он с усмешкой заметил, как Бильбо льнет к нему всем телом, уже забыв про страх быть застуканными. То, что их могли обнаружить в любой момент, лишь прибавляло остроты и усиливало возбуждение гнома. - Давай уйдем куда-нибудь, - взмолился Бильбо, задыхаясь и вцепившись руками в верхнюю одежду Торина, - где нас не увидят... ох... Торин нашел мочку его уха и втянул ее в рот, одновременно сминая рукой мягкую половинку ягодицы сквозь ткань бриджей Бильбо. - Обязательно уйдем, - улыбнулся он, понизив голос, - но сначала скажи, что хочешь меня. Бильбо весело фыркнул и помотал головой: - Не дождешься. - Как всегда, не сдаешься без боя? - Никогда гному-узурпатору не одержать надо мной верх, - заявил Бильбо, задорно вскинув подбородок. В его глазах горел вызов. Торин невольно рассмеялся его нахальному выражению лица. Вот такие вот "ягненочки" эти хоббиты. - Тебе давно пора понять, - сказал Торин, наклонившись совсем близко, - если твой личный гном-узурпатор чего-то хочет, он этого добьется. Тебя же я добился, в конце концов. Не дав Бильбо времени на язвительный ответ, он схватил его за руку и потащил в соседний с галереей парадный зал, который пока был пуст за неимением важных гостей. Освещение здесь тоже отсутствовало, чтобы не расходовать зря факелы. Но в зале было не очень темно из-за поступающего света из коридора. - Торин, ты что, это же трон! - изумился Бильбо, когда Торин мягко толкнул его на каменное сиденье. - Какая разница? - Но ты же здесь принимаешь посетителей! - Ну и что, это же мой трон. Представь, что ты мой важный гость, - ответил Торин, сосредоточенно расстегивая его бриджи, - и я, Король-под-Горой, собираюсь принять тебя со всеми почестями. Так что, господин Бэггинс, будьте любезны, встаньте вот так. Благодарю. - Что ты делаешь? - спросил Бильбо слабым голосом, когда Торин развернул его спиной к себе и заставил нагнуться. Он положил ладони на трон и неуверенно замер в ожидании дальнейших действий Торина. Не отводя горящего взгляда от бледных полушарий его ягодиц, Торин быстро расстегнул свои штаны, потом положил ладони на его бедра и через несколько секунд, после того, как подготовил его к своему проникновению, одним толчком резко вошел в его тело. Бильбо охнул, спина его чувственно прогнулась, пока он пытался вместить в себя всю плоть Торина, заполнявшую его изнутри. - Скажи, что хочешь меня, - снова потребовал Торин, намеренно грубо вбиваясь глубже в его тело. Его руки крепко удерживали извивающиеся бедра Бильбо, плотно прижимая их к себе. Торин снизил темп, чтобы перевести дыхание и дать им обоим передышку, а затем снова начал со стоном вбиваться в него, сжав зубы от удовольствия. С губ Бильбо срывались глухие стоны, каждый толчок сопровождался его вскриком страсти. - Да… О, да… Торин, прошу… Почти доведя его до пика, Торин намеренно замер, почти покинув его тело, их громкое дыхание было слышно на весь зал. - Нет... Торин, прошу тебя, мне нужно... - Я знаю, что тебе нужно, но я все еще жду заветных слов, - сказал Торин, ухмыльнувшись. - Негодяй, - пропыхтел Бильбо беспомощно, - будь ты неладен, гномий варвар! Да, я хочу тебя, хочу, - простонал он, воспламенив Торина еще сильнее, - хочу так сильно, что сейчас взорвусь, ты нужен мне... - Тогда сменим позу, - в следующую секунду Торин легко подхватил его и, сев на трон, усадил его верхом. - Вот так-то лучше, - сказал он с довольной усмешкой. - А теперь, любовь моя, я покажу тебе, каким гостеприимным может быть король гномов, Торин Дубощит. Бильбо поджал губы, сдерживая смех, и, наклонив голову со словами "окажите честь", прижался к его губам. В этот день трон, простоявший в этом зале много веков, был самым безжалостным образом осквернен, причем не один раз, навсегда лишившись всей святости сего старинного монумента. Зато каждый раз, когда в будущем хозяин Эребора встречал послов или принимал важных гостей, сидя на этом троне, с его лица не сходила ухмылка, которая изрядно напрягала как гостей, так и подданных, даже не ведавших о причине довольного оскала своего короля.